Госпожа неудача "Шаг в неведомое"

— Господи, тебе самой не надоел однообразный темп жизни под названием «квартира — студия»? — спросила Анжелас, пролезая в проем окна. — Да благодаря тебе и Элис как-то не очень. — А мы здесь при чем? — Ну что ты, сестренка, не стоит так занижать свою самооценку. Я бы, конечно, поприветствовала идею твоих творческих начинаний, но, если это делается утром, когда еще в сновидениях титры не пошли, — увольте. Сестрица начала ехидненько улыбаться. Кажется, она поняла, к чему клонится наш разговор. Диалог прервал отрывистый стук в дверь. Этот ритмичный рисунок без труда мог узнать любой из нас. Сомнений не было: к нам пожаловал Алекс. — Что тут у вас происходит? — спросил парень, проходя в комнату и созерцая сидящую на подоконнике рыжую красу. — Да вот, пытаюсь освежить в памяти сестренки события вчерашнего утра. — Так они уже воплотили свои планы в реальность? — спросил Алекс, усаживаясь в кресло. — А ты откуда все знаешь? — удивленно спросила я. — Как же не знать? Я ведь сам предложил им эту вещь. Первоначальная идея могла с треском провалиться. Эти милые леди просто хотели потревожить твой сон, переместив тебя с кроватью, ну, скажем, в ванную. Но я сказал, что ты этого не оценишь, и предложил им просто и оперативно перенести в твою постель все, что в квартире лежит не на своих местах. — Ну спасибо, Алекс. Это я просто такую себе мелкую уборочку делала, а если бы... да хотя бы перестановку задумала и собралась вон тот шкафчик с диваном поменять местами? — Скажи спасибо, что не собралась, — заметила сестренка, с невозмутимым видом направляясь на кухню, давая понять, что разговоры разговорами, а прием пищи еще никто не отменял. Я побрела за ней. «Надо бы проконтролировать, что и сколько сестрица съест, а то, во-первых, провианта и так немного, а в магазин лень идти... Стоп, хотя можно Алекса послать: все равно без дела сидит, зайчик наш солнечный. А во-вторых, как говорится, на халяву и уксус сладок». Я достигла начала оккупированной сестренкой территории, как вдруг в дверь постучали. «Так, день открытых дверей, кажись, начался», — сказала я себе, меняя дислокацию. Распахнув дверь, я, честно говоря, вошла в ступор. Кого-кого, а этого человека я никак не ожидала увидеть. На пороге с широкой улыбкой на лице стоял Дамир. В конце концов я перестала таращиться, подняла свою челюсть, чтобы, не дай бог, на землю не шлепнулась, и пригласила Дамира войти. — Прости меня за столь радушный прием, — смущенно промямлила я, пытаясь хоть как-то сгладить позор и с чего-то начать разговор. — Просто так неожиданно... Нет, я не против твоего визита, но даже не могу представить, что заставило приехать тебя в такую даль и чем я могу быть тебе полезной. Мы прошли в комнату. — Да ладно, не смущайся ты так, будто к тебе сам шейх пожаловал. И почему неожиданно? Я ведь присылал тебе кое-что. Не получала разве? — Нет, — с твердой уверенностью ответила я, пытаясь припомнить все открытки, сообщения или, на худой конец, письма, которые получала за эту неделю. И вдруг меня осенило: «Билеты в кино. Но зачем Дамиру страдать такой ерундой?» Доселе сидевший тихой серой мышкой Алекс оторвал взгляд от журнала, который наверняка разглядывал из чистого любопытства. Вряд ли порядочного молодого человека заинтересует простой женский журнал. Надо сказать, что этим чтивом он увлекся изрядно, ведь, сколько мы с Дамиром пытались выяснить, что и когда мне присылали, Алекс будто не видел и не слышал. «Ой, лучше бы он там и оставался, между журналом и реальностью». Парень поднял на нас чарующий взор: — О, Кристина, возраст поклонников не ограничен? — Молчи уже, не вгоняй меня в краску перед порядочными людьми. Алекс издевательски улыбался. — Этот человек — мой хороший друг... — Меня зовут Дамир Анвар, — закончил он, видимо, чтобы я не утруждалась в его представлении. Алекс задумчиво теребил в пальцах бахрому покрывала. — Дамир Анвар... Анвар... кажется, что-то знакомое. — Ну конечно, знакомое. Вы, я так вижу, хорошо общаетесь с Кристиной, а она в свою очередь прекрасно общается с моей семьей: с моим племянником — Луи — и сыном... — Аскар! Тварь, сволочь! Убью гада! Говори, где он! — Алекс вплотную приблизился к Дамиру. — Алекс, остановись, не надо! — Анжелина влетела в комнату и попыталась встать между мужчинами. — Как не надо? Эта тварь практически убила тебя! Ошеломленный Дамир смотрел то на нас с Анжелас, то на негодующего парня. — Как? Не может быть... Анжелина, дорогая, что у вас произошло? — Дорогая?! Да вам, ливийцам, женщина — это что-то вроде фабрики по производству детей и не более... Дальше я не слушала. Шепнув сестренке пару слов, я пошла в кухню вызывать Джейка на подмогу. Вечером, когда все утряслось, взрывная бомба «Алекс» была уведена, а мы с сестрицей проводили Дамира в гостиницу (он решил остановиться в Лондоне на пару деньков). Я стояла на балконе и думала... Господи, да я постоянно о чем-то думаю. Но ничего не поделать, такая моя натура. Во-первых, меня мучил вопрос, что все-таки присылал Дамир и куда оно подевалось. Во-вторых, как ему теперь в глаза смотреть после такого приветствия Алекса? Я вошла в комнату и опять извлекла на свет божий эти несчастные билеты. Разглядывая их со всех сторон, я наконец увидела в уголке одного из них мелкие буквы: «Дамир Анвар». На следующий день после репетиции мне позвонил Дамир. — Ну как, ты вспомнила? — Да, конечно. Но зачем? — Да я давно хотел посмотреть, чем сейчас дышит английская культура, а сходить здесь особо не с кем. Да и поговорить нам есть о чем. Думаю, если фильм не будет столь интересным, время зря не потеряем. — Ладно, как скажешь. — Тогда до встречи у входа. Фильм действительно был неинтересным. Я хоть и люблю романы, но это уже и для меня мыльно. Поначалу Дамир не мешал, думая, что я увлечена сентиментальным зрелищем, но, увидев, как я от скуки пересчитываю народ в зале, точно вожатая детей в отряде, повернулся ко мне. — Скучно? — Ага. — Прости, надо было выбрать что-то другое. — Да ладно... Кстати, о чем ты хотел поговорить? — О тебе и Луи. Настроение сразу начало неумолимо падать. «Прекрасно. Так вот какая тактика у этого поганца. Сам потерпел поражение и теперь решил к помощи взрослого прибегнуть. Тоже мне, дитя малое. На что он надеялся?» Я тяжело вздохнула: — А конкретнее? — Ну зачем ты его обманываешь? Ну повздорили когда-то, с кем не бывает; мне кажется, он уже все понял и пересмотрит свое отношение к тебе. — Да что за чушь! Чего он вам наплел! Нет и не было у нас ничего, ясно?! Глаза Дамира медленно полезли на лоб. — Но, Кристина, ведь мы же не слепые, в конце концов, и все прекрасно видели, когда вы из Турции приехали. Ой, если бы я знала, до чего доведет меня этот горе-влюбленный спаситель, вряд ли согласилась бы на его услуги, пусть за мной хоть оба агентства гонялись бы. Я напустила на себя самый возмущенный вид и сказала: — Повторяю, кроме дружбы, у меня с вашим племянником ничего не-е-ет! И если это все, то я, с вашего позволения, пойду. Нормальной девушке, тем более звезде шоу-бизнеса, есть чем заняться. Простите, если чем обидела, — я резко встала и собралась идти, но ладонь мужчины легла на мою руку. — Постой, пожалуйста. Я уже всерьез начинала закипать. — Нет-нет. Я задам вопросы, не касающиеся тебя. Что там произошло у Аскара и твоей сестры? — Да если бы он позволял себе меньше беспочвенной ревности, ничего бы не случилось. Неужели без ножа и грубой мужской силы на востоке ничего не решается? Видимо, я в очередной раз заставила Дамира рискнуть потерять свою челюсть, уж больно она опять отвисла. — Как? Не может быть! — Что, мне не верите или за сыночка стыдно? — Стыдно — это уже дело другое, тут вопрос не в этом. — А в чем же? — Каким это чудом Анжелина так быстро справилась с ранением? Ох, зачем мы затеяли этот разговор? Ведь теперь этот ливийский Шерлок Холмс от меня так просто не отвяжется. А я? Что я ему скажу, начну повествовать занимательную историю об иных и всем таком? Нет уж, пусть Аскарчик папочке все и расскажет. Я не смогла придумать ничего лучше. Незримая нить барьера потянулась в карман к моему телефону. Наш слух тут же стал умилять мелодичный звонок, поставленный на будильник. «А кому какое дело, для чего он предназначен?» — тупо нажав на клавишу вызова и с самым неподдельным радостным видом крикнув в трубку громкое «алло», я пулей вылетела из зала. Хорошо, что хоть взлететь не додумалась на радостях. Очутившись на улице, я сразу направилась к сестрице. Надо же все рассказать и ввести ее в курс дел ливийских.