Госпожа неудача "Шаг в неведомое"

На следующий день я проснулась очень рано. Если память не подводит, примерно около часа дня. И нечего смеяться, учтите то, что домой я попала в семь. Несмотря на то, что глаза слипались, будто я и не ложилась вовсе, положительные эмоции прямо-таки захлестывали. Я побрела в ванную. В памяти опять всплыл момент, который я буду помнить до конца своих дней и которого я так долго ждала. Ночь уступала права пасмурному утру. Мы стояли на выходе из парка. — Кажется, ты опять замерзаешь, — сказал Джейк, взяв меня за руку. — Да нет, все в порядке, — я попыталась подавить зевок. Парень тихо засмеялся. — Маленькие дети тоже мерзнут, когда хотят спать. Я положила голову ему на плечо и прикрыла глаза. — Кристина, — прошептал он в самое ухо. Я хотела поднять голову, но нежное прикосновение его руки убаюкало это желание. — Кристина, я люблю тебя. Из спальни донесся звонок мобильного. Стряхнув остатки приятных воспоминаний и наспех завязав халат, я быстро пошла в комнату. И тут страшная мысль просто-таки молотом ударила в голову. «Боже правый! Репетиция! Во сколько она там должна была быть?! В девять. Но почему гром грянул только сейчас?» — Ну что, сестренка, я уже начинаю вянуть от безделья. И если ты сейчас не посоветуешь, чем мне занять себя любимую, то приду вашу идиллию нарушать. Мне Кэт говорила, что Джейк порвал со своими депресняками и дома не ночевал. От сердца отлегло. Ведь я ожидала промывки мозгов от расчудесного руководства нашей группы, так что на издевательства рыжей почти не отреагировала, правда, решила внести кое-какие коррективы на тему «Джейка у меня нет, и глаза я продирала в гордом одиночестве». Сестрица многозначительно хмыкнула, давая понять, что так уж она мне, проказнице, и поверила. — Ладно тебе, привязалась. Ты мне скажи, почему это Эмма с Каролиной до сих пор меня за прогул не отчитали? — Вот, блин, пустая голова! Я же должна была позвонить тебе еще утром и сообщить, что мы сегодня отдыхаем. Я решила, что теперь моя очередь поиздеваться. — Странно, — задумчиво протянула я. — Что странно? — Голова, говоришь, пустая? Если ты решила покраситься, то я тебя убью. — Ты это о чем? — с недоумением в голосе спросила сестрица. — Как о чем? Ведь только блондинки страдают от такого недуга. — Ох, кто-то у меня договорится! Учти, я в долгу не останусь. — Ага, вызови Элис в штаб-квартиру и решай, как пересолить кашу в тылу врага, — я услышала, как в дверь квартиры сестренки позвонили. «По-моему, напророчила, совещание сейчас начнется». Дальше день потянулся обычной будничной рутиной. Но провела я его с пользой для себя. Оказывается, моя ночная прогулка не только была полезна мне, но еще и принесла группе парочку новых песен. Вечером, когда я уже удобно устроилась на диване, дабы посмотреть телевизор на сон грядущий, в дверь позвонили. Мысленно послав далеко и надолго тех, из-за кого приходится вылезать из-под теплого одеяла, я пошлепала открывать. — С этим надо завязывать, — сказала Джессика, переступая через порог. «Действительно. Сколько себе твержу: надо интересоваться, кто к тебе пожаловал», — мысленно согласилась я с упреками гостьи. — Крист, прости, что потревожила тебя в довольно позднее время, но мне необходима твоя помощь. Так сказать, выручай, соседка. Я с неприкрытым удивлением воззрилась на женщину. Легкая улыбка коснулась ее губ. — Ты такая смешная, когда удивляешься. Да, мы с тобой соседи. Я живу этажом выше, так что могу по ночам ходить по голове, а иногда, уходя на работу, забывать закручивать краны. Теперь мы обе рассмеялись. Я вдруг решила вспомнить о правилах хорошего тона; учтем, что пару минут назад хотела вежливо сообщить пришедшим, куда и на сколько следует поспешить. — Что мы стоим на пороге? Давайте хоть в комнату пройдем. Джессика, взглянув через мое плечо, опять, улыбаясь, сказала: — Да я ненадолго пришла. И вот сколько тут стою, заставляю тебя то смущаться, то удивляться. Пора это прекращать, а может вылиться в комплекс, что ты не можешь нормально принять гостей. И давай перейдем на «ты»? Я, как видишь, с тобой, как с подругой; неужели не заметила, что я решила назвать тебя так, как друзья? Думала, что это поможет сгладить возрастные грани между нами. Я вообще стараюсь найти подход к каждому человеку, ведь профессия репортера этого и требует. Я поправила и без того прекрасно сидящий халат и сказала: — Будь по-твоему: «ты» так «ты». Сквозняк захлопнул входную дверь, которую гостеприимная хозяюшка забыла прикрыть. Мне опять стало неловко. Об этом свидетельствовали краснеющие щеки. Джессика сделала вид, что не заметила моего смущения, и продолжила: — Прости, пожалуйста. Нет ли у тебя лампочки? В ванной перегорела, а запасной нету. Вот была сегодня в городе, а купить не удосужилась. Моя челюсть опять отвисла в удивленном жесте. «Но ведь она же дитя солнца и могла бы взять нужный ей предмет с прилавка, а деньги положить в кассу, и всех делов». Видимо, женщина прочла или просто догадалась, о чем я думаю, и сказала: — Да, я могучее дитя солнца, но в быту мало применяю силу, хотя в твоем возрасте... — Джессика мечтательно закатила глаза, видимо, вспоминая и жалея о времени, которое неумолимо утекает от каждого из нас. — К сожалению, помочь не могу. Вон, у самой на кухне лампочка уже мигает, а купить... Мы рассмеялись. — Что же, и на этом спасибо. Пойду я, — она уже взялась за ручку двери и опять повернулась ко мне: — А ты завтра сильно занята? Я задумалась: — Да вроде нет, а что? — Давай тогда ты займешься спасительной операцией, название которой «Долой темноту», и купишь нам с тобой эти несчастные лампочки. А вечером, где-то... — Джессика задумалась, вероятно, что-то прикидывая, — где-то после пяти, поднимешься ко мне, заодно и погостишь, скуку мою развеешь, а то мое семейство разъехалось кто куда. Я согласилась, не колеблясь. Несмотря на то, что моя соседка была примерно ровесницей мамы, с ней было легко и приятно общаться. Проводив Джессику, я сразу же создала напоминание в мобильном, не доверяя девичьей памяти, и отбыла в состояние сладких грез.