Сборник долбанутых реакций...

      Юнги уже целую неделю не выходил из студии. Ребята пытались достучаться до него, но в ответ они слышали только ворчание. А это первая неделя после отдыха. Мемберы боялись, что Юнги так умрет от голода, но мамка Джин убедил всех, что еду, которую он оставляет для Юнги под дверью, он съедает, потому что, когда возвращается, там уже ничего нет.       Спустя еще дней пять Юнги все же вышел на белый свет и одарил всех злым взглядом.       Бессмертным оказался Хосок, который сильнее всех беспокоился о лучшем друге — Ну, как твое творение? — Юнги одарил того уже не просто злым взглядом, а таким, что самому захочется выкопать себе яму, залезть, закопаться и вылезти, когда тебе скажут. — Ладно, понял. Не лезу.       После Юнги опять удалился в студию, а мемберы начали придумывать план, как вытащить Юнги из студии и заставить проронить хоть что-нибудь не из проклятий девятнадцатого века. — Может, посторожить его, когда он будет забирать еду Джина, а потом схватим его? — у Чонгука загорелись глаза на такую идею, но Джун не дал воплотиться ей в жизнь, аргументируя это тем, что если не получится, то Юнги вообще есть перестанет и в группе станет на одного участника меньше. Такая перспектива никому не по душе, поэтому они решили думать дальше. — А, может, тогда позовем Седжин-хёна? Он-то должен будет помочь, — Чимин прикусил губу и задумался. — Хотя нет. Прошлого раза хватило, до сих пор кошмары снятся от взглядов Седжин-хена и Юнги-хена. — Вот именно, надо как-то самим решать проблему, — Джун потер переносицу, а потом перевел взгляд на Тэ, который до этого ничего не говорил, что очень странно. — Тэ, а ты что думаешь? — Может, попросить лунных кроликов, и они помогут нам вытащить нашего хена, — для более серьезного вида Тэ подставил кулак к своему подбородку и сделал задумчивый вид. — Нет, Тэ, лунные кролики тут не помогут, — спустя еще час обсуждений ребята решили все-таки сделать так, как предлагал Чонгук. Именно поэтому сейчас Джин опять ставит еду и стучит три раза в дверь, как это делает обычно. Джин делает вид, что уходит, а сам с остальными мемберами стоит около двери репера и ждет пока дверь откроется. Ждать долго не приходится и дверь открывается. Первым реагирует Чонгук, поэтому быстро ловит руку хена и тащит на себя. — Блять, если ты мне оторвешь руку, я тебе оторву не только ее, но и другие выпирающие части, — Чону было от этого только смешно, потому что Гук быстро бегает, а Юнги ленивый, поэтому данная угроза не станет явью (наверное).       Юнги все же выходит из студии при помощи Чонгука, который до сих пор держит его за руку, но старшему это быстро надоедает, и он вырывает свою руку, а после смотрит грозно на каждого участника так, что аж мурашки по коже бегут, и только Джун не обращает на это внимания, он привык к этому взгляду, не зря же они всегда вместе работают над песнями. — Какого лешего вы здесь устроили? Я работаю, и вы только что помешали написанию шедевра. Вам жить надоело? — Юн, надо хотя бы выходить и раз-го-ва-ри-вать с людьми, а не кидаться предсмертными взглядами. — Извиняйте, но пока я не напишу песню, ко мне даже подходить не смейте. А если нарушите правило, то сами знаете, что будет, — сказал, как отрезал, и ушел восвояси, все еще что-то бурча себе под нос. Они перестали приставать к Юнги... пока что.