Парные костюмы

      Гарри не любил Хэллоуин. Не потому, что Рон оправдывал свои немытые волосы костюмом. Не потому, что Гермиона начинала пропадать в библиотеке, ведь «конец первого семестра так близок!», хотя до него оставалось еще около месяца. И даже, не потому, что уже на третий день подготовки к празднику от одного вида сладкого начинала тошнить. А потому что в этом году они договорились отложить признание для друзей. Как откладывали в прошлом году. И позапрошлом. И вот опять.       Сначала Гарри думал, что это только из-за страха быть непонятыми. В любом случае, они с разных факультетов, с разными кругами общения и взглядами на жизнь. Может быть, он так и думал первый год. Может быть второй. Но на третий вопросов стало появляться больше. И глупого «Да не переживай, Поттер, потом расскажем» перестало хватать. Где-то в глубине души появился страх, что их отношения остаются тайной, потому что Мальчика-со-шрамом-на-лбу стесняются.       И по поводу этого подозрения нельзя было ни с кем поговорить. Герми и Рон не знают, а если бы и знали, то что бы сказали? Гермиона слишком легко рассказала о себе и о Панси, а Рон, если и встречается с кем-нибудь, то только с тем, у кого вместо рук и ног куриные крылышки. Переживания накрывали с головой, а поговорить не с кем. Лишь иногда Гарри сам себя успокаивал тем, что просто не было еще подходящего повода. Но поводы были. И Рождество, и Дни Рождения обоих, не беря тот факт, что одно из них летом. И начало учебного года. И День Святого Валентина. Групповое посещение факультетами Хогсмида, в конце концов.       — «А может и вправду он меня стесняется…» — думал юноша, сидя в столовой, дописывая какое-то скучное задание по трансфигурации, над которым он даже особо не думал. Наверняка получит не очень хорошую оценку. — «Ну ведь действительно. Будто боится своей репутации. Чистокровный волшебник со Слизерина. Мальчик-который-выжил с Гриффиндора. Это наш предпоследний курс, так почему…»       — Эй, Поттер! — Из раздумий Гарри выдернул голос. Тот самый голос.        Драко упал рядом на скамейке, кидая перед носом гриффиндорца скомканный листок. Мальчик-со-шрамом-на-лбу часто думал о том, а действительно ли он любит Малфоя. Того самого Малфоя, который на первых курсах не давал проходу, сыпал оскорблениями и «если мой отец узнает!». Того Малфоя, которого Гермиона ударила прямо в нос. А потом Гарри смотрел на него. Видел эти белые волосы, аристократично бледную кожу, изумруды-глаза, которые так пристально смотрят, будто в душу. Вспоминал, как этот же Малфой, которого превратили в хорька за ужасное поведение, тепло улыбался и шептал нежности на ухо. Только ему. Только Гарри. Но, увы, только когда они оставались наедине.       — Поттер! — Видимо, в этот раз, Мальчик-который-выжил слишком сильно задумался.       — А, что, Драко?       — Сегодня будет вечеринка по случаю Хэллоуина. Ну, ты знаешь, ее так долго выбивал у МакГоннагал наш староста для выпускников. Гриффиндорцев вообще звать не хотели, но мнение поменяли. С условием, что Грейнджер наконец приведет волосы в порядок. — Будь здесь Крэбб или Гойл, они бы засмеялись. Нашли бы эту придирку ужасно остроумной. Но их не было. Лишь кто-то покашлел за столом Рейвенкло.        Гарри знает, что Малфой говорит так, не потому что сам так думает, а потому что это «помогает поддерживать вид, что они не встречаются». При личной встрече опять пойдут расспросы. «Я здесь не переборщил?». «А это было не обидно?». «Рон не слишком импульсивно отреагировал на эти слова?». Такая обеспокоенность умиляла. Но только тогда, когда знаешь истинное лицо этих «злых» высказываний. В ином случае, Гермиона захотела бы повторно ударить Драко в нос.       — Так что? Вас стоит ждать? Тебя там, Уизли, Грейнджер. Можете даже с собой Долгопупса взять. Или еще кого-нибудь. Все будет после официальной части в нашей гостиной. Панси должна сказать пароль Грейнджер. — Драко говорит, как ни в чем не бывало. Словно они с Гарри не целовались за каждой колонной, боясь быть замеченными. Словно не признавались друг другу в любви шепотом и в губы. Будто правда их ничего не объединяло. Поттер это понимал. Но с другой каждый раз бесился. Все должны знать.       Гарри Поттер встречается с Драко Малфоем.       — Да, да, мы обязательно придем, — устало отвечает гриффиндорец, наблюдая, как юноша с факультета змей медленно встает из-за скамьи.       — Прекрасно. Не забудьте про костюмы. — Бросает слизеринец напоследок, направляясь к выходу из Большого зала. Даже «пока» на ухо не шепнул. Гарри нервно скидывает учебники и пергамент в сумку. Скомканная бумажка оказывается на самом дне. Наверно, Мальчик-который-выжил уже никогда не прочитает, что там написано. Бумажка потеряется среди недоеденных лакричных палочек, порванных листов с заданиями и забытых библиотечных книг. «Прости Гарри. Сегодня все расскажем. Я тебя люблю.

***

      Официальная часть оказалась ужасно скучной. То ли из-за того, что это уже шестой официальный раз для Гарри, Рона и Гермионы, то ли из-за того, что не терпелось скорее попасть на вечеринку. Герми хотела побольше времени провести с Панси, Рон узнал, что слизеринцы купили буквально годовой запас сладостей из Хогсмида. А Гарри… Гарри был бы просто рад увидеть любимого. Пусть даже и без поцелуев, объятий и подобного.       — С Днём всех Святых! — Наконец завершает Дамблдор. На столах появляются угощения, а добрая половина выпускников спешит выйти из зала под ворчание Филча.       — Герми нашла классное заклинание, — восхищается Рон, пока они спускаются к подземельям, — оно превратит меня в буквально призрака! И действует оно недолго, всего семь часов. Так что я точно не попаду к Помфри, как в прошлом году.       — А нечего было просить сделать из тебя горгулью. Кто же знал, что камень такой настоящий получится. — Гермиона ворчит в ответ, но по-доброму, по-дружески. — И вообще. Мы с Панси решили сделать парные костюмы. Она будет пиковой королевой, а я червонной. Правда здорово? А ты Гарри?       Гарри не знал. Он бы хотел, чтобы и у него, и у Драко были похожие костюмы. Парные, как сказала Герми. Но Малфой наверняка не согласился бы. «Не время всем узнать».       — Я не знаю. Я не думал об этом.       — Как это не думал! — Гермиона резко затормозила, всплескнув руками. Ее глаза округлились, а брови осуждающе сомкнулись на переносице. — Гарри Поттер, мы прямо сейчас идем на эту чертову вечеринку, а ты даже не выбрал себе костюм? — Даже когда Грейнджер злится в шутку, делает это она до жути убедительно и грозно, что волей неволей, начинаешь сожалеть о том, что ты чего-то не сделал.       — Да ладно тебе, Герми. — Влез в разговор Рон. — Ты ведь сама нашла для него «идеальный» прикид.       — Может быть и нашла! Но он даже не сделал вид, что позаботился об этом!       — Потому что я был уверен в том, что найдешь что-то особенно для меня. Я же тебя знаю, — Гарри врет. Врет искустно, даже Гермиона верит, перестает возмущаться. Девушка самодовольно трясет волосами, загадочно ухмыляется и продолжает двигаться дальше по коридорам прямо к подземельям Слизерина.       — Ладно, ты прав. Тебе понравится. Я уверена.       — Кстати, а вы не в курсе, почему нас вообще решили позвать? Мы вроде не побратались со слизеринцами, чтобы они нас звали. — Рон вскидывает голову, рассматривая позеленевший от мха потолок. Так глубоко он еще не спускался. Кабинет зельеварения был выше на целый этаж. — Панси, наверно, попросила?       — Ой, я даже не знаю. — Гермиона же идет уверенно, откидывает назад свои кудри. Сюда она спускалась огромное количество раз. И из-за кого — говорить не стоит.– Панси сказала, что, вроде как, за нас вообще попросил Малфой.       — Малфой?! — В один голос удивляются Гарри и Рон.       –"Быть не может, Драко… Попросил за нас. Неужели из-за меня? Может все-таки не стесняется».       — Ну да, Малфой. Панси сказала, что он еще, до кучи, позвал выпускников Рейвенкло и Хафлпаффа. Из наших пойдет, вроде, Вуд. Ну, еще, конечно, Фред и Джордж. Мы будем единственными не выпускниками не со Слизерина. Это странно…       — Да нормально! — Рон, со своим вечным позитивом. Запах сырости. Как слизеринцы тут живут. — Может Малфой понял, связи с какими классными ребятами он теряет.       — Или Панси с ним поговорила… — бурчит себе под нос Гермиона.       — Или Панси с ним поговорила! — Повторяет Рон, лишь потом понимая смысл фразы. — Эй…       — Пришли. — Возмутиться не успевает, Герми резко отдергивает его.       Портрет мужчины с отрезанной головой, они точно по адресу. Плюс, несколько слизеринцев в костюмах неподалеку. Как иронично, Кребб и Гойл, похожие на два яйца, решили, что «два яйца — ужасно креативный наряд». А Блейз был одет в кого-то по типу Почти-безголового Призрака. Только он был полностью Безголовый. Держал свою голову в руках, пока та мирно беседовала с яйцами.       — Так, давай, Рон первый. — Командует Гермиона, доставая палочку из кармана мантии, сбрасывая мантию.       Уизли послушно становится напротив девушки, скидывает мантию. Волшебница делает пару взмахов палочкой, что-то шепчет себе под нос. И вот, готово. Рон начинает бледнеть, ноги отрываются от земли и исчезают. Пара мгновений, и сквозь него видно портрет. Гарри не удерживается, сует руку прямо в живот друга. Рука легко проходит сквозь, а ощущения, будто трогаешь настоящего призрака.       –Круто… — Только и протягивает Мальчик-со-шрамом-на-лбу, на время отвлекаясь от войн в своей голове насчет отношений с Драко.       — А то, смотри дальше. — Улыбается Гермиона.       Опять машет палочкой, на этот раз в свою сторону. Опять что-то шепчет. И вот, волосы девушки краснеют, губы наливаются краской, а кожа наоборот бледнеет. Красивая гриффиндорка становится еще красивее. Про платье и говорит не стоит. Панси точно будет в восторге.       — Давай Гарри, твоя очередь. Быстрее, а то пропустим самое начало! — Гермиона улыбается, явно довольная своим новым образом.       Гарри скидывает мантию, Герми повторяет свои волшебные слова. Гриффиндорец не чувствует ровным счетом никаких изменений. Абсолютно никаких. Разве что, понимает, что теперь на его лице маска. Удивительно приятная на ощупь.       — Герми, ты не прогадала… — Только и выдыхает Рон-призрак.       — Да что там? — Гарри делает шаг вперед. Смотрит на Рона. А потом и на свое отражение в теле Рона. Видно плохо, но понять, почему друг в таком восторге — можно.       Классическая белая рубашка, с кружевным воротом, какие носили волшебники ранних эпох. Круглые, объемные рукава. Зауженные брюки, до талии, сидящие, сказать идеально, ничего не сказать. Обувь, правда, осталась прежней, все те же черные кроссовки, которые приходилось донашивать за Дадли. Но общего вида они не отменяли. И эта изящная черная маска. Красиво. Гермиона как всегда на высоте.       — «Надеюсь, Драко понравится». — Успевает промелькнуть в голове у Поттера, перед тем, как подруга хватает его и Рона (насколько возможно схватит Рона-призрака) под локоть и тащит к портрету.       — Пропустим же все интересное.        Блейз, кажется, посвистел вслед Герми. Кажется лишь потому, что девушка слишком сильно сжимает локоть. Называет пароль, портрет, ворча что-то по поводу «кого попало уже приглашать стали» впускает троицу внутрь.       Нужно признать, что закатывать праздник Слизеринцы умели. Складывалось ощущение, что официальная часть тут, а не в большом зале. Украшения, тыквы, парящие под потолком, подушки всех цветов, разбросанные где надо и не надо. Шикарный стол со множеством сладостей и напитков. Там даже было любимое сливочное пиво Гарри. Стоило друзьям только войти внутрь, как со словами «не скучайте» Гермиона улетела к своей девушке, Рон сразу же пошел (насколько это возможно призраку) к столу. О том, что призраки не могут есть, выяснилось позже. И именно с этим открытием вечер одного из Уизли был испорчен. Гарри остался стоять на входе в гордом одиночестве. Пока не увидел его.        Драко всегда был великолепен. Но в этот раз особенно. Классическая черная рубашка, с кружевным воротом, какие носили волшебники ранних эпох. Круглые, объемные рукава. Зауженные брюки, до талии, сидящие, сказать идеально, ничего не сказать… Ужасно похожее описание. Гарри ловит себя на мысли о том, что одеты они абсолютно идентично. Разве что, цвета симметрично отличаются. Не трудно догадаться, что маска Малфоя была белая. Драко сразу замечает своего мальчика. Тот, как всегда, стоит растерянно. Боится, что слизеринцы его съедят.       — Пойдем поговорим. — Твердо бросает слизеринец, беря гриффиндорца под локоть, проходя в первую попавшуюся комнату. — Зачем ты так оделся? — Тут же набрасывается он. Никаких привет или пока. То, чего так и боялся Гарри.       — Что значит «почему ты так оделся?»? Потому что захотел! — Поттер нападет в ответ так же. Видимо, схватка будет жесткой.       — Наши костюмы выглядят как парные! Ты об этом не подумал? А если кто-то подумает, что мы встречаемся?       — Но мы пара, Драко! Мы встречаемся уже три года! — От обиды Гарри закусывает губу. Он бы никогда не подумал, что Малфой, его Малфой так остро среагирует на парные костюмы. Учитывая, что гриффиндорец даже не был в курсе об этом. Все произошло так быстро. Наверно, Гермиона знала. Но откуда она знала про отношения? Или нашла это забавной шуткой? Или Панси рассказала? А Панси? Сейчас было не до этого. Драко просто так. На ровном месте. — Зачем скрываться? Потому что мы с враждующих факультетов? Но Гермиона и твоя подружка! Ты даже не сказал мне «привет, Гарри», ты сразу накинулся с обвинениями на меня! Так не делают с людьми, которых любят. Драко Малфой, признайся. Ты от меня устал. Я тебе надоел. Ты меня стесняешься, а поэтому не хочешь признаваться, что мы вместе. У нас даже повод появился! Парные костюмы. Которые, кстати, являются, случайностью… — Гарри садится на чужую кровать, снимая с лица маску. О нет, он не плачет. Он разочаровывается. И в себе. И в своем избраннике. — Драко Малфой. Мне уйти с этой вечеринки, стоило мне прийти?       Слизеринец меняется в лице. Снимает свою маску, садится на колени перед Поттером. Выглядит уставшим, хотя секунду назад они встретелись и секунду назад поругались. У них такого никогда не было. Может Мальчик-который-выжил прав? Может Малфой разлюбил… Нет, быть такого не может. Юноша с факультета змей кладет свою голову на колени к возлюбленному.       –Прости. Я не знаю, зачем это все устроил. — Он тяжело вздыхает. — Я люблю тебя Гарри Поттер. Я просто боюсь признаться. Герми и Панси так легко приняли, потому что они девчонки. А мы? Да и к тому же. Ты Гарри Поттер. А я Драко Малфой. Абсолютно противоположные личности. Ты не… — Гриффиндорец не позволяет договорить до конца. Он целует.       Целовались они долго, не позволяя себе большего, но Драко все же поднялся с колен и оказался ведущим в поцелуе, а не ведомым. Накрывали губы друг друга любовью и нежностью, по-другому и не скажешь. Так продолжаться могло всю ночь. Но дверь в ту комнату открыл Блейз.       Признание в тот вечер случилось. Никто не осудил, а Гермиона с Панси ехидно хихикали, сидя в обнимку. Видимо, они обо всем догадались. Теперь Драко сам брал Гарри за руку. Не стеснялся целовать в щеку в столовой. Не боялся фраз Рейвенкловцев о «противоположности притягиваются», потому что теперь понимал, это сказано в хорошем смысле. Гарри Поттер и Драко Малфой больше не боялись себя и своих чувств.       А на следующий Хэллоуин они договорились надеть парные костюмы. Скажу по секрету, костюмы были изумительные.