Отголоски

Как обычно, автор дико извиняется и за задержку главы, и за песок, который в ней содержится. А еще автору разучился чувствовать атмосферу и персонажей - в опровержениях не нуждается--. Но это все жара, я надеюсь. Постараюсь исправиться. Честно-честно. Темнота вокруг понемногу становилась привычной. Хотя это и тяжело: просыпаться и засыпать во тьме, словно глаза были завязаны плотной повязкой, снять которую, увы, невозможно. Особенно тяжело было мириться с подобным положением той, кто привык полагаться на зрение, не только в обыденной жизни, но и в бою. Странное чувство. Словно кем-то была стерта тонкая грань между реальностью и сном, и не понять, по какую ее сторону пришлось оказаться. Звуки становились явственнее, четче, казалось, что вот-вот, и они станут осязаемыми. Именно за них теперь приходилось цепляться, напряженно вслушиваясь, пытаться сохранить ту хрупкую, как оказалось, связь между собой и внешним миром, который будто спрятался от Хинаты за темной завесой. Хотя, впрочем, так оно и было... Слепота словно вернула ее к отправной точке, заставляя заново учиться существовать. Хината подтянулась на циновке и села, вжимаясь спиной в стену, за которой шумел лес. Саске опять не было, иначе он бы не преминул поинтересоваться, нужно ли что ей. В своей манере, без лишнего дружелюбия и слащавой любезности. Девушка попыталась успокоить тревожно бьющееся сердце и сбивчивое дыхание. Неужели она поспешила с выводами, и организм все еще не справился с вызванной ядом лихорадкой?.. Только этого не хватало. Она и так стала для Учихи обузой, и это давило куда сильнее темноты, окутавшей ее в ту роковую ночь... В дом, куда ее привел Саске, было холодно, пахло сыростью и буквально кожей ощущалось общее запустение. Совершенно очевидно, что здесь давно никто не жил. Неважно, что послужило тому причиной, но дом без хозяина словно лишился души, был мертвым. Хината зябко поежилась, обняв себя за плечи. Девушка уже сбилась со счета, сколько дней они провели в этом неуютном холодном доме, ставшим для них вынужденным убежищем. Для нее время слилось в одну непрерывную линию: сначала из-за лихорадки, а затем из-за тьмы перед глазами. И только Саске отказывался вписываться в общую картину, сотканную из беспокойного забытья и жара, разливавшегося по телу, лишая его последних сил, и судорожной вязкой темноты. Поначалу, когда лихорадка ненадолго спадала, давая на какие-то мгновения прийти в себя, чтобы потом новой волной приступа окутать разум и тело, Хината чувствовала присутствие Учихи. Ощущение того, что она не одна, что рядом кто-то есть, пусть даже и Саске, придавало сил, даря необходимую опору, чтобы вновь подняться после очередного удара судьбы. Странно, но в этой роли Хината привыкла видеть совершенно другого человека, потому присутствие Учихи вызывало смятение в сердце и логичный вопрос «Зачем?». Когда лихорадка несколько спала, заставив вынырнуть из апатичного состояния, сжигавшего изнутри, и задуматься над насущными вопросами, а Саске вновь был рядом, то девушка не выдержала и спросила то, что буквально точило ее: - Зачем все это? – Хината не стала уточнять, что «все это», но Саске понял ее и без подсказок. - У меня миссия, - он, усмехнувшись, обошелся без подробностей. – И я хочу ее выполнить. Понимаешь? Его слова заставили Хинату вздрогнуть и опустить голову, прикусив губу. Она понимала, что миссия Учихи касалась непосредственно ее. Неужели Хокаге отправила за ней Учиху, предугадав последующие события? Тогда почему она, Хината, не смогла? - Не думай о том, - Саске определенно нахмурился, что угадывалось по глухим ноткам в его голосе. – Тебе сейчас главное поправляться. А дальше – будет видно. Только скажу, что до тебя они не доберутся. Уж поверь. Как ни странно, но Хината верила. Она не могла погибнуть, еще слишком рано сдаваться, а потому девушка цеплялась за слова Учихи, как за пусть и ускользающую из рук, но надежду. Ведь есть еще Ханаби, Неджи, Ко и те, кому она обещала избавление от проклятых предрассудков Хьюга... Сердце болело за сестру и кузена. Как они? Что с ними? Не избавились ли от них, как пытались избавиться от нее?.. Хината пыталась гнать от себя тревожные мысли. Неджи не позволил бы... Пусть он из побочной ветви, но несмотря на проклятую печать, кузен сумел бы постоять и за себя, и за остальных, кто нуждался в его помощи. Как ни странно, но Саске больше ни разу не спросил о произошедшем, словно все вопросы он задал еще тогда, когда Хината только-только осознала, что случилось, а он стал тому свидетелем. Определенно, если бы не Учиха, то она не смогла выбраться, слишком многое было поставлено на карту для ее врагов... Странно, но Хината так его и не поблагодарила, хотя ей казалось, что Учиха в том не нуждался, иначе бы наверняка не удержался от ненужных напоминаний, похожих на острые иголки, вонзающиеся в сердце. И совсем не хотелось думать о том, стал бы Саске так стараться ради нее, знай он всю правду?.. И чувство вины давило еще сильнее... ...Хината старалась не утруждать Саске собой еще больше, не жаловалась и ничего не просила. Правда, Учиха был на удивление внимателен, словно от ее состояния зависела и его жизнь. Он бы мог не озадачивать себя ненужной и утомительной заботой, но Саске проявлял просто чудеса выдержки. Неужели выполнение этой миссии по сохранности главы Хьюга была для него настолько важна? Хотя Саске был слишком горд и не привык проигрывать. Наверное, для него это очередное стремление доказать всем и самому себе, на что он способен. И, наверное, для него, привыкшего действовать, а не отсиживаться, прячась, с больной девчонкой, происходящее являлось, куда большим испытанием, чем девушка могла себе представить. Как оказалось, в первые дни пребывания в этом ветхом доме Саске почти не отходил от Хинаты, разве что отвлекался на то, чтобы проверить ловушки, которые он расставил для непрошеных гостей. А так он всячески пытался помочь Хинате справиться с жаром посредством захваченных с собой скудных лекарств, холодных компрессов и прочих простых, казалось бы, вещей, но совершенно не вязавшихся с образом надменного Учихи Саске. Когда же Хината пошла на поправку, то его вылазки стали продолжительнее. Учиха все еще не исключал их преследования, потому считал нужным патрулировать ближайшую территорию на наличие кого бы то ни было, а еще припасы еды, взятые Саске, закончились, потому ему приходилось заботиться и о пропитании. Благо, что лес – это далеко не пустыня, ибо покамест попытка разжиться съестным в ближайшем населенном пункте грозила проблемами. В моменты, пока Саске не было рядом, Хината пыталась привыкнуть к своим новым ощущениям, а заодно и справиться с терзавшими душу страхами. Надо быть сильной и не сдаваться. Идти вперед, несмотря ни на что. Ведь таков ее путь шиноби? Девушка вставала с циновки, которую опять же отдал ей Саске, и исследовала мир вокруг себя, который неожиданно сузился до стен заброшенного дома. Она старалась хоть как-то, насколько позволяло ее положение, обжиться, чтобы облегчить Саске задачу с беспомощной собой. ...Но сейчас не было сил подняться, Хината просто сидела и вслушивалась в доносящиеся до нее звуки леса. Снаружи потянуло прохладой, как бывает только перед дождем. И отчего-то именно сейчас захотелось, чтобы Учиха вернулся поскорее. Его спокойная уверенность передавалась и Хинате, отгоняя от себя мысли о ночи, когда она поняла, насколько была беспечна.