Госпожа неудача "Шаг в неведомое"

Джейк провел меня до самого дома, не говоря ни слова и усиленно пряча глаза. Всю ночь я думала о нем, еще и еще раз прокручивая сцену в кафе и понимая, что бесконечно влюбилась в этого парня. Нора больше в доме не появлялась. Пару раз я пыталась найти ее, но почувствовать человеческой энергетики не могла. На следующий день Диана все-таки поговорила с Карлом, который тут же на фонарике брата поклялся, что найдет Смирнову. Теплые отношения в коллективе налаживались. Только Анжелина не могла оправиться от кровавого предательства парня. Кстати, о парне: ко мне с той же регулярностью, как раньше его открытки, приходил сам их отправитель, и с каждым разом его приставания становились все настойчивее. В то же время с Дамиром я поддерживала вполне дружеские отношения и даже обещалась приехать на досуге. Со времени разговора с Дианой прошло три дня. Я бросила взгляд на календарь, и сердце в очередной раз заныло. Через неделю «Неотразимым» придется вернуться домой, в Лондон. Я, конечно, знала, что не одна такая, ведь с того времени, как в середине лета к нам приехала эта безумная семейка, прошло очень много дней, недель и так далее, за которые мы успели не только подружиться, но и найти свои вторые половинки. Ну, по крайней мере, некоторые из нас, так что отъезд группы одинаково ранил почти весь наш коллектив. Марина тяжело опустилась на край стула. — Вы уверены? Слаженный гул голосов был ей ответом. — Вы действительно хорошо подумали? Я поднялась. — Да, действительно. Марина, я знаю, что ты вложила в нас очень много, и мы не хотели бы предавать тебя, но то, что теперь почти каждый из нас хочет уехать отсюда, не прибавит группе энтузиазма в работе, если мы будем отрезаны от тех, кого любим. Конечно же, я умолчала о еще нескольких проблемах, одной из которых были агентства, не прекращающие охоты за нашими ни в чем не повинными тушками. Марина поднялась, тяжело вздыхая. — Что же, в сказанном тобой есть смысл, и я, конечно, прекрасно вас понимаю, но мне небезразлично будущее вашей группы. Кто теперь будет продюсировать вас? Джейк тоже поднялся и встал рядом со мной. — Их берет дочь нашего продюсера. — Ну что же, я должна была предугадать такое развитие событий. Я свяжусь с этой девушкой и обговорю ваш переезд. Когда Марина ушла из студии, я повернулась к Джейку. — Ты хорошо все обдумал? Вы уверены, что, забрав нас с собой, не приведете в Лондон Смирнову и ее агентства? Джейк покачал головой. — Нет, я даже уверен, что они последуют за нами, но если мы не переведем вас в Лондон, то рискуем больше никогда не увидеть. Я вздохнула. — В твоих словах есть смысл. Спасибо. — За что? Я резко тряхнула головой, отчего пряди волос упали на лицо. — За то, что заботишься. После этих слов я вылетела из студии. Скажу честно, когда Джейк вызвал нас всех на, так сказать, коллективный совет, я даже не помышляла о возможности перевода группы в Лондон, но, как ни странно, об этом подумали все, кроме меня, так что к согласию мы пришли довольно быстро. *** И снова старый добрый Лондон. Я потянулась, любуясь морозными узорами на стекле. Прошла неделя с тех пор, как мы приехали сюда. Три дня назад я наконец смогла познакомиться с нашим новым руководством. Предусмотрительный Джейк даже смог найти иных, так что теперь работа группы должна была проходить интереснее. Каролина и Эмма Трайс производили впечатление очень открытых и жизнерадостных девушек. Каролина была лет на двадцать пять старше дочери и являлась продюсером «Неотразимых». Для Эммы же наша группа была первой ступенью в ее карьере, и поэтому девушка работала в основном при поддержке матери, но справлялась довольно неплохо. *** Я встала. «Скоро придет Анжелина. Нужно еще столько успеть». Окно распахнулось, и меня обдало холодным воздухом. — Доброе утро! — И тебе того же. Я помогла сестрице слезть с подоконника и безнадежно испорченного кактуса, на который она приземлилась. — Жаль, что барьер цветочек заново не оживит, — мою неподдельную скорбь вряд ли можно было назвать фальшивой. — Ты бы приземлялась поаккуратнее. Знаешь же, что у меня цветы на окнах стоят. — А ты бы цветы на подоконники не ставила. Знаешь же, что я тут обычно посадку совершаю. Я вздохнула. «Вот так. И каждый остался при своем мнении. Все как всегда». Сестренка оценила мой сонный и растрепанный вид. — А ты чего еще не одета? Или Джейк вместо дня рождения маскарад объявил, в котором ведьма, ну, то есть ты, в главной роли? Я шутливо надула губы: — А ты не язви. Я, между прочим, проспала. — Соня, — заявила эта рыжая бестия, задумчиво роясь в моем шкафу, сосредоточенно выбрасывая оттуда все, что под руку попадалось. «Эх! Плакал мой порядок». Я подхватила с полки единственное еще не вылетевшее оттуда платье глубокого бордового цвета и скрылась из глаз сестры за стеной барьера. — С днем рождения! — Нет! Нет! Пожалуйста, только не уши! Виновник торжества начал медленно отступать вглубь квартиры, прикрывая вышеупомянутые части тела. Я смиловалась и просто чмокнула друга в щеку. Анжелина же милосердия не проявила. Я вручила несчастной жертве ежегодных издевательств парфюмерный набор и прошествовала в комнату, оставив беднягу на растерзание потирающей руки сестрицы. Завидев меня, Мэган тепло улыбнулась. — Здравствуй, дорогая. Я отбросила пряди с лица. — А почему вам никто не помогает? Мэган всплеснула руками. — Да разве же можно доверить сервировку стола, а тем более приготовление продуктов детям солнца? И да, еще, неужели ты забыла, что мы перешли на «ты»? Я улыбнулась. — Да нет. — Ну, вот и хорошо. А то я себя совсем уж старой чувствую. Я закатала рукава и принялась помогать женщине. Когда вошли ребята, мы уже жизнерадостно щебетали о разных мелочах, щедро смазывая бутерброды. — Привет, Кэт! Привет, Алекс! Привет... Короче, вас много, привет всем. — А где Элис? — спросила Мэган, когда все разместились за столом. — Мне Вэнди звонила. Говорит, что они немного задержатся из-за погодных условий. Я склонилась к самому уху Кэт. — А кто такая Элис? — И где она живет, — девушка засмеялась. — Наша двоюродная сестра. А тебе разве Джейк не рассказывал? — Нет. — Ясно. Ну, скоро сама с ней познакомишься. Я чувствую их возле дома. И правда, не прошло и пары секунд, как в дверь постучали. — Я пойду открою. Джейк поднялся и вернулся уже с гостьей. Нам тепло улыбнулась девушка с ясными синими глазами и массой золотистых кудряшек. — Для тех, кто еще не в курсе: это Элис, моя двоюродная сестра. Джейк галантно помог девушке сесть. Элис мне сразу понравилась. Бойкая, веселая и полная жажды к приключениям, она чем-то напомнила мне Анжелину до той памятной аварии, в которой сестренка потеряла отца и получила фантастическую силу в комплекте с массой проблем, к ней прилагающихся. До самого вечера Элис без умолку щебетала и, по-моему, сщебеталась, ну, или спелась с Анжелас. В глазах обеих я видела задорные огоньки, обещающие нам веселое времяпровождение сразу после того, как из зоны видимости исчезнут родители Элис. *** Я потерла глаза и встала. Даже проведенные во сне почти двенадцать часов не восстановили меня до конца. Дело в том, что по поводу Элис я была права. Как только родители отправились мирно почивать, в ошибочной уверенности, что нас на приключения не потянет, началось самое интересное. Как только бедняга Лондон нас выдержал? Домой я пришла только на рассвете, вымотанная как физически, так и энергетически, но, что удивительно, совершенно трезвая. К сожалению, как бы организм ни молил о пощаде, а работы никто не отменял, так что я, продирая глаза, потащилась в ванную. Когда мы собрались в студии, за окном уже темнело, но, как известно, дуракам закон не писан, а толстая стена барьера не позволит этим вышеупомянутым перебудить нормальных граждан, которые еще не перепутали день с ночью и сейчас мирно смотрят сны. — Чего замечталась? Я потерла кулаками глаза и потянулась. — А я не замечталась. Я задремала. — Да я вижу. Кэт занялась наведением порядка в груде макулатуры, где, по ее утверждению, половину представляли ноты Карла, а вторую половину — ее собственные. — Кстати, я совсем забыла тебе сказать, — девушка склонилась, собирая упавшие бумаги, — пару часов назад нам пришлось транспортировать родителей Элис домой. Какие-то срочные рабочие дела. А Элис осталась погостить у нас, так что сегодня придет на репетицию. Я встала. — Значит, репетиции точно не будет. — Почему это? Кэт наконец справилась с неблагодарным трудом. — Потому что встретятся эти две бестии, — пояснила я. — В смысле? Я оперлась о стол. — Твоя сестрица спелась с моей, и вместе они представляют из себя просто разрушительную стихию. На этих словах дверь распахнулась, впуская в студию вышеописанный катаклизм мирового масштаба. — А где мальчики? — вопросила Анжелина, взгромождаясь на стол и снова сметая результаты сизифова труда Кэт. Я вздохнула. — Только пришла, а уже о мальчиках думает. Нет бы самочувствием сестры поинтересовалась. И что за родственники пошли? — А что мне твоим самочувствием интересоваться? Ты вот тут сидишь, целая, невредимая, а мальчиков нет. — А может, они тебя боятся? Это же ты испытать новый дипеляторный пластырь вчера на Алексе предложила, — помогла мне Кэт в словесной дуэли, стряхивая рыжую непоседу со стола. — А что, мне его на себе прикажете испытывать? Я лучше опытным путем. — Вот не надо. Я уже боюсь ваших опытов. В студии появился Алекс и, опасливо косясь, протиснулся к своему месту. Когда все собрались, началась привычная репетиция. Даже Элис смирно сидела в уголке.