Many years later...

      Солнце медленно скатывалось за горизонт, одаривая своими прощальными лучами Браавос. Дневная суета огромного города стихала, уступая место суете ночной. Из окна ничем не примечательного дома на окраине города, наблюдала за закатом хрупкая фигура женщины. Взгляд ее был полон печали, уголки носа и глаз обрамляли морщины, а некогда золотые локоны, ставшие с течением времени серебристыми почти как у валирийцев, были сплетены в замысловатую прическу. Дверь тихо отворилась, и в комнату вошел Элирио, — юный парень в простой одежде, что носили тысячи горожан Вольных Городов. — Матушка, все получилось отлично. Отныне твой сын — воин золотой армии. Ответом ему была тишина. — Ты не рада за меня, матушка? Я стараюсь ради величия нашего имени. Голос его звучал твердо и спокойно, но в нем слышалась обида.       Женщина, блуждавшая взглядом по пейзажам за окном, неспеша повернулась. В уголках глаз ее блестели слезы, а печальная улыбка украшала лицо. Оставив наконец-то это занятие, она подошла к сыну и крепко его обняла. Элирио был на голову выше матери, но это не особо мешало. — Конечно, я рада за тебя, мой сын. Ты истинный лев, по крови и характеру, — голос был не громким, но и тихим его нельзя было назвать, — и у тебя великое будущее Лорен из дома Ланнистеров. Тебе суждено вернуться в Вестерос и принести возмездие всем, кто нас предал. Баратеоны, Старки, Таргариены.....твоя длань убьет их всех, и над Семи королевствами вновь поднимется падшее, красное знамя львов. Слава о тебе будет оставатся в веках, а твое имя будет приводить в ужас друзей и врагов…       Произнося эти слова, она крепко обняла сына и погладила по черным волосам.       Элирио, окинув взглядом комнату, обнаружил другую фигуру, стоявщую у входа. Отец. Его черные волосы были коротко стрижены, и местами их затронула седина.Изумрудные глаза указывали на то, что он определенно услышал, что именно сказала женщина. Взгляд его излучал лишь холод, словно северный лед.       Юноша, поняв все без слов, удалился из зала, оставив родителей наедине. Едва он успел покинуть помещение, мужчина хлопнул своей золотой рукой по столу с такой силой, что стол качнулся со стороны в сторону, а посуда стоявшая там упала и разбилась на тясячи осколков. Пронзив жену убийственным взглядом, с нотками ярости в голосе, произнес: — Мы не раз об этом говорили, Серсея, но ты все не унимаешься. В Вестерос нам хода нет, наш новый дом — Браавос. Пойми это, Серсея! Пойми и не вороши прошлое. Мы больше не Ланнистеры, мы — Террисы. — Тирион — позор Ланнистеров, он служит шлюхе табунщика и мерзкому северному ублюдку, а наш сын — истинный Ланнистер, а не этот уродливый карлик — зло выпалила Серсея, сверкнув на Джейме зеленым блеском глаз. — Ты ничего так и не поняла, — тяжело вздохнув, произнес Джейме, — Тирион нас спас. Он наша семья. И что бы ты не сказала Лорен никогда не вернется в Вестерос, ибо я этого не позволю       Произнеся последнюю фразу, мужчина отвернулся, дав понять, что разговор окончен. Он вышел прочь, громко хлопнув дверью и, оставив Серсею в гордом одиночестве. Слышавший всю ссору Элирио, крепко сжал кулаки. «Отец боится возвращаться на Родину, но это мое предназначение, и я исполню его, даже если придется пойти наперекор отцу».