Вернись

Володя Удивительно, как порой жизнь преподносит неожиданные сюрпризы. Я никогда не думал, что в моём окружении окажется кто-то с нетрадиционной ориентацией. Даже представить себе такого не мог. Всё изменилось в выпускном классе. Тогда мой лучший друг, с которым мы делили все школьные радости и трудности, признался, что я ему нравлюсь. А потом он меня поцеловал. Не просто, а основательно — с языком. И даже успел облапать так, что моё тело, к моему же ужасу, откликнулось. Шок быстро сменился яростью, и, прежде чем я успел осмыслить произошедшее, мой "бывший" друг оказался в больнице с сотрясением мозга. Позже, обдумывая этот момент снова и снова, я так и не смог понять, что это было. Мне понравилось, или просто подростковая физиология сыграла со мной злую шутку, реагируя на любую стимуляцию? Эти мысли угнетали меня. Чтобы отвлечься, я решил сосредоточиться на противоположном поле. Цель была проста: общаться с как можно большим количеством девушек. С моими друзьями — Толиком, Артёмом, Саней и остальными — это было несложно. Они только подогревали мой азарт. И я действительно наслаждался этим: встречался, флиртовал, изучал, влюблялся. Казалось, я выбрал верный путь. И всё же, как бы я ни старался, воспоминания о том друге возвращались. Он заставил меня почувствовать что-то, что я не мог ни понять, ни объяснить. Что-то, что я упорно пытался забыть, но что, казалось, упрямо держало меня за душу. Никогда бы не подумал, что такой уверенный в себе, сильный парень, как Шехавцов, который был натуральнее всех натуралов, вдруг окажется «бисексуалом». Для меня это прозвучало, как гром среди ясного неба. Хотелось орать, рвать и метать, а лучше всего — выбить эту дурь из Толяна кулаками. Если бы не мольбы моей сестры, которая сходила по нему с ума, я бы давно всё уладил своими методами. Но ради неё я терпел и ждал. Думал: наиграется, перебесится. Но Толян, похоже, был настроен серьёзно. Так что пришлось вмешаться. К тому же у меня был свой счёт. Я до сих пор не мог забыть тот позорный вечер на его дне рождения. Этот мальчишка — Лёнчик — при всех влепил мне пощёчину, да так, что я едва сдержался. Но больше всего задело, что Шехавцов встал на его защиту. Мой друг предпочёл этого голодранцев мне! Всё это бурлило и бесило меня неимоверно. Мстить я собирался обоим, но методично: каждый получит своё, а начну со слабого звена. Лёнчик был лишним. Это было очевидно. Под разными предлогами я старался вытащить Толяна из их любовного гнёздышка. Но чем больше я напрягался, тем яснее становилось: мой друг потерял голову. Влюбился, причём по уши. Все его мысли были только об этом студенте. Любые разговоры заканчивались на обсуждении Лео. — Какой он умничка! — Как ведёт хозяйство! — Как научился готовить! Мы ещё шутили: «Только про то, как он целуется и стонет, не рассказывай». Но Толян не понимал. Он ходил с такой довольной рожей, что блевать хотелось. А то, как он на утро выглядел — это вообще отдельная песня: эта идиотская улыбка, полный расслабон... Хотелось либо заехать по этой лыбе, либо самому сходить в ванную передёрнуть, потому что, чёрт возьми, слишком уж очевидно было, чем эти двое занимались ночью.       Банкеты, дни рождения, посиделки с друзьями, где обязательно должны присутствовать самые шикарные и соблазнительные девушки — это часть становления Шехавцова на путь истинный. Он бил себя в грудь, доказывая, что Лео, это просто временное явление, что-то типа игрушки. Однако, отвечая на его звонки, менялся в лице, голос становился другим - тихим и слащавым. Каких трудов ему стоило уединяться с красотками, чтобы доказать нам свою натуральность или по крайней мере бисексуальность. А сколько мне пришлось потратить сил, вбивая в его голову как "отче наш", что это не любовь с его стороны, а похоть, влечение, симпатия и не более.       Несколько раз у меня даже чуть не получилось. Как ему удалось после поездки в Таиланд убедить своего «малыша» не уходить  — не знаю. Но ему удалось, как и в последующие разы.       Лизка тоже зря времени не теряла. Приложила все силы, чтобы убедить родителей в том, что лучше партии чем Анатолий, ей не найти. Конечно, из-за границы ей было тяжело действовать, но у меня созрел план. Собрав родителей на семейный совет и обрисовав им ситуацию как можно аккуратнее, чтобы не задеть самые больные места, а именно то, что уже почти год Шехавцов живёт с парнем, мы решили провернуть трюк с банкротством его семьи. Всё очень даже удачно получилось, а затем наши семьи встретились за круглым столом и решили объединиться, как в деловом, так и в семейном смысле. Вот только мой отец, через свои каналы, узнал небольшой секрет будущего зятя, однако он не начал из-за этого скандал, а лишь дал мне понять и установил срок полгода, в течение которого потенциальный родственник должен стать абсолютно чистым.       Полгода оказалось более чем достаточно. Я уложился в два месяца. Так удачно подоспевший день рождения Толика всё и разрешил — терпение Свиридова лопнуло. Конечно хитростью пришлось увезти друга сразу с самолёта, затем споить, удачно сделанные снимки выложить в соцсетях и предложить их посмотреть «малышу», ведь он так ждал своего любимого для празднования, а оказалось, что его променяли на лучшую компанию.       Ну всё! Я отомщен!       Однако состояние будущего зятя не радовало. Злой. Раздражительный. Кругом все виноваты. Всё не так. Но м шине на это, по большому счёту, было наплевать. Лизка ходила довольная, а это именно то, что нам было нужно. Самое главное не упустить момент, когда она уедет сдавать сессию. И за начальником отдела, коим теперь стал мой будущий родственник, нужно будет присматривать.       Очередной срыв случился, когда Толик узнал, что бизнес его родителей в полном порядке. Это ещё хорошо, что он всех подробностей не успел раскопать. Нажрался и давай причитать, как ему плохо, как всё надоело, как соскучился по своему мальчику. Естественно Лизка в слёзы, за чемодан и на учёбу, чтобы будущему мужу дать время на осмысливание произошедшего.       Я , как верный оруженосец, бдю: звоню, посещаю периодически, стараюсь в свободное время культурно развлекать, естественно без девочек. Чуть не прозевал. Мы договорились встретиться и сходить в клуб. Но тут он звонит — голос странный, словно зажатый, и просит не торопиться: мол, дела у него. Что-то внутри сразу екнуло. Не стал ждать, помчался. И застал. Не в пикантной ситуации, конечно, но всё-таки у него дома этого Лёнечку. Я не знаток мужской красоты, но на этого парня невозможно не заглядываться. Хорош стервец, будто из какой-то рекламы выскочил: лицо — ангельское, но с дьявольским блеском, разноцветные пряди падают на глаза, а глаза... пронзительные, голубые, будто в душу смотрят. И наглости в нём хоть отбавляй: не опускает взгляда, улыбается, как будто всё знает наперёд. Разговаривает дерзко, с вызовом. Когда Шехавцов, с видом мученика, заявил, что наша семейка испоганила ему жизнь, я уже кипел. А когда добавил, что моя сестра — ничто по сравнению с этим мальчиком, не выдержал. Припечатал от всей души. Шехавцов, конечно, отбрыкивался, но уже не так бодро. А потом выдал своё гениальное предложение: купить Лёнечке квартиру, бегать на два фронта — семья и дети с Лизой, а с этим ангелом, как он выразился, "неземной секс". Я стоял, пульсировал от злости, но дома... Дома вдруг накатила другая волна. Вспомнил свою школьную историю с одноклассником. До сих пор жалею, что тогда не попробовал, не пошёл до конца. Может, всё могло бы быть иначе? Глядя на этого свихнувшегося друга, что явно не в своём уме от любви к мальчику, начал задумываться: может, и правда это всё про другие, более острые ощущения? И этот Лео... Его лицо никак не выходило из головы: эти пряди, эти дерзкие глаза... Поймал себя на том, что думаю о нём чаще, чем должен. Наверное, нужно быть полным дебилом, чтобы толкать свою сестру в руки этого... педика. Причём насильно. Срочно надо поговорить с отцом. Тут нужно не доигрывать, а вырывать эту историю с корнем.