Взгляд василиска

— Беллатрикс, — Рудольфус заглянул в детскую, где застал супругу, играющую на мягком ковре с Гарри, используя не только игрушки, но и магию. — Повелитель прибудет с минуты на минуту, приготовьтесь. С последнего визита прошло два месяца и желание тёмного мага вновь оказаться в доме Лестрейндж — подозрительно. Белла стала ощущать лёгкую нервозность и небольшое раздражение. Последнее связано с непониманием, почему Повелитель не предупреждает её лично? Тёмная метка есть и на её руке. Зачем тревожить Рудольфуса, если Лорд может связаться с ней напрямую? — Гарри, к нам сейчас придёт дядя, который подарил тебе очки. Помнишь, как я тебя учила? На колени ему не взбираться, не набрасываться, и называть «милорд». Верно? — Да, — грустно вздохнул Гарри. Именно наброситься и обнять за ногу, куда ростом доставал, он и хотел при встрече. Дядя-Милорд ему очень нравился. Не только потому что он подарил очки, тем самым давая возможность видеть окружающий мир и родителей. Его очень тянуло к магии Милорда. — Вот и умница, — чмокнув ребёнка в макушку, Белла повела его в гостиную.

***

Никакого балахона, никакого устрашения и выпущенной тёмной магии. Лорд располагал к себе при одном лишь взгляде. Даже глаза его, всегда багровые, стали потемнее, более похожими на человеческие. А рядом с ним, в паре шагов стоял… Северус Снейп! — Добрый вечер, Рудольфус, Беллатрикс, — каждого из хозяев поприветствовал Реддл. — И вам, — ответила Беллатрикс, чуть растерянно, а в следующий миг удостоила Северуса подозрительно-прищуренным взглядом. Даже состоя в одной организации, они имели натянутые отношения. Благодаря заботе о Гарри, Беллатрикс не могла вернуться в ряды Пожирателей, соответственно, не могла встретиться со Снейпом и другими. Будь у неё возможность, конкретно с Северусом не виделась бы и дальше. — Позвольте поинтересоваться, он здесь зачем? — кивнув на нежданного гостя, спросила Белла у Волан-де-Морта, и лишь позже заметила, что Гарри смотрит на мужчину очень и очень заинтересованно. Что происходило в маленькой головке она не знала, но и перебивать не стала. Мальчик поднял руку, будто хотел соприкосновения с Северусом, даром, что их разделяло два метра. — Гарри, — обратился Марволо к малышу, проигнорировав вопрос Лестрейндж, и присел на корточки, протягивая руку в ответ. Этим он хотел показать своему слуге, принёсшему обет, что связь его, Лорда, с ребёнком есть и будет становиться всё крепче. — Иди ко мне. Но Гарри не отреагировал. Его взгляд вдруг стал растерянным и беспомощным. На лице появился страх. Схватившись за голову, он зажал уши и зашипел: — Громко! Кто это?! Почему громко?! Зов крови. Увиденные симптомы были знакомы тёмному магу. Реакция ребёнка доказывала, что всё правда, биологический отец найден. И парселтанг маленького… прекрасен. — Северус, — холодно обратился к слуге Волан-де-морт, выпрямляясь. — Соединись с магией Гарри, зов крови оглушает и пугает его. Не думая ни о чём, будто зачарованный, Северус подошёл к ребёнку и взял его за руку. Подавить неприятные последствия зова крови возможно и на расстоянии, но что-то внутри словно советовало сделать по-другому. Ему вспомнился последний вечер с Лили, когда она позволила коснуться её живота. Тогда он ощутил ещё крошечную ручку, которая здоровалась с ним. По расслабившемуся личику, Северус понял, что мальчику стало легче. На губах вновь заиграла яркая улыбка, после которой Белла окончательно успокоилась. Когда Гарри зажал уши и зашипел что-то неясное, явно из-за боли, она сильно испугалась и готова была двинуть Снейпу по лицу, после чего вышвырнуть в окно. — Тепло! — радостно прошипел ребёнок. — Познакомься, Гарри, — с удовольствием заговорил с ним на парселтанге Реддл. — Этот человек — твой отец. Настоящий отец. Но ты ведь и сам чувствуешь, верно? — Мне теперь с ним тепло. И не громко! — ответил ему мальчик, а потом задумался. В головке проходила непривычно-тяжёлая работа мысли. — Он мой папа? А в каком шкафу он прятался? По вопросу сразу чувствовалось, что Беллатрикс играла с ним в прятки. Несчастная ведьма стояла ни живая ни мертвая. Потоки её магии стали беспрерывными и резкими, хлестали словно жгуты. Гарри снова испугался мамы, заметив изменения. И только тепло дяди, которого назвали папой, дарило чувство успокоения, а его магия ласкала. — Беллатрикс, — обратил на себя внимание Тёмный лорд, крайне недовольный несдержанностью женщины. — Довольно. Но даже слова Повелителя едва ли могли остановить женщину. Её вело куда более сильное чувство — материнский гнев. Магию крови, как подаспект чёрной, она изучала и ясно понимала происходящее. Гнев вызывало другое, но она обратила его именно на Снейпа, сидящего на коленях рядом с ЕЁ ребёнком. — Где тебя носило, папаша? Явился на готовенькое и теперь думаешь, я просто возьму и отдам? — Я не знал, что Гарри мой сын, — сдержанно ответил ведьме Снейп, невольно прижав к себе ребёнка. Никогда он не ощущал столь сильной потребности обнимать кого-то, не отпуская ни на миг. Разве что… Лили. — Поэтому и не пытался его искать, да? — гнев Беллатрисы поутих, равно как и её магия. Оставалась, по большей части, издёвка. — У тебя внутри ничего не шевельнулось, года три назад, а? Замечательный отец. — Что ты хочешь услышать, Лестрейндж? Что я приложил мало сил? Что мне жаль из-за того, что я не догадался раньше? Да, мне жаль. Я и не думал, что в тот раз… — Снейп довольно резко прервал себя, пока не сболтнул лишнего. — Теперь всё иначе. Я не брошу Гарри. Снова ощутив изменения в магии матери, в этот раз хорошие, Гарри перестал бояться. Слова папы будто утихомирили её. Теперь она подумывала о том, что делать дальше, а после продолжила выспрашивать папу, весьма строго, но уже без злости, что не могло не радовать Гарри, подключившегося к магии отца. — Забрать его я тебе не позволю, а вот навещать — приходи. И помимо этого, в чём будет выражаться твоё «не брошу»? Именно забрать Северус и хотел бы. Сомнения одолевали до прибытия в особняк Лестрейндж. По очень простой причине, он не был уверен, что сможет заботиться о ребёнке и позволит ли Лорд его забрать. Но стоило увидеть сына, прикоснуться к нему, обнять, услышать голос, и все сомнения отпали. Одно останавливало от желания высказаться — Повелитель. Именно он решает, как быть. Возникать Северус не имел права, не важно, сколько он клятв принес. — Я буду принимать участие в воспитании Гарри. — Куда же ты денешься? — риторически усмехнулась женщина. Раз отец теперь объявился — пусть берётся по-полной. Возможно, как подумала Белла, его приход к лучшему. Рудольфус так и не смог полюбить Гарри. Всё ещё ощущал неловкость рядом с ним. Но теперь мужчине станет легче, потому что не придётся играть роль, с которой он не справлялся. И всё же окончательное решение за Повелителем. Они могли лишь подчиниться. Но в дело вдруг вмешался ребёнок. Он отпустил своего отца и подошёл к Тёмному лорду, оставаясь на почтительном расстоянии. — Можно обнять вас, Милорд? Секундная растерянность отобразилась на лице Великого тёмного волшебника. Не столько от просьбы, сколько от обращения. И пока вассалы не заметили заминки, он взял эмоции под контроль. Удивительно, как ребёнок умело вызывал в нём эмоции. У всех присутствующих здесь! Вероятно, не только «взгляд василиска» являлся даром малыша. Мужчина вновь присел на корточки и раскинул руки в приглашающем жесте. — Смелее. Большего и не требовалось. Гарри почувствовал прилив смелости, радости, и бросился на шею Милорду. — Ты всегда будешь на моей стороне, Гарри. Запомни это, — тихо прошипел Тёмный лорд, с этого дня начиная помаленьку вербовать свое маленькое смертоносное оружие. И когда-нибудь для Гарри он станет смыслом всей жизни.