На память

      Когда Маринетт впервые открыла глаза в новом мире, она решила, что видит сон. Такого в реальности быть не могло. И поверьте – она говорит это как ЛедиБаг со стажем. Она видела Париж любым. Разрушенным, подвергающимся атакам злого Купидона и окруженного иллюзией – она видела его любым. Поэтому открыв глаза она не поверила происходящему.       Она пришла в себя среди пепла. Странного пепла, не похожего на тот, которые остаётся от огня. Как позже узнала девушка, она была права. Это был прах людей.       Она очнулась в Нью-Йорке, где люди говорили по-английски, и были потрясены случившейся трагедией. В суматохе тогда царившей, никто не заметил взявшуюся из неоткуда девушку, говорящую по-французки. Маринетт была растеряна, потрясена, не могла достучаться до Тикки, а ее Камень Чудес пропал.       Несколько дней пролетели как в Тумане – ей не удалось достучаться до людей, не удалось выбраться из этого странного мира, но зато удалось раздобыть еды и укрыться в одном из заброшених домов. Она узнала, что место, где она находится, называется Квинс. Не то, чтобы это знание ей сильно помогло, Маринетт никогда не бывала в Нью-Йорке прежде, однако все же немного успокоило – в этом мире, каким бы странным он не был, все еще оставались с детства знакомые города.       Выживание в новом мире было непростым – спустя неделю состоялась ее первая стычка с местными бандитами, от которых она, к счастью, успела сбежать. Это научило ее осторожности – теперь она внимательно осматривала места своего временного пристанища, прикидывала, как можно с меньшим риском для жизни добыть еду, и никогда не расслаблялась. Потерять бдительность здесь значило остаться как минимум избитой и ограбленной, как максимум – мертвой.       Маринетт нельзя было умирать. В ее мире у нее осталась семья, лучшая подруга, любимый парень, напарники, неочищенная акума в конце концов! Она должна была вернуться, по другому и быть не могло.       В новом мире, по-началу Маринетт хотела обратится в полицию, поискать помощь, или хотя бы просто людей, которые говорят по-французки, однако первая же патрульная машина резко отбила это желание. Тот полицейский избил подростка. Мальчишка просто не успел вовремя отойти с проезжей части, из-за чего машина съехала в кювет. Водитель не пострадал, спасибо подушкам безопастности, но отыгрался на тринадцатилетнем парнишке вовсю. Маринетт было пятнадцать, она была Леди Баг, и не могла оставить этого просто так. Да вот только без костюма, без суперсил, девчонке метра шестьдесят роста не тягаться с двухметровым амбалом. Зато мальчишка убежал.       Маринетт сама не понимала как, но ей удалось его ударить, да так удачно, что тот потерял сознание. Видимо кое-что от прежних способностей ей все же перепало в этом жестоком мире. Какая ирония. С трудом, почти теряя сознание, девушка все же добралась до лесного домика, в котором жила на данный момент. И только закрыв двери своего убежища, она позволила себе потерять сознание.       Сквозь сон она слышала, как скрипнула входная дверь, слышала чьи-то голоса, слышала быстрый топот ног, и чужую, невероятно теплую (даже горячую) ладонь у себя на лбу, но открыть глаза не могла. Она устала. Невероятно устала всего за три месяца жизни в новом мире.       Маринетт проснулась от тихого жжужания двигателя и неясных металлических бликов, слепящих глаза. Поняв, что она не в убежище, девушка запаниковала и резко открыла глаза.       Она находилась в самолете, на медицинских носилках, укрытая клетчатым пледом, от которого пахло медикаментами. Странный, режущий нос запах, но снимать его она не спешила. Ведь впервые за долгое время, ей было тепло. Как дома.       От мыслей ее отвлек звук открывающейся двери. Позыбыв обо всем, она в ужасе отшатнулась от двери, но, как это обыкновенно бывало с Маринетт, запуталась в том же самом пледе, о котором думала до прибытия гостей.       -Тихо, тихо! – проговорила подбежавшая к ней беловолосая женщина с рыжими отросшими корнями в волосах. – Мы тебя не обидим.       И Маринетт застыла. Не от того, что поверила ей, нет, просто она поняла, что сказала блондинка. До этого ей очень редко приходилось слышать родной язык, да и то говорившие находились далеко от нее, а сейчас… Впервые за три месяца она понимала, что ей говорят.       -Меня зовут Наташа. Мы тебе поможем.       ***       Ее привезли в место, называемое «Базой Мстителей». Тех самых супергероев Мстителей, которые проиграли схватку с Таносом в решающей битве, и который потом уничтожил половину Вселенной. Маринетт трехмесячной давности непременно бы восхитилась, пробежалась бы взглядом по огромному, оснащенному последними высокими технологиями помещению, посетовала бы что здесь нет Альи, фанатеющей по супергероям и представила бы, как она бы расстроилась, поняв, что Маринетт здесь была, а она нет… Сегодняшняя Маринетт смотрела настороженным взглядом, в автоматических дверях и голосе под потолком она видела угрозу, и всеми силами пыталась бороться с приступами паники. Ее пугало это пустое здание.       Стив и Наташа, как назвались ее случайные спасители, сказали ей, что она переждет тут пару дней, пока не поправится, а потом они подыщут для нее место в мире. Девушка согласилась – а что ей оставалось? Пойти куда-то со сломанной ногой, треснутыми ребрами, синяками и гематомами по всему телу – это надо быть полной дурой. К тому же, Маринетт понятия не имела, где находится эта база, и не была уверена, что сможет дойти до людей. Да и зачем? Пока эти Мстители враждебности не проявляли, в еде не отказывали, даже подсказали, как обращаться к Исскуственному Интеллекту, чтобы учить язык, или сидеть в Интернете.       Так и жила Маринетт. Постепенно изучала английский, смотрела новости, читала, иногда готовила что-нибудь вкусненькое для Романофф и Роджерса. Поначалу, она стеснялась есть вместе с ними, готовила и уходила, но однажды Стив пригласил ее поужинать вместе с ними, и она не смогла отказаться. Со временем, это стало их традицией, за исключением тех моментов, когда они отбывали с базы по своим делам.       Маринетт жила на базе почти полтора месяца, когда впервые пришел другой человек, помимо Стива и Наташи. Его звали Брюс, он был ученым, и обожал булочки с облепиховым вареньем. Он пришел, когда Наташа со Стивом отсутствовали, и напугал шестнадцатилетнюю Маринетт до смерти. Согласитесь, когда входите в гостиную, где по идее никого быть не должно, и видите там огромного зеленокожего… мужчину, вам поневоле станет страшно.       К счастью, подмога в лице еще одного мужчины (его звали Роуди) все же спасла подростка от сердечного приступа. Кое-как подуспокоившись и выяснив, что эти двое друзья Стива и Нат (о чем она не постеснялась уточнить у Пятницы), Маринетт все же объяснила, что она делает на базе. Как ей показалось, друзья ей не очень-то поверили, но спорить не стали.       К моменту, когда Роджерс спустился с трапа самолета, Маринетт уже успела перестать бояться Брюса, наслушаться историй Роуди, и накормить обоих своей выпечкой. Последней они были особо рады, так как в их работе нормально поесть удается не всегда, а поесть вкусно – еще реже. То-то удивился Стив застав этих троих за чашками чая со свежеиспеченным печеньем…       Следующий из Мстителей, с кем она познакомилась, была Кэрол. Капитан Марвел редко прилетала на землю, все же в космосе работы было много, больше чем на Земле, но прилетала. Она отнеслась к Дюпен-Чэн с гораздо большим дружелюбием, нежели Брюс с Роуди по началу. Что этому поспособствовало, Маринетт так и не поняла – то ли Денверс не верила, что ей можно как-то навредить, то ли дело было в ее коте, который полюбил брюнетку с первого взгляда. Дочь пекарей склонялась ко второму варианту.       Старк заявился нежданно не гаданно спустя четыре месяца со дня спасения Маринетт. За это время она окончательно обжилась на базе, не удивлялась, если из космоса на их площадку прилетал космолет (как сказала Наташа, она была одной из немногих, кто не боялся Небулу), а в ее присутствии Тору было стыдно пить! Маринетт это сказала Валькирия, одновременно с предложением переселиться в Новый Асгард. Маринетт, шутя отказалась – не могла бросить Стива с Наташей, которые предложили ей остаться на базе после выздоровления. А потом начали учить ее. Тактике ведения боя, языкам, рукопашному бою, стратегии, и прочим шпионским штучкам. К тому же, учитывая что она не ходила в школу, всю программу ей пришлось проходить самостоятельно, на дому. Благо у нее была Пятница, которая могла объяснить все, что было непонятно.       Тони заявился прямо к ней в комнату, дабы, как он выразился, «поглядеть на дочурку Роджерса». Маринетт не удивилась – она не помнила точно, кто дал ей это прозвище, но оно крепко за ней закрепилось. Все же Стив и Наташа стали ей по настоящему близкими людьми. Если бы не они – кто знает, как бы все сложилось? Разрушения разгребали до сих пор, и Маринетт не была уверена, что дожила бы до сегодняшнего дня самостоятельно.       Тони оказался не таким человеком, каким представляла его Дюпен-Чэн. Он был саркастичным, насмешливым, язвительным, но при этом, не желал ее ранить. Только проверял. Своими высказываниями, он будто искал границы ее эмоциональной защиты, смотрел на ее реакцию, и сверял с какими-то только ему известными критериями.       Маринетт ясно различала это из-за уроков Наташи.Та часто говорила про психологию, специально вытаскивала ее в людные места, заставляла читать людей. Маринетт понимала, чего хочет Старк, и не защищалась. Не скрывала себя, не боялась выставить в невыгодном свете – этот человек ничего для нее не значил. По крайней мере, пока.       Старк выслушивал ее внимательно, вставляя свои замечания, и ушел уже под вечер, проигнорировав приглашение Нат остаться на ночь. Маринетт гадала, прошла она проверку или нет? На что остальные пожимали плечами. Никто не знал что у Старка в голове.       Спустя неделю после памятного разговора, на имя Маринетт пришло приглашение. От Старка. На обед с его семьей. Судя по всему, проверку она все же прошла.       ***       Маринетт полюбила Морган всей душой. Она даже не догадывалась, как ей этого не хватало – заботится о ком-то. Манон, Крис – с ними она сидела по просьбе Надьи или Нино, не задумываясь нравится это ей или нет, но только когда она познакомилась с дочерью Старка поняла – нравилось. Да, дети порой бывали излишне шумные, доставучие и крикливые – Маринетт все равно любила их. И скучала. Как скучала по маме с папой, Тикки, Алье, Нуару, Нино, Адриане, Вайпериону и другим друзьям из прошлой жизни. И эта тоска с каждым днем становилась все больше.       И однажды, она не выдержала. В ночь на свой семнадцатый день рождения, Маринетт скатилась в тяжелую истерику, и рассказала своим названным родителям все. И то, что она из другого мира, и то что она была супергероем, и как она по всем скучает… она выдала все. И ей стало легче.       На следующий день она пошла к мастеру и сделала татуировку. «На память» - твердо решила Маринетт. На память об прошлой жизни. Об ушедшей прошлой жизни.       Тогда же, проходя мимо парикмахерской, она решила, что если прощается с прошлой жизнью, надо как то ознаменовать новую. И выкрасила себе в рыжий прядь – такую же, как у Наташи. Волосы за год успели отрасти, и падали теперь до лопаток, но Маринетт все так же завязывала их в два хвоста. Пожалуй, от этого она пока не готова была отказаться.       Время шло, и Маринетт, наконец, отпустила свое прошлое. У нее есть семья, битва, которую нужно выиграть и странное предчувствие, что что-то скоро пойдёт не так.       ***       Предчувствие не обмануло, все действительно пошло наперекосяк.       Сначала Скотт Лэнг вернулся из квантового мира, с бредовой идеей путешествия во времени. Ну как, бредовой для всех, кроме Маринетт – она все еще помнила Банникс, Времяхода и Таймтаггера, хотя до сих пор не понимала до конца, как это работает.       Однако у Скотта Лэнга не было Камня Чудес. У него была физика, квантовая частица и Идея (причем с большой буквы, это не ошибка, да, да!). Квантовая частица у него была, машину помог соорудить Старк, с правилами перемещения во времени помогла Маринетт (она все же Хранитель, да и ту злополучную Агрестову книгу в свое время выучила назубок), а идея у всех была общая. Маринетт к путешествию в прошлое не допустили (причем единогласно!), хотя она была едва ли не единственной, кто не вызвал бы подозрений, встреться они в другом времени (все таки тогда ее еще даже не было в этом мире!).       Отпускала их Маринетт с тяжелым сердцем и осознанием – что-то пойдет не так. Она пыталась прогнать прочь плохое предчувствие, но ничего не помогало. И она поняла почему.       Самурай Ронин вернулся без Наташи. Без Наташи, ее Наташи, которую та в шутку называла мамой и пыталась научить готовить. Без Наташи, которая всегда терпеливо объясняла ошибки и говорила, что боль пройдет, когда та в очередной раз загнала себя на полигонах так, что потом встать не могла. Без Наташи, которая…       Была всем.       Маленькой Вселенной, такой как был Стив, Брюс, Тони, Морган, Пеппер, Роуди и остальные.       Просто они еще есть, а ее уже нет.       Маринетт позволила себе отрешиться от происходящего на руках Стива. На пять минут. Не больше. Дело не ждет, оплакать Наташу можно потом, а пока…       Ну, для начала неплохо бы выжить под грудами камней, секунду назад бывшими базой мстителей.       ***       Маринетт слышит крики, визги, вздохи так, как будто она тоже нахожится на поле боя. Но ее там нет. Она лежит на животе, придавленная камнем и пытается собраться. Нельзя. Нельзя умирать, слышишь? Ты еще не отомстила за Наташу. Ты еще не помогла Ракете. Ты еще не познакомилась со Мстителями – павшими пять лет назад Мстителями, о которых рассказывали твои друзья. Давай. Соберись. Это не сложно, помнишь? Наташа говорила, а Наташа никогда не лжет. Просто нужно сделать вдох. А затем выдох. Вдох. Выдох.       Камень поддается. Последний рывок – и она на свободе. Поясница болит, голова кружится… только бы не сотрясение, остальное перетерпеть можно…       И тут появляются они. Монстры. Твари. Сволочи из других миров. Те, которые отняли у нее Наташу. Те, которые убьют сегодня еще неизвестно сколько твоих друзей. Те, которые сейчас убьют ее.       Стив не успеет. Мстители не успеют. Да ты и не хочешь, чтобы они успевали, верно? Пускай спасают свои жизни. Свои семьи. Свою жизнь она за дорого отдаст.       Ты пять лет была Маринетт – дочерью Маринетт, подругой Маринетт, сестрой Маринетт, знакомой Маринетт. Теперь пора стать ЛедиБаг – сильной ЛедиБаг, смелой ЛедиБаг, азартной ЛедиБаг. Ты ощущаешь, как губы растягиваются в ухмылке, как в груди что-то поднимается, что-то доселе тебе незнакомое, но бесконечно родное. Забытое. Но не потерянное.       Маринетт почти не удивляется, когда в руки падает Шкатулка Чудес. Открывает крышку – так и есть. Серьги ЛедиБаг лежат тут, они были здесь все это время, ждали, когда их призовут. Маринетт окидывает взглядом врагов и понимает, что одного камня мало – взгляд цепляется за Талисмон Дракона. Хм, а почему бы и нет?       -Тикки, давай!       -Тикки, Лоннг, объединяйтесь!       Новый наряд несколько отличается от старого, но так даже лучше. Нет времени на ностальгию. С помощью Воздушного Дракона она разбрасывает инопланетных тварей и выбирается из под завалов. На это едва ли кто-то обращает внимания – тут кругом такие-же как она – в костюмах, с суперсилами, борющиеся с пришельцами ради защиты своей планеты. Своей Вселенной.       Она отбрасывает от одного мага врага и тут же мечом перерубает другого. Связывает йо-йо троих, и их добивает Старк. Взлетает вверх и бросает одну из гранат, призванных Супер Шансом в гиганскую… черепаху? До простят ее животные данного вида.       Это война, но Маринетт наслаждается. За столько лет она накопила столько энергии, что использует магию дракона почти не переставая, да и Супер Шанс был использован не единожды. А может она просто выросла? Как и говорила Банникс.       В какой-то момент ситуация принимает опасный поворот – перчатка Бесконечности оказалась в руках Таноса. Маринетт не сдается, метает в его сторону сгусток воздуха и воды почти одновременно, но это не срабатывает, а ее вдобавок сметает с воздуха очередной пришелец. Маринетт борется изо всех сил, однако даже у взросления есть пределы. Сережки мигают, скоро трансформация спадет.       Но до того, как это происходит, нападавший обращается в пыль. Маринетт глухо падает на землю и слышит треск костей. Своих костей.       Все чего ей хочется, это остаться здесь, подождать пока трансформация не схлынет, а потом уж Стив ее заберет. Но она дает отпор слабости и поднимается. Голова поворачивается туда, где она последний раз видела Таноса. И от ужаса чуть снова не садится на землю.       Она видит Тони. Мертвенно бледного Тони, Тони, который еще жив, но это явно не надолго.       Она не помнит, как пробиралась через ряды супергероев, не помнит, как тяжело приваливается рядом с парнишкой в красно-синем костюме, не помнит как опускается рядом с ним на колени.       -Почему? – у нее нет голоса, получается какой-то малопонятный хрип, но Старк понимает. Понимает и узнает ее.       -Нелепый костюм, дочурка Роджерса – задыхающиеся произносит он.       -А сам то? – сквозь слезы бормочет Маринетт, которую поглощает красная вспышка.       В тело моментально возвращается усиленная во много раз боль, но она не обращает на нее внимания. Сейчас даже выматавшиеся квами не имеют значения.       -Не плачь, - произносит Старк. – Наташа бы не одобрила.       -Не одобрила – соглашается Маринетт и слезы текут по щекам сильнее.       Ее оттесняет Пеппер, а Маринетт обессилено облокачивается на Паркера – он не возражает, он понимает ее боль. Еще несколько мгновений – и сердце Старка перестает биться. Реактор погасает. Они победили.       ***       После лечения и похорон к ней подходит Стрендж и говорит, что они могут отправить Маринетт в ее мир. Она ощущает комок в горле и обещает подумать. Она уже знает ответ.       Когда Стив с Камнями Бесконечности и Молотом Тора уходит в прошлое, Маринетт знает – он не вернется. Наверное, она единственная, с кем он обсуждал подобную концовку, и она знает – если бы она попросила бы его вернуться – он вернулся бы. Вселенную ради этого перевернул бы, но вернулся. Но это было бы неправильно и эгоистично. Она знает, что там, в далеких сороковых, его ждет его любовь. С которой, он теперь может быть вместе.       Стив все же пришел – только теперь у него седые волосы, морщины, и выглядит он лет на восемьдесят с хвостиком. Рядом с ним – щит, который он презентует Сэму и письмо, которое он велел ей открыть по возвращению в свой мир. Маринетт плачет не стесняясь – она не говорила ему о предложении Стренджа, не говорила о своем решении – он все понял сам. Неудивительно.       Маринетт прощается со всеми – особенно с теми, с кем познакомиться толком не успела и очень жалеет об этом. Вещей с собой она почти не берет – только альбом с фотографиями, игрушку Железного Человека, торжественно врученную Морган, да Шкалулку Чудес.       Маринетт не выносит долгих прощаний. Это у нее, пожалуй, от Наташи. В день отбытия никто ее не провожает, в комнате лишь она да Стивен с помощниками. Его она почти не знает, но тот обращается с ней так, словно знал все жизнь.       Когда она подходит к порталу, он говорит:       -Я не прощаюсь, Леди Баг. Думаю, мы с тобой еще встретимся.       Леди не знает что это - предсказание или пожелание, однако она не прочь погостить тут как-нибудь.       На память от этого жестокого-родного мира у нее остается семь шрамов, татуировка и три разноцветные пряди в волосах: рыжая, золотая и белая.