Пять раз когда Тони смог уберечь Питера

девятнадцать по фаренгейту*       Питер мало что соображал, путаясь в своих мыслях. Чем бы ни был тот странный газ, наполнивший его лёгкие, — это явно очень хреново сказывается на самочувствии и сознании. Он чувствовал, как его ноги волочатся по земле. Голова была неимоверно тяжёлой, а глаза не открывались. Однако, Питер ощущал всё, что с ним делали.       Сознание всё время ускользало, как песок сквозь пальцы. Он ощутил, как кто-то сжал его запястья, а потом липкая лента плотно связала их вместе. Затем Питер снова отключился. В следующее мгновение он уже почувствовал, как его аккуратно укладывают на что-то твёрдое и холодное. Потом слышится смех и несколько оживлённых голосов, но парень не может разобрать слов. Шаги, хлопок. И снова полное отключение.       Питер резко втянул воздух, садясь. Он ударился головой о стену позади, зажмуриваясь. Потом до парня дошло, что руки и ноги плотно связаны скотчем, а рот стянут клейкой лентой. Питер начал выкручивать руки за спиной, зная, что вполне себе способен высвободиться, не прилагая особых усилий. Однако, не получилось. Он не чувствовал своих сил вообще, словно паук в нём отключился.       Следующее, что Питер понял, — ему очень холодно. На нем кроме боксеров не оказалось никакой одежды. Всё тело буквально было покрыто мурашками и дрожало.       Питер был в какой-то серой облезлой комнате, довольно сырой, не особо большой, и жутко холодной. Он поёжился, снова попытавшись освободить руки и ноги. Выходило довольно хреново, потому что попытка вновь не удалась.       Питер запрокинул голову назад. Паника начала подниматься откуда-то из живота, из самого низа, словно камень полз к горлу. Холодный воздух неприятно обжигал лёгкие.       Чёрт, кто и что с ним сделал?       Он прикрыл глаза, пытаясь успокоиться, а потом тут же открыл их, вспоминая, что он находится в холоде. Слишком велика вероятность переохлаждения, если он уснёт ещё раз, потому что все процессы в организме замедлятся, что не поможет согреться. Это как нечто, с чем он, как и все, сталкивается каждый день по утрам — тебе холоднее, хотя температура воздуха приемлема.       Так что, Питеру надо оставаться в сознании. По крайней мере, он должен постараться, хотя, кажется, что он так устал.       Внезапно раздался скрип. Питер повернул голову, смотря, как кто-то вошёл внутрь. Мужчина был в маске, потому лицо было невозможно увидеть, но он был довольно крупным, с голубыми глазами. Незнакомец присел на корточки перед Питером и, вытянув руку, сдёрнул клейкую ленту с губ парня.       — Надеюсь, тебе удобно, Пит, — произнёс мужчина, отчего Питер вздрогнул. Знает его имя? — Пришёл удостовериться, что ты ещё живой. Ох, Тони Старк будет счастлив найти твоё ледяное тело здесь, как думаешь?       — Ч-чт-то в-вам надо? — дрожащим голосом спросил Питер. Губы онемели и не слушались из-за холода, а челюсть сводило.       — Мне? Чтобы Старк помучился немного от вины, — пожал плечами мужчина, — Пит, устраивайся поудобней. Я бы принёс тебе курточку или плед, да дело в том, что я хочу, чтобы ты не имел возможности согреться.       — З-ачем в-вы пришли т-тогд-да? — Питера жутко трясло.       — Я же сказал, проверить, не подох ли ты, — мужчина поднялся, вновь вставая во весь рост, — Не волнуйся, скоро температура вокруг станет ещё ниже. Возможности современных технологий удивляют, не правда ли? Я могу охладить целую комнату, не прилагая усилий.       — П-пожал’ст-та, — прошептал Питер. Он не хотел, не хотел умирать от переохлаждения в какой-то комнате. Герои так не умирают, нет, — Н-не надо.       — Ох, ещё как надо, мальчик. Это доставляет мне удовольствие, — даже не видя его лица за маской, Питер понимал, что тот улыбается, — Я понижу температуру до четырнадцати градусов**. Но на девятнадцати ты уже будешь мёртв и бледен. Оставлю Старку координаты, пусть поищет тебя.       Он действительно умрёт… вот так? От холода? В одиночестве? Так не может быть. Мэй, Тони… Он же даже не попрощался с ними!       — П-прошу, — прошептал Питер, на глаза начали наворачиваться слёзы. Он совершенно не хотел умирать, — п-п-прошу.       Мужчина лишь засмеялся, а затем пнул Питера по животу, заставляя его упасть на холодный пол. Казалось, будто он сейчас выплюнет внутренности. Парень закашлялся.       — Удачи, Пит, — произнёс мужчина и удалился.       Питеру казалось, что он не мог даже встать. Какая температура была вокруг уже сейчас? А температура его тела явно опускалась всё ниже и ниже, приближаясь к девяносто пяти***. Питер знал, как люди умирают от переохлаждения, знал, какие стадии они проходят. Интересно, как скоро он начнёт бредить? Он уже не чувствовал конечностей, уже дрожал, уже ощущал все прелести процесса обморожения. Кожу щипало.       Питер подтянул ноги к груди, сжимаясь в комочек, чтобы хоть как-то согреться. Его трясло так, словно он был наркоманом, нуждающимся в дозе. По щекам текли слёзы, а каждый всхлип был еле слышным. Он вновь и вновь пытался освободить руки или ноги, но сил так и не было.       Температура в комнате понижалась. Это было довольно ощутимым процессом. А вместе с этой температурой хуже становилось и телу Питера. Согреться было практически невозможно, особенно когда и ладони растирать нет возможности.       Лишь бы Тони нашёл его вовремя, лишь бы успел до того, как наступит конец.       Питер так хотел увидеть Мэй, прижаться к ней, поговорить с ней.       И главное, что Питер хотел отметить для себя: если он выберется отсюда живым, то обязательно начнёт ценить тепло. Ценить, как самое дорогое.

***

      Тони начал беспокоиться ещё тогда, когда Питер не вышел на патруль. Но ещё большая волна беспокойства накрыла его, когда Мэй вечером позвонила с вопросом, куда делся Питер. Тони звонил на его телефон, пытался определить местоположение, но ничего не выходило. Карен была отключена, как и мобильник.       Старк проверил все камеры по всему городу, Мэй обзвонила всех знакомых Питера, поспрашивала соседей, но парня как след простыл.       Учитывая все последние события, Тони не на шутку начал бояться, как бы Питер не попал во что серьёзное. Только неделю назад Старк сидел у его кровати, сочиняя историю о том, как схлопотал пулю. И теперь уже Питер снова куда-то делся.       — Сэр, входящий звонок от Питера Паркера, — известила Пятница, когда на часах было уже десять утра следующего дня.       — Ответь. И вычисли местоположение, сейчас же! — встал из-за стола Тони.       — Привет, Старк, — раздался низкий мужской голос, — Думаю, ты уже понял, что Питер нашёл себе проблемы, да?       — Кто ты и что тебе надо? — спросил Тони резко.       — Кто я? Это не важно. Важнее то, что я хочу доставить себе удовольствие твоими мучениями. Я пришлю координаты о местоположении бедного Питера, не совру. Меня ты так просто не найдёшь, а вот его… если будет жив, то тебе повезло.       Значит, Питер ещё жив. Но он в смертельной опасности, и это не намного лучше. Пятница вывела на экран местоположение мобильника, а затем вывела сообщение, пришедшее на телефон. Это был адрес одного из заброшенных заводов на окраине Нью-Йорка.       — Я убью тебя, — выдавил Тони сквозь зубы.       — Не теряй зря времени. Может быть, ты придёшь, когда он сделает последний вдох. Пока он ещё жив, но ему так холодно, — протянул мужской голос, а затем звонок отключился. Местоположение телефона совпадало с указанным адресом.       Тони тут же облачился в костюм и ввёл координаты. Он набрал Мэй.       — Ты нашёл его?       — Ещё нет, но, кажется, я знаю, где он, если это только не было уловкой, — ответил Тони, — Мэй, я найду его, любой ценой найду, поверь мне, — Старк сглотнул, закусывая губу.       Серьёзно? Питер, его ребёнок, совсем ещё юный мальчишка, умирал где-то на другом конце города. И то повезло, если там. А что Тони? Что Тони? Не может сделать ровным счётом ничего. Костюм перемещался достаточно быстро, но казалось, будто тянулись долгие часы.       — Я верю, — ответила Мэй, и голос её дрогнул.       Тони точно найдёт его. Но жив ли будет Питер?

***

      Питер перестал чувствовать холод где-то на сорока градусах. Мысли в его голове спутались, превращаясь в что-то непонятное, отягощающее. Хотя ясным было то, что он всё же умрёт здесь, довольно скоро. Память уже начинала подводить его, он не мог вспомнить, что было пару секунд назад, а спустя какое-то время задался вопросом, кто он и что он тут делает. Попытки освободиться закончились ещё раньше, потому что были бесполезными и тратили лишнюю энергию.       Он пытался кричать, но голоса не было. Из горла вместо этого вырывались лишь бесполезные хрипы и скулёж. Глаза то и дело закрывались, но Питер заставлял себя открывать их каждый раз, потому как единственной самой ясной мыслью в голове было «не спать».       Засыпать он начал тогда, когда температура опустилась ещё на пару градусов, хотя Питер не был уверен, так ли это. Ему всё казалось, будто его кто-то зовёт. В одно мгновение он увидел перед собой Бена и подумал, что наконец-таки умер. Не то, чтобы ему хотелось умереть, но это казалось уже более приятным вариантом, чем дальше мёрзнуть в этом аду. Его губы посинели, как и кожа. Он не мог и рта закрыть, лишь втягивая в себя холодный воздух, который, наверное, пылью оседал в лёгких, потому что с каждым таким вдохом дышать становилось сложнее.       Следующим испытанием стали неясные крики, которые исходили от стен. Он увидел, как сквозь отсыревшую и облезлую краску прорывались лица. Глаза закрылись сами по себе. Питер слышал собственное тяжёлое и глубокое дыхание. Ещё более страшным было то, как медленно билось его сердце.       Минус ещё один градус.       А когда температура будет около тридцати двух, Питер, скорее всего, умрёт. Тело уже не могло согревать себя, отдавая энергию дыханию и с каждой секундой охлаждаясь всё сильнее. Не помогало даже то, что Питер сжался комочком, спрятал голову. Он даже не знал, что так может выгибаться. Как бы сильно не хотелось уйти отсюда, шансов не было.       Питер не мог бы выжить в этом адском холоде. До последней стадии гипотермии оставалось всего ничего. Ещё полчаса, и Тони найдёт только разве что его посиневшее замороженное тело. Тут и до обещанных девятнадцати градусов не протянешь.       Минус два градуса.       Глаза закрылись сами по себе. Как бы сильно Питер не сопротивлялся, но сон и усталость навалились на него, одолевая.       Человек-паук умрёт от холода, будучи не в силах даже руки освободить. Печально.       Он услышал скрип, тут же поморщившись. Стены вокруг начали двигаться, а пол провалился. Питер начал падать, крича. Собственный несуществующий крик отдался в ушах, прошёл сквозь тело, парализуя его. Он отчётливо понимал, что это конец. Но перед глазами не проносились никакие воспоминания из жизни, не было вообще ничего, кроме бесконечного падения в бездну.       Таков его удел? Такое решение вынесли ему нереальные небесные силы?       Но теперь ему хотя бы не страшно. Теперь ему вообще никогда не будет страшно.       Никогда

***

      — Он будет жить? — спросил Тони, неотрывно смотря на комнату через окошко палаты.       Питер лежал там, бледный, подключенный к больничным аппаратам, на лице кислородная маска. На нём были два тёплых одеяла, чтобы поддерживать температуру тела.       — Да, — ответила Чо, — Вы успели вовремя. Ему лишь нужно время, чтобы восстановиться.       Кулаки Тони непроизвольно сжались, когда он представлял, как медленно и мучительно будет умирать тот, кто сделал это. Не было сомнений, что все последние события ведут к одному человеку. И этот человек дорого заплатит за то, что пережил Питер.       — Ему было больно? — тихо спросил Тони. Он не понимал, зачем задал этот вопрос. Просто хотел знать.       — Первое время, — ответила Чо, — Но он жив и с ним теперь всё будет хорошо. Можете зайти к нему.       Тони кивнул, закусывая губу. Он медленно повернул ручку двери и вошёл в палату, присаживаясь у кровати Питера. Тони аккуратно взял руку парня, немного поглаживая его по костяшкам пальцев.       Наверное, смешно, что этот месяц они встречаются вот так: Питер на кровати, а Тони сидит рядом, чтобы знать, в порядке ли этот вечно влипающий в неприятности ребёнок. От одной мысли, что Тони уже дважды чуть не потерял его, становилось тошно.       — Поправляйся, пацан, — сказал Старк тихо, — Прости, что я пришёл так поздно.       Наверное, глупо говорить с тем, кто тебя не слышит, но Тони, откровенно говоря, чувствовал себя так паршиво. Он встал со стула и вышел из палаты. Старк попросил Чо позвать Мэй, а сам поднялся в свой кабинет. Тони склонился над столом, упёршись в него руками. Он прикрыл глаза, но по ту сторону век его ждало то, что он никогда не сможет забыть. Заплаканный Питер с пистолетом в руке, а затем маленькое сжавшееся на полу тельце с синей кожей. Тони почувствовал, что ему становится тяжело дышать, страх возрос откуда-то из груди, расползаясь по всему телу. Старк махнул руками, скидывая все лежащие на столе предметы на пол, а затем, сделав шаг в сторону, повалился на пол, прижимая руку к ещё не до конца зажившему плечу. Паника накрыла его с головой.       А если бы он не успел?       Тони пришёл слишком поздно.       Питер так долго лежал там, в холоде. Питер умирал. Питер мог больше никогда не задышать.       Питера могло бы уже не быть.       Тони откинул голову назад, ударяясь о стол позади, но боли не было никакой.       — Сэр, у Вас зафиксирована паническая атака, — известила Пятница и в её голосе проскользнуло беспокойство.       — У меня? Паническая атака? Снова? — только и смог выдохнуть Тони.       — Позвать мисс Поттс? — вежливо поинтересовалась Пятница.       — Не надо, — прохрипел Тони, — Всё… всё нормально. Я справлюсь. Я же Тони Старк.       Он сделал глубокий судорожный вдох и более-менее успокоился. Питер тут и Питер жив, потому что Тони его уберёг. Тони это сделал. И Тони постарается больше никогда не упускать Питера из виду.