Спор есть спор.

      — Ты можешь не дергаться?! — Скарлетт была готова треснуть ему баллончиком с лаком. — Вот сейчас ткну тебе в глаз тушью, узнаешь, почему девушки красятся… Рот не закрывай!       — Но у меня челюсть затекла…       — Том, дорогуша, сиди смирно, раз уж согласился на этот спор, — меланхолично произнес Дауни-младший, смотря в окно и время от времени отпивая из стакана виски.       Хиддлстон вздохнул и позволил Йохансон и дальше издеваться над ним «во имя искусства». Роберт, казалось, был в совершенно другом месте, хотя все, чему подвергается сейчас Том — его вина…

***

      — Главный залог комедии — импровизация, друг мой рогатый! — человек «Консервная Банка» обнял его за шею одной рукой и уткнулся лбом ему в плечо. Рыжий, на данный момент, Локи кое-как удержался на стуле, под весом Дауни-младшего. Эванс и Марк не вмешивались в их беседу, они обсуждали, почему у большого и зеленого Халка так много поклонников… В общем, каждый занимался своим делом. Только Скарлетт решила в этот вечер не пить и наблюдала за спором Дауни и Хиддлстона не сказать, что с интересом, но все-таки слушала. А спорили актеры о том, как быть юмористом. Ведь многие знают, что Том хочет играть и комедийные роли, пусть от драмы он и не отказывается. Однако самый опытный в этом жанре Роберт утверждал:       — Дык на тебя без слез не взглянешь! Ты ж только на кого-нибудь посмотришь, так ему тебя обнять хочется, приголубить! — в доказательство своих слов мужчина крепко обнял товарища по съемкам, прижимая к своей широкой груди. Том попытался вырваться, и через каких-то пять секунд ему это удалось. Точнее, Роб отпустил его с таким видом, будто это был обычный благотворительный жест с его стороны.       — Я актер, вообще-то, Роб, — Томас хоть и пьян, но в обиду себя не даст! — Так что умею менять свой образ…       — Ну да, — пожал плечами актер. — Только вот зрителей бывает сложно убедить в обратном.       — И критики я не боюсь…       — Друг, юмор рождается не специально, а спонтанно. И ведь не у каждого получится придумать хорошую шутку сходу, — брюнет задумчиво глянул на свой стакан, а потом залпом допил остатки виски.       Спор казался бессмысленным. Видимо, ни к какому другому выводу он не приведет, и Дауни останется при своем мнении — комиком Тому не бывать.

***

      — Ай! Зачем ты это делаешь?! — Хиддлст сморщился от того, что Черная вдова вырвала пинцетом волосок из его брови. Даже прослезился! И как женщины это с собой делают?..       — Прекрати вертеться, не то ткну тебе пинцетом в глаз!       Хиддлстон все-таки выполнил просьбу девушки и сел неподвижно. Только вот ему не давала покоя одна мысль…       — Слушай, — обратился он к старшему товарищу по профессии, — а для чего весь этот маскарад? Не думаю, что для того, чтобы доказать, что я смогу играть в комедии, мне надо все это надевать…       — Он, кажется, тебя не слышит. Роб, скорее всего, помнит только про то, что в случае проигрыша ты покупаешь ему бутылку его любимого виски, — Йохансон на пару секунд оставила брови Тома в покое. — Ужас! Я до сих пор не знаю, за что взяться… Проще родить тебя заново, только другого пола.       Наверное, если бы с ними позавчера был Крис, который Хэмсфорт, он бы остановил грядущее шоу. Тора не было потому, что у матери его жены был день рождения и отсутствовать там он просто не мог. Хотя, Томасу отчего-то кажется, что Крис не стал был останавливать Роберта. Ну, разве нормальный человек откажется от такого зрелища?.. Можно сказать, что наш «гений, миллиардер, плейбой, филантроп» и сам в состоянии купить себе виски, но мужчине как-то не хочется слышать «от победы над тобой он станет еще вкуснее» от товарища по фильму. Вот не хочется и все.

***

      Самый обычный паб Лос-Анджелеса: приглушенный свет, хорошая расслабляющая музыка, неплохая выпивка и обслуживание. Бар пусть и не раскрученный до мировой известности, но клиенты любят это место как раз потому, что народу тут не так много и можно просто расслабиться.       — А может?..       — Как говорят русские «не сцы казак — атаманом будешь»! Дуй туда и не смей возвращаться без номера какого-нибудь красавчика! — Роб подтолкнул Тома к двери. Потом повернулся и, уткнувшись лицом в плечо Скарлетт, слезно проговорил: — Ощущение, будто отдаю единственную дочь замуж!..       Звякнул колокольчик над дверью, но сначала никто не обратил на это внимания. Даже бармен обратился к вошедшей в паб особе только тогда, когда она проходила мимо барной стойки.       — Добро пожаловать, ми… — мужчина не смог договорить заключенную за годы фразу. У девушки был довольно-таки высокий рост, юбка в пол, бирюзово-фиолетового цвета, с мелким цветочный орнаментом. Безразмерная белая кофта собрана на талии тонким ремешком, а на ногах (хотя под юбкой почти и не заметно). Что больше всего всех поразило, так это волосы. Длинные, блестящие рыжие волосы, с вьющимися кончиками.       Она больше похожа на какую-то принцессу, насколько грациозно и статно выглядит девушка. Каждый уважающий себя мужчина, наверное, гордился, будь у него такая жена. Или хотя бы любовница. Но никто так и не решился пригласить леди за свой стол.       «Хорошо хоть не споткнулся»       Наверное, многие бы разочаровались, узнав, что это красавица на самом деле мужчина. Да еще не простой мужчина, а сам Том Хиддлстон, который умудрился по-пьяни поспорить с не менее пьяным Робертом Дауни-младшим.       Он не стал долго приглядываться и пошел прямиком к самому дальнему столику. И как-то запоздало заметил, что там сидит парень.       — Извините, — он старался говорить более женственным голосом, хотя получалось плохо, — вы не против, если я к вам присяду?       Парень опустил меню и посмотрел на него. Медленно кивнул и снова спрятался за меню. Томас присел на краешек диванчика, сложив ручки на столе. Сколько времени Йохансон потратила, чтобы сделать ему более-менее приличный маникюр — лучше не вспоминать, ибо попутно она накладывала ему макияж. И каждую секунду повторяла «не завидую я нашим гримерам!». Том сейчас и самому себе не завидовал, если честно. И вот приспичило же поспорить с Дауни!..       — Никак не можете решить, что заказать? — вежливо и Хиддлстон, пытаясь соблюдать тембр голоса.       — Угу, — кивнул парень, еще больше сжавшись.       — Как же трудно быть женщиной… — выдал мысль вслух актер, вздыхая. Он подпер рукой голову и попросил мимо проходящего официанта принести ему «скотч». — Это же просто адский труд: каждый день краситься, подбирать наряды, да и вообще, каблуки — зло!       — Ну не скажите, — почти шепотом выдал сосед по столику, чего Хиддлст не ожидал. — Мужчинам тоже несладко приходится. Если они за собой следят, тоже приходится делать разное: маникюр, каждое утро сбривать щетину (если, конечно, он не предпочитает носить бородку). Также им постоянно достается большая физическая нагрузка…       — Но ведь женщины тоже трудятся физически. И бывает, что они поднимают грузы намного больше, чем мужчины. Еще у них эти… ну… критически дни, — Том прокашлялся. Как-то неудобно говорить о таком с незнакомым человеком.       Спорили они довольно долго. Они перечисляли буквально разные мелочи, пытаясь отстоять свою точку зрения. Парень-с-меню отвечал медленней, хоть и старался подбирать весомые аргументы.       Дискуссия продолжалась до того момента, пока в паб не зашел Роберт. Он сел у барной стойки, и повернулся так, чтобы видеть, как Том разговаривает с парнем. Парнишка же посмотрел тоже в сторону бара, только на другой конец. Там сидела девушка лет двадцати-двадцати пяти и пристально следила за их столиком.       — Эм… Мисс…       — М?       — У вас парик съехал, — шепнул парень, стараясь как можно незаметнее улыбаться. Получалось плохо. Том быстро поправил парик, и ненароком присмотрелся к собеседнику. Ногти на пальцах рук коротко подстрижены, капюшон толстовки натянут так сильно на голову, чтобы можно было скрыть его лицо максимально. Руки… Совершенно не мужские. Практически у всех мужчин они более грубые, квадратные, что ли, а у него маленькие, аккуратные, с недлинными пальцами.       Однако парень также пристально оценивал Хиддлстона, и тот понял, что они раскрыли друг друга. Ну, или хотя бы догадываются о правде.       — Касия, — он… а протянула руку первой. Капюшон девушка сдвинула чуть назад, и мужчина разглядел голубые глаза, светлые волосы и румянец на щеках от смущения.       — Том, — улыбнулся он и протянул руку в ответ. Зная, что за ними наблюдают, Касия сделала вид, что поцеловала «милой леди» руку. Томас слегка пожал плечами, как бы показывая свое смущение. — Как оказались в такой ситуации?       — Банально — продула в карты на желание, — вздохнула она, жестикулируя кистями рук, мол, что-то объясняет.       — Я не менее банален, миледи — поспорил с пьяным другом, находясь в таком же состоянии, что и он.       И плавно обсуждения скатилось с темы «о мужчинах и женщинах» до «не пей/не играй с друзьями, последствия могут быть разные». Наблюдающие за этим шоу Роберт и подруга Касии начали подозревать, что что-то тут не так. А когда «парень» отрыл в сумке-планшетнице ручку и что-то написал на руке «девушки», их подозрения еще больше усилились. А когда Касия ускакала из паба, а за ней побежала ее подруга, Роб быстренько подсел к Тому.       — Ну что?       — Ты проставляешься, — улыбнулся Хиддлстон, снимая парик и откладывая его в сторону. Он протянул левую ладонь Дауни-младшему, показывая номер телефона с подписью «Кас». — Спор есть спор, друг мой, — произнес он, смотря на озадаченное лицо коллеги. Импровизация удалась!..