Демон прошлого

      Темно и пусто. Голова раскалывалась на кусочки, боль была невыносима. Парень морщился, ворочался, но вскоре резко открыл глаза.       Его взору открылся вид на, так называемое измерение — Ад. Красное, страшное, пугающее. Ларри начал ощупывать поверхность под собой. Ощущение, будто лежишь на мраморе. Мраморная поверхность не была холодной, но и не горячей. Джонсон начал слегка паниковать. Где он? Знают ли родные, что он пропал? А вдруг здесь какие-нибудь ужасные животные?       Рейсер решил хотя бы привстать. Тело сильно не поддавалось, спина болела, а голова все еще гудела, будто он был возле колоколов, и тот самый звон эхом отдается в ушах. Теперь можно было увидеть больше: огромные сооружения, непонятный язык, на котором разговаривали жители, и главное — везде было движение. Ларри подполз ближе к оградке. Внизу была бурлящая лава.       Теперь Джонсон решил полностью встать на ноги. Когда Ларри только хотел полностью подняться, его немного занесло в сторону оградки, пришлось было ухватиться за торчащий кусок кирпича, чтобы не потерять окончательно равновесие. Рейсер ни на шутку испугался за свою жизнь.       Повернувшись, он увидел вход на мостовую, который был заперт воротами. Видимо, его похитили, только… зачем? Так же, на оградках можно было заметить почти потухшие факела. Почти все было или темно-бордовым с красными оттенками, или абсолютно черный цвет.       Атмосфера была мрачная, прямо как в ужасах. Будто сейчас кто-то выскочит из-за спины и напугает, или что похуже…       Послышались громкие шаги, ну или правильнее — стук каблуков, а также трости. Ларри хотел куда было спрятаться, но ничего не найдя, он лишь стал ждать, что же будет дальше. Звук отмыкания ворот и скрип. Стукнула трость, а затем этот неизвестный сделал шаг.       Джонсон начал смотреть снизу в верх: темно-красные изящные брюки, а также те самые туфли, стук каблуков которых, отдавался повсюду эхом. Красный пиджак, который смотрелся восхитительно на подкаченном теле, бледные запястья, цвет кожи был похож как у вампиров. Красная рубашка и такого же цвета галстук, в общем — вся одежда была красного цвета и разных оттенков. Переведя взгляд уже на лицо вошедшего, в глазах был шок, а рот сам приоткрылся.       Марк. Марк Шнайдер, тот самый, который испортил ему жизнь в прошлом, сделав ад. Прям как этот, в котором находится рейсер. Красные глаза, которые почти светились, довольная ухмылка на лице. — Т-ты?! — яростно выкрикнул Джонсон, от чего его выкрик доносился уже эхом.       Марк лишь посмотрел себе под ноги, а затем подошел к Джонсону. — Да, я. А что случилось? — невинно спросил Шнайдер, заглядывая своими «кровавыми» глазами в глаза Ларри.       Ларри сжимал кулаки, так как его терпение уверенно стремилось к нулю. Действительно, а что случилось? Подумаешь, его похитили и теперь держат в мрачном и непонятном месте, а ожидать от самого парня с красными волосами можно чего угодно. — Чего не бьешь? Я же вижу, ты хочешь врезать мне, — снова это довольная лыба на этом бледном лице.        Ларри сильнее сжал кулаки, ногтями впиваясь в ладонь. Его хотят проверить, как Сал? Просто провоцировать, добившись чего? — Ты сука! Ты… — буквально прошипел Ларри, но его рот мгновенно заткнули холодной ладонью. — Чего ты добьешься, крича во весь голос? Что тебя все-таки услышат и заберут отсюда? Ты в моей власти, патлатый… — приблизившись к лицу Джонсона, Марк шепотом произносил слова, которые отдавались эхом в голове Ларри.       Ларри хотел рыдать от безысходности. Кто ему здесь поможет? Он даже захотел увидеть того самого ненавистного Сала, который прочистил ему все мозги своими бзиками, но тем не менее — ему хотелось домой.       Шнайдер схватил Джонсона за плечо и поволок в свою комнату, где часто проводит время. Резко отворив дверь, он буквально бросил Джонсона на пол.       Комната так же была в красных оттенках, но кое-где присутствовали и другие цвета. Например, книги, обложки которых были серых, зеленых и синих оттенков. Трость уже покоилась возле книжного шкафа, а сам Джонсон лежал возле рабочего стола, облокотившись о стул. Он видел эту ярость вперемешку с чем-то в «кровавых» глазах врага.       Голова Ларри давно уже отключилась от того, что нужно выбраться отсюда любыми способами, но выбраться. Он видимо понял, что здесь уже ничего не сделать, потому что везде заперто или просто без выхода. Горячие слезы потекли с глаз, обжигая щеки, а соленый привкус ощущался на губах. — Уже льешь слезы? Не возьмешь меня на жалость, Ларри-и, — произнес «демон», снимая пиджак, и вешая его на рядом стоящую красную, металлическую вешалку. — З-зачем я тебе? — испуганно спрашивает Ларри, смотря на парня. — Зачем? — Марк сделал задумчивый вид, будто действительно думая: «Зачем?» — та хрен его знает, просто.       «Чего?!» — у Джонсона был немой крик. Его просто так решили похитить? Просто так запереть в комнате, где этот красноглазый парень и он? Просто так?!       Ларри уткнулся носом в свои коленки, тихо всхлипывая. Ему никто не поможет. Сейчас бы он хотел, чтобы мама подошла, обняла и поддержала. А сейчас никого, абсолютно.       Послышались шаги. Джонсон замер. Что же сейчас произойдет? — Вставай, гонщик. — произнес голос сверху.       Джонсон дернулся и поднял голову вверх. Все такой же Марк, только без пиджака. Его глаза все еще излучали подобие света, от чего казалось, что он действительно красноглазый демон. Шнайдер аккуратно присел на колени перед трясущимся Ларри.       Протянув бледную руку, пальцами стал изучать шею, медленно перешел к кадыку, который дергался. Затем коснулся щеки, проведя линию к виску и к губам. Большим пальцем Марк поглаживал нижнюю, слегка приоткрывая рот. Приблизившись, мазнул языком по губам. Шнайдер ухмылялся, когда заметил некий огонь в глазах Джонсона.       Когда Марк снова коснулся своими губами губ Ларри, то Джонсон обнял его за шею, прижавшись. Странно, да? Боялся даже подпустить его к себе. Желание ударить тогда было настолько сильным, но сейчас лишь хотелось одного — поддаться возбуждению, которое нарастало.       Подняв Джонсона, Марк усадил его на рабочий стол, сбросив некоторые вещи. Ларри обхватил ногами талию Шнайдера, чтобы он был ближе. Теперь «красноглазый демон» стал целовать шею рейсера, постепенно делая укусы. Гонщик уже изнемогал от тянущего возбуждения.       Марк стал сильнее напирать. Снял футболку (аха с собакой) с Ларри и начал оглаживать бока, сжимая. Затем мягко поцеловал кожу на груди, а холодными руками невзначай проводил по соскам. Джонсон тяжело дышал, зажмуриваясь. Никогда бы не подумал, чтобы заниматься подобным с Марком.       Ларри признает: раньше он был безумно влюблен в этого парня. Но когда Марк разрушил его жизнь, любовь обратилась в лютую ненависть. Он ненавидел его всей душой, желал, чтобы тот не возвратился. Но все оказалось против него.       А теперь Ларри лежит под ним, постанывая от удовольствия. Марк решил сменить место, и переложил Джонсона на свою кровати, нависая над разгоряченным гонщиком. Красноватые щечки, искры в глазах, приоткрытые губы и тяжелое дыхание. Шнайдер стал нетерпеливо снимать с себя лишнюю одежду. На пол полетели брюки, рубашка, а обувь была сброшена еще давно.       Ларри стал рассматривать бледное и холодное тело Марка. Он был довольно-таки подкачан, но не так, как Фишер, который подшутил над Джонсоном. Теперь «демон» стал снимать одежду с гонщика, поглаживая низ живота. Затем перевернул шатена животом к кровати, а спиной к Шнайдеру.       Ларри сжимал в руках подушку, так как Марк стал открывать тюбик со смазкой. Нанеся немного, он размазал по своему стоящему члену, и схватив бедра Джонсона, вошел. — А! — вскрикнул Джонсон от боли, уже хныкая.       Марк лишь ухмыльнулся и толкнулся сильнее, от чего шатен порвал наволочку на подушке. Шнайдер не стал растягивать Джонсона, считая тратой время. — Господи, как же боль… но!!! — кричал Ларри.       Марк не старался облегчить страдания Ларри, и поэтому стал делать движения бедрами сильнее и глубже. Кровь стала дополнительной смазкой, поэтому Шнайдеру было легче входить в тесное нутро Джонсона.       Затем прозвучал стон, который говорил о том, что та самая точка, то есть, простата, была найдена. Ларри стал сам насаживаться на член Марка, который лишь сильнее ускорялся. Движения были глубокими, которые приносили огромное удовольствие пассиву.       Кончили они одновременно. Марк упал возле Джонсона и обнял его одной рукой.       На утро Ларри проснулся в своей постели уставший. А присев на кровать, его зад жгло. Не сон.