FNaF. Forever

Ночь прошла… никак. Совсем. У маскотов, как бы то ни было странно, даже оказался отключен режим свободного роуминга, по крайней мере я не слышала абсолютно никаких звуков, но с этим я разберусь позже. Зато теперь я поняла, что та ночь точно была сном, иначе маскоты не стояли бы на сцене как истуканы… Хотя всё ещё неясно откуда в таком случае мне было известно имя ночного охранника… *** С утра я отправилась проверять системы аниматроников, которые должны были автоматически активировать ночной режим свободного роуминга, но почему-то этого не сделали. Три робота стояли на сцене в неподвижном состоянии, я проверила кабели, которые должны были подключить их к подзарядке и самостоятельно отсоединиться, когда энергия пополнится, — они оказались на месте. Будто кто-то вставил штекеры совсем недавно, и маскоты ещё не успели зарядиться… Может, ночью был скачок напряжения, а я не заметила? Впрочем, не важно, главное — чтобы они зарядились к приходу директора, до которого осталось полтора часа, иначе будет мне выговор в первые же дни. Оставшееся время я провела в мастерской, рисуя придуманных мной аниматроников и уже начиная разрабатывать чертежи более детально. Один из них, кстати, — рыжеволосая девочка с двумя хвостиками, — копия дочери Гёртиса Бэйли. Ну, а почему бы и нет? Она милая, и детям такой аниматроник точно понравится… — Эшли, ты занята? — в мастерскую тихо прошёл уже хорошо знакомый охранник в фиолетовой рубашке. Странно, обычно я не так быстро схожусь с людьми… — Нет, Винсент, рада тебя видеть. — парень подошёл ближе и навис над моим плечом, рассматривая чертежи. — Ого, ты собираешься создавать новых аниматроников? Симпатично… — Спасибо… Нет, это так, развлечение, детская мечта, если тебе так угодно. — я нарочито равнодушно свернула листы и убрала рулончики на полку, ощущая на себе насмешливый взгляд прозрачных глаз. — Жаль, у тебя бы получилось неплохо… — сероглазый продолжал смотреть на меня со странным интересом. Я ещё не забыла его серьёзный, оценивающий взгляд тогда, когда мы впервые оказались в мастерской…

— Ну… У меня в сумке два гаечных и один разводной ключ, как минимум три отвёртки и кусачки, поэтому, если я вдруг огрею тебя ею, уже мне придётся искать место где спрятать труп… — И где?.. — с непонятным любопытством спросил парень, заставив меня оглядеться. Мы всё ещё находились среди старых версий аниматроников. — Возможно, если бы я хотела, чтобы его как можно дольше не нашли, то спрятала бы его в металлоломе. Может быть, засунула в костюм… — натолкнувшись на серьёзный, изучающий взгляд собеседника, неуверенно улыбнулась.

— Откуда тебе знать? — несколько резче, чем стоило, ответила я и тут же успокоилась, натолкнувшись на иронию в глазах брюнета. Что это со мной? Нервы? — Ты… что-то хотел? Зачем пришёл? — А, да. Тебя там директор зовёт, дать какие-то показания. Что-то случилось? — Да, давай я позже тебе всё расскажу, нужно поторопиться, если директор зовёт. Надеюсь, никаких проблем… *** Как оказалось, мистер Бэйли вызывал меня всего лишь для того, чтобы подписать показания, записанные вчера полицией с моих слов. Ничего важного. — Эй, постой! Ты — Эшли, наш новый механик, верно? — громкий женский голос позвал меня, когда я выходила из главного зала. Я развернулась. Возле кухни стояла пухленькая женщина в белом кителе и поварском колпаке на голове, прикрывающем чёрную макушку. С этой миловидной брюнеткой мы были явно незнакомы, но и без того ясно, что она — повар. — Да, а… — Я — Мэг! — женщина не дала мне даже слова вставить и, схватив за руку, потащила с собой на кухню, — Ой, ты тут уже три дня, а я всё ещё с тобой не знакома! — Три дня?.. — я задумалась… а ведь действительно, три! Столько всего произошло, что я даже не поняла, что работаю тут всего три дня… И ни разу за это время не вышла из пиццерии… Ну уж нет, сегодня меня точно ничего не заставит задержаться в пиццерии! — Да! Представляешь, какое упущение! — женщина приняла мою растерянность на свой счёт, а через полминуты я уже сидела на кухне за столом для раздачи с чашкой какао и печеньем в руках. — Какая ты маленькая и худенькая! — Мэг бегала вокруг меня, словно наседка и то и дело всплёскивала руками, ругая директора, — И куда только Гёрти смотрел?! Ты же ещё совсем ребёнок! По правде сказать, я с её мнением была в корне не согласна. При росте 176 сантиметров и весе в 60 с копейками килограмм, я считалась довольно крупной в Америке. К примеру, мистер Бэйли был одного со мной роста, а Винсент возвышался сантиметров на пять, но всё же эта разница не так бросалась в глаза, как с той же Мэг, которая оказалась на целых полголовы ниже меня. — О, а я смотрю, вы уже добрались до новенькой, Шеф! — с порога раздался незнакомый голос, и я с любопытством повернулась к вошедшему лицом. Им оказался нескладный парнишка, тоже примерно одного возраста с Фрицем. Интересно, а здесь, кроме меня и Мэг, работают девушки вообще?.. Вроде, я видела нескольких официанток вчера… — Моё имя — Уилл, приятно познакомиться. — блондин (первый за три дня, прошу заметить) мягко улыбнулся и, приобняв хозяйку кухни, пошёл, видимо, переодеваться. — Просто прелесть — какой мальчик! — хитро заметила Мэг, сложив руки на груди и странно на меня посмотрев. — Извините, через пятнадцать минут смена начнётся, а мне ещё кое-что сделать надо, я пойду. Но обязательно загляну к вам во время обеда! — поспешила заверить я, когда женщина собралась возразить. — Конечно, заглянешь! А я для тебя что-нибудь сытненькое приготовлю! *** — Что делаешь? — раздался рядом знакомый приятный голос, когда я в задумчивости рассматривала всё ещё заряжающихся аниматроников. — Боже, ты меня напугал, Винсент! — я отвела взгляд от неподвижных маскотов и посмотрела на улыбающегося парня. Знаете, есть такой тип людей, с которыми ты знаком всего ничего, а кажется, будто всю жизнь. Вот этот брюнет как раз к ним относился. Его мимика, манера речи, вообще внешность были мне уже привычны, хотя общаемся мы всего два дня и не так уж и тесно. — Извини, так чем ты занимаешься? — парень тоже начал рассматривать роботов, пытаясь понять что же меня так заинтересовало. — Слушай, а у них бывают сбои? — В каком смысле? — Винсент нахмурился, с подозрением на меня посмотрев. — Ну, сегодня ночью у них просто отключился режим свободного роуминга, потому что они не встали вечером на подзарядку и просто сейчас неспособны проработать весь рабочий день… — Хм, это странно… Раньше я… — он вдруг резко повернулся ко мне всем телом и шокированно уставился на меня, — А что ты делала ночью в пиццерии?! — А? А! — Фриц по каким-то обстоятельствам не смог выйти, а я припоздала, в мастерской задержалась, и назначили на замену меня… Так что, такое может быть? — тоже повернувшись к собеседнику лицом, снова направила разговор на необходимую мне тему. Винсент странно покосился на аниматроников, затем — снова на меня. Потом задумался т тут же как-то пугающе хищно улыбнулся (читай: оскалился) и вернул лицу прежнее выражение заинтересованности. И что это было? Не первый раз его мимика меня пугает… — Нет, у меня такого не было, но есть две причины, почему так могло произойти. — брюнет снова внимательно посмотрел на меня и, наконец, повернулся к маскотам, что несказанно меня обрадовало. Всё же серые глаза дневного охранника слишком выразительные. — Первый: сбой в программе. У них могло что-то зависнуть, перегреться и так далее… Но, возможно, их просто кто-то отключил… — Быть того не может! Я вечером делала обход, и они были на зарядке! К тому же в пиццерии я была одна… — Тогда это странно. Если только они не ожили и сами себя отключили! — Винсент лукаво на меня посмотрел. — Очень смешно! — хмуро буркнула я в ответ, вспомнив свой сон. — Ладно, Эшли, сейчас смена начнётся, мне надо быть на рабочем месте. — Пока… *** Я одного понять не могу: как Гёртис Бэйли справлялся с пиццерией до меня? За полдня, которые прошли до обеда, сломались два игровых автомата и перегорел прожектор над сценой. Интересно, это мне так «везёт» или директор излишне невнимательный? В общем, мне пришлось много бегать, звонить и говорить. Зато на обеде говорила, в основном, Мэг, не давая мне и слова вставить даже тогда, когда ждала ответа на какой-нибудь свой вопрос. Во второй половине дня, получив у директора разрешение на работу с маскотами, я повела их за собой в свою мастерскую. Проверить что с ними не так всё же нужно, это моя работа. На удивление, никаких сбоев, перегрузок и поломок не было. И в чём же тогда дело? — Эй, ребятки! — да, я решила обратиться к аниматроником. Они, конечно, не расскажут мне всё в подробностях — не живые же (хоть моя фантазия и утверждает обратное), но если кто-то специально их отключил, они должны были это записать как видео или, если уже отключились, как звук. — Сегодня ночью, — начала я, когда маскоты посмотрели на меня, — вы почему-то отключились. Вы можете порыться в памяти и найти причину? Я приду через двадцать минут и мы вместе разберёмся в этом, хорошо? — Конечно. — задумчивый голос Фредди нагнал меня уже в дверях. Я тем временем отправилась к Мальчику с шариками и провела такой же разговор. Затем сходила на кухню, налила себе кофе и пошла обратно к маскотам, которые уже должны были закончить поиск информации. -… не будешь объяснять?! Ты просто не понимаешь, видимо, Лиса! Мы и так вынуждены изображать весёлых артистов днём, а ты хочешь лишить нас и ночного развлеченья?! Ради какой-то непонятной девчонки, которая даже не охранница, а замена?! — обрывая монолог Бонни за дверью, раздался звон. Я посмотрела под ноги и отстранённо заметила, что разбилась выпавшая из моих пальцев чашка, а на полу теперь растеклось коричневое кофейное пятно. Отупело уставилась перед собой и наткнулась взглядом на Винсента, нажимающего что-то в планшете. Видимо, не услышал… Что? Стоп! О чём я думаю?! У меня аниматроники сходят с ума… или это я… — Вы своими криками всю пиццерию оповестите о нашем положении. — недовольно проворчал Фредди, а затем послышались приглушённые пока ещё закрытой дверью шаги. Всё это я отмечала краем сознания, пытаясь понять что вообще происходит в этой пиццерии. Стук всё приближался, а у меня даже не было сил сдвинуться с места, чтобы дверью не зашибло. Да что там сдвинуться! Я даже из состояния шока выйти не могла. Преграда, разделяющая меня и аниматроников, пришла в движение, и в этот же момент меня кто-то дёрнул за руку в сторону офиса охраны. — Чшш… — мужская рука закрыла мой рот, а серые глаза заставили замереть на месте, вжавшись в стену, к которой он меня буквально пригвоздил своим телом. -…рядке? Ты в порядке? — голосу встревоженного дневного охранника удалось привести меня в чувство, и я, повиснув на шее замершего от такой наглости Винсента, разрыдавшись, рассказала ему всё. Ну, а что? Я ведь тоже не железная, когда понимаешь, что вокруг тебя происходят странные и страшные вещи, уже не до смеха. Брюнет внезапно меня отстранил и развернулся спиной, повернув в мою сторону только голову. — Ну и ну… Скажи мне, Эшли, — голос Винсента сделался вдруг спокойным, а лицо приняло нарочито скучающее выражение, — Почему мне четыре года удавалось скрывать всё, что на самом деле здесь творится, — парень медленно отошёл от меня и сел в кресло, — но тут появляешься ты, и вся моя работа летит!.. А, впрочем, что мне мешает избавиться от такой проблемы прямо сейчас? Чтобы не опасаться за свою безопасность. Он подался вперёд и с интересом меня осмотрел. Я всё ещё не двигалась, боясь Того Самого Винсента, что иногда пробивался сквозь оболочку обаятельного парня. Или наоборот? — Отдать тебя прямо сейчас, к примеру, в лапы обозлённого Бонни? Или запереть в этой пиццерии на ночь? Или засунуть живьём в чей-нибудь костюм и наслаждаться твоей агонией, криками, когда стальные части прошивают человеческое тело… — по мере своего рассуждения вслух, охранник медленно приближался ко мне, по прежнему стоящей у стены, пока не остановился в метре. Я напряжённо следила за каждым движением мужчины, а он совершенно расслабленно крутил в левой руке фонарик, а правой поправлял на голове фуражку. — Как думаешь? Э-эш-шли… — меня передёрнуло от страха, когда Винсент подошёл вплотную и поправил какую-то прядь в моей причёске. — О, так ты боишься, Эшли… Не так ли? Он поднял моё лицо за подбородок и, заглянув в глаза, удовлетворённо улыбнулся. — Боишься, ведь так?.. Я мелко задрожала и снова опустила голову, а брюнет вдруг взбесился. — Ты боишься?!