Bad liar

–... А потом я ему сказал: А спорим, что я смогу? И теперь я записан на танцы... Ещё и с партнёром. Я почти уверен, что оттопчу ему все ноги, ты ведь знаешь, что я двигаюсь, как солдатик. Чонгук сосредоточенно подтягивался, молча слушая несмолкающего омегу. – И что мне теперь делать, Гук-а? Мы с Чимином поспорили! Он записался на художественные курсы, а я на танцы, и мы прекрасно понимаем, что нифига не понимаем в увлечениях друг друга. – Последний бокал вина был лишним, – Чон мягко спрыгнул на пол и протянул руку. Тэхён тут же вложил в нее полотенце, сидя на стопке матов и болтая ногами в воздухе. – Да, но поздно идти на попятный, – с сожалением выдохнул Ким. – У меня даже растяжки нет. И как я танцевать собрался? – Для этого тебя и будут учить, Тэхён. – Но другие-то пришли в студию, чтобы научиться танцевать, потому что они хотят этого, а я просто на спор припрусь и такой: "Все, что я умею, это станцевать криво припев песен твайс, это считается?". – Ну вот, развлечешь народ. Омега кинул на альфу укоризненный взгляд и спрыгнул с матов. – Жестокий ты, Чонгук-и. И меня не любишь. – Ну да, точно, – закатил глаза альфа, заметив возле дверей движение. – Ёнджэ, не бойся, проходи. Невысокий омега робко скользнул в зал. Тэхён кинул на омегу взгляд, замечая футболку с широким воротом и обтягивающие лосины, и фыркнул. То, что этот Ёнджэ пришел сюда явно не просто заниматься фитнесом, было понятно сразу. Тэхён осуждающе глянул на Чонгука, а после похлопал того по плечу. – Ладно, я пошел. Заскочу сейчас в кофейню, а после на эти гребанные танцы. – Позвони мне потом, – кинул Чонгук. Ким кивнул и вышел из зала. – Начни разминку, я сейчас подойду, – произнес альфа, и Ли кивнул, а после робко спросил: – Это... Ваш омега? Чонгук фыркнул и качнул головой. – Нет, друг детства. Как ни странно, но Тэхён с Чонгуком действительно с самого детства вместе. Их дома стояли напротив друг друга (их родители до сих пор хорошо дружат и частенько заходят друг к другу), и будучи детьми они почти не расставались. И даже когда выросли остались не разлей вода, хоть многие и пророчили им либо отношения, либо разрыв дружбы. Они учились в одной старшей школе, поступили учиться в один город, снимают жилье близко друг к другу, часто видятся, да и тайн у них друг от друга нет. – Ну что, ты готов? – спросил Чон, выныривая из своих мыслей, и омега с готовностью кивнул.

*

– Он такой горячий, ты не представляешь! – мечтательно выдал Тэхён, чуть не врезавшись в тротуар, но вовремя выровняв руль велосипеда. Чонгук, что бежал рядом, решил не тратить воздух на вопросы, тем более, омега и сам готов был рассказать все. – У него такие бедра! – продолжил петь дифирамбы омега, а после глянул на альфу. – Почти как у тебя. А его улыбка... И глаза... Чонгук свернул, побежав вниз по улице, и Ким чуть не уехал дальше, но вовремя повернул, нагоняя альфу. – А ещё он так смотрел на меня! Как будто... Хотел завалить. Чонгук остановился, тяжело дыша, и глянул на браслет. Пятнадцать километров. Тэхён затормозил и спустил ноги с педалей, достав из рюкзака альфы, который вез с собой, бутылку воды. Чонгук выпил сразу половину, все ещё пытаясь отдышаться. – Он даже твоего номера не взял? – спросил альфа, когда смог отдышаться. Он допил оставшуюся воду и забрал у омеги рюкзак, поворачивая обратно. Обратно они пошли пешком. Тэхён катил рядом с собой велосипед, продолжая рассказывать о прошедшем уроке танца. – И тогда я споткнулся об ногу и чуть не навернулся. Но этот прекрасный идеальный мужчина спас меня! У него такие руки... – С чего ты решил, что он идеальный? Может, он храпит или ест с открытым ртом? – уязвленно хмыкнул Чонгук. – Да я просто посмотрел на него и понял: это моя судьба! Чонгук с улыбкой отвернулся. – Что? – возмутился Тэ. – Ты такая болтушка, Тэ. Тэхён тоже улыбнулся и пихнул альфу в плечо.

*

– Чонгук! – экзальтированно заорали в трубку. Альфа отнял телефон от уха, сонно жмурясь, и прохрипел: – Тэхён, ты в курсе, сколько времени сейчас? Наступила тишина, омега чем-то зашуршал, а после неловко рассмеялся: – Ой... Три часа. – Ночи, Тэхён! Три гребаных часа ночи! – рыкнул невольно альфа. – Прости... Просто у меня идея появилась! Почему я раньше не додумался?! Я должен покорить этого мужчину, поэтому ты будешь растягивать меня! Чонгук, не совсем ещё улавливая информацию сонным мозгом, прохрипел: – Я не понял: я тебя должен растянуть, чтобы твоему суженому не париться? Не равноценно как-то, не думаешь? – Чонгук-а, проснись, блин! Я имел в виду, что я запишусь к тебе на фитнес, ты меня там потянешь, а растянуть себя я и без всяких там альф на стероидах смогу. – Я не на стероидах, – на автомате буркнул Чон, снова засыпая. – Ну так что, Чонгук, согласен? Чонгук..? Ты спишь там что ли?! Чонгук! Ещё один вопль заставил альфу дёрнуть головой и процедить сквозь зубы: – Я устрою тебе такие боевые учения, что ты военным выйдешь из зала. Это омегу удовлетворило, он жизнерадостно пожелал ему спокойной ночи и выключился. Чонгук с тоской посмотрел на время. – Говорила мне мама не связываться с этими дикими омегами... А я не послушался.

*

– Запомните его в лицо. Это мой враг номер один, – пробормотал Чонгук. Омеги хихикнули, глядя на зашедшего в зал Тэхёна, который будто светился. – Гук-а! – омега помахал Чону, и тот философски изрёк: – Надо держать врагов ближе, чем друзей. Занятие на сегодня закончено. Омеги хором попрощались, а Тэхён подбежал к Чонгуку, крепко обнимая и чмокая в щеку. – Я готов покорять сердца одиноких альф! – Это мы ещё посмотрим, – недобро ухмыльнулся Чонгук. Спустя час пыток для одного Ким Тэхёна. – Пожалуйста, будь милосерден, – хныкал Ким, распластавшись на полу. – Ты и половины не сделал, – хмыкнул Чонгук. – А я тебе давно говорил, что нельзя пренебрегать хотя бы обычной зарядкой с утра. – Моя зарядка - это носиться по дому из-за опоздания на работу, – фыркнул Тэхён, а после со стоном сел. – Я не думал, что это так сложно. Типа, в фильмах девушки счастливо улыбаются, когда закручиваются в крендель. – Это йога. Боюсь, ты если и начнёшь ей заниматься, то из кренделя не вылезешь. Тэхён рассмеялся и протянул руки, жалобно надув губы: – Чонгук-и, подними меня! Я ведь твой самый любимый и единственный омега... Альфа закатил глаза и схватил омегу под мышками, поставив на свои ноги. – Как у меня все болит... – простонал он, цепляясь за альфу. Чонгук посмотрел на наручные часы и тяжело вздохнул. – У меня больше нет занятий. Сейчас я оденусь, и мы вызовем такси. Так и быть, довезу тебя до дома. – Ты самый лучший, – улыбнулся омега, чмокая альфу в щеку.

*

– Чонгук-а, я иду на свидание! – омега заглянул на кухню, но альфы там не оказалось. – Чонгук? Ты спишь, что ли? Чонгу-у-у-у-к! Омега беспардонно ввалился в комнату альфы. Тот спал на животе, по пояс укрытый одеялом. Лицо умиротворенное, руки спрятаны под подушку. Тэхён весело хмыкнул, а после прыгнул прямо на альфу. Тот дернулся, шипя, а после запутался в одеяле и упал на пол, ударившись головой об ручку комода. Тэхён охнул и подлез к краю кровати, округляя глаза. – Чонгук-и, я не хотел... Альфа с рыком отбросил одеяло, оставаясь в одних спальных штанах, и кинулся на омегу, принимаясь щекотать его. – Ай, Чонгук-и, ну прости, хватит! – Тэ захохотал, отбиваясь ногами и руками, но альфа был непреклонен, зажимая омегу в тисках. – Будешь ещё так делать? – Нет... Пхаха... Да обещаю, не буду! Чонгук-а! – Ладно, живи, – смилостивился альфа, но нависать над омегой не перестал. Тэхён с улыбкой смотрел на него, сжимая ладони на обнаженных плечах. Так близко и далеко одновременно... Чонгук с тяжёлым вздохом отстранился и сел, зевая. – Иди в душ, – Ким сел рядом, притираясь щекой к плечу альфы. – Я купил нам кофе и пончиков. – Какой ты хороший, – Чон щёлкнул омегу по носу и встал. –... И он такой подходит и: "Можно поговорить с вами, Тэхён-ши?" А потом взял и пригласил на свидание! – Какое счастье, – вяло пробормотал Чон, намазывая на тост шоколадную пасту. – Значит, ты разбудил меня в полдесятого, в мой единственный выходной день, чтобы сказать, что у тебя сегодня намечается секс? – Ну почему сразу секс? – надул губы омега, забирая у альфы тост и с наслаждением в него вгрызаясь. – Я просто хочу обнимашек и прогулки по набережной. – Что-то ты много ешь в последнее время, – заметил Чонгук, послушно намазывая ещё один тост. – Фу Фефя фкофо фефка... – М? – Говорю: у меня скоро течка, – прожевав, произнес Тэхён. – Есть хочу постоянно. Чонгук придвинулся ближе. Запах омеги и правда стал отчётливее, ярче. – Уверен, что все будет в порядке? – спросил альфа, провожая свой второй тост глазами, который спустя секунду оказался во рту Кима. – Да, выпью подавители. Если станет плохо - позвоню тебе, – пробормотал омега. Чонгук придвинул ему купленный кофе и взял пончик. – Ты, кстати, свободен сегодня? – Я собирался спать дальше, но, судя по твоему лицу, мне это не светит, – тяжело вздохнул Чонгук, и омега кивнул, улыбаясь. – Ты такой сообразительный. Я хочу, чтобы ты сходил со мной в торговый центр.

*

– Ты где был? – удивлённо произнес Тэхён. – Да так, надо было кое-куда зайти, – отмахнулся Чон, пряча коробочку в карман джинсов. Тэхён подозрительно прищурился, а после протянул альфе кофе. – Держи, я купил и тебе. Чонгук приземлился рядом и взял кофе. Тэхён тут же подлез под бок, напрашиваясь на обнимашки, и Чонгук послушно обнял его свободной рукой. – Ты купил все, что хотел? – спросил альфа. – Вроде да, – пожал плечами омега. – Но я устал и больше ходить не хочу. – Как чувствуешь себя? – Не очень. После свидания возьму отгул на работе. Может, парочку отгулов. – Тогда, может, не пойдешь? Если тебе станет плохо прямо там, то... – Все нормально будет, – улыбнулся Тэхён, отстраняясь от альфы. Чонгук посмотрел на него и вздохнул. – Ладно. Поехали тогда домой.

*

"Я уже жду" – к сообщению было прикреплено фото, где была улыбающаяся моська омеги. Чонгук улыбнулся и, пожелав удачи, включил сериал, который они с Тэхёном давно хотели посмотреть. Но теперь, раз Тэ на свидании, а Чонгуку все равно нечего делать... Первые несколько серий он посмотрел легко. Но спустя какое-то время молчание телефона начало его напрягать. Тэхён всегда отправлял ему миллионы сообщений, даже когда был на свиданиях. Он спокойно мог сделать селфи с парнем и кинуть Чонгуку, объяснив это тем, что лучшему другу можно. И вот сейчас этот активный енот совсем ничего не писал уже два часа. Чонгук нахмурился и открыл чат. В сети был два часа назад. "Тэ, как ты?" – только хотел отправить Чон, но не успел. Телефон взорвался рингтоном, и альфа тут же принял вызов. – Тэ? Почему не писал? – тут же спросил Чон, облегчённо вздыхая. Если омега позвонил сам, значит, не все так плохо. – Чонгук-и... – шепнул еле слышно Ким. – Пожалуйста, забери меня... А голос дрожал. Чонгук нахмурился и тут же вскочил. – Где ты? – Я... – омега шумно шмыгнул носом. – М-м, мы были в этом парке недавно. Помнишь? Уток кормили. Чонгук напряг память. – Помню, Тэ. Сейчас буду.

*

Альфа нашел Тэхёна, сгорбленного на лавочке. Он тут же подлетел к нему. – Тэ! Омега поднял голову. Его глаза были красными и опухшими, нос покраснел, но в целом он выглядел нормально. Удостоверившись, что с омегой все в порядке, Чон потянул его на себя и крепко обнял. Омега тут же прильнул ближе и шмыгнул носом. – Что случилось? – шепнул Чонгук, но Ким покачал головой. – Ладно, идём домой. – Не хочу домой... – А ты и не к себе идёшь. Омега не сдержал слабой улыбки, отлипая от альфы. Тот взял Тэ за руку, переплетая пальцы, и потянул из парка. – Все ещё не хочешь поделиться? – тихо спросил Чонгук. Он засунул их ладони в карман толстовки, чтобы согреть. – Он оказался не таким крутым, как я думал, – тихо пробормотал омега. – Сначала все было хорошо: мы пошли в ресторан, разговаривали обо всем просто, он был таким галантным и умным. А потом он предложил пойти в клуб, куда его позвали друзья. Я согласился, – омега шумно выдохнул, и альфа глянул на него, крепче сжав чужую ладонь. – Я сразу же пожалел об этом. Его друзья просто отвратительные. Они все нажрались, как свиньи, в том числе и он... Я просто сидел за столом и... Один его друг подошёл, – его голос дрогнул. – И начал звать меня на второй этаж, чтобы... Чтобы уединиться. Чон сжал челюсть, темнея глазами. – Я отказался, тогда он схватил меня за руку и сказал, что Джонхен не будет против... И он сказал, что не против! Этот козел просто согласился, чтобы омега, с которой он ходил на свидание, переспал с его другом! Мало того, он предложил и другим друзьям присоединиться и... И сказал мне: "А что в этом такого, Тэхён? Ты ведь омега". – Я ему вырву язык, – прорычал Чонгук, дергаясь обратно, но Ким притянул его к себе, поджимая дрожащие губы. – Не надо, все нормально... – Нормально?! Эти животные обращались с тобой, как со шлюхой какой-то! А если бы ты не вырвался, не смог уйти? Просто представь, что бы они с тобой сделали! Чонгук даже не понял, когда начал орать. Тэхён весь сжался, опустив голову. Чон сжал зубы и глубоко вздохнул, успокаиваясь. – Прости. Я вспылил. – Ничего, просто... Пошли домой? Хочу домой. Альфа кивнул, и оставшийся путь они прошли молча.

*

– Держи. Тэхён взял кружку с кофе и благодарно кивнул, улыбаясь. Чонгук сел рядом, и Ким тут же положил голову на его плечо, привалился к боку. – Чонгук? – Да? – Ты никогда не задумывался, почему мы до сих пор дружим? Альфа хмыкнул. – Задумывался, и не раз. – О... И к чему ты пришел? – К тому, что плохой из меня лжец. Омега отстранился от Чона, удивлённо глядя на него. – Что ты имеешь в виду? – Нам всегда говорили, что мы долго не продержимся, что у нас не получится дружить. И они были правы. Они знали об этом, а я ещё нет, – хрипло рассмеялся Чон. – О... О чем они знали? – не понял Тэхён, наклонив голову к плечу и отставив кружку на журнальный столик. – О том, что кто-то из нас влюбится. Тэхён распахнул глаза, тут же осознав. – Чонгук... – тихо начал омега. – Почему ты не сказал мне?! – Чтобы ты тут же перестал со мной общаться? – горько фыркнул Чонгук. – Чтобы начал жалеть и сторониться? Нет уж, спасибо. Омега прикусил губу, а после подполз ближе, касаясь щеки Чона кончиками пальцев. – Я вовсе не собираюсь сторониться тебя, – мягко произнес он. Чонгук поднял глаза, глядя в чужие, а после они потянулись друг к другу, соединяя губы в поцелуе. Они вдвоем целовались и не раз, но друг с другом - ни разу. И эти новые ощущения сорвали все заслонки. Чонгук притянул омегу к себе, скользнув языком в податливо приоткрытый рот. Омега дрогнул и тут же разорвал поцелуй, тяжело дыша. – Чонгук-а... Альфа снова завладел чужими губами, нашаривая пульт и делая звук громче. Тэхён вцепился пальцами в широкие плечи, подрагивая и жмурясь. Тэхён и не заметил, как оказался опрокинутым на диван. Он окольцевал руками чужую шею, притягивая альфу ближе и раздвигая ноги. Чон опёрся на локоть, выцеловывая узоры на шее омеги. – Ах... Чонгук послушно поднял руки, помогая омеге стянуть с себя футболку. Тэхён чуть не задохнулся и набросился на альфу. Он и раньше видел его полуголым, но уж явно не при таких обстоятельствах. Тэхён настойчиво оттолкнул альфу и поменял их местами, седлая крепкие бедра. Чонгук положил ладони на бедра омеги, наблюдая, как тот снимал с себя толстовку, изящно выгнувшись. Ким отбросил одежду и снова склонился над Чоном, целуя чужую грудь. Чонгук зарычал, когда зубы омеги сжались на левом соске, и сжал ладонями ягодицы, толкая омегу. Они перекатились на не таком уж и широком диване и свалились на пол, уронив и пульт. Чонгук хрипло рассмеялся, нависая над омегой и раздвигая длинные ноги в стороны. Тэхён тут же притянул его к себе, целуя и потираясь пахом о чужой. Альфа оторвался от припухших губ и спустился вниз, целуя светлую кожу. Он спускался дорожкой поцелуев вниз, не упуская ничего. Тэхён охнул, выгнувшись, и вплел пальцы в смоляные волосы альфы. Чонгук стянул штаны вместе с бельем омеги до колен, а после и вовсе отбросил подальше, целуя тазовые косточки, а после без предупреждения взял в рот. Тэхён вскрикнул, поджав пальцы на ногах, а Чон уже выпустил член изо рта и спустился вниз, целуя сочащуюся смазкой дырочку, а после принявшись ее вылизывать. – Чонгук! – простонал Тэхён, выгибаясь и до боли сжимая волосы Чона в пальцах. Чонгук оторвался от увлекательного дела, облизываясь, и потянулся, снова целуя омегу и нетерпеливо приспуская домашние штаны с бельем. Чонгук тут же толкнулся до упора, не предупреждая, и Ким задушено проскулил, дергаясь. – Стой... Но альфа принялся быстро толкаться, затыкая стонущего омегу поцелуем. Тэхён неожиданно агрессивно ответил, впившись короткими ногтями в чужую спину. Тэхён чувствовал, как натирал себе спину жестким ворсом, плюс в поясницу упирался многострадальный пульт, а из-за толчков альфы, омега постоянно задевал кнопки, и каналы хаотично менялись. – Чонгук-а... Неудобно... Чон приостановился, вытащив пульт и отбрасывая его в сторону, а после возобновил глубокие толчки, слушая сладкие стоны омеги.

*

Чон сонно зевнул и открыл глаза, моргая. Он от души потянулся и охнул: спина ныла и чесалась. Он огляделся. Он лежал голым на ковре. Замечательное утро. Чонгук поднялся и снова прошипел. Да что ж такое-то?! Альфа подошёл к шкафу и открыл его, поворачиваясь спиной к встроенному зеркалу. Спина была расцарапана одним несдержанным омегой. Кстати о нем. Чон огляделся. Одежды Тэхёна не было, как и самого Тэхёна. В квартире стояла мрачная тишина. Чонгук наклонился, подбирая штаны, и тут же натянул их, отправляясь на поиски омеги. Тэхёна в доме не оказалось. Чонгук пожал плечами и зашёл на кухню. В глаза тут же бросилась записка, прикреплённая к холодильнику магнитом. Чонгук подошёл ближе, взяв ее в руки. "Я та ещё мразь, Чонгук. Я тобой воспользовался, воспользовался твоими чувствами. Ты и сам знаешь, как много ты для меня значишь. Но я не могу ответить на твои чувства. Дай мне время, ладно? Твой лучший друг, Ким Тэ." Записка смялась в кулаке, а Чон бездумно смотрел на пустую кружку, стоящую на столе. Любимая кружка Тэхёна, тот всегда пил только из нее, когда приходил. В следующий миг она полетела в стену, а альфа зарычал и впечатал кулак в холодильник, тут же прислоняясь к нему лбом и скуля от отчаянья.

*

Тэхён не брал трубку. Тэхён не появлялся в квартире. Родители не знали, где он, или не хотели говорить по его просьбе. Все его друзья разводили руками. Чонгук был в отчаянии. Ему не хватало омеги до разбитых рук, до нехватки воздуха. Не хватало его улыбки, запаха, его присутствия рядом. Чонгук подержал его в своих руках одну ночь. И стоило оно того? Абсолютно точно нет. Он лучше бы всю жизнь собачонкой за омегой бегал, зато всегда с ним, всегда рядом. Безответная любовь - это вовсе не весело. Это разъедающая тоска, сменяющееся настроение, нехватка чужого присутствия. Его улыбка... Это словно наркотик. Попробовал один раз, а оторваться уже невозможно. У Чонгука ломка. Он не видел омегу четыре недели. Месяц. Тридцать один день. Семьсот сорок четыре часа. Это смешной срок, думаете вы. Но нет. Ничего подобного. Он его раньше видел каждый день. Ни на один день они не могли расстаться. А это тупое признание смогло за один вечер перечеркнуть годы дружбы от одного и тихой верной любви от другого. Юнги вытащил Чонгука прогуляться, ведь выглядел друг неважно. Нет, он не начал бухать по-черному, не подсел на наркоту, не искал себе развлечений на ночь. Он угасал. Эта ядовитая любовь отравляла его несколько лет и только сейчас достигла цели. – Как работа? – осторожно спросил Мин, пиная кроссовками жёлтые кленовые листья. – Нормально, – тихо произнес Чонгук. Он шел, глядя перед собой, засунув руки в карманы черного пальто. Это пальто они выбирали вместе с Тэхёном, а купили его потому, что Тэхён такое же на каком-то айдоле видел. Он и носил его пару раз. Разумеется, запах омеги не сохранился. Он нигде не сохранился. Он исчез из его квартиры, как и омега в то утро. Бесследно. – Чон? – М? – Ты как? Чонгук хмыкнул. Юнги с опаской смотрел на него, ожидая взрыва. Но его не последовало. – Я люблю его. Люблю так долго, что не могу уже и вспомнить, когда начал, – спокойно произнес альфа. – Я перебесился. Именно потому, что сделаю ему больно, если буду страдать. – Но это ведь он... – Безответно любить больно, Юн. Это одновременно и даёт тебе силы, и отбирает их. Вот ты смотришь на его улыбку и тебе кажется, что ничего красивее ты не видел на свете. А потом он идёт на свидание с другим, и ты думаешь: почему именно я? За что? – Чонгук... – Он написал мне. Несколько дней назад. – Что?! – обалдел Мин. – И... Что же? – Попросил прощения. Он сейчас в Тэгу у бабушки с дедушкой. Он винит себя. Но он не виноват. – Виноват, Чон. Он ведь сделал тебе больно. – Нет, – покачал головой Чонгук. – Это я сделал себе больно, влюбившись в него. Чонгук продолжил идти, как ни в чем не бывало, а Мин с тревогой смотрел на него. Он не узнавал своего друга. Он, возможно, и поверил бы в его спокойствие, если бы не свежие раны на разбитых руках. Не забыл. Не забыл и не забудет.

lijeon