Кошка, которая сама по себе

Гарри закончила очередную тренировку с проверочным заклинанием, таких заклинаний было несколько, но только это, для проверки вызова и контроля Адского пламени, она освоила в полном объеме. Это заклинание требовало столько же сил и контроля за ним, но в отличие от Адского, Призрачное пламя было голубым и едва теплым, и не уничтожало предмет или существо, а только окутывало, и держалось, пока было нужно. Гарри теперь решила в свою волшебную неделю, сдав экзамены за девятый класс, посетить наконец, Сириуса Блэка. Блэк нарезал круги вокруг дома мисс Дурсль с утра, выяснив у профессора МакГонагалл адрес. Гарри за руку провела его в дом, представила мисс Дурсль и получила разрешение погостить у крестного. Блэк все восхищался защитой Дамблдора над домом, Гарри не разубеждала, но взяла на заметку выяснить, почему Сириус так уверен в авторстве защиты. Больше всего Гарри привлекала библиотека Дома Блэк, поэтому едва перейдя через порог, попросила провести туда. Сириус поморщился, но уступил, сказав, что после обеда вытащит на прогулку. И добавил, что пригласил еще кое-кого в гости, но это сюрприз. Назавтра сюрпризом оказались Рон Уизли и Гермиона Грейнджер, то есть два самых непереносимых человека на факультете, не считая сестры Рона, Джинни Уизли, девицы навязчивой, но к счастью для Гарри, подхватившей перед прошлым Рождеством какую-то волшебную болячку. В результате Джинни Уизли в Хогвартс не возвращалась, да Гарри и не интересовало почему. Гарри успела до прихода гостей подкормить своей магией Кричера, эльфа Дома Блэк, и договориться о закрытии библиотеки от всех. Как кормить домовиков Гарри узнала в конце года, перед экзаменами, когда кошкой нечаянно подслушала разговор на берегу озера Драко Малфоя с отцом о своем эльфе, Добби. Осознала, что в прошлом году Добби приходил к ней с предупреждением о заговоре, обратилась во весь свой кошачий слух, недаром ей не понравился лорд Малфой в первое свое знакомство. Драко просил отца подкормить Добби, а то тот становится без подпитки все более неуправляемым. Такая интересная информация не прошла мимо любознательной Гарри, и она тут же запросила у выручалочки-библиотеки книги на эту тему и тщательнейшим образом изучила их. Кричер бухнулся на колени от избытка чувств, провозгласил, что полукровка лучше хозяина, и попросил, чтобы ночью Гарри пришла в библиотеку, одна, по очень важному поводу. День после завтрака провели вчетвером, катаясь в парке на аттракционах, все устали и, поужинав, разбрелись по спальням. Гермиона, которую подселили к Гарри, уже засыпала на ходу, даже не поняв, что ей Кричер подлил в стакан вечернего молока мощного снотворного, не зелье, а вполне себе барбитурат. Гермиона пользовалась покупным браслетом-анализатором зелий и ядов, Гарри вычислила ее амулет еще в прошлом году, и применила немагическое лекарство. В библиотеке Гарри дожидался портрет Вальбурги Блэк, матери Сириуса. Беседа продлилась до утра, этот портрет, в отличие от своей копии в прихожей Дома Блэков, был спокойным и ничуть не высокомерным. Поэтому Гарри совсем не выспалась, и сославшись на головную боль, осталась в постели. К вечеру Кричер усыпил всех гостей и самого хозяина, а Гарри вновь отправилась просвещаться к Вальбурге. В результате, в течении всей недели в гостях у Блэка Гарри изображала простуду после мороженого, которого в парке аттракционов действительно переела. Накопировала по разрешению мертвой нарисованной хозяйки кучу книг, выучила под ее присмотром несколько семейных заклинаний и получила много сведений, которые предстояло тщательно проанализировать. Пообещав Сириусу вернуться через неделю, распрощалась со всеми и уехала на Ночном рыцаре в Дырявый котел. В Гринготтсе прошла в сейф Вальбурги, ключ от которого нашла в ритуальной подвальной комнате по ее указанию при помощи Кричера. Это был сейф для предъявителя ключа и гоблины даже не повели ухом при его демонстрации, видимо, такое в порядке вещей. Забрав нужные амулеты, попросила встречи с гоблином, представляющим интересы Поттеров. Гоблин Крюкохват очень стар, поверенным рода Поттер был в течении четырех поколений. На вопросы Гарри отвечал с охотой, помог завести свой сейф на предъявителя, перенес все деньги из школьного сейфа, выдал отчет о движении средств в нем в течении одиннадцати лет. Отчет вызывал раздражение, нет, никто не забирал ни кната, но отчеты о движении денежных средств почему-то отправлялись директору Хогвартса, а не самой Гарри. Поэтому Гарри оставила в старом сейфе десять галеонов, из расчета абонентной платы два галеона в год. Новый сейф оставила в ведении уважаемого Крюкохвата, вежливо на гоббледуке попросив того заниматься вложениями по его усмотрению. Крюкохват пришел в восторг от знания Гарри гоббледука и поправил несколько произношение, а узнав, что еще есть и парселтанг, вовсе позвал посетить его Дом. Такой чести удостаивались редкие волшебники, снобизм по отношению к волшебным расам был весьма распространен в Англии. В Доме Крюкохвата Гарри провела несколько захватывающих часов. Впечатлений для анализа рассказов Вальбурги Блэк и Крюкохвата хватило на всю неделю. Гарри по привычке записала все в свой гримуар, и продолжила зачаровывать его на нечитаемость, паранойя охватывала ее все сильнее. В каждом случае участия в ее судьбе мелькали очки Дамблдора и его борода, завещание было зачитано Крюкохватом сразу же при их знакомстве. Рассказ Сириуса о передаче ее после гибели родителей преданному Дамблдору Хагриду настораживал. А уж передача на воспитание тем, кому напрямую было запрещено ее мамой вызывало зубовный скрежет. И Гарри отправилась в свой любимый магазинчик подержанной литературы, магазинчик располагался в Лютном переулке, но среди бела дня Лютный выглядел прилично и люди ходили там спокойно. Купила все газеты за период семидесятых-восьмидесятых годов, прочитала их и выписала все фамилии, упоминавшиеся там, неважно в каком контексте. Следующую неделю провела с Блэком наедине, признавшись тому, что простуда была лишь предлогом не общаться с Роном и Гермионой. Блэк очень огорчился, ведь Дамблдор уверял его, что Гарри дружит с ними, вот он и хотел ее порадовать. Гарри уверила его, что более-менее дружеские отношения у нее только с Фэй Данбар, а уж и Рона и Гермиону точно не желает видеть в каникулы. Тут Блэк призадумался. Неизвестно, что надумал, но до конца лета больше так называемых друзей не приглашал. А Гарри, в очередной раз подкормив Кричера своей магией, была шокирована рассказом о брате Сириуса, Регулусе и медальоне, который эльф не смог уничтожить. Гарри вместе с Кричером и медальоном посетила ритуальный зал, почувствовала щупальца тьмы из медальона, и не раздумывая ударила Адским пламенем, выжигая мерзость, от которой болела голова и передергивало все тело. Заклинание уничтожило и медальон и тьму в нем, что было удачным, так как действуя на рефлексах, Гарри не подумала захватить ловушку для духа. Головная боль прекратилась, Адское пламя послушно улеглось и исчезло. Кричер обхватил Гарри за колени и навзрыд плакал. Вальбурга Блэк была шокирована рассказом о гибели младшего сына и крестражах неизвестного лица, и приказала Кричеру подробнее изложить о событиях лета семьдесят девятого года. По описанию домовика опознала лорда Волдеморта, который при помощи Кричера спрятал медальон в пещере. *** Приглашение семейства Уизли, переданное через Сириуса посетить чемпионат мира по квиддичу, вежливо, но твердо отклонила, напомнив, что не увлекается им. Сириус же посетил матч и остался на попойку в честь его завершения. Наклюкавшись допьяна, проспал нападение Пожирателей Смерти и появление Морсморде над палаточным городком болельщиков. А Гарри, тем временем, пыталась обрести еще одну анимоформу, и к концу каникул полетела вороном. Теперь она научилась вычислять свои ипостаси, осталась одна и это был паук. Арахнофобии у Гарри никогда, в отличии от того же Рона Уизли, не было. Гарри равнодушно относилась к сожителям по чулану, они ее не кусали и по ней не ползали. *** Следующее превращение можно попробовать через полгода, вот на зимних каникулах и займется, а пока ветер в крыльях приносил ни с чем несравнимое чувство свободы, и Гарри решила лететь в Хогсмид своим ходом. Вещи ее Кричер уже доставил в спальню факультета, Вальбурга дала разрешение приказывать ему, что домовик и исполнял с рвением. Сил вороньих Гарри не рассчитала, пришлось останавливаться не долетев, из Дома до Хогсмида по прямой было около семидесяти километров, но летела то Гарри из Лондона, и силы крыльев оставили ее над Харрогейтом, почти на половине расстояния. Гарри перемещалась до своего городка при приезде из школы, аппарируя с перрона в Дом, потом шла к мисс Дурсль, которая ни разу не задала вопроса, как Гарри удается добираться. Теперь же Гарри исполнилось четырнадцать, и она решила написать заявление на сдачу экзамена по аппарации в Министерстве, с пятнадцати лет разрешалось попробовать сдать первый раз, стоило недорого, но обучаться нужно официально в течении года. Перекусив в кафе на окраине Харрогейта, вышла в чистое поле и аппарировала до перрона Хогсмида. До прихода поезда оставалось полчаса, Гарри в кошачьей анимоформе мирно продремала их и при выходе толпы соучеников, просто смешалась с ними. Так что в карету села с Фэй, на вопрос Фэй честно призналась, что добралась самостоятельно, не на поезде. Вездесущей Гермионы не было, а Фэй была молчуньей как бы не почище самой Гарри. Тем более, что свои приязненные отношения они не демонстрировали, не переписывались, просто Фэй дарила ей сладости на праздники, в ответ получала почти то же самое, и разъясняла Гарри тонкости зельеварения, если ее об этом просили. Сову от Фэй Гарри включила в защитный контур дома мисс Дурсль, попросив у Фэй разрешения выдернуть перо у Асклепия, мрачного филина. Сожгла перо и втерла ночью пепел, смешанный с ее кровью в один из рунных камней. Этого было достаточно для преодоления барьера. На ужине в честь Распределения представили нового профессора защиты, Грюма Аластора, или как назвал его Рон Уизли, Грозного Глаза. Артефакт у профессора Грюма весьма заинтересовал Гарри, и она решила напроситься на факультатив, тем более Аластор Грюм, по словам все того же Рона, считался одним из лучших авроров. Объявили и об отмене квиддичных матчей, и предстоящем Турнире Трех Волшебников. На следующем же занятии по ЗОТИ, Гарри увидела по магическому следу, что во фляжке профессора находится Оборотное зелье, которое она как раз и варила этим летом, закупив в магазинчике Лютного нужные ингредиенты. Как всегда, обратилась в своему декану, ей она доверяла, ведь профессор МакГонагалл не рассказала никому, кроме Блэка, о месте ее проживания, поверила в крысу-анимага, да и Гарри вообще доверяла больше людям суховатым и спокойным. Профессор МакГонагалл же доверяла Гарри, которая была спокойным, неконфликтным ребенком и ни разу не ошиблась с подозрениями, взять хотя бы и василиска. Поэтому, доложив директору Дамблдору, они с ним совместными усилиями обезвредили Барти Крауча-младшего и передали его в Аврорат. После обыска в комнатах лже-профессора нашли в его сундуке настоящего Грюма. Все это декан рассказала Гарри на следующий день и попросила никому пока не говорить об этой пренеприятнейшей истории, бросающей тень на Хогвартс. Гарри пообещала. Настоящий Грюм после недолгого лечения в Мунго приступил к обязанностям преподавателя ЗОТИ, и оказался настоящим сокровищем, хотя и чересчур бдительным. Будешь тут небдительным, оправдывала его Гарри, посиди-ка недельку в сундуке. Время летело быстро, до Хэллоуина Гарри успела уничтожить тетрадь-крестраж, представив ритуальный зал Блэков за одной из дверей выручалочки. И начала тренировки по аппарации, декан разрешила заниматься с шестикурсниками. Гарри делала вид, что ей все в новинку. После приезда школ-участников Турнира Трех Волшебников и определения чемпионов школ, Виктора Крама от Дурмстранга, Флер Делакур от Шармбатона и Седрика Диггори, хаффлпафца от Хогвартса, жизнь вошла в привычное русло. Первое состязание чемпионов получилось зрелищным, на что уж Гарри была нелюбителем публичных мероприятий, и то получила удовольствие. А вот приглашения на Рождественский бал от Драко Малфоя получить не ожидала, поэтому отказала от неожиданности довольно резко, хорошо хоть рядом никого не было. Она замечала заинтересованные взгляды от него уже два года, но относила их к той истории, поведанной их эльфом, Добби. На бал Гарри, как она ответила Драко Малфою, не собирается, тем более с ним. Малфой вспыхнул, но ничего не сказал. Гарри напомнила ему обо всех обидных словечках, что неслись от него на совместных занятиях, и призналась, что хотя внешне и не выдавала реакции, но запомнила их все. И поэтому считает его приглашение одним из способов ее уязвить. На вопрос Малфоя, каким образом ее уязвит их совместный танец, Гарри пожала плечами и ушла. *** Как и собиралась, уехала домой, превращение в паучка прошло по плану. Гарри заткала паутиной все углы Дома, потом с удовольствием чистила их. Варила зелья из старинной книги, посетила с Сириусом Блэком Париж, отдохнула на славу. По приезде в Хогвартс продолжила так называемые тренировки по аппарации, и по словам декана, могла сдать по ней экзамен. Попросила декана написать заявление на сдачу экзамена на первое августа. Второе испытание турнира прошло быстро, но не зрелищно. Больше ничего интересного не было, за исключением того, что Драко Малфой перестал задирать их факультет вообще, что Рон Уизли незамедлительно записал в свои заслуги. Однажды, уже после окончания Турнира, она прогуливалась по потолку коридора восьмого этажа, и услышала чрезвычайно интересный разговор каких-то семикурсников-райвенкловцев, о комнате-по-желанию, где можно припрятать огневиски, бутылками которых они звенели, до выпускного бала. Проскользнула следом за вызванную ими дверь, ее кошачья натура, хоть и паучьем виде, требовала все знать. Оказалась в заваленной всяким хламом комнате, тщательно запомнила ее вид и покинула комнату на плече одного из юношей-воронов. Ночью прошла в выручалочку в виде той комнаты-по-желанию и ощутила головную боль, ведь вошла Гарри в нее в своем человеческом виде, а значит где-то здесь находится один из крестражей Воландеморта. Сняла свои зачарованные очки, что блокировали магическое зрение и увидела на какой-то статуе диадему, окутанную черной дымкой. Пришлось возвращаться в спальню за перчатками из драконьей кожи. Выносить диадему не стала, взяла в руки и пожелала превращения комнаты-по-желанию в ритуальный зал Блэков. Уничтожила диадему Адским пламенем и упала от слабости там же, на полу. Видимо, это был один из сильнейших крестражей, сопротивлялся, в отличие от тетради и медальона очень мощно. Экзамены сдала, как всегда легко, и решила проанализировать весь известный ей материал о лорде Воландеморте, будет чем заняться на каникулах. Гарри раздражало, что крестражи оказывают на нее такое воздействие, и решила, что пора самой попытаться перейти в наступление. Лето обещало быть насыщенным.