Отголоски

Опять ООС и сумбур. Иногда мне кажется, что я без них просто не могу. Перед глазами потемнело, а мир словно сжался до одной болезненно пульсирующей точки, но Ханаби постаралась взять себя в руки. Шиноби с детства учат принимать смерть как должное, ведь цепляясь за мертвых, постепенно теряешь свою жизнь, которая угасает от горя утраты. И Ханаби всегда думала, что она являлась прилежной ученицей, но сейчас все было по-другому. Иначе. Не хотелось ни принимать, ни верить. Происходящее казалось сном, неприятным, абсурдным и даже пугающим, но именно сном, который уйдет, растает вместе с ночью при первых лучах солнца. Сознание отказывалось верить в слова шиноби, хватаясь, за единственную возможность объяснить: она действительно спит, заснула у себя в комнате после миссии, не иначе. Девушка прикрыла глаза, глубоко вздохнула, словно пытаясь заставить себя проснуться. Однако наваждение не хотело отпускать ее так просто, потому Ханаби, стоило открыть глаза, вновь обнаружила себя в кабинете Казекаге под обеспокоенными взглядами всех присутствующих. И хотелось кричать, возмущаясь, почему они так на нее смотрят?.. Неужели они верят во весь этот абсурд? Неужели не понимают? Ханаби прикусила губу, мимолетная боль несколько привела девушку в чувства. Неважно, что происходит вокруг: надо держаться как подобает Хьюга и не терять лицо. Она выпрямилась и надменно, подражая отцу, оглядела собравшихся в кабинете Казекаге шиноби, а после обратила свое внимание на все еще коленопреклонного мужчину перед ней: - Когда и как это случилось? - сухо произнесла девушка, сверля шиноби взглядом, словно пытаясь разглядеть скрытую за маской послушания ложь. Он заговорил, но отчего-то голос мужчины звучал не слишком уверенно, словно бы он сам сомневался в реальности всего происходящего: - Несколько дней назад... Хината-сама отправилась на миссию по охране сына одного из аристократов... Произошло нападение, в результате которого Хината-сама сильно пострадала. Спасти ее не удалось. Иные подробности мне неизвестны, их вам сообщат старейшины клана... Кто, как не они, мысленно скривилась Ханаби, но внешне осталась бесстрастной. - Когда состоятся похороны моей сестры? – спросила она и сама не поверила, что смогла произнести подобные слова, в которые не верила и вряд ли вообще сможет поверить. Ханаби знала, как тяжело осознать и принять потерю дорогого человека, но в данном случае, интуиция, шестое чувство или что там было внутри, просто кричало и скреблось кошкой, не веря. Посыльный замялся, а затем сдавленно выдал: - Старейшины решили дождаться вашего возвращения... Опять старейшины... Ей кажется, или их стало слишком много? Старейшины и тут и там. Теперь, без Хинаты, клан полностью в их власти. Никто не осмелится им перечить, как это делала сестра, но ее статус обязывал, а старейшинам приходилось с тем считаться. Но теперь... А что будет теперь? Некогда Хината спрятала сестру в стране Ветра, чтобы Ханаби не стала разменной монетой в ее противостоянии со старейшинами. Сейчас же обстоятельства вынуждали вернуться к тем, от кого ее, собственно, и прятали... Вопреки воле сестры. Хината всегда слушала свое сердце, отец и остальные считали это проявлением слабости. Чувства – плохой советник, так говорил отец, и было время, когда Ханаби верила в его слова, как верила в то, что говорили о Хинате: безвольная, слабая и не слишком умная. Она словно являлась средоточием тех черт, что в Хьюга не то, чтобы не ценили, а молча презирали. Гораздо позже Ханаби поняла, что ошибалась. Хината просто выбрала для себя другой путь и с выбором определенно угадала. Сестра не страдала от предрассудков и традиций, которые давили на Главную ветвь Хьюга не хуже печати, что сковывала Младшую. И кто именно был птицами в клетке? Чего уж там, Ханаби тихо восхищалась сестрой, правда, никому и никогда о том не говорила. Хината, наверное, даже не подозревала, ловя на себе всегда подчеркнутый равнодушием взгляд Ханаби. Может, обо всем догадывался только Неджи, но не по причине того, что был столь чутким касательно чужих сердец, просто Ханаби была чем-то на него похожа, а потому провести параллели кузену труда не составило. Тем не менее, Хината смогла доказать, что достойна возглавить Хьюга, иначе бы отец ни за что не оставил клан старшей дочери, которую некогда считал недостойной зваться его наследницей. И сейчас самой Ханаби осталось только довериться Хинате. Они ведь сестры, пусть внешне могли и показаться совершенно чужими друг другу людьми. Между ними тоже была та тонкая неосязаемая связь, которая существует только между ближайшими родственниками. Потому, отойдя от потрясения от новостей из Конохи, Ханаби была уверена, что Хината не могла умереть вот так, сдавшись на полпути. Узумаки ведь не сдавался, и сестра всегда наблюдала за ним, стараясь быть равной Наруто, идти рядом с ним, а не смотреть ему в спину. А пока Ханаби вернется, чтобы не дать старейшинам разрушить то, что начала сестра. Но параллельно с тем она будет искать Хинату. Неважно, что ей скажут, не суть, какие предоставят доказательства смерти сестры, но Ханаби просто знала, что все, кто считает Хинату погибшей, заблуждаются. Ведь так?.. Ведь иначе и быть не могло.. - Где сейчас Неджи-нии-сан и Ко? – отчего-то Ханаби казалось, что она может доверять только им, и искренне не понимала, почему донести столь важную и печальную весть доверили кому-то другому. На мгновение Ханаби даже забеспокоилась за кузена, но волнение быстро отпустило. В конце концов, это же Неджи. Отец говорил, что племяннику не будет равных в Хьюга, даже несмотря на печать. - Ваш кузен и подручный главы в Конохе. Ожидают вас. В первую очередь нужно спросить обо всех подробностях у них, а затем слушать старейшин. Если те считают, что смогут ей управлять, словно Канкуро своими марионетками, то ошибаются. И Хинате еще предстоит признать, что некогда она зря отправила сестру в Суну. За окном шелестел дождь, крупные капли монотонно стучали по крышам и стенам. Небо словно обнимало землю, скорбя вместе с ней. В кабинете Хокаге было тихо, разве что его наполняли звуки дождя. Хотелось просто раствориться в них, ни о чем не думать и ничего не знать. Позволить себе минуту слабости, чтобы потом вновь быть сильной. Цунаде, устало прикрыв ладонью глаза, сидела за столом перед кипой неразобранных документов. Новость о гибели Хинаты стала неприятной неожиданностью. Ничего не предвещало, что миссия может обернуться трагедией. Пусть Цунаде и чувствовала какой-то подвох, но на то и подстраховалась. Однако события приняли несколько иной оборот... Цунаде знала, что Хьюга уже послали за младшей из дочерей Хиаши в Суну, мотивируя это тем, что клан не должен остаться без лидера. Вполне логично. Хотя интуиция Цунаде говорила, что дело далеко не в столь банальном, но опять же не лишенном смысла оправдании. О смерти Хинаты сообщил заказчик, послав письма как Хокаге, так и Хьюга. Тем не менее, не вдаваясь в подробности, лишь коротко указав, что того драгоценного юнца Хината таки защитила, пускай и ценой собственной жизни. Позже Хьюга передали и тело их главы. Правда, представители клана категорически отказались говорить, от чего именно и как погибла Хината, тонко намекая на то, что как раз несостоятельность Пятой, не смогшей разглядеть всей опасности миссии, и стало причиной смерти девушки. Мертвых не обвиняют в слабости, не оскверняя их память. Винят и судят живых. На подобные обвинения Цунаде лишь поджала губы, пытаясь подавить растущее внутри желание все-таки хорошенько врезать по надменным холеным лицам. Правда, Хокаге и сама признавала себя виноватой. Так было всегда, когда с миссий не возвращались шиноби ее Селения... Но отчего-то казалось, что Хьюга чересчур торопятся и слишком многое держат в секрете, будто чего-то опасаясь. Цунаде, возможно бы, задумалась о том, но куда больше ее волновал другой вопрос. Где носит Учиху? Отчего он до сих пор не объявился? Верить в непоправимое не хотелось, да и куда там? Это же Учиха Саске. талантливый во всех отношениях шиноби, и Цунаде была уверена, что он показал далеко не все, на что был способен. Тогда неужели Саске не смог выполнить свою миссию и защитить Хинату? Скорее Цунаде поверила бы, что Саске по каким-то причинам оставил девушку, нарушая данные ему указания, а потому его просто не было рядом. Но почему? Каждый вопрос цепной реакцией порождал все новые, ответы на которые мог дать только Учиха. Цунаде ненавидела ждать, теряясь в неведении, но ничего иного ей не оставалось.