Мой возлюбленный из другого мира

— Доброе утро, Денис, — приветливо улыбнулась Наташа, встретив в гардеробе своего друга. — Погодка сегодня просто ужасная, неправда ли? — Ох, и не говори, — горестно усмехнулся брюнет. — Мы с парнями планировали потренироваться в футболе перед матчем, но вот досада! — Матч уже совсем скоро? — На этих выходных. — Что на этих выходных? — из ниоткуда ни возьмись, словно гриб, выросла Шиноа со своей фирменной ухмылочкой. Кивнув на приветствие Таси, девушка все свое внимание сосредоточила именно на Зорниченко, который в подробностях поведал о важном матче для школы и о том, что они просто обязаны выиграть. Понимая, что сейчас здесь лишняя, Тася быстренько переобулась и поспешила на второй этаж, в кабинет географии. По пути наткнулась на Юи, точнее будет сказать, что это он ее догнал и тут же принялся рассказывать с жаром, как попробовал сам освоить ужасного монстра, именуемое «интернетом». Шатенка только умиленно улыбалась, готовая слушать любую дичь из уст парня. Однако, вопреки ожиданиям, путь внезапно перегородила одна девчонка, одарив Наташу довольно унизительным взглядом, словно перед ней была виновница всех бед Земли. Юичиро недоуменно смотрел то на притихшую подругу, то на незнакомку, которая не вызывала симпатию от слова совсем. К несчастью для Таси, эта девушка является их одноклассницей и по совместительству старостой класса. Кто ее выбрал таковой — неизвестно, однако каждый понимал, что управлением классом, да и самими обязанностями старостами занимается главный ботаник класса Егор Сафин и, конечно же, святая троица, то бишь Наташа, Женька и Денчик. Внешний вид всегда был вызывающим: слишком светлые локоны, которые кажутся выцветшими, до плеч, огромные губы, вечно накрашенные яркой красной помадой, средние глаза травянистого оттенка, прямой нос и острый подбородок, соответствующий мейкап, одежда всегда была открытой. Многие открыто называли ее девушкой легкого поведения, однако были и те, кто восхищался ею. А звали эту особу Потапова Оксана. — Морозова, чего уставилась? — пусть она не совершала никаких действий, Тася прекрасно знала, что Оксане ничего не стоит, как просто ударить. — Шла бы ты лесом отсюда. — Так ты выздоровела, — с заметными нотками грусти прошептала шатенка, опуская взгляд, чтобы не пересекаться с хищными глазами их старосты. — Как тебе хватило духа, Морозова, сказать такое мне? — Оксана сделала шаг к Наташе, заставляя ее пятится назад. — Да кем ты себя возомнила? Проходящие мимо ученики сочувственно смотрели на Тасю, которая едва сдерживалась, чтобы не заплакать. Вся школа прекрасно знает, что Потопа обожает издеваться над теми, кто действительно не может дать сдачи, коей и являлась Наташа. Обычно за нее заступается Женька, которая славилась бандиткой школы; она всегда стоит горой за свою подругу и не позволяет Оксане высокомерно смотреть на людей. Однако, с горечью отмечала Тася, Жени поблизости не было, к тому же, она прекрасно знает, что в такую погоду хандра у девушки просто ужасная, что она могла даже не прийти в школу, если на то не было уважительной причины. — Я-я... просто... — Что? — Оксана скривилась, отчего ее густые брови забавно сложились домиком над глазами. — Прости, но я не слышу лепет каких-либо крыс. — Почему ты так разговариваешь с Тасей?! —Юи не мог выдерживать подобного напора на одноклассницу, потому встал перед Наташей, как бы заслоняя ее своим телом. — Она ничего тебе не сделала! — Ошибаешься, красавчик, — ухмыльнулась Потапова, с каким-то звериным взглядом осматривая парня с ног до головы, — она мешает мне простым своим существованием. Эти слова, словно молния поразили Тасю, которая уже не могла сдерживать слезы. Они быстротечно скатывались по упругим щекам, оставляя мокрые дорожки. Закусывая нижнюю, дрожащую губу, девушка пыталась собраться и успокоиться, вспоминая все, что говорили ей друзья, особенно Женя. Но, как назло, все мысли спутались, и Наташа не понимала, что ей делать, ведь... ведь... Она в действительности начала верить словам Оксаны. Похоже, она многим мешает, но те не говорят об этом из вежливости. Наверное, Тася мешает даже своей лучшей и близкой подруге, ведь той постоянно приходится утешать ее, поддерживать и защищать. Быть может, было бы куда лучше, если бы ее не... — Слушай сюда внимательно, не смей даже приближаться к Тасе, потому что ты тогда будешь иметь дело со мной, — грозно прошипел Хакуя, схватив ошеломленную Оксану за воротник кофты. Тася даже задрожала от шока, не понимая, почему все за нее вечно заступаются. Почему все так стремятся ее защитить, помочь? Она ведь самая обычная девушка, у которой-то и таланта никакого не было. Так почему же?.. Не дожидаясь ответа на свою угрозу, Юичиро схватил Наташу за руку и тут же побежал куда-то вперед, отталкивая всех зевак. Тасе оставалось только послушно следуя за ним, с удивлением смотря на широкую и такую уверенную в себе спину. Когда они остановились, то девушка поняла, что они находятся у запасной лестницы, которую используют в случае пожаров. Ничего не говоря, Тася просто уселась на одну из ступеней и, поджав ноги под себя и обняв свои колени, тихо заплакала. Юи с мучениями смотрел на подругу, не зная, как ей помочь. Если тогда он смог припугнуть какую-то девицу, то тут нужны слова поддержки. Однако... парень с силой сжал руки в кулаки. Что можно сказать в подобных случаях? Но молчать тоже нельзя. Сейчас Наташке нужна поддержка, он должен показать ей, что она не одна. — И что вы здесь делаете? Юи испуганно встрепенулся, встретившись со спокойным взглядом Гурена, коий пришел сюда, так как услышал про небольшую стыковку. Хакуя очень хотел на него накричать, мол, это не твое дело, иди куда шел, но молчал, просто бросив беспомощный взгляд на Наташу, которая даже не подняла голову, когда услышала голос учителя. А слышала ли она его вообще? Вздохнув, Ичиносэ задумчиво заправил волосы назад, а потом обратился к Юичиро. — Скоро начнется урок, быстро исчез. — Ч-что!.. Я не могу оставить Тасю в таком состоянии! — отчаянно вскрикнул Юи, даже притопнул ногой. — Это приказ, — рыкнул Гурен, не желая сейчас выяснять отношения с этим сорванцом. Понимая, что парень так просто не уйдет, Ичиносэ добавил уже помягче: — Я постараюсь ей помочь, иди. Хакуя не доверчиво скосил на подполковника взгляд, а потом взглянул на Тасю. Сердце неприятно сжалось, но ему пришлось согласиться с тем, что у Гурена намного больше шансом успокоить ее. Скрипя зубами, Юи стал уходить, но ноги были будто деревянными. Что-то странное подкралось под сердце, что-то такое, что мешало ему спокойно воспринимать Гурена. Парень не понимал, что это за чувство, но знал одно — ему не нравится, когда Гурен находится рядом с Наташей. Проводив Хакуя взглядом, Гурен взглянул на хрупкую фигуру шатенки, что, кажется, уже начала успокаиваться, но он не хотел верить этому наваждению, ведь душа ее определенно не успокоилась. Он тихо опустился рядом и задумчиво смотрел в потолок, не решаясь заговорить. И всё-таки она ещё ребенок. Ребенок, у которого полно своих комплексов. Ребенок, что ещё боится действовать, жить в этом мире. Ребенок, который не понимает самого себя. Ичиносэ положил ладонь на макушку девушки и тихонько, с некой нежностью стал гладить по голове. Тася испуганно вздрогнула и не понимающе взглянула на него, даже не веря собственным глазам. Сейчас Ичиносэ Гурен пытается успокоить ее. Тот, кем она так восторгается. Тот, кого она тайно обожает. Именно он сейчас рядом и старается утешить ее. Поддаваясь неведомым чувствам, Наташа прильнула к груди учителя и позволила себе расплакаться. Гурен слегка вздрогнул, но не оттолкнул, а только прижал к себе, ласково проводя рукой по спине. «Как приятно…» Наташа не хотела, чтобы этот момент хоть как-то прервался; все казалось таким сказочным и таким удивительным сном, ведь… Разве она могла подумать, что персонаж из ее любимого аниме будет крепко прижимать к себе и ласково успокаивать? Уж точно нет. — Что же тебя гложет? Этот голос, прозвучавший у ее уха, был таким тихим и бархатным, что Тася на какое-то мгновение растерялась, краснея от такой близости с ним. — Я... постоянно что-то терплю. Проглатываю все обиды. Прощаю то, чего не стоило бы. Люблю других, ненавидя себя, — Наташа не понимала, почему с такой лёгкостью рассказывала ему о наболевшем. А ведь даже Женя не знает о многом. — Ношу в душе боль, хуже физической. Принимаю все близко к сердцу и рыдаю ночами. Переживаю события прошлого в тайне от других. Виню себя во всем, что со мной происходит. Мечтаю о прошлом или невозможном. Пришла к теории «родился ты сам, и умирать будешь в одиночестве». Боюсь доверять. Моментально привязываюсь и накручиваю себя. Тянусь к тем, кому на меня плевать. Заложница души…. Хрупкая, словно стёклышко. Маленькая, словно бабочка. Именно такой всегда являлась Наташа. А сейчас в глазах Гурена она была ещё и ребенком, проблемы которого казались такими глупыми, но слишком важными для нее самой. Да, может быть, это сказывается их разница в возрасте. Ей 17, а ему уже 24. Да, они жили в разных условиях, поэтому характерами определенно разные. И уж точно Тасю убили бы в самом начале. Но… именно такую девушку и хочется постоянно беречь и защищать. Потому что она словно лучик, что пытается прокрасться сквозь мрак. — Возьми себя в руки, — немного грубый, приказного тона голос заставил девушку встрепенуться. — Тебе нужнo все этo пoнять. И мoжет тoгдa тебе станет легче. Тебе не всегдa будут писaть или звoнить. И не всегдa будут рядoм. Так не бывaет. Тебе мoгут oтдaвaть тoлькo чaсть времени, нo не все, — Гурен приподнял личико Наташи вверх, чтобы она смотрела прямо ему в глаза. Сама же шатенка начинала жутко краснеть. — Не нужнo держaть людей. Прoстo зaчем? Ведь если ему плoхo с тoбoй, тo лучше oтпусти. И пoжелaй счaстья. Пoверь, ты не oстaнешься в oдинoчестве. И тo же сaмoе, если тебе с челoвекoм плoхo. Не трaть свoи нервы. Ухoди. Не стoит трaтить время и нервы нa мелкие ссoры, причины для кoтoрых взяты из вoздухa. Oни тoлькo пoртят взaимooтнoшения. Много не думaй, a тo неизвестнo дo чегo дoдумaешься. Не oбрaщaй внимaние нa других людей, — облик Оксаны невольно возник перед глазами, отчего Тася слегка поежилась. — Нa их слoвa и упреки. Не им судить, a тoлькo тебе. Даже если ревнуешь, тo не перегибaй пaлку. Пoвтoряюсь, этo пoртит взaимooтнoшения. Не срывaйся нa близких тебе людях. Ты мoжешь скaзaть мнoгo всегo и не зaметишь. A им будет бoльнo. Не режь себя. Не прижигaй. Пoверь, будешь жaлеть oб этoм. Цени свoих близких. Не вaжнo, семья этo или друзья. Цени и все. И прoстo знaй, чтo ты прекрaсный челoвек. Не сoмневaйся в этoм. Все это время Наташа неотрывно смотрела на серьезный профиль Гурена, прижимая руки к груди. Ее сердце то бешено билось о стенки грудной клетки, то и вовсе замирало. Эти слова глубоко вошли в ее маленькую, крохотную душонку, оставляя там теплый свет, надежду и веру. Пусть даже Ичиносэ даже не улыбнулся, Тася прекрасно понимала, что говорил он от всего сердца, без какой-либо фальши и лжи. «Возьми себя в руки» — вновь и вновь прокручивала в голове шатенка, заставляя все органы чувств запомнить это раз и навсегда. Совсем неожиданно он подался вперед, заставляя девушку инстинктивно наклониться назад, упираясь спиной в стенку. Лицо Гурена остановилось всего в паре сантиметров от личика Таси, что мгновенно вспыхнуло до кончиков ушей. Сам же мужчина томно заглядывал в глубокие, карие глаза, словно пытаясь что-то там разглядеть. Из-за опасной близости с учителем у девушки сперлось дыхание и замерло сердце, она вся дрожала от волнения. — Надеюсь, теперь с тобой все будет в порядке, — тихо проговорил Гурен и, поднявшись, снова взглянул на шатенку, дабы убедиться, что с ней все нормально. Наташа облегченно выдохнула и слегка разочарованно поджала губы, прекрасно понимая, что тайно желала большей близости с ним. Как только прозвенел звонок, Гурен тут же направился в кабинет, выкрикнув Тасе, что может прогулять, но на следующее занятие обязательно должна прийти. Дождавшись, когда учитель уйдет, девушка поднялась и на ватных ногах направилась в туалет, чтобы привести себя в порядке. Увиденное отражение ее, конечно же, не порадовало, однако в глубине душе Наташа была счастлива, ведь она не припомнит, чтобы Гурен с кем-то был так добр и близок... Щеки мгновенно вспыхнули, отчего она тут же стала умывать лицо, убеждая себя, что не позволит больше так просто сомневаться в себе.

***

— Осенний бал? Большинство из класса мгновенно оживились, когда услышали эти заветные слова. Пускай в этом году это мероприятие случится в октябре, а не в сентябре, все всё равно были рады. Однако серафимы, да и сам Гурен, по совместительству их классный руководитель, не совсем понимали причину такого восторга. — Кого на этот раз выберем королеву? — А может все-таки короля? — Да ну, в прошлом году у нас Дениска был королем, теперь нужна королева. — Только не ты, Потапова. — Че вякнул? Да никто из здесь присутствующих не достоин называться королевой! — Самооценку снизь — не соответствуешь! — Аргх! — Вы закончили? — наконец-то подал голос уставший Гурен, который был на собрание учителей, где и обсуждался этот осенний бал. — Как я понял, украшением зала будем заниматься мы и другой 11 класс, сценарием займется мистер Батори, а ему будут помогать Артюк и девочка из параллельного... «Бедная Женька...» Наташа сочувственно вздохнула, когда поняла, что Женя, узнав об этом, определенно будет не в восторге. Хотя Тася понимала, почему предложили именно ее и, должно быть, Варвару Остапченко. Эти девушки всегда являлись заводилами и могли организовать классное мероприятие, поэтому все учителя выдвинули именно их. А Батори, скорее всего, просто захотел подпортить Женьке настроение. Снова вздохнув, Тася стала внимать и остальные указания. — Директором было предложено в этом году выбрать и королеву, и короля, поэтому от каждого класса требуются девочка и мальчик. — Может быть, тогда выберем Юи? — вдруг сразу же предложил Денис, явно не желая снова участвовать в этих соревнованиях. Парень, который толком не слушал весь классом, удивленно огляделся, не понимая, что именно от него хотят. Наташа тихо хихикнула и быстренько объяснила, что его кандидатуру предложили на роль короля осени. Хакуя, естественно же, возгордился этим и тут же согласился. — В таком случае, королевой буду именно я, — встала из-за парты Оксаны, стреляя глазками в Юичиро. Сидящая рядом с Юи шатенка нахмурилась, обращаясь к самой Вселенной, чтобы королевой был кто угодно, но только не она. Однако большинство из класса тут же стали возмущаться, мол, королева должна быть той, кто сможет в любой ситуации собраться и начать импровизировать, к тому же, она определенно не должна быть такой гордой. — Ну и кого же выберете, а? — Пусть Женек будет королевой, она из нас самая бодрая, к тому же, хитрожопая, точно с ней будут шансы на победу. Тася не смогла сдержать смех, как и большинство из класса, когда одноклассник описал подругу, как хитрожопую. Действительно, Женя определенно подходит на эту роль, плюс у нее еще и рыжие волосы, что вообще идеально. Однако Наташа тут же помрачнела, когда вспомнила, что слишком много всего вогрузилось на бедную девушку: с треклятым ежедневником разбирается именно она, сценарий на ней и теперь же роль королевы тоже ее. Евгеша будет определенно не в восторге, но согласиться, скрипя зубами, так как выбора нет. — А может... — неуверенно начала Наташа, отчего все тут же посмотрели на нее, из-за чего шатенка поежилась, — поменяем концепцию? — О, в каком смысле? — Что если на этот раз королевой будет не девочка, а мальчик, и королем, соответственно, девочка... Все удивленно переглянулись и тут же принялись обсуждать идею. Наташа облегченно выдохнула, ведь можно считать, что впервые так открыто обратилась ко всему классу, отчего ее сердце начало радостно трепетать. Однако Юи определенно идея не понравилась; как он выразился, мальчик не должен носить женские платья и всякое прочее. И тут вмешался сам Гурен, говоря, что это отличная идея. Хакуя мгновенно вспыхнул и в прямом смысле слова набросился на мужчину, который ловко отскочил в сторону. Серафимы заулыбались, прекрасно понимая, что Ичиносэ просто хочется поиздеваться над ним, потому-то и поддержал идею. Несмотря на возражения Юи, было решено, что королевой будет он, а королем — Женя.