Временно?

Если она действительно и хотела бы трансфигурировать одежду, то теперь ей это сделать не позволял банальный жгучий стыд: Снейп улыбнётся своей чёртовой сардонической улыбкой и поймёт все страхи, и они его, определённо, развеселят. Или возбудят. Поэтому Гермиона, натянутая до предела, обратила всё своё внимание на книгу: в конце концов, именно из-за неё она и оказалась здесь. Гермиона и не заметила, как пролетел установленный профессором промежуток времени. Компания Снейпа, к удивлению девушки, не давила на неё: мужчина погрузился в какой-то фолиант и не стремился её отвлекать, просто беззвучно находился рядом, даже не соприкасаясь с её телом. Такая подготовка нравилась ей больше всех предыдущих: мальчишки постоянно забывали цель встречи, тихо перешептывались и смеялись, хватая книги потными пальцами. Тайком Гермиона разглядывала Северуса: царственную бледность тонкой кожи, разгладившиеся от покоя морщинки на переносице, выпирающие вены на изящно выточенных руках и плещущийся на дне глаз интерес, горящий, словно звёзда в ночном небе. Никогда прежде Грейнджер не представлялся такой случай, несмотря на близость их взаимодействия. Да, он горел вожделением, и сквозь вечную маску проглядывалась неутомимая страсть, но не истинное его лицо. — Как я посмотрю, с изучением книги уже покончено? Гермиона вздрогнула, пойманная на месте преступления, и зарделась, вновь уткнувшись в книги и бегая глазами по плывущим строчкам. Через некоторое время мужчина с тяжелым вздохом устроился на диване поудобнее и потянул к себе на грудь девушку. — Мисс Грейнджер, — губы коротким поцелуем задели её ухо, — вы уже превысили мой лимит терпения. Или вы идёте к себе в комнату, или ... — его тёплая рука мягко поглаживала выступающую острую ключицу, — остаётесь здесь, но не спать. — Сэр, мне осталось буквально семь глав. Пожалуйста. И я сразу же уйду. Если вы разрешите мне взять книгу с собой, то уйду прямо сейчас, а вы... — Если я позволю вам "взять книгу с собой", вы не уляжетесь и к утру. А что там вы говорили относительно меня? — То, что вы сможете, наконец, отдохнуть и поспать, — незамедлительно ответила она. — С чего вы взяли, что я устал? Я бодр и полон активности, — Снейп, полностью умиротворённый, мягко уткнулся носом ей в шею и повёл раскрытую ладонь вдоль шелковистого бедра девушки. Его руку незамедлительно скинули и пробурчали что-то невразумительное, что дошло до сознания Северуса спустя долгие две минуты "не-отвлекай-не-отвлекайте", нужно было ответить что-то едкое, но момент был уже упущен, и Снейп с покорностью закрыл глаза, устраиваясь удобнее и обещая запомнить. В грудную клетку ему давил локоть развернувшейся девушки и твёрдый переплёт книги; длинные волосы разметались по его лицу и щекотали кожу, но скинуть их Снейп и не постарался. Блаженная нега давила на каждую частицу тела, и он и сам не заметил, как провалился в сон. *** Гермиона покончила с книгой совсем не так скоро, как планировала. Зевнув, она посмотрела на настенные часы и охнула, отметив, что время перевалило далеко за полночь. Крепко сцепленные руки на её талии уже некоторое время были расслаблены и давили своей тяжестью, но совершенно при этом не мешали. Тёплое мерное дыхание приятно согревало шею, и Гермиона прикрыла усталые глаза. Достойных причин покинуть комнату она, как ни старалась, найти не смогла. Профессор не являл собою сейчас угрозу, камин приятно потрескивал и создавал полную атмосферу домашнего уюта; а за пределами этой комнаты простирались длинные нескончаемые тёмные коридоры, сквозняк да призраки. К тому же, уйти, не попрощавшись, — это как-то невежливо, подумала девушка и потянула лежащий на спинке дивана тонкий плед, накрывая их тела. В следующий раз, когда она открыла глаза, её накрыла темнота. Камин, судя по сковавшему тело холоду, погас уже довольно давно; единственным источником тепла оставался Снейп, который, кажется, прижался к ней ещё ближе. Поёжившись, она невольно подалась к нему навстречу, устраивая одну руку на торсе мужчины. Замёрзшие губы коснулись горячей шеи, в попытках согреться. Бледные пальчики невольно пробежались по давно интересующему её шраму, исполосовавшему кожу, и Северус едва заметно вздрогнул под этим прикосновением. Гермиона резко отпрянула, прислушиваясь к мужскому дыханию, но то оставалось ровным, и девушка расслабленно выдохнула: она сейчас не в том положении, чтобы так рисковать. Профессор Снейп не отличался с нею хвалёной выдержкой ни в коридорах, ни в кабинетах, а уж сейчас, в его гостиной, простыми поцелуями и прикосновениями дело точно не ограничится, стоит только начать. Но соблазн изучить его был так велик... Задержав дыхание, Гермиона мягко прижала ладонь к открытой мужской шее, невесомо поглаживая тёплую кожу, и, вздохнув, скользнула рукой под воротник застёгнутого сюртука. Ткань рубашки плотно прилегала к его телу, и Гермиона, закусив губу, нахмурилась от лёгкого разочарования, вынимая руку обратно. С таким же успехом прикасаться можно и к пледу. Расстегнуть же бесконечные пуговицы было бы совсем ... — Мисс Грейнджер, до подъёма осталось примерно сорок минут, так что дерзайте, — раздался вдруг его хриплый голос. — Или вы ждёте, что я начну раздеваться сам? Вы мне такой чести пока не оказывали, так что не ждите и ответной. — Я случайно! Сэр, — быстро добавила она и отвернулась от мужчины, пряча лицо. Словно в этой мгле он действительно смог бы разглядеть изменившийся оттенок её кожи. — Случайностью было ваше бедро, прижатое к моему паху ранее, а сейчас же... — диван скрипнул под его весом, когда Северус развернулся к девушке, — сейчас же вы не спали. — А как... Как давно вы не спите? — С того момента, как вы захлопнули книгу, — губы прижались к бархатной шее. — Позже я, кажется, снова уснул. И последующее пробуждение было уже приятнее. Так вы продолжите? — Нет! Я, я не могу... — пробормотала она, когда явственно почувствовала прижатый к её ягодицам пах. — Грейнджер, если приставать начну я, то не факт, что уже остановлюсь, — рука задрала атласную майку, пробираясь пальцами выше. — Вам же любопытно. Уверяю, я не стану принуждать вас лезть ко мне в брюки. Касайтесь меня там, где сами посчитаете нужным. Не добившись ровным счётом никакой реакции, Северус бережно подхватил ладонь девушки и поднёс к своей грудной клетке, заставляя дотронуться до себя. — Ну же! Я не кусаюсь, — бледные пальцы играючи задели упругую грудь и тут же перешли к ключице. — И времени у нас с каждой минутой отнюдь не прибавляется. — Сядьте, пожалуйста, — тихо пробормотала Гермиона, поправляя съехавшую с плеча тонкую лямку. Снейп молча подчинился просьбе и закусил губу, когда девушка перебралась на его колени и прижалась невинным поцелуем к его рту. Он разжал зубы, впуская юркий язычок. Стоило Северусу увлечься поцелуем, Гермиона уже прекратила его, плавно спускаясь короткими поцелуями по подбородку к шее; влажный язык очертил кривой рубец, и мужчина неслышно выдохнул, рассматривая кучерявую макушку. Неловкие пальцы девушки стали бороться с многочисленными пуговицами; с неимоверным трудом, но они начали ей подчиняться, и Северус стянул лишний элемент одежды, оставшись в белой рубашке. Его взгляд упал на хрупкое плечико девушки. От длительных манипуляций Гермионы лямка спустилась, оголяя плечо и небольшой участок молочной груди; увлечённая новыми упрощёнными пуговичками, она едва ли это замечала, чем и не преминул воспользоваться мужчина, задевая длинными пальцами чувствительную кожу. — Не отвлекайся, — шепнул он, потянув губами мочку ушка, когда девушка вздрогнула, почувствовав его руку на своей груди. — И не волнуйся. Я помню, что тебе... что вам пообещал, — поправился он и прижался ртом к плечу. Пока ладони оттягивали атласную ткань ещё больше, влажный язык проехался по твёрдому напрягшемуся соску, и Гермиона с тихим полным удивления стоном попыталась разорвать контакт, но мужские руки удержали тело на месте, продолжая изощрённую пытку языком и губами. Пальцы девушки перекочевали на мужской затылок, неспешно и нежно перебирая тёмные пряди, ноготками царапая кожу и посылая низменные позывы в само его нутро. — Герм... — Северус проглотил имя и подавил разрушающий грудь сухой кашель. — Мисс Грейнджер, — кажется, она не заметила этой странной оплошности, — вы забыли про мою рубашку. Зубы аккуратно прикусили мягкую округлость, вновь пробираясь мелкими поцелуями к манящему его напряженному комочку. Руки Гермионы дрожали, когда она вновь вцепилась в оставшиеся мелкие пуговички. Под подушечками пальцев кожа горела, бешеное биение сердца то ли её, то ли его, заглушало все иные звуки, создавая вакуум. Расправившись с рубашкой, она вновь нырнула в его волосы, непроизвольно прижимая его губы к своей груди. Первоначальный стыд, наверное, благодаря царившей темноте, канул в небытие. Руки легли на крепкие мужские плечи, и ощущение это было совсем не схоже со всеми её былыми прикосновениями к кому бы то ни было: чувствовалась сила, скрытые мышцы. Пальцами она проложила путь к косым мышцам внизу его живота, задела дорожку тёмных тянущихся к паху волос и зарделась, когда мужчина вздрогнул и усилил игру языком. Плоть, прижимающаяся к внутренней стороне её бедра, затвердела, и Грейнджер нервно закусила губу: почему-то сейчас ей не хотелось вскочить и сбежать от возбужденного мужчины, как это было в прошлый раз, почему-то ей хотелось остаться. Виною этому она определила сосредоточенный внизу живота неуёмный жар, который только ещё больше распалялся с каждым новым поцелуем Северуса. — Возможно, я покажусь нерадушным хозяином, но лучше вам сейчас отправиться в свою комнату, — низким тембром промурлыкал он, чинно поправляя на ней атласную маечку. — Мне ещё нужно успеть принять душ перед занятиями.