Горькая патока

- И какой идиот это только придумал, блядь! - возмущался Драко, получив хорошего пинка от Гремучей Ивы. Гермиона, отскочив в сторону так, что мантия съехала, не смогла сдержать смех. Драко последовал за ней, попутно укрывая ее обратно. Гермиона стыдила его: - Вообще-то не обязательно лезть под ветки, чтобы нажать на нарост, успокаивающий иву. Акцио, камень! Применив заклятие левитации, девушка обезвредила дерево, что позволило им пройти к потайному ходу. - Я вообще не думал, что этот конченый куст нас видит сквозь мантию, - оправдывался Драко. - Знаешь ли, вот этот, как ты сказал, куст вообще не видит. У него нет глаз. Не думал об этом, Малфой? - почему-то вид злющего слизеринца ее забавлял. - А ты не думала, что ты чересчур много умничаешь? - Драко всегда раздражало, когда над ним смеются, а сейчас это особенно разозлило. Да кто ты вообще такая, чтобы смеяться надо мной? По туннелю, ведущему в стонущий дом, добирались молча. Весь путь Драко смущала близость идущей впереди него девушки, она ему мешала сосредоточиться на мыслях о своей дальнейшей судьбе. Чертова грязнокровка! Из-за нее вся его жизнь может разрушиться! Он одновременно ощущал и дикую злость на эту лохматую девчонку, и свое желание ее тела. "Пока не поздно! Вызови Лорда и скажи, что поймал беглянку!", говорил он себе. Но не мог поделать ничего, кроме как идти за ней следом. Ярость овладевала им. - Мы на месте! - произнесла Гермиона, выбираясь в подвальную комнату заброшенного дома. Она отлично помнила это место. Повсюду валялся хлам, бывший когда-то мебелью, покрытый толстым слоем пыли. Заколоченное окно пропускало тоненькие лучи света. Следовавший за ней Драко чихнул. - Очаровательно! - проворчал он, скользя взглядом по комнате. И остановился на Гермионе. Она улыбнулась ему. Но тут же заметила в его глазах что-то недоброе, и улыбка мгновенно растаяла. Он продолжал пристально смотреть. - Раздевайся, - приказал он, подходя ближе. - Что? - сконфузилась девушка. - Я. Сказал. Снимай. Одежду, - в этот момент ярость его достигла своего апогея. Он всеми фибрами своей души сейчас ненавидил стоящую перед ним девушку, но ему нужно было получить ее, чтобы ослабить ее власть над ним. - И не подумаю! Ты что, специально заманил меня сюда? - Гермиона пятилась назад от приближающего Драко. - Неблагодарная сука! - прорычал он и бросился на нее. Гермиона отвернулась и побежала прочь из комнаты, уронив свою палочку, но прямо перед ее носом закрылась дверь. Он применил запирающее заклятие. Девушка не успела опомниться, как он настиг ее сзади. Она вскрикнула. Драко схватил ее за руки и прижал всем телом к закрытой двери так, что голову пришлось повернуть вбок, щекой прижавшись к поверхности. В ягодицу упирался его член. Он наклонился к ее уху и прошипел: - Не вздумай сопротивляться. Иначе прямо сейчас я позову кое-кого, и будет ещё хуже. Из глаз Гермионы потекли слезы. Неужели это тот человек, который недавно открылся ей? Который был с ней так нежен той ночью? Ей было страшно. - Без глупостей, - произнес Драко, отпуская ее руки и немного отстраняясь. Видя, что она не собирается бороться, он ухмыльнулся. Затем потянул ее за талию немного на себя, заставляя сделать шаг назад. Одной рукой он взялся за ее бедро, а вторую положил ей на спину и грубо надавил, заставляю девушку нагнуться вперёд. Чтобы не потерять равновесие, ей пришлось упереться ладонями в дверь. В одно мгновение Драко задрал ей юбку и спустил ее трусики. Гермиона всхлипнула, но он не обращал на ее слезы никакого внимания. Он должен был овладеть ею. Прямо сейчас. Плюнув на средний и указательный пальцы, он ввел их в нее и подвигал внутри. Она застонала. Вопреки ее желанию, с каждым его движением внутри нее разливалось тепло, заставляя исходить соками. Но растягивать прелюдию Драко не собирался, он вынул пальцы, расстегнул свои джинсы и спустил их. Положив обе руки на ягодицы Гермионы, он резко вошёл в нее. О да! Девчонка принадлежит сейчас ему, и он сделает с ней все, что пожелает. Он задвигался. Гермиона вскрикивала от каждого его грубого толчка, и ему это нравилось. Хотелось заполнить ее собой полностью. Каждая ее клеточка должна принадлежать ему! Он хотел ее всю. Большим пальцем одной руки он начал поглаживать ее задний проход, норовя пробраться внутрь. - Нет! Нет! Нет! - завопила Гермиона, заерзав, тщетно пытаясь освободиться. - Заткнись и не рыпайся, или мне придется тебя обездвижить! - прорычал он в ответ. Не прекращая двигаться внутри нее, он плюнул себе на большой палец и снова попытался пробраться им в ее задний проход, и на этот раз успешно. Она кричала. О да, детка! Чувствуй меня в себе! Гермиона была в ужасе. От стыда ей хотелось умереть. Но при этом она ощущала...удовольствие? И это удовольствие парализовывало ее, накатывая волнами снова и снова. Драко же не собирался останавливаться на достигнутом. Он осторожно вынул палец из ее заднего прохода, достал свою палочку, которую всегда носил в кармане джинсов, призвал выпавшую палочку Гермионы, и рукояткой начал вводить ее туда, где был его палец, предварительно снова плюнув туда. Она истошно закричала, но его это не остановило. Заклинанием он заставил рукоятку палочки двигаться туда-обратно. Сам же он начал входить в нее ещё быстрее и сильнее, приближаясь к своему апогею. Девушка сходила с ума от этих ощущений, которые из боли перерастали в небывалое наслаждение. Вдруг тело Гермионы напряглось, и по нему прошла судорога. Она закинула голову и громко застонала. В этот момент кончил и Драко. Заканчивая движение, он остановил и вынул рукоятку Гермиониной палочки из ее заднего прохода. Затем медленно вышел из нее сам. Когда девушка обернулась и, не глядя на него заплаканными глазами, хотела было пройти мимо, он схватил ее за талию, притянул к себе и жадно поцеловал в губы. Она не отвечала на поцелуй, вырывалась, и, освободившись, влепила ему пощечину и зарыдала, закрывая лицо руками. - Прости меня, - тихо сказал он, сам поражаясь своим словам и опускаясь перед ней на колени. Гермиона стояла и плакала, а Драко был перед ней на коленях, обхватив ее талию руками и прижимаясь лицом к ее животу. Он хотел, чтобы ее власть ослабла, когда он грубо заставлял ее отдаться ему, но почему же сейчас он хочет сделать все, лишь бы она не плакала? Ему хотелось убить себя. И в то же время его переполняло счастье от какого-то неведомого ему ранее чувства.