В темноте

17 часами ранее

Коп ведёт меня в комнату для свиданий. Я на удивление спокойна. — Тэй! — Оззи сорвалась с места и подбежала ко мне. — Оззи! — сердце сразу забилось чаще. Она попыталась меня обнять, но коп ей помешал. — У вас полчаса, — сообщил он и отошёл в сторону. — Что происходит?! — у Оззи слёзы на глазах. — У них же на тебя ничего нет! Я покачала головой. — Так почему тебя здесь держат?! — спросила она. Я опустила глаза. — Я сама, — сказала я, — призналась. Это повергло Оззи в шок. — Что?! — воскликнула она. — Как?! Зачем?! Это ведь не ты! Я с грустью и любовью посмотрела на неё. — Потому что Мэри подкинули то, что откопал Даллон, — тихо произнесла я. — Про меня и про тебя. Только вот на меня у них ничего нет, а вот твои следы нашли у него на шее... Фак, лучше бы я этого не говорила — она теперь будет винить себя! — Боже, Тэй... — прошептала Оззи, плача. — Нет... Она положила ладони мне на щёки, и я поняла, что сделала всё это не зря. — Да ладно, может, меня вытащат, — я улыбнулась, — а пока время выиграю... Оззи улыбается сквозь слёзы. Её дорогущая, якобы водостойкая тушь течёт, но она всё так же прекрасна. — Мне кажется, Мэри так просто не сдастся, — заверила её я. — Хоть на неё все и гонят, она профессионал, и у неё вроде есть сомнения в моей виновности... — Я люблю тебя, — сказала Оззи. О боже мой... Это происходит... Я много раз себе это представляла, но никогда не думала, что всё будет именно так! — И я тебя, Оззи, — я вся красная от смущения и от слёз, но при этом улыбаюсь. Оззи поправила мои волосы-солому, которые закрывали лицо, и потянулась вперёд... — Так, девушка, вы что делаете?! — вмешался охранник. — Не положено! Мы засмеялись. — Так, м, это значит, что мы, эм... — я смотрю то на неё, то в сторону, в надежде, что она расшифрует мои конвульсии. — Да! — она засияла. — Если хочешь... Я так долго об этом мечтала! Вряд ли дольше, чем я. — И не эмо, и не панки, как говорится, — я как всегда в своём стиле. Она смеётся, значит, всё я правильно делаю. — Но что нам теперь делать? — Оззи помрачнела. Я задумалась. — А что мы можем? — спросила я. — Разве что расследовать это самим, найти убийцу и предоставить доказательства. Оззи глянула на меня с решительностью во взгляде. — Сделаем, — твёрдо сказала она. Когда это говорит она, в это даже немного верится. — Кого ты подозреваешь? — поинтересовалась Оззи, взяв меня за руки. — Не знаю, — я начала дёргать коленкой. — А ты? — Ну... — она вздохнула. Почему мне кажется, что мы хотим сказать одно и то же имя, но не решаемся? Потому что ну не может этого быть! — Хорошо, кто точно этого не делал? — я зашла с другой стороны. — Хелен, — тут же выпалила Оззи. Я закивала. — Её хотели подставить. — Ага, значит, это тот, кто вхож в дом и знает, где хранятся её таблетки, — продолжила я. — Так, ты сказала, что Мэри кто-то «отправил» компромат на нас с тобой, — Оззи прищурилась. — Она сказала, какой именно? — А она вообще сказала только про меня, — пояснила я. — Я догадалась, что там было и что-то на тебя. — Как? — удивилась Оззи. — Она меня проверяла, ну, знаешь, как она это делает: говорила рандомные слова, следила за моей реакцией, — рассказала я. — Она упомянула каких-то кроликов. Я не поняла. Потом сказала «Тотошка». И я такая... Тотошка... Оз... Значит, что-то связанное и с тобой и с животными, а кролики ведь обычно подопытные... — Ты гений! — она провела по моим волосам, и я смущённо хихикнула. — Наверное, это про Bea... А куда именно ей прислали? — Она вообще ничего об этом не сказала, — ответила я. — Может, она вообще сама всё это нашла, не знаю. — Блин, вот бы знать об этом больше! — сокрушается Оззи. — А так вообще пока ничего не понятно... Мы посмотрели друг другу в глаза. — Ну, улик ни на кого нет... — напомнила Оззи. — Ну, кроме меня. — Всё будет хорошо, солнце, — ласково произнесла я и погладила её по щеке. Ради этой улыбки я готова на всё! — Главное — вытащить тебя отсюда! — сказала Оззи. — Я всё для этого сделаю! Я обняла её. — Время вышло, — коп вынес приговор. Надеюсь, она не будет стараться ради меня слишком сильно, чтобы с ней ничего не случилось, а то некоторые явно не любят, когда кто-то пытается докопаться до правды... хХх — Девочки, — я положила обе руки на стол и посмотрела по очереди на каждую сестру. — Мы обязаны её вытащить. — Мы всё сделаем, — заявила Хел. — Да! — согласилась Вики. — Так... — я открыла заметки на телефоне. — Значит, у них есть признание... Я записала первое слово под заголовком «Тэй». — Этого достаточно для вынесения приговора? — спросила я. Они пожали плечами. — Ладно, меня больше вот что интересует... — Что?! — спросила Вики. — Мэри как-то узнала, что у Даллона был компромат на нас, — поведала я, и Хел округлила глаза и чуть не подавилась своим милкшейком. — Подожди... — она аж побелела. — Про Вешалку и кроликов? Вики захихикала. — Мэри спрашивала меня про кроликов! — рассказала она. — И про параграф. — Параграф — это ник Даллона в моей сети! — Хел засияла. — Я залезла к нему в папку и нашла этот компромат, но ничего с ним не делала... — Знаете, что это значит? — я закивала. — Она говорит про кроликов, чтобы понять, кто из нас о них знает, а значит, хочет узнать, кто отправил ей этот компромат! — Надо понять, как именно ей его отправили, — сказала Хел. — Может быть, конечно, что это кто-то из Сети, типа, анонимный герой, но... — Но, — я закивала, ухмыляясь. — Предлагаю пойти к ней. Думаю, ей не помешает наша помощь. — Да! — обрадовалась Вики, и мы чокнулись милкшейками в честь этого. хХх — Ого, целая армия меня навестить пришла! — Мэри улыбнулась. — Чем могу? — Тэй невиновна, — заявила я, — и мы хотим это доказать. — М, интересно, — Мэри подняла бровь. — И как именно? — Помогите нам, пожалуйста, — взмолилась я. — Пройдёмте, — пригласила она нас и усадила перед своим столом у себя в кабинете. — Итак, рассказывайте. — Вам ведь отправили компромат на нас с Тэй, да? — задала я вопрос. — Допустим, — Мэри сложила руки. Я глянула на Хел. — Как именно вы его получили? — спросила она. — Просто я нашла этот компромат в папке Даллона, и мне важно понять, как именно он к вам попал. — О, это интересная история, — Мэри встала и поставила чайник. — Выхожу я, значит, утром на работу, а на коврике у моей двери лежит флешка, примотанная к картонке. Я ещё думала: не опасно ли её трогать? — Это не сетевые! — решила Хел. — Они не любят светиться — им легче вас взломать и скинуть файлы прямо на ваш рабочий стол. — Вот и я так думаю, — согласилась Мэри, взяв чашку с тумбочки. — А когда именно вы нашли флешку? — спросила вдруг Вики. — Пятнадцатого утром, — ответила она. Хел и Вики переглянулись. О, чёрт... — Вы не видели, кто это был? — спросила Вики. — В подъезде темно, на камерах ничего не видно, — она пожала плечами. — Так, окей, скорее всего, это тот, кого мы ищем, — догадалась Хел. — Он забрал флешку с ключом, которую я оставила Даллону... — Тэй сказала, что не было там никакой флешки, — возразила Мэри. — Она же себя оговорила! — напомнила я. — Я её там оставила, — сказала Хел. — Вы там всё обыскали, значит, убийца её забрал. — Это ведь не эта, правда? — Мэри показала флешку. — Эту мне подкинули. — Нет, та была совсем дешёвая, — Хел покачала головой. — Причём тут есть один нюанс... — Какой? — поинтересовалась я. — Если не установить специальную программу, комп может не потянуть Сеть, — рассказала Хел. — Хотя, если убийца знал про это... — Комп не потянет? — Мэри выпятила нижнюю губу. — Да, может слететь в любой момент, — пояснила Хел. — Почему вам отправили компромат не сразу после убийства? — спросила я. — Потому что хотели подставить Хелен, — тут же ответила Мэри. — Как только её оправдали, я получила флешку. — Им нужен был другой подозреваемый, — подытожила я. Мы замолчали. — Ему, — тихо произнесла Хел, заправив волосы за ухо. — Ему, — повторила Мэри. — Но хрен, простите, мы это докажем. — Мы ведь говорим об одном и том же «нём»? — уточнила я. — К сожалению, — кивнула Вики. — Четырнадцатого он пошёл на японский, но его одногруппники провели викторину и сделали групповое селфи, на котором его не было. — На него ничего нет, — огорчила нас Мэри. — Нет ни ленты, ни других улик. — Нужно признание, — сказала я. — Есть только один вариант, — заявила Мэри. хХх — Меня что, опять подозревают? — спросил Райан, как только пришёл в участок. — О, привет... Он помахал нам, и мы помахали в ответ с грустными лицами. — Не вас, — с серьёзным видом ответила Мэри. — Нам очень нужна ваша помощь. — Какого рода? — Райан скорчил из себя делового и уселся на стул. — Райан, скажите... — Мэри не знает, с чего начать. — Брендон пользуется своим компьютером? Райан замер, глядя на неё. — У вас что-то на него есть? — спросил он. — Ничего конкретного, — ответила Мэри. Ясно, щас он нас пошлёт куда подальше! — Он не колется! — пожаловался он, и мы опешили. — Я весь их дом перерыл в поиске ленты, но нихрена! Мы шокированно уставились на него. — Ой, да ладно, сразу ведь было понятно, что это он! — он хихикнул. — Только он всё продумал, мразь! — Какой кошмар... — прошептала Вики. — Что я только не делал, чтобы его расколоть... — Райан покачал головой. — Надо ему дать то, что он хочет, — предложила Мэри. — Сказать, что Тэй арестовали и собираются судить. — Думаете, расслабится? — Райан сузил глаза. — Попытка не пытка, — Мэри пожала плечами. — Надо рискнуть. Он ведь вам доверяет? — Я очень старался втереться к нему в доверие, — он кивнул. — Тогда будем брать с поличным, — решила Мэри. — Вы, Сара, будете в главной роли. — О! — я улыбнулась и поправила причёску. — Нужно убедить его, что Тэй — обвиняемая, — добавила Мэри, — разыграем его. хХх

сейчас

— Детка, ты чего? — я пытаюсь сохранять спокойствие. — Какая я тебе, нахрен, детка?! — разозлился он. — Я всё это время хотел только одного: чтобы ты ответил за всё, что сделал! — Ты так сильно скорбишь по Дэлли? — спросил я, склонив голову набок. — Да, мне очень его жаль! — закивал очень плохой мальчик. — Но ты ведь знаешь, что дело не только в нём! — Ты не был таким деловым, когда отсасывал у меня сегодня утром, — спокойно произнёс я с лёгкой ухмылкой. — О, ну конечно! — он засмеялся. — Всё было ради того, чтобы тебя наконец-то засадили, и я ни о чём не жалею! — Конечно, не жалеешь, — я усмехнулся. — Ты такая сучка! — Мне очень понравилось тебя изучать, — сообщил он. — Почти всю жизнь изучаю психопатов. Может, диплом про тебя напишу. — О, какая честь! — да, я его прикончу. — Я делал всё, чтобы втереться к тебе в доверие, — продолжил он. — И ведь получилось, хоть ты и весь из себя продуманный. Знаешь, что тебя подвело? — И что же? — фыркнул я. — Жажда власти, — ответил он, закивав. — Ты на всё ради неё готов. Я дал тебе то, что ты хотел, и ты не смог устоять. — О да, ты дал мне не раз и не два! — засмеялся я. — Рабочий ротик, и не только! — Ты правда хочешь, чтобы твои сёстры это слышали? — он глянул на меня с презрением. — Они сейчас на улице, в фургоне, слушают нас вместе с Мэри. — Это самое близкое к сексу, что у них было, так что пусть радуются, — съязвил я. Он нервно хихикнул, покачав головой. — Ты ведь действительно ценил меня, — он закивал. — И замуж бы за меня, скорее всего, вышел, ой, точнее, я за тебя, ты ведь у нас актив! Найти кого-то для секса легко, легко даже найти того, кто будет любить такую мразь, как ты, а вот хорошую игрушку найти непросто. Такую, чтобы во всём тебя слушалась, подчинялась, хвалила, ублажала. И я стал идеальной игрушкой. — Ты недостаточно узкий, так что не такой уж идеальной, — парировал я. — Тем не менее, ты мне полностью доверился, — как же бесит эта довольная ухмылочка! — Такой умный, а так тупо облажался. Не такой уж ты гениальный, как тебе кажется. — Хорошо, может, я и сяду, хотя вряд ли, — я прищурился, — но сначала вспорю тебя от яиц до глотки! Я почти бросился к тумбочке, где храню нож, но он покачал головой, засмеявшись. — Тш-ш, малыш, спокойнее! — он выставил руки перед собой. — Звезда Болливуда. Он указал на лоб, и я медленно повернул голову и глянул на своё отражение в окне. Твою мать! Они даже снайперов подключили! — Вот зачем тебе это всё, а? — поинтересовался я. — Сидел бы себе спокойненько у меня на хую, не отказывал бы себе ни в чём, горя бы не знал, но нет, сдался же тебе этот Уикс! Он хмыкнул, с ненавистью глядя на меня. — Даже сейчас корчишь из себя ангелочка! — фыркнул он. — Я везде здесь жучков натыкал. Я всё знаю. — О чём? — я поднял брови. — Твои мамы хотели признать вину и выплатить нам компенсацию, — он медленно закивал. — Это ты их отговорил! Мол, вас тогда исками завалят, потопят, вы разоритесь! — Ой, да всралась вам эта компенсация! — я махнул рукой. — Был бы ты со мной, вы бы никогда ни в чём не нуждались! — Да при чём тут деньги?! — он уже хнычет. — Ты что, правда не понимаешь?! — А что тут понимать? — я нахмурился. — Твою сестру уже не воскресить. Зачем бучу поднимать? — Да, всё-таки психопаты — поразительный феномен, — он улыбнулся сквозь слёзы и шмыгнул носом. — Заберите его отсюда, не могу уже на него смотреть! — Отлично, а то я как раз хочу выколоть тебе глазки, — ласково произнёс я. В комнату вбежали бугаи, скрутили меня и вывели. Этот ублюдок смотрит на меня, скривившись, и качает головой. Конечно, все такие добрые и хорошие, с моральными ценностями, один я урод бездушный! Зато не трус. Делаю то, что им и не снилось. хХх — Знаю, что вы принципиально не хотите говорить, — сказала я мрази, сидящей напротив меня. — Я скажу всё за вас. Он всё ещё доволен собой. — Ленту мы нашли, — я выложила перед ним орудие убийства с пакетике. — Вы не могли её выбросить — слишком любите всё контролировать. Вот выбросили бы вы её, и кто знает, куда она полетит, кто её подберёт, а так она в вашей власти. Он поднял бровь. — Перчатки, — я положила рядом чёрные перчатки, в которых он душил Даллона. — Каждая из них сидит, так что вам светит обвинительный вердикт. Он вздохнул. — Вики рассказала, что вы сравнивали себя с О Джеем, — сказала я. — Его оправдали, а вас так тем более, вы же белый. Не для протокола: хрен тебе, падла! Он засмеялся. Вряд ли он будет так же смеяться, когда ему дадут пожизненное. А ему его дадут, потому что максимум, на что ему стоит рассчитывать — бесплатный адвокат. Семья от него отвернулась, да и Тиган тоже. — Вынуждена признать: вы идеально всё продумали, — он улыбнулся, — но не обольщайтесь. Давайте начнём сначала. Он кивнул и слащаво улыбнулся. — Даллон хотел разоблачить вашу семью, лишив тем самым вас богатства, — поведала я. — Вы не могли этого допустить. Вам нужно было избавиться от него как можно скорее, ведь Хелен, которую вы в итоге решили подставить, собиралась отдать ему очередной ключ для входа прямо во время поездки. Он закивал, выпятив губу. — Вы взяли две бутылки, — я выложила на стол фото, — и в одну из них насыпали Рогипнол. Да, только в одну. Все ведь не могли отключиться прямо в кафе! Вы специально достали вторую бутылку ближе к закрытию. Вы планировали достать её раньше, но Даллона не было. Вы решили опоить девушек, а уже потом — его. Он делает вид, что с интересом слушает. — Вы ведь хотели его отравить, — рассказала я. — Мол, женский способ убийства — точно Хелен. Что же пошло не так? Он склонил голову набок. — Вам нужно было самоутвердиться, — я ответила на собственный вопрос, — вновь ощутить власть. Вам нужно было сделать это собственноручно, наблюдать за тем, как он умоляюще смотрит на вас, как жизнь покидает его глаза... Он ухмыльнулся. — Возможно, если бы он хорошо себя вёл, вы бы его пощадили, — продолжила я. — Вы ведь говорили с ним не только о смене комнат, когда Спенсер вышел? Он надул губки. — Но он вёл себя очень плохо, — я покачала головой. — Он снова вам отказал, второй раз за вечер, любит он не вас, а Спенсера, который ещё меньше от вас зависит, а ещё собирается разоблачить вашу семью. Это было последней каплей. Вы дали ему последний шанс, а он им не воспользовался. Он сделал серьёзное лицо. — Как же вы были злы! — воскликнула я. — Именно тогда вы схватили первое, что под руку попалось, правда, при этом то, что указало бы на сестру, и наказали непослушного Даллона. Вам нравилось снова его контролировать. Можно вопрос не для протокола? Он закивал. — Вы сексуально возбудились в тот момент? — я ухмыльнулась. Он злобно глянул на меня. Может не отвечать — я и так знаю ответ. — Вы забрали флешку, которую оставила Хелен, пробрались обратно в мотель, — перечисляю я, — всё спрятали, переоделись, а потом запили Рогипнол виски из мини-бара. Нам вы сказали, что выпили из-за ссоры с Райаном ещё до посиделок в кафе. Его бесит, что я его раскусила. — Ленту вы приклеили внутрь своей акустической гитары, — я выложила ещё одно фото. — Благодаря ключу получили доступ к файлам Даллона. Только вот вы не знали, что без специальной программы компьютер может слететь. На следующий день ваш ноутбук накрылся. Ему уже не весело. — Я ещё на похоронах услышала, как вы говорите Райану о сломанном ноуте, но тогда не придала этому значения, — добавила я. — Да, вы ужасны, но хотя бы о лучшем друге беспокоитесь, правда? Он скорчил умильную физиономию, сделал бровки домиком и закивал. — Я долго пыталась понять, что именно меня смущает во всей этой истории с Джерардом, — призналась я. — Ничего подозрительного ведь, всё в порядке. Ему самому интересно услышать. — Я смотрела на ситуацию с разных ракурсов, цеплялась за разные детали, — призналась я. — Может, вы специально отравили Джерарда? Может, уже в этот момент как-то подставили Тэй или Хелен? Мне кажется, он уже хочет что-то сказать, но гордость не позволяет. — А потом поняла, — похвалилась я. — Вы хотели пересечь границу. Вы хотели в Калифорнию. В другой штат, другую юрисдикцию. Туда, где прокуратура не настроена против вас. Он усмехнулся и коротко похлопал. — Я с самого начала подозревала вас, — поделилась я, — но знаете, что окончательно меня в этом убедило? Он вопросительно глянул на меня. — Вы не зевнули, — ответила я, и он хихикнул, изумившись. — Тогда, на похоронах, Райан зевнул, я зевнула, а вы — нет. Он снисходительно смотрит на меня. Держит марку, пока может. — Видете ли, люди при одной мысли о зевоте реагируют соответственно, — пояснила я. — Уверена, люди за стеклом, которые за нами наблюдают, зевнули, и меня, как видите, тоже тянет... В доказательство этого я зевнула, не прикрыв рот рукой, и он закатил глаза. — Часть мозга, которая отвечает за зевоту, отвечает и за эмпатию, — рассказала я, — которой у вас нет. Думаю, на этом стоит закончить. Я молча встала и вышла, оставляя его в одиночестве, без возможности манипулировать, воздействовать, устраивать спектакли, самоутверждаться. Он проведёт остаток жизни в темноте, где ему самое место. хХх — О, девчонки, вы уже здесь? — я улыбнулась и подошла к ним со стаканом кофе в руке. — Раньше меня! Они сидят по-турецки на газоне около участка, смеются и выглядят счастливыми несмотря ни на что. Напротив них дежурят толпы журналистов, которые сейчас курят и болтают, но вскоре будут работать в поте лица. — Ждём, когда его будут выводить, — ответила Сара с улыбкой. — Хочу ему спеть, — добавила Хелен. — Спеть? — удивилась я и уселась рядом с ними. — Да, я вдохновилась и сочинила песню, — рассказала она и провела по струнам укулеле. — Решила вылить всю свою злость в творчество. — И правильно! — обрадовалась я. — Мамы предложили Райану и его маме компенсацию, но Алекс отказалась, — сообщила Вики. — Пожалела их. Они теперь подруги по несчастью: Алекс дочь потеряла, а они — сына. — И то верно, — я закивала. — Зато Ирэн и Алекс хотят объединиться и создать фонд имени своих детей. Правда, его цель и само название не придумали... — О, круто! — обрадовалась Тэй. — Я первая буду донатить! — Минуточку, Саре Оз тоже надо пропиариться! — вмешалась Сара. — Она ведь всё делает ради пиара, а сейчас, после скандала с кроликами, так тем более! Мы все засмеялись. — А Спенсер как? — спросила я. — О, Фрэнк с Джерардом не отходят от него и Райана, — рассказала Тэй. — Рай со Спенсом держатся вместе, помогают друг другу жить с травмами. — Надеюсь, у них всё наладится, — сказала я. — Мы тоже, — закивала Сара. — Ну, выводить его будут, по идее, через пять минут, — я сменила тему. — Есть время отрепетировать, — сказала Вики. Хелен выдохнула и начала играть.

Billie Eilish - Bellyache

— Я сижу один, гордый, как павлин, за решёткой, — начала она под наши хлопки, — всё это — страшный сон, оранжевый комбинезон — мои шмотки... Не для протокола: я хочу выучить текст. — Где мой здравый смысл? — протянула Хелен. — Где мой здравый смысл? Она очень талантливая. — Я жертва, это факт, он не подписал контракт, вот предатель! — Хелен грустно улыбается. — Слишком длинный язык, по горло я им сыт — с меня хватит! В этой лёгкой песенке столько печали и гнева на родного человека, который так жестоко предал... — Где мой здравый смысл? Где мой здравый смысл? — спросила Хелен. — Где мой здравый смысл? Где же он? Девчонки пожали плечами. — Хм, кажется, я преувеличила насчёт пяти минут, — с ухмылкой сказала я и кивнула в сторону Брендона, которого уже выводят из участка. — Может быть, он в канаве, — поёт Хелен, глядя на брата под вспышками камер, — где я его оставил, и мне не жаль вообще! Он смотрит на всех нас так, будто сейчас прикончит. — «В» значит «Вендетта», — продолжила Хелен, — думал, покончу с этим, но вдруг стало грустно на душе. Она бьёт по струнам и наконец-то улыбается. — Я намешал микстуру, чтоб подставить дуру-сестру, — прокричала Хелен ему вслед, — но всё тщетно! Он обернулся и с ненавистью посмотрел на неё. — Решил вернуть себе власть и закрыл ему пасть зелёной лентой, — закончила Хелен второй куплет. — Где мой здравый смысл? Где мой здравый смысл? Потерял его давно, мне не жаль... Мы все переглянулись и припев пели уже хором прямо перед журналистами. Надеюсь, Кейт меня не убьёт! — Может быть, он в канаве, где я его оставил, но мне не жаль вообще, — веселимся мы, — «В» значит «Вендетта», думал, покончу с этим, но вдруг стало грустно на душе! Хелен закончила играть, и мы похлопали ей и самим себе. — Это очень круто! — похвалила Вики сестру. — Но кое в чём ты ошиблась. — И в чём же? — спросила Хелен с улыбкой. Вики пару секунд помолчала, выдерживая интригу. — «В» значит «виктория»! — она изобразила первую букву своего имени пальцами и указала на себя. Не могу не согласиться.