Призрачные хроники: Проклятый театр темных душ

Тихо. Даже ветер снаружи не воет. Даже старые двери театра не поскрипывают. Только где-то далеко в лесу шумят голоса птиц в преддверии рассвета. И это пение наводит жуткую тоску и разочарование. Потому что в этот момент ты прекрасно осознаешь, что не можешь быть так же свободен и беззаботен. Глаза давно уже привыкли к темноте, и можно было оглядеть все, что окружает его сейчас. Даже голову немного повернуть можно, несмотря на то, что все остальное тело словно онемело из-за невидимых ниток. Пальцы и вовсе словно онемели. Висишь вот так, как никому не нужная вещь под потолком или на стене, и медленно собираешь пыль… Наклз не хотел никак смириться с тем фактом, что сила, которая до этих пор была его вечным другом, козырем и союзником, здесь оказалась абсолютно бессильна. Да и как ее применить, если едва двигаешься, пытаясь не порезаться об гладкие шелковые нитки? Никак… И это бесило. А от взгляда сотен фарфоровых кукол, с которыми уже поиграл Долл, на душе кошки скребли. В этих взглядах отчетливо читались мука и страдание. Причем еще большие, чем те, что сейчас испытывал ехидна. «Может потому, что их душа никак не может обрести покой?» За эту длинную осеннюю ночь он увидел, как жестока с первого взгляда невинная тряпичная кукла, которую кукольник ласково называл Доллом. Узнал, как можно заставить страдать невинного человека. Увидел, в чем секрет этих странных, так похожих на человеческие, кукольных глаз. Ведь на самом деле они и были человеческими. Несчастная кукла продолжала жить даже после смерти – когда у человека или мобианца уже не оставалось сил, чтобы «играть» с Доллом, он с помощью странной одноглазой куклы извлекал из несчастного душу. И вселял ее в фарфоровое тельце, из которого та больше не могла выбраться. В темноте послышалось легкое шуршание. А вот и сам палач. В преддверии рассвета он становился вялым и не таким активным, но это не мешало ему кружиться вокруг бездействующих марионеток и напевать странную песенку, то и дело протягивая маленькие ручки-кулачки к их лицам… “Темнота наш лучший друг… В темноте не видно рук…” А марионетки слышат лишь тихое хихиканье, от которого со страхом сжимается сердце. “В темноте мы познакомимся поближе…” - Сгинь отсюда! – не вытерпел Наклз, тряхнув головой. Иглы слабо закачались. Долл медленно повернулся к нему, глядя прямо в глаза. “Говорить кукле уйди - все равно, что приказать ей убить тебя” Ехидна едва не вскрикнул от жуткого, но немного детского голоса, который он услышал. Только он. Потому что все остальные марионетки так и продолжали смотреть в пространство. - Не подходи, ты… убийца плюшевая! Тихое хихиканье. “Как только Мефилес получит то, что ему нужно, он отдаст тебя мне… не правда ли, мы хорошо поиграем?” - Мефилес? – Наклз встрепенулся. – А он каким боком вообще тут замешан? Нити слабо врезались в кожу. Больно и неприятно. Еще немного – и они разрежут плоть, подобно скальпелю. - А ты еще не понял? С большим трудом ехидна опустил голову. Там, на фоне разрушенной сцены слабо угадывался силуэт ежа, так сильно похожего на Шедоу. Наклз судорожно вздохнул. - Так ты и есть кукловод?! - Именно, - Мефилес тихо подошел к нему, слегка приподняв рукой его голову за подбородок. – И мне очень нужно, чтобы в этот театр пришли две персоны. С которыми у меня остались незаконченные дела. Долл снова захихикал из своего угла. Слабо дернулся и повернулся слегка к ним серебристый пьеро, старательно пряча взгляд. - Как жаль, что сила действует только в пределах театра, - прошептал еж и ослабил нити. Наклз бессильно повис на этой сетке. – Но это не важно. Ведь следующей ночью у меня снова будут гости… - Снова? – ехидна нахмурился, услышав последнее слово. Кукловод посмотрел на него. Своими пронзительными, холодными глазами. - Не переживай. Ты все равно ничего не успеешь осознать. К тому времени уже будет слишком поздно….

***

Солнце взошло и опустилось вновь. Прошла еще одна ночь, наполненная страхом и бедой, а Наклз так и не вернулся. Обескураженная Руж уже перестала верить в то, что он просто ушел на пару дней собраться с мыслями, и начала его искать. Медленно, осматривая каждый заброшенный дом, проверяя любое подозрительное место и тайник. Но ничего и никого не было. Друзья в стороне не остались. Соник и Эми также искали Наклза, как и Руж. Даже Шедоу помогал, хоть и продолжал придерживаться своего мнения. От общего занятия отказался только Тейлз, слишком серьезно принявший предупреждение Гровера и наотрез отказавшийся выходить на улицу. И вот тогда, когда компания отправилась на поиски Наклза, в гостиницу постучался Лен. - Иду! Тейлз приоткрыл дверь и в нерешительности застыл. - Э… привет… - Можно мне зайти? – пробормотал лисенок, помахивая пышным белым хвостиком. Тейлз поспешил пропустить его внутрь и провел к камину, где все так же горел огонь. - Почему ты пришел, Лен? – поинтересовался он. – Где твой брат? - Он и Сетсу ушли на границу. Объяснение было понятным и коротким. Наступило неловкое молчание. - А почему… - начал было Тейлз, но сник, поймав взгляд лазуритового глаза. - Что почему? – Лен слегка склонил голову набок. - Ну… почему… почему ты не поворачиваешься ко мне левой стороной? Белый лисенок грустно прикрыл глаз. Тейлз виновато вжал голову в плечи. - Только не пугайся, - тихо прошептал Лен и повернулся к нему, сняв широкую тканевую повязку. Рыжий лисенок с силой сжал подлокотник кресла, лишь бы не отвести взгляд. Хотя хотелось. Пустую глазницу пересекали три длинных и глубоких шрама, совсем недавно затянувшихся. Лен снова надел повязку, спрятав это уродство. - Я не знаю, что случилось, - грустно ответил он. – Не помню. Мне рассказывали, что нашли меня в лесу, на достаточном расстоянии от театра кукол. Гровер говорил, что это сделали дикие звери. - То есть ты вообще ничего не помнишь? – уточнил Тейлз, сжав руку в кулак. Лен покачал головой. - Родителей давно не было в живых. За мной присматривал Сетсу. А после этого случая, когда родной брат Гровера исчез, он взял меня под свою опеку. Но знаешь… Белый лисенок слегка наклонился к Тейлзу. - Иногда мне кажется, что я что-то вспоминаю… - В смысле? - Мне часто снится один и тот же сон. Картинки в нем прерывисты и очень сильно пугают меня… - Лен прижал ушки к голове. – И отчего-то такой сильный ужас наводит, что хочется убежать отсюда куда глаза глядят, чтобы только не быть рядом с ЭТИМ… Тейлз кивнул. Он его прекрасно понимал. - Храбрый ты, - сказал он ему, - потому что можешь пережить это. Ты смирился с тем, что останешься, грубо говоря, инвалидом, но продолжаешь жить. - Разве это смелость? – Лен слабо улыбнулся. Тейлз подмигнул ему. - Лично я так думаю.

***

Возвращаться компания начала только к позднему вечеру, когда солнце должно было вот-вот зайти. Лена Хранитель обелиска забрал еще засветло, а потому Тейлз провел остаток дня за книгой, найденной в их комнате. Вернувшись в гостиницу, Соник уныло посмотрел в потрескивающий огонь и вздохнул. - Где же его черти носят? - Не знаю, - грустно сказала Руж. – Не похоже это на него! Говорю тебе! - Лишняя паника, - уверенно сказал Шедоу, исчезая в своей комнате. Руж мрачно поглядела на хлопнувшую дверь. - Лишняя? Не думаю… Тут Тейлз заметил, что вернулись еще не все, хотя за окном уже было довольно темно. - Соник, а где Эми? - А? – ежик огляделся. – Не пришла еще, что ли? Может, в каком-нибудь доме задержалась? Руж выглянула в окно и зевнула. - Вернется. Она ведь боится этого города. - Пожалуй…

***

Эми вышла из музея искусств, куда заглянула в поисках Наклза, но там ничего не было. Только фарфоровые куклы с различными глазами, но одинаково молящим грустным взглядом. Заметив, как сильно уже стемнело, Роуз развернулась и побежала к гостинице. - Надеюсь, Соник уже вернулся, - пробормотала она, оглядываясь по сторонам. Представив, как она возвращается и кидается в объятия любимого, она ненароком замедлила ход. В очередной раз обернувшись, она в нерешительности застыла на месте. Потому что увидела новую, не заметную прежде тропку, ведущую куда-то на восток. Одолеваемая любопытством, ежиха свернула туда, делая робкие шаги по истоптанной многими жителями тропке. Ничего необычного. Здесь расположилась еще пара домиков – почти разрушенных временем и лесом. Ничего необычного. Решив не терять время, Эми решила вернуться в гостиницу. “Спасите нас!” Она снова замерла. Шепот, пронесшийся мимо нее, вместе с быстрым ветром просто приковал ее к земле. Она с опаской огляделась, встревоженно сверкая нефритовыми глазами. “Помогите нам!” - К-кто здесь? Краем глаза она заметила какое-то движение на тропинке. Она резко обернулась, вытащив на всякий случай молот. И застыла на месте. Потому что ну никак не ожидала встретить его в таком месте… “Ты не должна кричать, Эми…” Рядом с одним из разрушенных домов стоял Наклз, слабо сверкая в темноте лиловыми глазами.