***
Ёнджун, в отличие от Бомгю, парень более самостоятельный и, самое главное, — платёжеспособный. Достаточно для того, чтобы накопить на билет из Токио в, например, Тэгу. Как раз на тот, что уже неделю лежит в верхнем ящике стола и ждёт своего часа на пару с готовой к завтрашнему дню сумкой. Парень ходит из угла в угол, всё никак не находя себе места, нервно мнёт толстовку и неловко поправляет чёлку у зеркала, будто самолёт не через пятнадцать часов, а уже вот-вот. Ёнджун в сотый, кажется, раз перебирает все бумаги, что есть у него на руках: билет на самолёт туда, билет обратно, паспорта, ещё куча чего-то непонятного из разряда а-вдруг-пригодится. Ничего не забыл. Глубоко вздохнув, Чхве быстро набирает "спокойной ночи" на знакомый адрес и валится в кровать. Вряд ли он спал этой ночью, — скорее беспокойно дремал, но это лучше, чем ничего, и заветные девять утра наступают намного быстрее.***
choi yeonyeon [20:12] спокойной ночи Бомгю утром смотрит на это сообщение не то что бы подозрительно, но определённо с неким беспокойством. В сочетании с "был в сети в 20:12" и дальнейшим молчанием выглядит не очень. Парень недовольно хмурится, но всё же откладывает мобильник и совсем не проверяет диалог каждые пять минут. Совсем нет. Ёнджун неловко мнётся возле входа в квартиру и ещё раз проверяет адрес. Дом — 8, квартира — 12. Всё правильно, но решающий шаг сделать всё равно страшно до жути. Конечно, парень понимал, что будет немного не по себе, но тот факт, что он стоит здесь уже добрых двадцать минут и не может нажать на чёртов звонок, немного раздражает, однако сделать он с собой ничего пока не может. Ладно, просто глубокий вдох, Ёнджун, ты мужик или кто вообще? Раз... Два... Три..! Хлопок. Дверь в квартиру резко распахивается, и перед Ёнджуном предстаёт взъерошенный парень с высветленными волосами и пакетом мусора в руках. А ещё в очаровательных тапочках и домашних штанах. Старший бы обязательно это отметил вслух, но язык что-то не поворачивается. Красивый. Ёнджун открывает рот, чтобы озвучить банальное приветствие — всё-таки, перед ним его парень, — но дверь захлопывается ещё быстрее, чем открылась. А ещё там, кажется, что-то упало. Или кто-то, судя по грохоту. — Эй?.. Ты там в порядке вообще? Может, впустишь? Бомгю судорожно бегает по квартире, сдерживая визги непонятных эмоций, явно пытаясь установить рекорд по скоростному приведению себя в порядок. Ёнджун там. За дверью. Его Ёнджун прямо сейчас стоит за его чёртовой дверью, и сложно в данный момент сказать, кто в большем ахуе от происходящего. — Бомгю, твою мать, я тоже очень волнуюсь, но можно я буду делать это у тебя в квартире, а не на лестничной площадке? Тут холодно, и она мне немного поднадоела уже. Блондин дышит рвано и беспорядочно, уже даже не пытаясь хоть как-то успокоиться, тянется дрожащей рукой к двери. Не так он себе, чёрт возьми, представлял эту встречу. Щёлк. Два сердца замирают. — Ну привет, малыш, — Ёнджун улыбается смущённо и неловко переминается с ноги на ногу. Он делает небольшой, будто бы вопрошающий шаг в сторону квартиры, но уже в следующее мгновение оказывается впечатанным спиной к холодной стене. Сумка падает куда-то на пол. Бомгю целуется непонятно, будто пытаясь успеть всё и сразу — сначала нежно мажет по скуле, а потом кусает нижнюю губу нетерпеливо, оттягивает, шарит рукой по затылку, перебирая волосы, и Ёнджун даже не сразу соображает, куда этот малыш так торопится, но отвечает, не уступая. И понимает, что ближайшие дни будут, чёрт возьми, лучшими в его жизни.