Цветы со вкусом крови.

Эдди отчаянно «ломал» голову, сидя над геометрией. Им задали составить пропорцию и, да, она несложная и вы, возможно, со мной согласитесь, но для Каспбрака это был сущий ад. Почему же? Потому что он, как не странно, гуманитарий. Такие предметы ему, к сожалению, даются с неким трудом, из-за чего парень, как девчонкам из-за того, что её парень бросил (извиняюсь сразу за такие жестокие шутки, моей сестре это нравится!), плакал в подушку. А вам бы не было обидно если в биологии вы - ас, а в какой-то там математике - полный ноль? Вот и Эдварду это удовольствие не приносило. Зато его лучший друг и одноклассник, по совместительству, технарь. М-да, повезло. Астматик всё бы отдал на то, чтобы поменяться с другом умами. Хотя, то, что у Ричи на уме, уже заставляет поменять своё решение; вскоре, Эдди надоедает копаться с геометрией и составлением пропорции, поэтому он закрывает учебник и откладывает его в сторону. Потому что достало, спишет у Тозиера, не впервой. Каспбрак берёт телефон с зарядки и включает его. Заходя в «Контакты», парень находит номер друга и нажимает на него, прикладывая телефон к уху. Слушая гудки, Эдвард уже хочет положить трубку, пока они не затихают и не раздаётся сонный голос Ричарда «Алло?» — Ой, ты спишь? - удивлённо спрашивает астматик, смотря на настенные часы, но вспоминая что батарейка в них давно села, вздыхает. — Чувак, щас грёбанные, - на последнем слове голос отдаляется, походу Тозиер решил посмотреть время на телефоне. - 2 часа ночи! Ты что там делаешь? Играешь с «Эдди-младшим»? — Господи, нет! - тихо вскрикивает парень, понимая что если он разбудит мать, ему вставят пизды. - Я пытался сделать геометрию, но не смог... дашь списать? — Ёмаё, для этого необязательно звонить мне в два ночи. Я всегда не против и ты это знаешь, а сейчас, с вашего позволения, я погружусь обратно в сон. — «Погружайся». Всё, пока. — Ночи, Эдс, - после чего последовали гудки. Каспбрак отложил телефон и стал собирать портфель на завтрашний день. На мозг уже стало давить чувство недавно прилившей усталости, из-за чего мышцы, потихоньку, не хотели шевелиться. Астматик вздохнул и подумал, что когда он встанет утром, тогда и соберет портфель. А сейчас - спать. Прозвенел будильник. 6:45 am. Без пятнадцати семь. Как раз есть время чтобы собрать портфель и позвонить Ричи, чтобы заставить того подняться с кровати и пойти в школу. К сожалению, Эдвард не только гуманитарий, они, с лучшим другом, ещё и живут в разных районах, из-за чего на середине пути им приходилось расходиться. А иногда так хотелось пойти к кому-то в гости, но понимая что как всегда остаться на ночевку не выйдет, из-за того, что мать Эдди как-то заметила их обнимающихся (сразу объясняю, обнимались они из-за того, что Ричи закончил первую четверть (пусть у них будут четверти, окей?) без троек) около школы. Поднявшись с постели, парень пошёл в ванную комнату. Заглянув в зеркало, Каспбрак поморщился, глядя на свои увеличившиеся «мешки» под глазами. Если бы он только мог распределяться своим временем, тогда бы точно высыпался. Теперь придётся как всегда выслушивать балабола Тозиера о том, что даже он соблюдает ночной режим. Хотя, это странно, ведь Ричард любит тратиться на разные энергетики, по типу того же «RedBull». Эдвард часто говорил что они портят желудок и вообще убивают, но Ричи просто отшучивался. Пытался скрыть свои жестокие намерения под шуткой... Почистив зубы, Эдди вернулся в комнату, чтобы одеться и привести волосы в порядок. Хоть он и парень, но даже им (мужчинам) приходится ухаживать за своей головой. И прической. Ты же не хочешь проснуться и обнаружить у себя в волосах целое семейство пернатых? Без разницы каких, хоть орлов, но, а вдруг? Страховка ещё никому не повредила. Позавтракав маминой яичницей, Эдвард, подхватив портфель и сменку, вышел из дома. Вдохнув свежий воздух, астматик улыбнулся. Умеренным шагом идя к школе, парень уже представлял как его друг выскочит из-за угла и заорёт на ухо что-то громкое и неразборчивое. Сейчас был ноябрь, темно даже утром, из-за чего Каспбрак принимал Тозиера за маньяка-педофила. Подходя к школе, Эдди так и не встретил друга по дороге к ней, парень зашёл внутрь здания и направился к раздевалке. К его удивлению там и был Ричард. — Ричи? - первое что произнёс Эдвард когда заметил Тозиера. Тот стоял и беседовал с какой-то девушкой, походящую на шлюху, но это так, к слову. Парень повернулся к другу и улыбнулся, подмигивая, снова отворачиваясь к своей бестии. Каспбрака стало потряхивать. Опять Рич разводит школьниц на секс ради своего удовольствия. Астматик начал от чего-то задыхаться, поэтому парень поспешил повесить куртку на крючок, как и сменку, и пулей выскочил из раздевалки, направляясь в мужскую уборную. Вытащив из заднего кармана портфеля свой ингалятор, парень вдохнул, но задыхаться не перестал. Вдруг, он начал кашлять и Эдди это успокоило. Наверное, просто простудился. Но когда Эдвард выплюнул в раковину лепесток лилии, астматик напрягся. Он что же, во сне цветы жрал? *** Сидя на уроке биологии, Каспбрак кинул взгляд на Ричи, который сидел с той самой девушкой из раздевалки. Эдди уже почувствовал новый прилив кашля, но вовремя поднял руку и учитель вовремя его заметил, он, выскочив из-за парты, помчался в туалет. По пути стараясь не начать кашлять, он добрался до раковины и начал корчиться от боли в грудной клетке. Выплюнув кровавый лепесток, Эдвард взял его дрожащими руками и покрутил из стороны в сторону. Настоящий. Достав из кармана телефон, Каспбрак набрал в поиске свои симптомы. Когда ему выдало результат, парень застыл. «Ханахаки»? Что за японская херня? Прозвенел звонок, что заставило подняться, вытереть кровь с уголка губ и выкинуть лепесток, так же смывая кровь с раковины. Зайдя в класс, там уже никого не было, не считая учителя. Парень забрал свой портфель и вышел из кабинета, направляясь в следующий. По расписанию у них сейчас геометрия, а Эдди так и не списал домашку у друга. Искать Тозиера сейчас было не вариантом, ну ничего, спишет на уроке. Они всё равно сидят рядом, Каспбрак на четвертом, а Ричард на пятом(не уверен что прям так, опять же, я не читал как устроены американские школы. Просто вспоминаю Южный Парк, пишу про школу так, как там(почти)) рядах. Проходя в нужный кабинет, Эдвард никого там не заметил и облегчённо выдохнул. Тупые одноклассницы не будут кокетничать, одноклассники не будут ржать и обзывать как только не попадя: «Геюга», «Девственник», «Слышал, ты подрабатываешь проституткой. Но почему именно минет, Эдс?(они специально обращались к парню с таким сокращением его имени, стараясь поддеть) Боишься потерять девственность?», «Даже твоя мамаша уже в тринадцать трахалась, а ты...» и т.д. по списку. Нет, астматика это не задевало. Его задевало то, что Ричи видел все эти насмешки, но даже пальцем не пошевелил. Просто смотрел как его друг от стыда краснеет перед одноклассниками и, кажется, отодвигает стул от него подальше. И опять он стал задыхаться. Уже хотя выскочить в туалет чтобы не забрызгать пол или, не дай бог, свою белую рубашку, он врезается в кого-то из своих одноклассников. Сейчас по расписанию завтрак, учитель не мог вернуться с него так рано. Подняв взгляд на человека, который удержал его от падения, он ужаснулся, увидя перед собой Тозиера. Лепестки опали и по трахее стали пробираться к гландам. Из-за резкого добавления цветов в глотке и крови, которая вот-вот начнёт течь из всех щелей, Эдди отталкивает друга и выбегает из класса. Он еле успевает добежать до унитаза (в уборной были люди, Эдс не хотел харкать цветами в раковину при них) и кашляет окровавленными лепестками, которые аккуратно спускаются на гладь воды. Каспбрак вытирает платком кровь с подбородка и смывает воду в туалете. Походу, ему придётся привыкнуть. Решая всё-таки поближе познакомиться со своей, так называемой, болезнью, парень опускает крышку унитаза и садится на неё, доставая телефон. У Ханахаки, как Эдди выясняет, есть пару стадий (это я придумал сам. За сочинения по русскому почти всегда пятёрки, старался придумать что-то стóящее. Хах, в прошлом году написал былину про SCP, 5/4 хД ). Первая стадия — когда человек влюбляется и при взгляде на свою любовь, когда он/а целуется с кем-то, начинается приступ. Обычно проходит быстрее чем вторая, но не всегда. Может перерасти во вторую стадию! Вторая стадия — уже более серьезная чем первая. Опять же, если посмотреть как твоя любовь целуется с кем-то, начнется приступ. Но! Ещё нельзя контактировать, пока вторая стадия не уменьшится до первой или если чувства не окажутся взаимны. Третья стадия — самая опасная и смертоносная. Цветы в грудной клетке растут в геометрической прогрессии, даже если вы просто вспомните свою любовь! Не в коем случае не смотреть, не контактировать, ничего! Любой неверный шаг может стать летальным! Два предыдущих пункта всё ещё действуют! Третья стадия не может стать второй, а тем более первой! Здесь - вы должны всё делать с умом. Попросить помощи, просить милостыню, всё что угодно. Просто молитесь, чтобы чувства стали взаимны. У Эдварда задрожали руки. Его симптомы совпадали с... третьей стадией. Теперь парень просто не знал что делать. Он уже был готов пойти в церковь (автор атеист), молиться Богу, просить прощения за все свои грехи, какими бы они не были, но главное, чтобы он вылечил его от этой болезни. Он не хотел умирать. Ведь как не думать о Ричи, если они одноклассники и, чёрт возьми, лучшие друзья? Каспбрак чувствовал свою беспомощность перед сложившейся ситуацией и понимал. Что ничего не понимал. Он может сдохнуть в любой гребаный день, даже если просто вспомнит о друге! Прозвенел звонок. Астматик не спешил. Все вышли из уборной. Сейчас геометрия. С Ричи. Трахея начала зудеть, лепестки подобрались к горлу, но выходить не спешили. В туалет. Кто-то. Зашёл. — Эдди? Стэн сказал что ты тут, выходи, - послышался знакомый голос. В этот раз кашель себя ждать не заставил. Соскочив с унитаза и открыв крышку он зажмурился, принявшись блювать кровью с лепест... Твою мать. Это не лепестки, сука. ЭТО ЕБАНЫЙ БУТОН ЕБАНОЙ ЛИЛИИ. Каспбрак ещё удивился почему сразу не сплюнул пару лепестков, когда вспомнил о друге. Вот почему. А такой порыв крови лишь помог бутону «выплыть» из глотки. Послышался характерный бульк, после чего ещё немного капелек крови упали в воду, стекая с подбородка. Тозиер уже смылся, было сразу ясно. Он не любит разбираться с людьми у которых «похмелье». Только вот у Эдварда ни черта не похмелье. Какого хрена вообще он? Почему Ричи? Эдди бы спросил об этом вслух, встав на колени и сложа руки в замок, закрыв глаза. Так обычно дети общались с Богом. И не только дети. Смыв воду, парень вышел из кабинки. Он пойдёт к медсестре, с него хватит. Этот день и так принёс ему кучу проблем в виде Ричарда и «Ханахаки». Спустившись на первый этаж, Эдди постучал в дверь и прошёл в кабинет. Там сидела молодая девушка, но работала тут уже три года. Кашлянув, на него всё-таки обратили внимание. — Ох, проходи. Извини, не услышала как ты вошёл, - виновата сказала медсестра, опуская взгляд на три стопки тетрадей детей из десятого класса. Там, Эдвард заметил и свою, с кроликом. Они заводили с матерью эту тетрадь для школы и была она, честно сказать, слишком детская. Ведь у всех других с машинками, трансформерами, а у него с зайчиком. Хм. — Бывает, вы же занятой человек, в кои то веки. Я пришёл за справкой, моё имя Эдвард Каспбрак. Десятый «А» класс. — Угу... зачем тебе справка? - спросила девушка принявшись копаться в тетрадях класса астматика. — Дело в том что у меня... Ханахаки? Медсестра застыла и медленно перевела испуганный взгляд на ученика. — Ч-что ты сказал? - девушка заикнулась в начале, ещё и дрогнув. — Ну... у меня Ханахаки. — Парень, если это шутка, то попрошу удалиться или я вызову директора. — С чего вы взяли что я вру?! — У мальчишек, особенно в твоём возрасте, этой болезни почти не бывает. Один к тысячи, парень. Один к тысячи. — Я.. я могу доказать! Это легко, особенно с, - Эдди сглотнул. - с моей стадией... — Ну давай. Раковина там, - девушка показала пальцем за спину парня и тот подошёл к ней, опустив голову, вспоминая Ричи. Вспоминая, какие у него постоянно запутавшиеся волосы, кудряшки, карие глаза, как воробьи в его гнезде на голове... Ещё один бутон обломился и поднялся по трахее, вновь застревая в гландах. Парень стал задыхаться, но проводя пальцами по горлу вверх вниз, лилия смогла вылезти из глотки и Каспбрак, с новым потоком крови, выплюнул его в раковину. Взяв бутон в руку, Эдвард выбросил его в рядом стоящую мусорку и, включив кран, смыл кровь. Набрав в ладони воды, парень умыл лицо. И снова как ничего не произошло. — Оу... хорошо, я, - медсестра смогла выдавить из себя пару слов, понимая, что мальчик не шутил. - выпишу тебе справку. Не буду спрашивать кто это, не хочу доставлять тебе... — Его имя Ричи. Тозиер. Мой одноклассник. Ничего страшного, после приступа можно думать о предмете внимания каких-то жалких пять минут. Пока пульс не возобновиться и всё такое. — Парень? Нет, не подумай что я осуждаю тебя, просто... никогда не встречала у мальчиков такую любовь к человеку своего пола. Эдвард промолчал, предпочитая не думать об этом. Девушка тоже решила больше не выводить ученика на разговор, а лишь выписала ему справку, протянула и снова принялась заниматься бумажной волокитой, которой занималась до прихода Эдди. Астматик поднялся на свой этаж, постучал в кабинет геометрии и зашёл. Учитель удивленно глянул на справку, но кивнул и отпустил ученика. Тозиер пытался заглянуть в глаза друга, но тот даже не смотрел в его сторону, лишь подхватил портфель и вышел из класса, направляясь в раздевалку, чтобы уйти домой...