Без чувств

      Мало кто с нетерпением ждёт встречи с ней. В этом нет ничего удивительного. Многие стремятся отсрочить момент наступления своего неизбежного конца, некоторые безумцы - вовсе грезят о потерянном когда-то полном бессмертии. Так кто же в здравом уме поспешит на встречу с Хозяйкой Царства Вечного Сна? Хоть и чтут её во всех уголках страны, думаю, это связано с тем, что люди боятся навлечь гнев Белоснежной Судии вновь. Лишь Старая аристократия не делают этого, обвиняя богиню во всех грехах и называя её не иначе как Слепой Демоницей. Это нечестно. Они никогда не испытавшие и сотой доли того, что выпало на её долю, а более того в какой-то мере послужившие её страданиям причиной смеют роптать, жалуясь на несправедливость.       Она же до сих пор выполняет свою уже в край опостылевшую неблагодарную работу вместо того, чтобы исполнить их глупые требования и оставить самим разгребать последствия. Порой ЛессЛи Тхаори слишком милостива. Поверьте, уж я-то знаю это как никто другой...       Сейчас эта история кажется лишь безумным сном. Тогда я был весьма юн, но мнил себя взрослым и всезнающим. Мир вокруг был необычайно ярок, обучение увлекательно. Я был полон амбиций, надежд и мечтаний. Но более мою дурную головушку занимали мысли о Ней. Кхаллисс, дочь весьма влиятельного жителя нашего тихого городка, казалась мне прекраснейшей девушкой. А уж после того, как я увидел её играющей с детьми бедняков и помогающей им, то был окончательно пленён ею. Пламя чувств теперь охватывало меня всякий раз, как я лицезрел это чудесное создание. Спустя некоторое время я решил действовать. Для того, чтобы сделать всё как следует, мне была необходима немалая сумма, а потому копил я долго отказывая себе во всём. И вот в шестой день Золотого Цветения я постучался в дверь дома семьи любимой, держа в руках шкатулку с «Огненными браслетами» и «Ледяными кольцами». Соблюдая обычные для того случая ритуалы почтения, попытался внятно изложить своё намерение вступить с девушкой в равный брак... До сих пор с содроганием вспоминаю то искажённое гневом лицо главы семьи... Возможно, сейчас я даже могу понять причины. Ведь мало кто захочет вручить судьбу единственной горячо любимой дочери человеку без стабильного заработка или хотя бы защиты рода. В итоге. Меня вышвырнули за порог, поливая оскорблениями и угрозами, бросив ритуальные украшения на землю и втоптав тонкие изделия, плоды моих многодневных трудов, в пыль. И только ныне понимаю то, что нельзя было давать волю чувствам, нельзя было оскорблять в ответ и уж тем паче непозволительно было грозить новыми попытками сватовства. Связываться с этим человеком оказалось чревато.       На следующий день я потерял всё, что имел. Стараниями отца Кхаллисс меня отчислили. Более не было возможности продолжать идти по пути учёного. Жизнь мою помимо этого отравляли омерзительные слухи. Никто не хотел брать меня на работу и иметь дел со мной, те, кого я звал своими друзьями, отвернулись от меня, не поверив или не захотев поверить и единому моему слову. И вместе с тем чувства к девушке не оставляли меня, отравляя и без того не лёгкую жизнь. Я мог бы уйти куда-то, собрав свои пожитки, попытаться начать новую жизнь, не сдаваться. Но было страшно. Я не мог оставить в прошлом Её. Мне хотелось просто не чувствовать. И в итоге, раздираемый изнутри, решился на глупейший поступок. Стыдно писать это, Но... Сейчас я понимаю, что на деле решил просто скинуть с себя ответственность за решение своих проблем на плечи кого-то другого. Тогда казалось,что это единственный выход. Помню последние деньги потратил на цветы снежного мака с корнем, «Ледяной Кинжал» и снотворное. Момент ухода в «Ледяные своды» память не сохранила. Снотворное оказалось на удивление качественным.       Очнулся в незнакомом месте, и даже сейчас я вряд ли смогу описать его совершенную холодную красоту. А потому и не буду пытаться. Здесь было множество людей. Они гуляли, спали, вели неспешные разговоры и... иногда просто испарялись в тумане. Я был так ошарашен, что не заметил Их приближения. Ко мне направлялись девушка и юноша. Я тут же узнал в них Тёмных Близнецов, так как об этом недвусмысленно намекали их иссиня-чёрные волосы, бледная, напоминающая мрамор кожа, холодный прищур чуть раскосых различных по цвету глаз за стёклами очков. Образ дополняла тёмная, строгая одежда. Когда эти незаурядные личности приблизились ко мне вплотную, по спине невольно пробежали мурашки. После нескольких долгих минут, в течение которых я удостоился лишь пристального рассматривания, девушка, чьё имя было ТхалленСин, наконец, молвила, слегка приподняв уголки тонких губ: - Прошу чувствовать себя как дома, дорогой гость. Нам выпала роль твоих провожатых..., - она прервалась на миг и нахмурилась, поймав мой полный недоумения взгляд. Да и кто бы не был поражён, если бы Перерезающие Нити объявили себя его провожатыми?... - Очевидная реакция. Однако это лишь стандартная процедура. Мать просто хочет поговорить с тобой до полной смерти твоего тела. И с нами шансов успеть больше. Ясно?, - тяжело вздохнув, снизошла до объяснений ТхалленСсин СсилмиХонэ. Кивнул, хоть от её слов вопросов стало только больше.       Затем мне было уже не до этого, ведь я еле поспевал Тёмными Близнецами, быстро шагающими сквозь туман. Не знаю сколько времени занял наш путь, но в итоге, мы оказались перед голубоватыми ледяными вратами, в глубине которых мерцали кроваво-красные прожилки. Я оробел. Тут же вспомнились те полные ненависти пугающие проповеди одного видного представителя Старой аристократии, посетившего наш городок очень давно... СстефФан, брат Тхалленсин, стоящий чуть позади меня, это заметил и одарил меня насмешливым взглядом и поистине змеиной усмешкой. Хотя какой ещё от него можно было ожидать? - Неужели в тот момент ты не знал с кем предстоит встретиться? Раньше нужно было думать об этом. Сейчас уже слишком поздно идти на попятную, не считаеш-ш-шь?, - склонившись, шепнул он мне на ухо, слегка сдавливая тонкими, но довольно сильными пальцами моё плечо. Это было весьма пугающе. Но длилось лишь мгновение, затем СстхефФан отстранился и мило улыбнулся, как будто ничего не было. -Не пугайся ты так, - протянул он, весело подмигнув мне, а затем чуть серьёзнее добавил, - Тем более слухи об этом месте и его Хозяйки до крайности преувеличены. Она просто хочет поговорить с тобой.       Я почему-то слегка успокоился после его слов. Не знаю, что послужило этому причиной.       ТхалленСсин, выждав ещё секунду, прикоснулась к холодной поверхности врат, и те неохотно начали открываться, а СстхефФан легонько подтолкнул меня в перед, заставив ввалиться в помещение и чуть не грохнуться на холодный пол. К счастью, в последний момент я сумел удержаться на ногах. Вслух помянув недобрым словом, Тёмного Учёного, чей холодный смех раздавался из-за захлопнувшихся створок, я наконец догадался осмотреться. И тут же готов был сгореть от стыда. Ведь прямо в центре заснеженного зала восседала на хрустальном троне Она. К слову, облик её полностью соответствовал изображениям в храме и описаниям. Те же кипенно-белые кожа и волнистые собранные в косу волосы, те же аристократичные черты лица и алая шелковая лента на месте, где должны находиться глаза.       Хозяйка чуть склонила голову на бок, на тонких губах её блуждала слабая, усталая улыбка. - Приветствую. Прошу прощения за шалость моего сына, - негромко сказала госпожа ЛессЛи, постукивая кончиками пальцев по поверхности подлокотника. - Впрочем, и его можно понять. Скука здесь смертная.       Её пальцы на секунду замерли, а затем продолжили отбивать тот же однообразный ритм, выдающий или намерено демонстрирующий некоторое напряжение Белой Богини. - Перейдём же к делу, - наконец произнесла она серьёзно. Улыбка мгновенно исчезла, уступая место недовольно поджатым губам. - Что же мне с бой делать, дитя? Не подскажешь?       Я лишь в недоумении пожал плечами, сочтя вопрос весьма странным.       Она тяжело вздохнула, отвернувшись от меня и покачав головой: - Ты так молод. Ещё дитя сущее..., - медленно и задумчиво проговорила ЛессЛи, а затем повернула голову в мою сторону и спросила с холодной усмешкой. - Так отчего же так торопишься окунуться в Забвение?       Слова Богини вызвали в душе лёгкое возмущение, но я смог сдержаться, успокоился и изложил суть своих проблем. Чем вызвал взрыв смеха со стороны Судии. -И это всё?, - отдышавшись произнесла она, после чего продолжила говорить спокойнее. - Ты сильно ошибаешься, дитя. Это ещё не самое страшное. Впрочем, твой рассказ помог мне принять решение.       Я замер, с нетерпением ожидая вердикта Слепой Богини. Твоё тело ещё живо, а ситуация на деле не так уж безнадёжна, - молвила ЛессЛи с мрачной усмешкой, откинувшись на спинку трона. - Поэтому я позволю тебе выжить.       Я негодовал. И тут же не сумев сдержаться, в запале пригрозил не перестать совершать попытки, ибо жизни мне с такими чувствами не мила. Хозяйка Царства Вечного сна резко встала с трона, заставив меня в страхе отшатнуться. Лицо её искажала странная гримаса, поразительное смешение острого раздражения и глубочайшей печали. -Значит, жизнь с чувствами не мила?, - тихо и пугающе спокойно было произнесено ею в тишине. - Многие отдали бы всё за возможность оказаться на твоём месте. Те, кого не возможно оживить, те кому нельзя уже помочь... Их множество. Каждый день я слышу их крики, мольбы и стоны, просящие о том, что я не могу дать им, но сейчас предлагаю тебе...       Она ненадолго замолкла, однако через пару секунд вновь обратилась ко мне: -У нас мало времени. Если проблема в болезненной любви и сопутствующих ей чувствах, то я вполне могу забрать их, а потом оживить тебя. Как тебе такое предложение?, - эти слова, похоже дались ей с трудом. А я задумался ненадолго, после чего согласился... Стыдно признаться, но перспектива полного исчезновения теперь пугала, а этот вариант казался весьма удобным. -Ты уверен?, - спросила ЛессЛи Тхаори, опустив голову. А после моего подтверждающего энергичного кивка натянуто улыбнулась. - Что ж воля твоя. Не пожалей об этом, дитя.       Её рука легла на мою грудную клетку. Прошло несколько мгновений и от места прикосновения стремительной волной по всему телу распространилась сильнейшая боль, которой я выдержать не смог и моё сознание затянула тьма.       Когда я открыл глаза, то обнаружил себя в весьма маленьком, но светлом помещении, лежащим на жёсткой, но чистой кровати, скосив глаза заметил ещё несколько пустующих коек. Я попытался хотя бы сесть, но тут же свалился обратно с сильнейшим головокружением. Кроме того тело было словно налито свинцом. В итоге, больше попыток подняться я не предпринимал, оставшись лежать и тупо смотреть в чуть облупившийся потолок. В голове было пусто, всё воспринималось будто бы через некую пелену.       Через некоторое время я услышал шаги, направлявшиеся явно в мою сторону, и попытался сфокусировать взгляд на небольшой деревянной двери. Ждать пришлось недолго. Дверь с тихим скрипом открылась, и в комнату зашёл незнакомый мне мужчина, который судя по одеянию был лекарем. Он придержал дверь, позволяя войти в помещение ещё одному человеку. Это была девушка, более того она была знакома мне. Её имя было Кхаллисс. Когда я увидел её, то осознал одну важную вещь: моё сердце больше не ускоряется в её присутствии. Я должен бы радоваться, однако... Я не мог. Более того, грустить я тоже не мог. Страха также не было. Только что-то отдалённо похожее на удивление, различимое с трудом, будто заглушённое чем-то, а ещё чуть более сильное ощущение неправильности происходящего.       Из задумчивости меня вывел вопрос доктора о моём самочувствии. Я просто описал свои физические ощущения, умолчав о душевных, понимая, что если я скажу всю правду, то так просто отсюда не выйду. Записав мои слова, врачеватель рассказал мне о произошедшем. Оказывается, меня в моём доме нашла Кхалисс, и именно она позвала помощь. Из-за чего меня и успели спасти, хоть это и было очень непросто, после чего я пролежал в беспамятстве несколько дней. Однако сейчас, по словам врача, я уже начал идти на поправку. Потом, закончив с объяснениями, врач сослался на занятость и оставил меня наедине с девушкой. Мы некоторое время молчали. А затем я спросил у неё о причине нахождения в моём доме тогда. Если быть честным, То в тот момент я не испытывал интереса, просто нужна была как можно более полная информация для того, чтобы определиться с дальнейшим ходом действий. Она замялась, но потом ответила, что посчитала действия отца были чрезмерны и захотела помочь, а именно договорилась о возможности продолжения моего обучения, но в другом городе, оплатила её и ещё несла мне в тот день некоторое количество денег, достаточных для обустройства в новом месте и безбедной жизни на протяжении месяца.       Удивлённо вскидываю брови скорее по привычке нежели от настоящего удивления. Хотя, кажется, что-то похожее промелькнуло нечёткой тенью.       Однако в следующую секунду произошло нечто более поразительное. Кхаллисс решительно сообщила мне о том, что вина за произошедшее лежит на ней и её отце, и чтобы искупить её она с этого дня будет заботиться обо мне.       Ранее это вызвало бы неподдельную радость, но сейчас мне было всё равно. Практически всё равно. Я осознавал, что эта девушка, серьёзно смотрящая на меня, ничего не сможет исправить. Она только потратит своё время зря, ухаживая за тем, кто и удовольствия от этого не испытает. Желания обрекать её на это не было. Поэтом у я решил рассказать ей всё, дабы отговорить от такого неразумного поступка.       Она внимательно меня выслушала. Однако даже после этого решения своего не изменила и даже попыталась убедить меня в том, что, возможно, это состояние временно. Я лишь вздохнул и пожал плечами. В конце концов, решения принимает она. Это её судьба...       … С момента моего полного избавления от негативных для физического здоровья последствий моего путешествия в Царство Вечного Сна прошло несколько лет. Я до сих пор практически ничего не чувствовал сам, однако, учась скрывать своё состояние от окружающих, стал лучше читать их эмоции и чувства, видя мельчайшее их отражение в жестах, интонациях и выражениях лиц, а также изображать наличие таковых у себя. Учёба была закончена.       Я стал видным учёным, но на деле не мог почувствовать даже удовлетворения от проделанной работы. И занимался этим скорее по привычке. Кхаллисс стала моей женой и ждёт ребёнка. Она думает, что я излечился. Я не разубеждаю её. Мир всё такой же блёклый и серый. Лишь иногда удаётся почувствовать тень удивления или сильнейшее, не отпускающее меня, ощущение неправильности, растущее день ото дня, становящееся даже мучительным. Хотя при этом физические ощущения вроде боли, головокружения, слабости и прочего остались в норме. Не понимаю как ЛессЛи добилась такого результата, а ведь уже долгое время пытаюсь исследовать эту проблему и найти решение. Но я, к сожалению, не обладаю практически утерянной магией души. Да и даже если бы владел, то сила бога мне не была бы доступна в любом случае. Поэтому я обратил свой взор на тело. Я пытался исследовать его особенности, чтобы найти предпосылки моего состояния там. Сведения, что я получил, оказались бесполезны для мня, но стали существенным вкладом в науку. Так я и жил. До того солнечного, душного дня.       Я совершал прогулку с моей супругой. Ничего не предвещало беды. Однако неожиданно из-за угла вылетела повозка. Возница что-то кричал, пытался утихомирить взбесившихся лошадей, но те, закусив удила, продолжали нестись с бешеной скоростью. Я и Кхаллисс стояли как раз на её пути. Моя прекрасная жена остолбенела от страха, мертвецкая бледность разлилась на её лице. Я не колебался, принятие решения заняло лишь долю секунды.       … Она плакала. Я не слышал этого, просто капли тёплой влаги попали на моё лицо, отвлекая на краткий миг от боли в истоптанном, изломанном лошадиными копытами теле.       Это было последнее моё ощущение, перед тем, как моё сознание угасло. Очнулся я уже в том же знакомом прекрасном помещении, входом в которое служили те же, ничуть не изменившиеся, ледяные с красными прожилками врата, в центре которого стоял неизменный же трон с восседающей на нём Хозяйкой. Это подняло во мне волну жгучего раздражения, тут же сменившуюся ярчайшим удивлением. Ведь я осознал, что они вернулись... Мои чувства вернулись! Не в силах поверить в это, прислушался к себе вновь. Ощущение неправильности испарилось, словно его и не было, уступив место тёплому удовлетворению, а затем бурлящей радости. Эмоции видоизменялись и перетекали. Я испытал буквально всё, чего был лишён годами и даже боль с печалью не были в тягость.       Очнулся я только, когда почувствовал движение подле себя. Подняв глаза, я обнаружил, что Белая Богиня стоит в шаге от меня. -Тебе по нраву испытываемое. Не так ли?, - как-то тепло и ласково произнесла ЛессЛи, чуть склонив голову набок и впервые на моей памяти улыбаясь искренне. - Хочешь спросить меня о чём-то?       Я вспомнил произошедшее и поспешно поинтересовался состоянием моей жены. - Она в полнейшем порядке, дитя. Ты ведь сам её и спас, не так ли..., - уголки её губ приподнялись чуть-чуть выше. Я облегчённо выдохнул, а она продолжила. - Однако, не считаешь, что сейчас есть вопрос поважнее?       Я понял на что она намекала. Но на деле для меня это было менее важно, чем состояние Кхаллисс. Я осознавал, что практически умер, как и в тот раз. Я не боялся Забвения сейчас, был готов принять его даже при том, что сейчас мне как никогда хотелось жить. Но надеяться на второй шанс было бы крайне глупо. То, что не увижу более любимой, не смогу ей помочь справиться с трудностями и не подержу хоть раз на руках нашего ребёнка — только об этом я сожалел в тот момент.       Задумчивость мою развеял заливистый смех. Она смеялась. Белая Богиня, Слепая Судия Царства Вечного сна... Чисто, искренне смеялась будто бы от радости. В тот миг её лицо утратило печать бесконечной усталости, и я вспомнил старые картины. А ведь точно, она не всегда была такой... Но мысль не успела оформиться до конца. Смех замолк и вся магия момента испарилась. Всё стало прежним. И ЛессЛи Тхаори в том числе. -Мне всё ясно, - серьёзно произнесла она, возвращаясь к своему трону. - Конечно, следовало бы тебя забрать окончательно, но..., - богиня замолкла на миг, о чём-то раздумывая, а затем продолжила. - Знаешь, я дам тебе второй шанс, если, конечно всё понял.       Я поперхнулся воздухом. Поверить в происходящее было попросту невозможно. - Или ты против?, - насмешливо спросила Судия, подпирая голову рукой. - Если так, то могу и здесь оставить...       Я прервал её горячими заверениями о том, что в этом нет необходимости. -Тогда позволишь мне сделать это ещё раз?, - тихо спросила она, подзывая меня жестом. Я не совсем понял о чём она, но подошёл. А потом она положила свою ладонь на мою грудную клетку. Этот жест поднял страх из глубин души. Воспоминания о прошлом разе были ещё живы. Я попытался отстраниться, однако её вторая, кажущаяся слабой рука, держала меня с неожиданной силой, а на лице на краткое мгновение промелькнуло раздражение. -Не беспокойся. Мне нет смысла делать это сейчас. Я просто отправлю тебя обратно, не более, - улыбка, до сих пор блуждавшая на её губах стала печальной. - Знаешь, я благодарна тебе, дитя. Ты напомнил мне о некоторых... вещах. Вынуждена поблагодарить тебя за это.       Она сказала что-то ещё, но я уже не мог услышать. Боль пронзила моё тело, отчего моё сознание стремительно погрузилось во тьму.       … Сейчас уже всё позади. Я счастлив, живя с моей чудесной женой и не менее чудесной дочуркой. Да и сам факт наличия эмоций до сих пор вызывает радость даже в моменты грусти. Это может показаться странным, но я никак не могу перестать. Хотя вместе с этим, порой возникает страх того, что всё это исчезнет вновь, но он быстро исчезает в присутствии Кхаллисс и маленькой Тхаори, названной в честь уставшей и слишком милостивой Хозяйки Царства Вечного Сна. Я много размышлял. И, наверное, наконец, понял, что она хотела мне показать. Теперь я знаю, что эмоции и чувства — неотъемлемая часть меня, делающая мир ярким и насыщенным и привносящая в него смысл. Кроме того, не стоит торопиться уйти, терять надежду... Просто не стоит оно того. На этом....закончу. Записать ….......... было довольно трудно. Многие моменты волей неволей пришлось опустить. …...надеюсь......не...... хуже. Когда-нибудь,............. попадёт...........через бумагу............уста... Или не выйдет за пределы …................ неважно........................................................................................................................................................................................................................................................................................ До встречи, ЛессЛи.................................................