Любовь и другие природные аномалии

Я с нетерпением ждала выходных. По правде говоря, меня мучила совесть, после такого неловкого расставания с мамой. Мне было настолько стыдно, что я связалась с ней лишь спустя две недели. Всю неделю я выбирала подарки для родных, представляла, как они обрадуются. В итоге, я купила для тети Полли бусы из крупных красных камней с белыми крапинками, а маме семена нового сорта роз, цветы которого, по словам продавца, будут розовые и крупные. *** На станции меня встретила бледная, с мешками под глазами, мать. К её лицу тут же прилил здоровый румянец, когда она увидела меня. Мама подбежала ко мне, поцеловала в лоб, прижала к себе и долго-долго не выпускала из своих объятий. После мы пошли домой, где меня уже ждали любимые вафли с клинковым сиропом и липовый чай. За завтраком мама постоянно спрашивала, все ли у меня хорошо, хватает ли денег и не одиноко ли мне. Моему подарку она очень обрадовалась: — Это прекрасный сорт роз, когда-то у меня был такой, его подарил мне твой отец. Мне кажется, их аромат пропитан воспоминаниями тех лет, когда ты совсем была малышкой. Я как раз всегда укачивала тебя в тени именно этих роз. — Я рада, что тебе нравится. — Ой, у меня же тоже есть подарок,— спохватилась она,— Я хотело подарить тебе это на день рождения, но совсем забыла в этой суматохе. Она скрылась в своей комнате, затем вернулась с маленьким мешочком в руках. Мама открыла его и достала содержимое: в её руках блеснул бирюзовый камень в золотом обрамлении на черном шнурке. —Вот, никогда ге снимай это,— она надела подвеску мне на шею,— Это очень сильный оберег. —Спасибо, мам. Я знала, что это. Оберег был прозван в народе "слеза матери", потому что его основу составляли слезы женщины, переживающей за свое дитя. Кулон издавна считался самой сильной магической защитой, а его изготовление было крайне сложно, более того, сделать и подарить такой кулон может лишь мать своему ребёнку. Мы пили чай и говори так, как будто не виделись минимум год. Я поняла, как мне безумно не хватало её все это время, ведь мама всегда поддерживала меня, а без нее я чувствовала себя так, словно у меня отняли руку или ногу — жить можно, но невыносимо трудно. После я пошла к тёте Полли. По дороге я любовалась с детства знакомыми пейзажами и с головой уходила в воспоминания: вот ива, на которой в семь лет мы с Томом построили шалаш, а на той поляне я любила лежать с книгой, где-то тут я всегда собирала для мамы травы. — Ну наконец, — сказала Полли, когда я появилась на пороге её дома. Она быстро, словно скрываясь от меня, накрыла темно-синей тряпкой шар, стоящий у нее на столе, и подошла ко мне с объятиями. Тётя всегда была человеком, которому я рассказывала все свои тайны, её легко можно было сравнить со шкатулкой на ключике: она знала все тайны, но никогда никому не выдавала их, хранила все скелетики из шкафа, где лежит ключик к ним, знала лишь я, как подобает истинной хозяйке. Понимая это, я рассказала Полли всё, даже то, что утаило от матери. — Не удивила, старуха Полли знает всё! Наивная, ты действительно считаешь, что у меня нет туманного шара для тебя?— насмешливо сказала Полли выслушав мой рассказ о Джастине.— Моя дорогая, помни всегда то, что я тебе скажу: первая любовь — это прекрасно, но теряй от нее голову. Разбитое сердце очень трудно вылечить,— добавила она уже более серьёзным тоном. — Я вовсе не влюбилась в него!— слова старой гадалки вызвали румянец смущения на моих щеках и облака на небе, закрывшие солнце. — Все мы сперва отрицаем чувства, потом злимся на судьбу и торгуемся с ней, как на базаре, в итоге принимаем свою учесть. Я решила перевести тему разговора и вспомнила про подарок. Тётя тут же с большим удовольствием надела новые бусы. Дальше я старалась избегать любовных тем в нашем разговоре. *** Ночью я спала как убитая. Родная природа охраняла мой сон от кошмаров, а свежий воздух без густого смога успокаивал меня. Утром я вновь смогла насладиться рассветом, проснуться от того, что первые пронырливые лучики солнца скачут по моему лицу, пытаясь проникнуть ярким светом под сомкнутые веки. Позавтракав, я отправилась назад в город. Домой приехала отдохнувшая и полная сил, казалось, мне под силу все в этом мире.