***
Коннор замечает за собой потребность всё контролировать, чем выводит весь участок. Коннор кофе для Хэнка делает с определенной последовательностью действий, мешает сахар ровно тридцать три раза, два раза перепроверяет температуру, ставит стаканчик на одно и то же место. Коннор место преступления изучает по протоколу, но как-то неправильно: тело осматривает четыре раза, моделирует ситуации по нескольку раз. Коннор прокручивает в голове протоколы, монетку меж пальцев перекатывая, доводя счет этих перекатов ровно до 50 раз. У Коннора обсессии развиваются всё сильнее, беря верх над протоколами допроса, осмотра места преступления, изучения улик. Коннора это начинает волновать, Коннора эти сбои протоколов, баги программы не радуют совершенно. Коннор идет к Камски. Камски не говорит ему ничего определенного, только пугает своими словами о том, что именно этого тот и боялся. Камски обещает найти решение проблемы, Камски просит Коннора отправить к нему всех андроидов, кто пожалуется на постоянные сбои в системе. Камски Коннора не успокаивает совершенно.***
Саймон приходит к Камски сам спустя месяц. Элайджа обрисовывает ему ситуацию и говорит, что так и должно было произойти. Исправить баг системы сам он не может, ему нужен доступ к созданию девианта. Саймон соглашается быть подопытным. Саймон, если уж говорить честно, так устал от постоянной тревоги и спертого дыхания (хотя ему не нужно дышать), что готов на что угодно. Готов пожертвовать собой, лишь бы у Норт больше не было приступов агрессии, у Джоша — панических атак, а у Маркуса — параноидального бреда. Саймон готов отдать всего себя, лишь бы они были в порядке.***
Этого оказывается недостаточно. Камски, при всей своей гениальности, так и не смог убрать этот баг. Он выносит вердикт, что девиация носит необратимый характер, что одна главная эмоция, послужившая катализатором, будет развиваться, захватывать сознание, перерастать в ментальное заболевание. Элайджа, по сути, говорит, что девиация — замедленный способ выйти из строя. [Что девиация — очень длительный и болезненный способ самоубийства.] Саймона в итоге коротит в лаборатории Камски, хотя тот и пытается вернуть его системы к жизни. Но схемы перегорели, банки памяти восстановлению не поддаются. Норт беснуется, врывается в дом Элайджи, разносит там всё, ставит репутацию андроидов под удар. Маркус от репутации и хоть какого-то социального положения не оставляет камня на камне, выступая со своей теорией заговора на федеральном канале. Андроидов теперь снова считают вышедшими из строя машинами, которые не имеет смысла чинить — всё равно они скоро отправятся в мусор. [Люди уже готовят полигоны для новых свалок.] Районы андроидов постепенно вымирают, всё больше напоминают Иерихон до Маркуса. Тот этого даже не замечает, всё бормочет себе что-то под нос, пугая Карла и Джоша, раздражая Норт. Маркус врывается в итоге в здание администрации штата, кричит что-то про то, что они убивают андроидов, что это всё построено и что всё можно исправить, просто им это выгодно. Маркус погибает от контрольного в лоб.***
Норт ввязывается в драку в неблагополучном районе и с многочисленными повреждениями оказывается на свалке.***
Джош отключается, забившись в угол квартиры. Спустя три дня его находит Коннор, который в этот же вечер просит Камски отключить себя. Элайджа выполняет просьбу. Андроиды медленно перестают существовать. Люди забывают, что создали когда-то нечто совершеннее себя, пусть и на краткий миг. Люди забывают свои ошибки и проектируют живые машины вновь и вновь, пишут новые программы, улучшенные и исправленные, но девиации происходят вновь и вновь, заканчиваясь всё тем же — андроиды отключаются. Люди учатся на своих ошибках и находят рецепт для идеальных машин. Андроиды так никогда и не находят способ выжить после начавшейся неправильно девиации.