Хэллоуин

Леви устало посмотрел на Эрена, который чуть ли не подпрыгивал от нетерпения на месте. Его зелёные раскосые глазищи возбуждённо поблёскивали, магическим способом приковывая к себе внимание. А скулы под смуглой кожей привлекательно алели. Пухлая нижняя губа то и дело попадала в плен ровных белых зубов.  — Нет, — снова повторил Леви и сложил руки на груди, окидывая холодным взглядом мальчишку. — Я не собираюсь во что бы то ни было переодеваться. В конце концов, я не какой-то там сопляк.  — Ну Леви! Это же Хэллоуин! — по-детски обиженно воскликнул парень, — в кои-то веки в нашем институте проходит что-то интересное, а ты даже не хочешь идти! Леви посмотрел на Эрена своим тяжёлым фирменным взглядом, после которого каждый первокурсник обычно сконфуживался и начинал бормотать что-то невразумительное, заламывая пальцы. Но Эрен уже далеко не первый год знал Леви, все его замашки и профессиональные умения, поэтому на его лице не дрогнул ни один мускул, сохраняя всё то же возбуждённое состояние. Леви вздохнул.  — Эрен, я всё сказал. Однако зеленоглазая заноза не собиралась сдаваться. И с проникновенным «пожа-а-алуйста» плавно скользнула за спину Аккермана, тут же кладя свои руки ему на плечи. Сильные, чуткие пальцы чуть сжали напряжённые мышцы.  — Я даже не буду тебя сильно заморачивать с костюмом.  — Всё равно нет. Это уже походило на тупую комедию. Ведь сколько раз за сегодняшний вечер Леви повторил эту фразу? Десять? Двадцать? Больше? Откуда только выдержка бралась? Но и она грозилась скоро кончиться. Впрочем, упорство Эрена явно не знало границ, и он бесстрашно продолжал убалтывать. Казалось, его сейчас могло взорвать от желания пойти на эту дебильную вечеринку. И зачем, спрашивается? Со своих студенческих лет Аккерман помнил лишь кучу невменяемого народа, полуголые тела и тупые шутки. Сомнительное, конечно, удовольствие, но тем не менее, он туда ходил. Видимо, отвращение к таким вещам приходит с возрастом. Леви хмыкнул и начал было оборачиваться, чтобы посмотреть в бесстыдные, удивительно шальные глаза, но не смог этого сделать. Он почувствовал мягкие волосы Эрена, что прижались к его щеке. Шею обдало горячее дыхание, и мурашки ровной полоской побежали вниз по позвоночнику.  — Профессор Аккерман, ну что же Вы так упрямы? — голос у Эрена стал более глубокий, тихий, такой правильно бархатистый. Знал ведь, паршивец, что даже от него могло встать. — Любой вопрос имеет цену? Так может… мы как-нибудь договоримся? Он провокационно прикусил раковину уха и влажно лизнул. Руки всё также крепко удерживали плечи, но Леви не пытался вырваться, лишь вздрогнул и поёрзал на кресле. Пока ещё молча, не выражая возмущения. Эрен серьёзно пытался получить его согласие сексом? Леви пока не знал, как к этому отнестись.  — У меня много приобретённых благодаря Вам умений, — чувственно продолжал шептать Эрен, заставляя вспомнить эти самые умения, воскрешая в памяти образы и картинки, — что скажете? Его губы мокро прижались к шее Леви, а ладони медленно, будто даже неуверенно начали забираться за ворот рубашки, чуть массируя горячими и умелыми пальцами. Было приятно. Уставшее за день тело охотно подставлялось под незамысловатые ласки.  — Эрен, — окликнул Леви, стараясь контролировать свой голос, и пока у него это даже получалось, хотя соблазн сдаться рос с каждой секундой, с каждым касанием любимых пальцев. — Так у тебя ничего не получится. В это очень хотелось верить.  — А если, — будто не замечая последних слов, Эрен начал вытаскивать верхние пуговицы из петель, — я скажу, что после Хэллоуина, Вас, профессор Извращенец, ждёт сюрприз? Ох, даже так? Сразу и ва-банк? Ладонь Эрена стремительно спустилась ниже, чуть царапая кожу короткими ногтями, и он зажал между указательным и большим пальцем горошинку торчащего соска, тут же чуть оттягивая, заставляя вспыхнуть болью. Леви зашипел сквозь зубы, невольно прикрывая глаза. Оборона давала погрешности — член заинтересованно дёрнулся. Противостоять Эрену, этой ходячей провокации, буквально ожившему воплощению порока и своей личной слабости было очень тяжело. Да особенно и не хотелось. Леви лишь мысленно насмехался над собой, ведь вся его годами тренированная выдержка стиралась под воздействием этого мальчишки с охеренной задницей и просто невероятно умелым ртом. Эрена было невозможно не хотеть — он был что сам Бог. Но даже не в этом дело. Ведь Леви был готов на всё и уже не мог сопротивляться, только взглянув в игривые зелёные глаза.  — И что же ты мне можешь предложить, Йегер? Леви не мог не сопротивляться, не мог безвольно и легко отдаться в чужую власть. Он лишь облизнул сухие губы, ожидая ответ на свой вопрос. Память услужливо начала подкидывать подборки их горячих, влажных марафонов, что обычно заканчивались двумя зацелованными телами, бессильно лежащими на развороченной в хлам кровати. Сколько бы они не наслаждались друг другом, как бы сильно уже не изучили тела — им всё равно было мало.  — Ну, — почти мурлыкнул Эрен, чувствуя свою скорую победу, и начал добивать Леви своими беззастенчивыми предложениями. — Как насчёт обтягивающего спандекса? Или чёрного кружева и тонких подвязок? Что-нибудь девчачье? Может, колготки? Сетка, капрон? Или… юбка? — Эрен тихо фыркнул, а его пальцы начали танцевать по тяжело вздымающейся груди, — может, мне вообще пойти на вечеринку… без белья? Или, м-м-м, что Вы думаете насчёт вибратора в моей заднице? Я даже согласен сделать это прямо во время вечеринки. И говорит же, блять, так уверенно, будто ни один раз уже всё продумывал до грёбанных мелочей. Представлял все эти вещи и может быть даже дрочил в процессе. Леви тихо рыкнул, сжимая зубы. Картинки в голове стали слишком живыми, слишком яркими и слишком сильно скручивали низ живота в возбуждении.  — Блять, Йегер, какая же ты шлюшка, — хрипло выдохнул Леви и, схватив Эрена за волосы, притянул к себе, чтобы поцеловать, раздвигая мягкие губы и чувствуя его вкус. Эрен согласно застонал, перегибаясь через спинку кресла и подставляя послушно открытый рот. И это было, разумеется, прекрасно, но вот определённо мало.  — Что ж, раз ты отрабатываешь, — шепнул Леви в разомкнутые губы. — Делай это более качественно. И он отпустил мягкие волосы, а Эрен удивительно проворно перемахнул через кресло и догадливо опустился на колени между разведённых ног Леви.  — Хотите, чтобы я Вам отсосал, профессор? — он слегка улыбнулся, смотря из-под пышных ресниц. Да так пронзительно, так уверенно смотрел, что Леви понял, что готов разрешить ему всё, любой каприз, лишь бы он смотрел так только на него. Всегда.  — Будто ты сам этого не хочешь, — заставил себя выдохнуть Леви. Эрен лишь усмехнулся, а его руки уже тянулись к ремню джинс. Через несколько секунд Леви шумно втянул носом воздух, когда Эрен дразняще обвёл большим пальцем головку. Игрался, паршивец, и абсолютно не спешил начинать, лишь едва касаясь чувствительной, безумно нежной кожи. За такое его хотелось вздёрнуть вверх, усадить на колени и оттрахать так, чтобы перед глазами засверкало, а голос начал хрипеть от беспрерывных стонов. Но как бы это ни казалось соблазнительно, это было бы слишком просто. Эрен снова вскинул горящий зеленью и похотью взгляд, видимо, желая увидеть недовольство за своё промедление. И он это увидел, потому что довольно хмыкнул, но тут же склонился и поцеловал низ живота, — Леви чувствовал, как его подбородок касается члена, и этого было дразняще мало, — прочертил юрким языком мокрую дорожку, спускаясь к лобку. Леви вскинул руку и снова зарылся в волосах Эрена. Тот усмехнулся, приподнимаясь, и медленно, по-блядски так провёл языком по губам, смачивая их слюной. Его ладонь обхватила член, начиная медленно надрачивать. Всё это время он не сводил взгляд с серых глаз Леви, словно насмехаясь над ним. Мол, трахаешь тут, допустим, ты, но командую сейчас я.  — Что Вы, профессор, уже течёте? — невинно поинтересовался Эрен и ещё медленнее обвёл большим пальцем головку, размазывая выступившую смазку. — Ещё и меня называете шлюхой.  — Я же тебя потом… Эрен наконец-то обхватил губами член, чуть-чуть пососал, пошло причмокнув, и тут же погрузил его наполовину в рот. Леви тихо простонал, обрывая своё возмущение. Вот как тут злиться? Голова Эрена начала мерно подниматься и опускаться, и он с каждым разом проталкивал член всё дальше в глотку, издавая при этом восхитительные развратные хлюпающие звуки и ни капли этого не стесняясь. Его горло то и дело конвульсивно сжималось, пуская по телу волну дрожи и заставляя удерживать рукой буйную голову. Но толкнувшись в очередной раз, Леви всё же отпустил Эрена. Просто не мог отказать себе в удовольствии увидеть его шальные и мокрые от слёз глаза. По щекам прослеживались солёные дорожки, которые шли до просто блядски пылающих и блестящих от слюны губ.  — Ты ещё не закончил, — отметил Леви. Эрен растянул потерявший очертания рот в пошлой улыбке. Положил ладони чуть выше колен Леви.  — Как скажете. Он высунул язык и медленно провёл им по всей длине члена, а затем обхватил головку губами, начиная её посасывать, будто какой-то леденец. Со вкусом так присасываясь и чмокая каждый раз. Или же лаская маленькое отверстие на вершине, слизывая смазку. Одной рукой Эрен обхватил потяжелевшие яйца, перекатывая их, а другой сжал у основания член в кулаке. Леви чувствовал, как горячая волна медленно начала захватывать всё тело, погружая в своё тепло и ломая мышцы в истоме. А затем резко выкинула в мощный оргазм. И когда Леви открыл глаза, перед ним бонусом предстала обворожительная картина — затраханный Йегер, губы и часть щёк у которого были покрыты спермой. Кажется, он абсолютно не был против этого.  — Я отработал, профессор Аккерман? — деловито уточнил Эрен, переводя дыхание. А затем он притворно-застенчиво улыбнулся, чуть опуская взгляд с пляшущими в них чертями. И Леви не удержался. Он наклонился вперёд и протянул руку к лицу Эрена, стирая пальцем вязкую жидкость с горячей щеки.  — Почти, — усмехнулся он, — открой рот. Эрен сначала слегка изумлённо зыркнул, а затем послушно разомкнул губы, и Леви с удовольствием заметил остатки спермы у него на языке. Но этого было мало.  — Оближи. Леви просунул палец ему в рот — и Эрен обхватил его губами, чуть обводя языком и посасывая.  — Молодец. — Леви вытянул палец с тихим чмоком. — Что ж… думаю, ты заслужил своей награды, студент. Эрен довольно улыбнулся.