scarlet dawn

Юнги надевает капюшон и выбегает из квартиры, бежит к лифту, сразу нажимая на все кнопки подряд возле номера один, и когда наконец нажимает ту самую, переводит дыхание, глаза начинают бегать по стенкам лифта, осматривая объявления, но не читая. Мысли устроили настоящую пытку в голове, тело не слушается, хочет вернутся обратно, в тепло, к такому прекрасному Хосоку, чтобы прижатся к нему, и говорить о прекрасном и вечном, ведь омега так долго этого ждал, но почему-то бежит, сам уже понять себя не в силах. Поведение свое понять не может. Единственное, он знает, не достоин. Он выбегает на улицу, поднимает голову к небу. Сильный ливень бьет по навесу и стекает по трубам. Он протягивает руки ладонями вверх, умывается, пытаясь прийти в себя, но это ничего не дает. Прошлое бьёт по спине, ломая ребра. С таким прошлым он Хосоку не нужен, вряд-ли. Мина не исправить, но был он таким не всегда. Юнги отходит от стены и свитшот и домашние штаны намокают под дождем, он стекает по лицу, по рукам. Хосок, прибежавший секунду назад, держит дверь, чтобы та не закрылась, он смотрит как омега намокает. - Юнги, - он тянет руку к нему. - Что случилось? - спрашивает Хосок, он ни капли не злится на Юнги, только волнуется. - Я не заслуживаю такого отношения к себе, - говорит Юнги, от чего Хосок округляет удивленные глаза. - Ко мне всегда относились как к шлюхе, вору, а ты, - Юнги делает паузу, немного задумавшись. - Я не понимаю тебя. Юнги не замечает, как задерживает дыхание, как дрожат его ноги, но не от холода. Он не понимает себя и свои чувства, которые взялись из ниоткуда, из воздуха, верить им не может. Для него сложно, даже если легко. - Дай руку, - Хосок протягивает руку вперед, дожидаясь, что Юнги в конце концов примет решение, а не будет стоять на середине или того хуже - сбежит. Юнги поджимает губы, он слышит, как сильно стучит его сердце, и если бы не этот дождь, Хосок бы точно услышал. Был бы рад. Но, кажется, именно в этот момент, омега понимает, что ведет себя неразумно и сбегать было бы очень глупо и жестоко по отношению к Хосоку, к человеку, из-за которого сейчас сердце остановится, из-за которого сейчас можно упасть на асфальт, мешая кровь, грязь и дождь. Юнги осторожно протягивает руку и пальцами касается к хосоковой, почти невесомо касаясь ладони. Но, через секунду Мин оказывается в объятиях Хосока, который всеми силами прижимает его к себе, пытаясь согреть дрожащего омегу. Он шепчет на ухо "пойдем домой" прижавшемуся к груди Юнги, ему не только холодно, но и страшно. Когда они входят в квартиру, Юнги сразу бежит в свою комнату и хлопает дверью. Хосок, постояв немного, уходит на кухню, и облокотившись на кухонную тумбу, замечает ту самую книгу. Хосок успел изучить ее пока ждал омегу со школы, поэтому не забрал того сам. Одним из пунктов было пойти в магазин за продуктами. Хосок это все представлял, и все думал, что же любит Юнги. Наверное, что-то простое, ведь дорогие и изысканные блюда он не пробовал, и неважно, что у него в карманах было много денег. Хосок постоянно думает о нем, даже находясь рядом или в соседней комнате, слушает тишину, тишину Юнги, и словно через стены его дыхание слышит. Может, сходит с ума, но, факт остается фактом. Простое присутствие омеги дает больше эликсира счастья, чем любые заработанные деньги. Хосок думает над тем, что было бы если он не встетил его, он стал бы чужой омегой какого-то альфы, и Хосок бы точно не был рад своему вечному одиночеству и вечно был как холодный, одинокий камень. Хосок подходит к двери, за которой исчез омега, не стучит, сразу заходит. В лицо сразу прилетает подушка. - Выйди, извращенец, - Юнги встал посреди комнаты, да еще и полуголый. Хосок делает вид, что внимания не обращает на омегу, он забирает мокрую одежду и выходит, с ухмылкой, тело он заценил. По телосложению, Юнги не накачанный, не худой, но и не толстый, не дрыщ, он идеален. Хосок вешает одежду, чтобы та высохла и открывает холодильник, он не пустой, но Чону очень нужно... - Юнги, - обращается Хосок, прикусывая щеку, он немного нервничает. - Надо закупиться. - В холодильнике полно еды, что ты придумываешь, - только юнгиева рука оказывается на ручке холодильника, как Хосок загораживает ему путь, не давая открыть. - Я куплю все, что ты захочешь. - Серьзно? - поднимает бровь Юнги, и с неверием смотрит в хосоковы глаза. - Серьзно, - кивает Хосок. Он абсолютно серьёзен. Хотя, с таким омегой.. - Сам предложил, сегодня я потрачу твои деньги, - ухмыляется Юнги и уходит одеваться. - Чего встал, пошли тратить. Магазин как всегда забит людьми, что столпились в очередях. Звуки товаров, что пробивают и повседневный запах, что перебивает другие, витая в воздухе, навивая какую-то атмосферу. Пока Хосок стоит возле стеллажей, Юнги бегает от одной полки к другой, корзина становится больше. Чон уже понял, что Юнги безумно любит сладкое, сладкое и еще сладкое. Раньше Хосок этого не замечал. Он также следит за омегой взглядом, не замечая как место в корзине заканчивается. - Возьми еще корзину, - говорит Юнги, продолжая смотреть на стеллажи с вкусняшками. И Хосок послушно идет за корзинкой, и держит ее в руках, пока вторая лежит рядом. Юнги кладет последнее и останавливается, смотря на Хосока. - Как ты меня терпишь? - Юнги грустно заглядывает тому в глаза, хочется в них утонуть, без ведома их хозяина. - Наверное так надо, - коротко усмехается Хосок. - Давай приготовим пиццу? - выдает Юнги. - Мы же можем ее заказать, - Хосок прикусывает губу и мнет пальцами корзинку. - А я хочу приготовленную. - И украденную, - заканчивает Хосок, а Юнги смешно закатывает глаза. Несмотря на то, что Юнги в этой жизни повидал многого, он остался ребенком. Они берут все ингредиенты для пиццы, и все это занимает долгое время, потому, что они спорят какой сыр вкуснее, и все же Хосок уступает ему. Когда они стоят на кассе, и Хосок выкладывает все, Юнги краснеет за свою наглость зазря потраченные деньги, в который раз жалеет, что портит Хосоку жизнь. Хосок же ни о чем не жалеет. Мин подходит ближе, и когда Хосок перестает доставать продукты, он пальцами прикасается к хосоковой ладони, что тот чувствует мурашки на коже от этой неожиданности, но все же Хосок счастлив, а Юнги немного смущен, но тоже счастлив, хоть этого и не очень понимает. Ему все кажется, что Хосок просто с ним играет, ничего серьезного, и обещает не влюбляться в него до конца, потому, что потом будет больно расставаться. Хосок чувствует легкое касание пальцами, немного дрожащую руку и сжимает ее, но не сильно, успокаивает. Вселяет в сердце покой. Когда все товары пробиты, Хосок достает из кармана карточку и оплачивает покупки, берет два пакета и они идут к выходу. Хосок юнгиеву руку не отпускает, а тот не отходит от него ни на шаг. Хосок ставит пакеты на стол, и Юнги подбегает, радостно вытаскивая продукты и разные вкусности, а альфа с осторожностью наблюдает за ним, боясь сделать что-то неправильно, нарушить безграничную радость в юнгиевых глазах и до маленьких звездочек руками дотронутся. - Что теперь? - спрашивает Юнги, разглядывая разноцветные конфетки. - Что бы ты хотел? - Хосок скрещивает руки на груди и довольно усмехается, смотря на задумавшегося омегу. Не часто увидишь радость омеги, который вечно угрюмый и холодный. - Пиццу, - Юнги поднимает голову, искренне улыбаясь. - Значит пицца, - Хосок, словно завороженный, глядит на омегу, не в силах отвести взгляд, а Юнги и не хамит, не спрашивает "Чего пялишься". Хосок счастлив. Хосок ничего не видит, не замечает, что прошло немало времени, пока он смотрел на то, как омега готовит тесто, как засматривался на приоткрытое плече, с которого спадала футболкак, он бы поцеловал, наверное, чтобы проверить, не холодно ли ему в такой тонкой. юнги же не специально одевает на несколько размеров больше. Он бы приобнял, делясь своим теплом. Почему нет? Хосок подходит сзади и нежно обнимает того со спины за талию, и кладет подбородок н плече, невесомо дотрагивается губами открытой части плеча. - Тебе не холодно? - спрашивает Хосок, но не отходит, ему комфортнее так. Юнги томно и задумчиво вздыхает, словно задумался. - Так лучше, - отвечает Юнги, сам не веря, что ляпнул глупость, так как ег щеки накрывает алый румянец. - То есть.. - он снова делает паузу. - Я имею ввиду.. - он закусывает губу от наступившего волнения. - Все хорошо, я понимаю, - успокаивает Хосок, шепча почти на ухо. Юнги раскатывае тесто. раньше он готовил, но лишь раз, ему помогал Джин, но он также смотрел кулинарные шоу, он быстро запоминает и учится, и сейчас стоя с Хосоком, который помогает, придерживает руки, он его спиной ощущает, слишком сильно ощущает. От этого иногда сбивается дыхание, а дышать практически нечем, потому, что воздуха в легких критически мало. Он иногда прикрывает глаза, словно все, что происходит вокруг них - не важно, важно только они. с хосокова лица уже не несколько минут не спадает улыбка, и учащенное сердцебиение дает о себе знать. Когда пицца отправляется в духовку, они валятся на диван, но Хосок все же придерживает Юнги, руками притягивая к себе. Они просто молча смотрят в потолок. - Кто-то сегодня придет? - спрашивает Юнги, прикусывая нижнюю губу. - Ты про кого? - Намджун, Джин, Чонгук или Чимин? - перечисляет Юнги, загибая пальцы. - Не знаю, - пожимает плечи Хосок. - А что, хотел еще побыть со мной? - шепчет Хосок, прикрывая глаза. Юнги толкает его в бок. - Конечно нет.. - отвечает омега, театрально закатывая глаза. ..Безусловно да. Хосок лишь улыбается взъерошивая волосы омеги, пока тот пытается убрать руку. - Что ты чувствуешь ко мне? - задает неожиданный вопрос Хосок, заглядывая в глаза растерянному Юнги, нависая сверху.

***

В комнату, через открытое окно, проникает дневной свет, от ветра занавеска раскачивается. Чонгук ежится от холода и подтягивает к себе ноги, сворачиваясь в клубок. Чего-то не хватает. Явно. Но не тепла. Чон открывает сонные глаза, но сон быстро пропадает, когда он видит сидящего на полу Тэхена. Правда видит он только кудрявую голову и спину. Он приподнимается на локтях, от чего диван раздражающе скрипит. Тэхен не поворачивается, а лишь вздыхает и зевает. - У меня есть кровать, - смеется Тэхен поворачиваясь к Чонгуку. - Что? - не понимает, сонно хмурясь Чонгук. - Мы спали на диване, а могли на пойти на удобную кровать, - поясняет Тэхен усмехаясь, откидывает голову на диван. - Мы спать хотели, я разницы не почувствовал. От этого "мы" сердце трепещет, и хочется улыбаться почаще, побольше. - Просто я никогда на нем не спал, - говорит Тэхен закусывая губу и снова поворачивает голову к Чонгуку. - Мой папа говорил, что этот диван проклят, и если я хоть раз на нем буду спать, то я буду проклят, - снова смеется Тэхен. - Значит мы теперь прокляты? - поддерживает Чонгук. - Значит да, мы обречены на вечную жизнь вместе, - Тэхен глупо улыбается, после поднимает какой-то старый альбом с пола. - Что это значит? - Чонгук склоняет голову вправо, пытаясь посмотреть в глаза тому, но челка спадает, закрывая их. - Также, он говорил, что если я буду спать на этом диване не один, я буду вынужден прожить всю жизнь с этим человеком, - поясняет Тэхен. - Ты это только что придумал? - А ты против? - он внезапно затихает и опускает голову. - Нет, но я не думаю, что это правда, просто вспомнил. - Не против. - Что? - Прожить с тобой всю жизнь. Тэхен зависает и смотрит в пустоту, думает о чем-то. - А ты? - Не против, - прячет щеки Тэхен. - И пусть ничто не разлучит нас, до самой смерти, - говорит по памяти Чонгук. Тэхен смеется и дает в руки альбом. - Не знаю зачем, но я хочу, чтобы ты увидел меня в детстве, - Тэхен вскакивает с места, шагая к направлению кухни. Чонгук чешет затылок и открывает альбом, всматриваясь в первую попавшую фотографию, где Тэхену примерно три, он сидит на детском кресле и кушает, а его лицо испачкано в каше. Альфа усмехается, листая дальше. Тэхен заходит с двумя чашками чая, ставит их на стол, и садится рядом. Тэхен из-под челки глядит на Чонгука, считывая его эмоции, и понятия не имеет, почему тот не уходит как все, постоянно. Чонгук переворачивает еще одну страницу, натыкаясь на фото, где Тэхен в одном белом полотенце, незаметно для самого себя - улыбается, ему фотография кажется забавной, он бы сделал копию этого альбома, ведь для него все, что связано с Тэхеном - бесценно. Отныне. Он убирает альбом в сторону и смотрит пару секунд на Тэхена, и у того с лица спадает улыбка, он бегает глазами по комнате, и после поднимает указательный палец вверх. - Я сейчас, - Тэхен уходит из комнаты, оставляя Чонгука с состоянием непонимания всего происходящего, он выглядывает в коридор, чтобы найти Тэхена, но встречается лишь с темнотой, омеги нет. Чонгук тяжело вздыхает и снова чешет затылок. От непонимания и ожидания можно сойти с ума. Но больше всего сводит с ума Тэхен, он ничуть не кажется Чонгуку чудаковатым, а очень даже интересным. В комнате повисла тишина. Но ненадолго. - Привет, - в коридоре стоит Тэхен и держит что-то черно-бежевое в руках, прячется за "этим". - Я Ентан, - он машет лапой собаки и смеется. Тэхен входит с собакой в руках и садится возле Чонгука, бережно прижимая "чудо" к себе. - Это Танни, мое маленькое сокровище, - у Тэхена блестят глаза, когда он смотрит на собаку. - Танни, это Чонгук, - Тэхен показывает пальцем на Чонгука и тот лапками прячет ушки. - Он не очень общительный, но если ты сможешь с ним подружиться, он обязательно откроется тебе, - Тэхен целует в носик Танни и кладет его на диван между ними. - Он милый, - Чонгук гладит его за ушком и тот укладывается к нему на колени. - Удивительно, - смотрит Тэхен удивленным взглядом. - Ты ему понравился, - Танни лишь облизывает носик и утыкается в живот Чонгуку. - Ах, да, бери чай, а то остынет. Чонгук тянется за кружкой, но телефон на столе начинает вибрировать. Он поднимает телефон, поднося его к уху. Чон недолго слушает, легонько водя по шерсти Ентана, а после получает несколько грустных взглядов от Тэхена. - Мне надо идти, - Тэхен грустно вздыхает и понимающе кивает. - Ентан, - Тэхен берет на руки Ентана и прижимает к себе. Чонгук плетется в коридор одеваться. - Там прохладно, - Чонгук поднимает взгляд на Тэхена. - Одевайся потеплее, - смущенно отворачивается Тэхен. - Волнуешься, - складывает на груди руки Чонгук, иронично хмуря брови. - Если совсем немного - говорит Тэхен, лицом утыкаясь в шерсть Ентана. Чонгук приближается к лицу Тэхена, что выглядывает из шерсти, как из прикрытия. - Я не заболею, потому, что я уже болен, - Тэхен поднимает удивленные глаза. - Тобой, - целует Чонгук Тэхена в лоб и выходит из квартиры. Банально. Глупо. А раньше эта фраза смысла не имела. Но сейчас она обрела большой смысл и великую силу любви.

***

- Что ты чувствуешь ко мне? - задает неожиданный вопрос Хосок, заглядывая в глаза растерянному Юнги, и нависает сверху. - Я.. Неожиданно дверь открывается и заходит Чонгук, он стоит в дверном проеме и, смеясь, прикрывает рот рукой. - Не помешал? - шутливо говорит Чонгук. - Помешал, - отвечает за двоих Хосок, сползая с дивана, садясь на пол. - Я старался, - на лице Чонгука расцветает улыбка. - Ты чего тут делаешь? Хосок ставит локти на колени и прячет руками лицо. - Мне позвонил Намджун, сказал, что нужна помощь, - он начинает смеяться. - Но как я вижу помощь не сильно нужна. Ему сразу прилетит подушка в лицо от Юнги, что до сих пор находится на диване, до этого не издавший ни звука. В квартиру заходит Намджун и Джин, в руках неся пакеты. - О, я вижу все в сборе, - Намджун выдает улыбку с ямочками. - Сегодня никакой работы, только заслуженный отдых. Они ставят пакеты на пол, Джин начинает доставать и распаковывать соджу и разные непонятные и сомнительные напитки. Юнги хмурит брови и прикусывает щеку, Хосок садится рядом, давая понять, что тот занят. Чонгук садится возле Хосока, и кидает ему хитрые взгляды, и Хосок закатывает глаза на пару с Юнги, зло смотря на Чонгука, ведь он такой момент испортил. Намджун и Джин заканчивают раскладывать продукты и Джун приносит им стулья, пока Джин ставит напитки и закуски на стол. - Предлагаю в карты на раздевания, - говорит Чонгук, но тут же получает удар в живот от Хосока. - Хватит прикалываться, - говорит Хосок, но успокаивается, когда чувствует прикосновения Юнги и "прекрати, пожалуйста", он тут же остывает. - Приколист хренов. - Мы будем играть в "я никогда не.." - предлагает Джин, пытаясь разрядить обстановку. - Все согласны? - он осматривает всех, и по кивкам понимает. - Отлично, - Джин наливает всем в стакан напитки по заказу. Хосок недоволен, что Юнги тоже наливают, но вида не подает, наплевав на все. - Правила таковы, - начинает Намджун. - Мы говорим то, что мы не делали, и если другие это делали, они пьют. - Нельзя просто напиться? - возникает Юнги. - Нельзя, - говорит Джин, натягивая свою улыбку, и Юнги дует губы, и Хосоку это кажется забавным, как и все в нем. - Я начну, - Чонгук прикусывает язык. - Меня никогда не застукивали за "этим", - выделяя последнее слово, говорит Чонгук, довольно поднимая голову. - Слушай, я когда-нибудь его прикончу, - говорит на ухо Хосоку Юнги и тот кивает "я тоже". Все в комнате, кроме Чонгука, пьют, и он заливается смехом. - А я удачно начал, - он снова довольно лыбиться. - Теперь я, - говорит Хосок. - Я никогда не забывал ноутбук с открытыми на нем порносайтами, - говорит Хосок и подносит к Чонгуку его стакан. - Пей, брат. Чонгук молча пьет, обещая больше не подкалывать брата, чтобы тот не раскрывал его секреты. Намджун тоже пьет и ставит на стол стакан, смотря на Джина. - Походу быстрее всех напьется Намджун, - говорит Джин, целуя того, пробуя сладкие губы. - Я никогда не.. - Юнги задумывается и тут же поднимает голову. - Я никогда не застукивал кого-то за сексом, - Юнги ухмыляется. - Война значит, - говорит Чонгук, и берет стакан. - Эти двое решили меня напоить, - жалуется Чонгук. - Я никогда не ел экзотические фрукты, - говорит Намджун, смотря на Джина. - Потому, что ты их мне отдаешь, даже ни разу не попробовал, - Джин толкает в бок Намджуна, но не сдерживает улыбку. - Ты меня решил валить? - У меня на тебя планы, - говорит еле слышно Намджун и кусает нижнюю губу. - Я никогда не спал больше, чем с одним человеком, - говорит Джин и ждет пару секунд. Мертвую тишину прерывает Юнги, что тянется за стаканом. Хосок на него даже не смотрит, знает, что тот не вынесет взгляд в свою сторону. Говорить о прошлом отказывается. - Хорошо, раз у нас такая тема пошла, - Я никогда не встречался. Намджун и Джин сразу пьют. Хосок протягивает Юнги стакан, пока Чонгук довольно подтягивается. - Я никогда не забывал о дне рождение родного человека, - Хосок зачесывает пятерней волосы назад. - Падла, - Чонгук тянется к стакану. Намджун тоже берет стакан в руки. - Прости, это было только один раз, - раскаивается Намджун перед Джином и пьет. - А вы чипсы купили? - спрашивает Юнги. Джин передает ему пачку чипсов со вкусом сыра и тот благодарно кивает. И, плевать, что они уже лежат в его комнате, в заначке, в запасе. - Я никогда не был на море, - говорит Юнги, вдыхая воздух, словно находится сейчас на море. Все, кроме Юнги пьют, а омега открывает свои чипсы, и начинает ими хрустеть. - Я обязательно отвезу тебя туда, - говорит Хосок и выпивает до дна. Юнги лишь смущенно смотрит на Хосока. Джин подливает всем до краев. - Я никогда не был ранен, - Джин поворачивается к Намджуну. - Подстава, - говорит Намджун, отпивая напиток. - Я точно первый обьянею. - Вот и хорошо, - говорит Джин, и кладет голову на плече Намджуна. Свет начинает мигать и потом и вовсе выключается. - Походу электричество отключили, пойду за свечками, - говорит Джин и исчезает в темноте. Намджун идет следом. - Что ж, я никогда не спал, больше чем с тремя партнерами. Юнги наощупь достает до стакана, но это оборачивается неудачей, стакан падает на пол, разбивается и содержимое в нем растекается по полу. Омега виновато опускает глаза и уже хочет подобрать с пола, как.. - Стой, я сам, - говорит Джин и подметает все веником. Омега заглатывает слюну, что застряла в горле и пододвигается ближе к Хосоку, утыкаясь в его спину лицом, его тело дрожит и с ресниц на футболку капает пару слезинок и расстворяються в серой ткани. Хосоку хочется успокоить Юнги, но он не дает ему упасть на пол, он достаточно выпил, и сейчас держится только за него. Не будь Хосок рядом, омега уже давно бы валялся на полу и рыдал, закрывая руки в волосы и сжимая их у корней. Щеки мокрые от слез, а глаза уже не открываются, возможно потому, что омега не хочет видеть реальность и жить сегодняшним вечером, не хочет больше страдать от тянущегося прошлого, оно бьет по голове, но не как алкоголь, а как кувалда, разбивая череп и превращая в кашу. Но это все ерунда. Ведь рядом Хосок, он ни за что не даст Юнги упасть и провалиться в ужасные воспоминания, сейчас уже лучше, сегодня уже лучше, завтра так не будет. - Пойдем спать, ты уже достаточно выпил, - Хосок аккуратными пальцами дотрагивается юнгиева лица, которое сейчас выглядит хуже, чем гнилое яблоко, он закидывает омегу на плече, придерживая за спину. По дороге ему помогают открыть дверь и он ногой ее закрывает, кладет Юнги на его кровать. - Юнги, все хорошо? Тот лишь стонет и кладет руку на лицо, словно стряхивая невидимую грязь. Юнги виднее. - Хосок-и, - хрипит Юнги, он находит его руку и берет в свою, сжимая немного. - Я так тебя люблю. - Чтобы услышать эти слова от тебя, мне потребовалось много времени, алкоголь делает чудесные вещи, - Хосок улыбается. Сейчас Юнги похож на пьяного бомжа, что требует мелочь у вокзала или в подворотне, но в то же время очень милый в своих, хоть и пьяных, но признаниях. - Знаешь, нет, не знаешь, - начинает Юнги. - Я давно хотел тебе сказать, что ты мне очень нравишься, - Юнги задумывается на несколько секунд. - Но я не должен быть твоим омегой, - он надувает губы и закрывает глаза. - Я найду тебе получше, я обещаю, - он поднимает палец вверх, но предательская рука валится обратно в кровать. - Лучше тебя не придумаешь, - говорит Хосок, потирая переносицу. - Я создаю столько проблем, - Юнги начинает хныкать. - Я раньше был элитной шлюхой, а сейчас я плакса, но ты меня не жалей, - Юнги вытирает слезы рукой. - Мне так холодно, согрей меня своим телом, Хосок-и, - говорит Юнги и тянет на себя Хосока. Хосок валится на Юнги, но не давит телом, боясь, что тот будет жаловаться на напор. Хосок настолько близко, что слышит его дыхание в лоб. - Я спал с многими людьми и много раз, у меня не просто так в комнате лежат так книга, которцю ты нашел, когда зашел в мою комнату, все не просто так, клиенты обращались со мной ужасно, так как у меня не было работодателя, я сам выбирал с кем буду спать и сам выбирал себе цену, знаешь, мы никогда не знаем сколько мы стоим, и то, что мы придумываем себе цену, это пиздец как странно, хуже себе жизни не придумаешь, но я решил придумать, и я все думал, что будет, если в один момент я просто сделаю то, что хочу на самом деле, и в итоге сейчас я здесь, а не в кровати с каким-то альфой с самыми извращенными идеями и фантазиями, я здесь, с тобой, в этой кровати, - Юнги обнимает Хосока, но наинает засыпать. - Никогда не спавши с тобой, я понимаю, что ты тот самый человек, с которым я хочу прожить всю свою жизнь, - Юнги отворачивает голову вправо и окончательно засыпает. - Тот самый? - Хосок удивленно смотрит на омегу и привстает. У Хосока уже слипаются глаза, он тоже слегка перепил, но еще держится, хоть еле-еле на ногах стоит. Вокруг тишина, и только тихое сопение Юнги рядом. Альфа встает с кровати и уже шагает к двери, но.. - Не уходи, - просит Юнги. - Ты мне нужен, - говорит Юнги и тянет руку. Хосок пьяно улыбается и падает на кровать рядом, притягивая к себе омегу все ближе, ближе, ближе.

***

Джин взъерошивая волосы, зевает. Смотря на этот беспорядок хочется выпить еще, потому, что то, что они устроили вчера - сегодня отобразилось на кухне и мусор теперь везде, на полу, на столе, повсюду. Омега ловит Намджуна, что наконец вышел из их комнаты, он выглядит не лучше. На его голове образовалось гнездо, а на шее какие-тот красные царапины. - Что это? - Джин подходит ближе и всматривается. - Кто это тебя так поцарапал? - спрашивает Джин и касается шеи, но вскакивает, когда Намджун вскрикивает. - Больно же. - Прости, - виновато смотрит омега. - Мне же нужно взглянуть. Омега снимает футболку и закрывает от рот рукой, когда видит полностью расцарапанную спину. - Пиздец.. - тихо вздыхает Джин. - Ходячий, - иронично выпаливает Намджун. Чонгук, вышедший только что, вовремя закрывает рукой рот, чтобы не закричать от увиденного. - Ребята, вы звери? - Чонгук истерически смеется и проходит мимо, осматривая Намджуна. - Прости, - Джин, виновато, чешет затылок и убегает в их комнату. - Стоять, - кричит в след Намджун и вбегает в комнату следом. - Ничего не понимаю, - Чонгук останавливается на кухне и ладонями опирается на стол. - Ну и срач, - он вдыхает воздух и начинает кашлять от едкого запаха. - Как будто кто-то сдох, - выпаливает Чонгук и в кармане коротко вибрирует телефон. Он достает его, всматриваясь на дисплей телефона. - Как раз вовремя, - он улыбается и набирает короткое сообщение, и бежит в коридор. "Пока я не напишу, никто не напишет" - пишет Тэхен. Наверное он сейчас злится и у него надуты щечки, он выглядит как обиженный медвежонок. "Если я не пишу, это не значит, что я не думаю о тебе, а думаю я постоянно" "Тупые отмазки, от глупого альфы" "Это я глупый?" "Агась, жду тебя на том же месте" Исправлено: "на нашем месте" "До встречи, медвежонок" "Глупый, такой глупый"

***

Все уже ждут новой премьеры фильма. А все еще обиженный Тэхен стоит и ждет своего альфу. люди сидят на удобных креслах с подлокотниками и свет еще горит. Но за это недолгое время подошло альф больше,и чем за всю его жизнь, омега уже начинает беспокоиться за Чонгука, который шляется непонятно где и непонятно с кем. Он поворачивает голову, и со скучающим видом смотрит вниз, кладет локти на подлокотники, а потом и вовсе голову, подпирая ладонью. Он сидит в телефоне и постоянно обновляет ленту уже раз десять и внезапно кто-то плюхается рядом. Тэхен поднимет голову и ничуть не удивляется. - Ну наконец-то, - облегченно вздыхает Тэхен. - Ты принес? - Конечно, - Чонгук дает ему попкорн со вкусом сыра, который он так выпрашивал, говоря, что жить без сыра не может. - Я еще колы взял. - Пока тебя не было, ко мне подходило несколько альф, - Тэхен крутит свои кудряшки на пальце. - Я чувствую, - говорит Чонгук, зло косясь в сторону. - Этого у тебя не отнять, - Чонгук устраивается поудобнее и свет в зале выключается. Тэхен берет за руку Чонгука. Весь фильм Чонгук засыпал, а Тэхен смотрел и в конце даже плакал. Фильм, что предложил Чонгук был очень драматичным и полон романтики, но конец печальный. Выходя из зала, Чонгуку пришлось успокаивать и вытирать слезы с тэхнового лица, потому, что тот не мог остановить поток слез. - Почему ты выбрал такой грустный фильм, а сам спал? - Чонгук обнимает Тэхена и поддерживает его за спину. - Я не спал, я все видел, - успокаивает его Чонгук. - Неправда, - Тэхен больно бьет по плечу. И внезапно оказывается на руках у Чонгука. - Я видел, что ты плакал, - поясняет Чонгук. - Отпусти, Чонгук, - Тэхен стучит ему по спине руками, но он не поддается и выносит его из здания. - Нет, Тэхен, мы сейчас идем домой, - уверенно говорит Чонгук. - Чон Чонгук, отпустите меня, пожалуйста, - смеясь, не унимается Тэхен. Они продолжают свою игру, но не чувствуют за собой прожигающий спину взгляд. - Давно не виделись, Ким Тэхен, - говорит Чимин, находясь за столом какого-то кафе, тушит сигарету в своем стакане с кофе.

***

В небольшом здании разносятся тихие всхлипы содрогающегося и дрожащего тела. Вокруг темно, и видна лишь малая часть помещения, куда направлена главная лампа, висящая сверху. Пола нет - это сплошная земля смешанная с кровью. В центре помещения сидит человек, привязанный к стулу, смотря себе под ноги, все еще не бросая попытки выбраться, двигает руками так, чтобы разрезать веревки об ножку стула, связывающие его. Ноги тоже привязаны к ножкам стула, и без рук выбраться сложно. Омега давно потерялся во времени, и сколько они здесь сидит - не знает. Зато он думает о том, убьют ли его? Оставят калекой? Надеяться на хорошее нет смысла. И дело даже не в том, что он пессимист. Позвать на помощь сложно, губами пошевелить невозможно. Рот заклеен. Все продумано до мелочей. Плакать надоело, самому даже противно стало от себя. Поправить отросшую челку, которая прилипла ко лбу, нет возможно. Внезапно он слышит приближение шагов, и нервно сглатывает слюну застрявшую в горле. Старая дверь со скрипом закрывается, оставляя неприятное ощущение. Омега притворяется спящим, дабы избежать самого страшного. Чимин, как смерть подходит неожиданно, а в глазах азарт, он явно хочет поиграться с жертвой. Он облизывает нижнюю губу и смотрит назад. Сзади него Лухан, с огоньками в глазах, и с какой-то ухмылкой - правая рука Чимина. Чимин с ожиданием смотрит на парня, сидящего привязанным веревками к стулу. Лу надоело это, и он подходит, толкает стул с парнем ногой так, что тот чуть не падает назад. - Лухан, ну не так же нужно с людьми обращаться, - он не ругает его, а подходит и поднимает рукой подбородок Тэхена, заставляя посмотреть себе в глаза. - Доброе утро, спящая красавица, - а на лице недобрый оскал, он поправляет ему челку, грубо опуская лицо, и отходит. Чимин обходит стул, и кладет руки на спинку стула, грустно оглядывая помещение. - Где этот Намджун? - спрашивает он, смотря на всех. - Ему позвонить? - Что за дурацкие вопросы? - морщит нос Чимин. - Бегом, подгоняет взглядом одного из людей. Лампа мигает, и на секунду свет пропадает, заставляя всех посмотреть вверх, кроме Чимина и Лу. - Идиоты, - обращается он ко всем. - Это не должно вас отвлекать от работы. Берите пример с Лу, - Лу получает от Чимина одобрительную улыбку. - Намджун уже рядом, - оповещает один из людей Чимина. - Отлично, - Чимин опускает взгляд вниз, и увидев там что-то странное, поднял руки омеги, делая тому больно, и замечает почти разрезанную веревку. - Неужели я сделал тебе так больно, что ты решил сбежать, - отпуская его руки вниз, он снова обходит стул, и резко повернувшись, ударяет ногой по стулу, и тот падает на спинку. - Что вам всем так хочется сбежать? Я похож на садиста? - Он отклеивает скотч от рта, отрывая почти с кофей, и тот болезненно стонет. Даже в глаза смотреть этому ублюдку не хочется. Тошно. - Я ничего не слышу, кроме твоих стонов, - Чимин прислоняет ухо к губам омеги, чтобы расслышать. - Пошел к черту, Пак Чимин, - омега больно кусает Чимина за ухо. - Как грубо, - он подносит руку к укушенному уху, по руке скатываются капельки крови. - Очень грубо, - он прикасается пальцами к рубашке омеги, добираясь до пуговиц, расстегивая одну за другой, смотря тому в глаза. - Я и не думал, что ты обо мне такого мнения, - смеется Чимин. Все в помещение сухо усмехаются, но получив от Лу злой взгляд, перестают, и даже тихо сглатывают. Все прекрасно знают - Лу такой же, как и Чимин. Неожиданно для всех, в помещение входит Намджун, и дверь снова неприятно скрипит. Джун останавливается возле Лу, и без эмоций на лице, кладет синюю сумку на пол, смотря на Чимина. - Спасибо, Намджун. Ты как раз вовремя. Да? - альфа поднимает стул с омегой с пола, и грубо берет лицо парня, поднимая голову в сторону Намджуна и тот смотрит со скучающим видом. - Он что-то не разговорчив, - чешет затылок Чимин, недовольно смотря на омегу. - Ты останешься? - кидает на Намджуна быстрый взгляд, а после снова поворачиваясь к омеге. - Шоу только начинается, - по злому улыбается Чимин. А Намджун даже взглядом не повел. - Не могу, - твердо отвечает Намджун. - Очень жаль, - с пониманием Чимин смотрит в намджуновы глаза. И на секунду они встречаются взглядами. Намджун разворачивается и идет к двери, но услышав голос Чимина останавливается. - Передавай ему привет, - уже довольно по-доброму усмехается Чимин. Когда тот уходит, он подходит к сумке оставленной Намджуном, открывает и достает черную коробку размером с ладонь. В нос сразу ударяет приятный запах.Чимин облизывает пересохшие губы и открывает коробочку, кидая ее одному из своих людей, как мясо собакам. И омега завидев ножик в руках у Чимина знатно напрягается. Точно убьет. На лице Чимина снова оскал, что не вещает ничего хорошего. Он медленно подходит к парню, держа в руках ножик, словно это какая-то игрушка. Он заглядывает в полные страха глаза. - Если я умру.. это будет на твоей совести, - не теряя храбрости говорит омега. Чимин заливается смехом. Холодный ножик касается шеи парня. - Ты смешной, - он приближается к губам омеги настолько близко, что обжигает их горячим, неприятным дыханием. - У меня нет совести, - грустно поджав губы смотрит Чимин, и начинает резать ткань рубашки, оголяя тело омеги. И тот снова пугается, но сопротивляться не может. Эта безысходность съедает его по кусочкам, не глотая. Омега поднимает голову вверх и смотрит вверх, на слепящую глаза. лампу: от такого яркого света, глаза неприятно щиплет. Лучше бы убил. Полностью разрезав рубашку парня, Чимин прикладывает ее к уху, и рубашка окрашивается в красный. Укус был настолько глубоким, что кровь не переставала идти. Он подходит к сумке, доставая оттуда бутылку воды. - Намджун такой заботливый, - хмыкает себе под нос Чимин. Он отходит в сторону и льет воду на разорванную рубашку. Вода смешивается с кровью, а на полу создается лужица. Омега просто сидит в ожидании шоу, замечая на себе взгляды, и не только он их видит. - Чего смотрите? Тут не на что смотреть, - обращается к остальным Лухан. - Можете ехать домой, мы надолго походу, - говорит Чимин, сначала глядя на ткань, затем нечитаемым взглядом на парня. Омега сглатывает и жмурясь, закрывает глаза. Он знает, сейчас будет больно. Чимин без этого не Чимин.Скорее всего на нем не оставят живого места. Пока Пак возится с рубашкой, Лу подходит к омеге, резко целуя того в губы, языком врываясь в рот, сильно сжимая его плечо, и дождавшись недобровольного стона, усмехается. Он доволен собой. Чимин увидев это, застыл с какой-то гордостью. Он гордится Лу, который уже во всю выцеловывает шею омеги, оставляя на мягкой кожице багровые засосы, пока омега дрожит, пытась вырватся от него, делая только хуже. Лучше бы убили. Лучше бы убили, - думает омега, прокручивая эту мысль в голове. Он больно жмурит глаза и сжимает костяшки до побеления. - Ким Тэхен, спокойно, без паники, - говорит Чимин и наклоняется к уху омеги. - Мы немного поиграемся, если ты нам понравишься, мы тебя оставим в живых, но это ты узнаешь только к утру, - Чимин облизывает мочку уха, носом водит по виску. - Ты не только вкусно пахнешь, но и сам вкусный, - Чимин хитро улыбается. - Неси его в машину. Когда они заносят его в квартиру, Тэхен не может пошевелить руками и ногами, он связан и рот у него заклеен. Его несут на второй этаж по лестнице, Лухан открывает дверь и его спина чувствует мягкий и холодный матрац. Последнее, что он видит - оскал Чимина перед лицом, его руку на бедре, вторую на талии и рядом стоящего Лухана. А дальше все как под водой, Тэхен тонет, и хочет этого, но тонет он лишь в руках Чимина. Нет ничего хуже Чимина. Смерть даже рядом с ним не стоит. Тэхен близок к срыву. Использовали как шлюху. Омега ненавидит себя, хотя бы за то, что не может сопротивляться, и в голове он кричит, но в реальности выходит только хрипение. Тэхен изнеможен, энергия жизни почти на нуле, остается только упасть в пропасть и лежать в ожидании смерти. Когда его очередь? Частота дыхания и глаза уже слиплись от слез, он откидывает голову назад, открывая больше места для следов, утопая в своей собственной боли. Лухан иногда подходит, чтобы поправить прилипшие к лицу волосы, и потрясти голову, чтобы глаза омеге открыть, дабы не забывал под кем сейчас находится. Для Тэхена все в тумане, под водой, он находится где угодно, но не здесь. Здесь слишком больно, плохо и ужасно, он бы предпочел пляж и песок, что проходит сквозь пальцы, когда его подбираешь, море, в котором бушуют волны и пустую голову, со стертыми воспоминаниями.. - Тэхен, Тэхен, Тэхен, - говорит с беспокойством Чимин, тряся того за плечи. - Нет! - кричит Тэхен и отворачивается, закрывая лицо руками. - Тэ, это я, Чонгук, это был просто кошмар, - Чонгук нежно касается щек Тэхена. - Я принес чай и твои любимые вкусняшки, - говорит Чонгук, и Тэхен через щель смотрит на него. - Чонгук, - с облегчением вздыхает Тэхен. - Я так рад тебя видеть сейчас, - Тэхен со всей силы обнимает того. - Это из-за фильма? - обеспокоенно спрашивает Чонгук. И Тэхени удивленно смотрит на Чонгука, а потом вспоминает. - Точно, фильм был ужасен, - закусывает губу Тэхен. - Больше такое не смотрим, - говорит Чонгук. - Не смотрим, никогда. Перед лицом снова оскал Чимина, а в ушах звук скрипа дверей.

***

Юнги высовывает голову из комнаты и осматривается по сторонам, в коридоре нет никого, везде темнота и тишина, полная идиллия, он пару раз хлопает ресницами и выходит из своего убежища, закрывая за собой двери. На настенных часах около двух ночи, но это его никогда не останавливало. Он тихо крадется к холодильнику и открывает. Кухню сразу же озаряет свет и тихое мурчание холодильника. Он осматривает все полки, натыкаясь на лоточек с пиццей, вспоминает приятные моменты ее приготовления, доставая его и захлопывая холодильник, ставит на стол. - Ночной дожор? - внезапный голос выбивает из-под ног пол и Юнги от неожиданности отшатывается назад. - Хосок, - облегченно вздыхает Юнги, когда видит его силуэт, вдыхая запах миндаля. - А если бы кто-то другой? - Хосок складывает руки на груди. - Это потому, что я добрый и разрешаю тебе все? - Хосок садится на диван и смотрит на пиццу в лотке. - Конечно, ты же добрый Хосок-и и ты мне все разрешаешь, - передразнивает Юнги улыбаясь, но в темноте этого не видно, но Хосок чувствует. - Кушать ночью вредно, - подмечает Хосок и открывает лоток с едой. - Сказал Хосок и съел все сам, - смеется Юнги, отбирая у того лоток и ставит в микроволновку большую тарелку с пиццей. - Согласен, это не правильно, но я бы поделился с тобой, я бы всегда и всем с тобой делился. - Это так мило, но я бы предпочел съесть все сам. - Жадина, - наигранно обижается Хосок. Юнги достает из холодильника соджу и наполняет два стакана до половины и ставит на стол. - Снова будешь пить? - спрашивает Хосок, он не привык к такому. - Конечно. - Надо бы тебя отучить, это не хорошо. - Себя отучи, - грубо бросает Юнги и ставит пиццу на стол, садясь рядом с Хосоком. - Такой грубый, не боишься, что в один момент моя доброта к тебе исчезнет? - исподлобья смотрит Хосок, пытаясь нащупать свой стакан, продолжая: - Что я буду отвечать тебе тем же? - Должен? - поднимая бровь, задает риторический вопрос Юнги. - Должен, - утвердительно кивает Хосок и берет стакан в руки, делая пару глотков. - Я уже весь дрожу от страха, - наигранно хватается своих плеч Юнги и неожиданно оказывается на руках Хосока, в следующий момент он уже прижат к дивану, сверху нависшим Хосоком. - Нас тогда прервали, - говорит Хосок глядя в глаза Юнги и держа его руки над его головой. - Что ты чувствуешь ко мне? - он выделяет каждое слово, говоря четко и понятно, и смотрит, словно уже не в глаза, а далеко за них, в самую душу. - Я не знаю, - честно отвечает Юнги. - Подумай хорошенько, Юнги-ша, - произносит ласково Хосок и проводит пальцами по его щеке, убирая волосы с его лица. - Какого ответа ты ждешь? - Юнги все прекрасно понимает, но все равно прикидывается дурачком и наигранно задумывается. - Тяжело сказать, что я тебе нравлюсь? - Хосок облизывает губы, выжидающе смотря на его. Очень, - отдается голос в голове Юнги. - Я не.. - Врешь, - Хосок приближается к его губам и шепчет в них. - Ты мой, Юнги. И этого шепота хватает, чтобы мурашки пробежались по коже, а в голове шум и самые тихие фразы, шепотом, "Ты мой", бьющие по сердцу, разбивая его, "Ты мой, Юнги". От такого властного Хосока в голове образуется бардак. Дыхание сбивается. Части тела слабеют, в пальцах легкое покалывание. Он блаженно прикрывает глаза и изнутри прикусывает губу, все же решается и запускает руку в хосоковы волосы и тянет его к себе ближе. - Хосок-и, - он перебирает его волосы через пальцы и потом спускает руку на шею, поглаживая кожу и массирую, а тот лишь тихо мычит. - Ты меня придавил, прижал своим тяжелым телом и просто лежишь на мне? - Хосок лишь кивает и продолжает смотреть. - То есть мы будем просто лежать, так? - он получает еще один кивок от альфы и тяжело вздыхает. - А что ты хочешь? - Хосок прикусывает щеку и устремляет свой взгляд на проем, в котором стоит Джин, и тот поднимает руки вверх в знаке "окей, понял, ухожу" и действительно безшумно уходит. - Кажется я понял тебя. Хосок впивается в губы Юнги и целует, не напористо, не терзает, а нежно касается каждого сантиметра алых губ, он водит ладонями по таллии омеги, обводит бока пальцами, а после нежно касается щек омеги, неотрывая поцелуй до одного момента. - Стой, стой, стой, - Юнги ставит руки на его плечи и смеется. - Что ты делаешь? - Ты был таким грустным и растерянным, я просто разрядил обстановку, - улыбается Хосок и берет его руки в свои, соединяя пальцы. - Почему ты такой.. - Какой? - Прекрасный. От одного слова Хосок еще с ума не сходил, но Юнги творит с ним чудеса, хосоков толстый лёд снова тает. Омега продолжает сводить его с ума, когда смотрит с любовью в лисьих глазах. - Я же знаю, ты с ума сходишь от моего присутствия, - подмечает Юнги. - Так видно? Хосок утыкается в шею Юнги и острым носиком щекочет кожу, зарываясь в волосы.

***

Лухан сидит сложив руки на груди и устремив взгляд в пол и уже готовый стоять возле Чимина и держать его злость в руках, всего одна секунда, один неверный шаг и все здесь будет гореть ярким пламенем, хватает лишь одного взгляда Чимина. Сам Чимин сидит и катает крышку от бутылки по столу, скалит зубы, гневно смотря на стол, прожигая его. Неожиданно в дверь заходит какой-то альфа. - У нас проблема.. Не успевает он договорить, как возле его головы разбивается стеклянная бутылка коньяка, жидкость течет по стенам вниз, а осколки падают вниз. - Проблемы нужны для того, чтобы их решать, - говорит Чимин, выделяя каждое слово, взглядом грозно впиваясь в застывшего альфу. - Я звонил Намджуну, где он? - повышает голос Чимин. - Я не знаю, - пожимает плечами альфа. - Иди нахуй отсюда, - бросает Чимин и снова зубы скалит, пока дверь не закрывается, он спокойно валится на свое кресло. - Если так будет продолжаться, то я всех уволю, - Чиин закрывает лицо руками, затем хватает пачку сигарет. - Никого, кроме Намджуна не пускать, - он выходит на балкон и достает одну сигарету, зажимая ее меж зубов, прикуривает и вдыхает, словно давно не дышал и сейчас насладился. Он смотрит в даль и замечает того альфу идущего куда-то. Он берет свой пистолет и прицеливается в голову и в ту же секунду стреляет. Лухан, услышав выстрел, прибегает на балкон. - Нормально все, нормально, - говорит Чимин. - Он мне все равно не нравился, - говорит Чимин, когда Лухан смотрит на труп внизу, что на руках уносят другие альфы. - Сигареты уже не помогают, лишь смерть знает мне цену, - говорит Чимин, выдыхая сизый дым, его уносит ветер. - Это уже одиннадцатый, - говорит Лухан также беря в зубы сигарету. - Не считал, и ты больше не считай, херовая затея, - Чимин выдыхает и смотрит вниз. - Если не хочешь пулю словить. Лухан лишь кивает и уходит внутрь. - Намджун пришел, - говорит Лу, заглядывая на балкон и подзывая к себе, он садится возле двери и положив нога на ногу и скрестив руки на груди, наклоняет голову вниз, всматриваясь в пол. Намджун стоит около двери несколько секунд, и посмотрев на Лухана, он проходит на балкон. Чимин пускает сизый дым в воздух до тех пор, пока боковым зрением не обнаруживает Кима и не спеша протягивает тому сигару. - Все плохо, - оглашает Чимин, склоняя голову и кладет руки на перила, смотря куда-то вдаль. - Насколько? - Намджун затягивается и сразу выдыхает. - Моя шлюха начала встречаться с каким-то непонятным и сомнительным альфой, - он тяжело вздыхает и облизывает нижнюю губу. - Какая из них? - Намджун стряхивая пальцем пепел и он сыплется вниз, сопровожденный ветром. - Ви, - Чимин зло смотрит вниз и сдерживается от желания, чтобы не расстрелять всех, кого он видит сейчас, а это очень и очень много, но, сжимая костяшки до побеления, сдерживается, ударяя ими перила. - Ревнуешь что-ли? - иронично смеется Намджун. - Он же мой, больше ничей, - Чимин прикрывает глаза, ведь злость уже съедает его изнутри и походу топит его. - Проучи, - Намджун искренне не понимает причину такой сильной злости: что это, если не ревность? Он передает сигарету Чимину. Чимин хотел бы все рассказать, но что-то внезапно сдерживает его, все ему кажется, что Намджун не поймет, никогда не поймет этого, пока сам не потеряет то, что принадлежит его сердцу, что-то слишком дорогое. Пак усмехается и его ухмылка все больше похожа на оскал. - И еще кое-что, - Чимин смотрит вперед. - Мне не нравится, что вы так лоханулись на миссии, я понимаю, осторожность и все такое, - говорит он, поворачиваясь корпусом. - Нужно проверить окрестность на наличие грязи и пыли, и если там не чисто, сообщи мне, - он стучит по плечу Кима. - Свободен. Намджун уходит, проходя около задумавшегося Лухана, покидая помещение. Чимин докуривает последнюю сигарету и тушит её об пепельницу, все еще держа оскал на своем лице. Если страдает он - будут страдать все. Когда Чимин зол его глаза наливаются кровью.

***

Намджун сидит за столом, наблюдая за Джином, который безустанно поворачивается к нему, отвлекаясь от готовки, чтобы посмотреть на своего альфу, но улыбки так и не видать, в воздухе витает один дискомфорт, беспорядок в его голове дает полный сбой системы, думать в этот момент особенно проблематично. Мозг замерз еще на улице, когда тот решился идти пешком, вместо того, чтобы поехать на такси. джин обеспокоен состоянием Намджуна, склоняясь к тому, что тот плохо себя чувствует, но не отменяет мысль о том, что случилось что-то ужасно серьзное. И возможно поэтому в один момент он прекращает готовку и садится напротив Кима, берет его руки в свои и с упором глядит в глаза, моля о том, что ждать больше не может, ему срочно нужно знать. - Что случилось? - Джин самое лучшее, что случалось с Намджуном за всю его жизнь, и томить его таким ожиданием уж никак не хочется, но рассказать действительно нечего, информации критически мало. Наверное, Чимин все-таки никому, кроме себя, не доверяет. Намджун устало смотрит тому в глаза, не скупясь на нежный взгляд и нежное поглаживания его руки. - Кажется, Чимин задумал что-то, - Намджун склоняет голову к плечу и продолжает устало смотреть. - У Чимина постоянно что-то на уме, ты же знаешь, - приподнимая уголки губ, говорит Джин, принимая приятные поглаживания и отвечая в ответ. - Дело касается одного омеги, - Намджун тяжело вздыхает и трет переносицу. - Одного из многиХ, - уточняет Намджун. - - Сдался ему этот, если у него их полно, - приподнимает бровь Джин, хмурясь все больше. - Он просил помощи? - Нет, просто сообщил, - пожимает плечами альфа. - Это очень странно. Но, ты не бери в голову, это наши проблемы. Лучше иди ко мне. Джин садится тому на бедра и обхватывает его шею руками, вдыхая запах смородины и гладит волосы, пока тот мягко прикасается губами к коже на шее, нежно целуя, Джин откидывает голову назад, принимая это как должное, ведь он так привык рассыпаться в родных руках, и только здесь ощущать полную безопасность и спокойствие. Он рассыпается только в его руках.

***

По холодному бетону, где убито и похоронено под ним же, немало людей, раздается эхо от тяжелых ботинков, муравьи разбегаются вместе с крысами в канализацию. Как всегда здесь сыро и вечно холодно, и Чонгук укутывается в свою куртку носом, дабы не замерзнуть из-за сильного ветра, что колышет волосы и мешает идти вперед, но он все же шагает за Намджуном, а сзади идет Хосок. Ким, как всегда, строг и молчалив, несмотря на свою милую душу - даже у него есть черная сторона, и это очень завораживает. - Хосок, иди наверх и осмотри все там, - говорит Намджун и идет к колоннам. Хосок поднимается по лестнице вверх и осматриваясь на растерявшегося Чонгука, он махает ему рукой и исчезает за другими колоннами.Чон, сообразив, быстро взбирается по лестнице, что, возможно, совсем скоро развалится, он идет за старшим. В глаза сразу бросается бинокль, что прикреплен к хосоковой шее на веревке, он стоит и осматривает территорию. - Почему ты никогда не берешь с собой Юнги? - внезапно заданный вопрос ставит старшего в тупик. - Опасность, она везде, - поясняет Хосок. - Нигде сейчас не безопасно, везде сплошная грязь, кровь и смерть, что стоит за спиной у каждого, и я должен брать с собой Юнги? - задает риторический вопрос Чон и убравши бинокль от лица, и посмотрев на Чонгука, добавляет: - Вот и я о том же. Хосок снова всматривается в даль. А дальше ничего. - Логично, - подытоживает Чонгук, чешет затылок и садится на пол, облокотившись об стену, держа колени на уровне груди. - Честно, я бы тоже не брал своего омегу на такие задания, ты прав, слишком рискованно и опасно. - У тебя есть омега? - смеется Хосок. - Не верю в магию и сказки. - Удивлен? - ухмыляется Чонгук. - Очень странно, - хмыкает альфа. - Надо покурить, срочно, - смеется Хосок и снимает бинокль, передает его в руки Чонгуку. - Ничего сложного, просто следи за каждым шагом Намджуна, ничего из глаз не упускай, ты справишься. - Хосок похлопав по плечу Чонгука, видимо, он это действие у Намджуна позаимствовал, он подходит к самому дальнему отверстию в виде окна, но без стекла и прикуривает. Только Чонгук подносит к глазам бинокль, как вдруг раздается громких два выстрела и взрыв, что создал белый дым и теперь перед глазами белая непроглядная пелена, через которую невозможно ничего разглядеть. Окурок падает на пол. Хосок резким движением валит брата на пол, дабы пулей не задело. Но спасать надо не его, а Намджуна, который после рассеивания белой дымки валится на пол. К нему сразу подбегает Хосок, быстро сообразивший, что ранения серьезные, а времени нет от слова совсем, медлить нельзя. Чонгук, что до этого момента валялся на полу, хватается за бетонную перегородку, глазами бегая по большой территории, но видет лишь силуэт в черном пальто, что бегает очень даже неплохо. Намджун прикрывает глаза и томно выдыхает, последнее, что он видит это растерянные глаза напротив и его кровавые руки.

***

- Черт, пожалуйста, пропустите.. Через слезы молит Джин идущих впереди людей, и они посмотрев на заплаканное лицо омеги сразу же пропускают того вперед. Сокджин уже много раз приходил за сегодняшний день, но даже пять минут, что он ходил за кофе, без любимого оказались мучением. Он не спит уже двадцать два часа, ни на секунду глаза не закрывает, пока Намджун до сих пор очнуться не может. Джин успокоится не может. Одни врачи твердят, что все будет хорошо, а другие, что состояние нестабильное. Двадцать два часа назад Джина пришлось успокаивать, потому, что его истерика длилась около сорока минут, с тех пор и не спал. Эта тишина давит на него, а он с усилием удерживает себя, чтобы не закричать во все горло и бегать по комнате и устраивать полный беспорядок. Нельзя. Ким Намджун - единственный родной человек, чей покой нарушать нельзя. Настолько тихо, что слышно как Джин хлопает своими длинными ресницами, а закрыть глаза не может, не в состоянии, а ведь когда Намджун проснется - будет Джина ругать за то, что тот не спал и выпил столько кофе, сколько за всю жизнь не пил. Джин устал, но Намджуну никогда об этом честно не признается. И гордость здесь не причем. Хочется помочь, прикоснуться и разбудить поцелуем. Нельзя. Покой. Для. Пациента. Очень. Важен. Джин не выдерживает, он нежно пальцами касается руки Намджуна и ведет указательным по руке, смотря на лицо. Реакции ноль. Джин в душе бьется в истерике. Катается по полу шариком. Рвет на голове волосы, выдирая с корнями. Скалит зубы, пока челюсть не начнет отваливаться, кусает губы до крови. Нельзя. В реальности нельзя. Намджун будет волноваться. Джин тяжело дышит и держит его руку - как самое драгоценное, что у него есть, а так и есть, он шепчет, приближая его руку к губам: - Очнись, пожалуйста, мне так плохо без тебя, прошу..

***

Звенит звонок, и через несколько долгих секунд двери классов начинают открываться, а коридор наполняется людьми и шумом голосов. Юнги идет не спеша, зная, что Хосок сегодня очень занят, он просил сразу идти домой, но омега не спешит. Он по старой привычке выходит из запасного выхода. Мин проходит пару метров вперед, смотря себе под ноги он не замечает как врезается в кого-то, он поднимает испуганные лисьи глаза и округляет их, уже собираясь пятится назад, но тот кладет руку ему на плече. - Не хорошо прятаться от меня, - говорит высокий блондин облизывая пересохшие губы, и сухо смеется. - Ты же помнишь о чем мы договаривались, а сбегаешь от меня, - он несколько раз недовольно цокает и ядовито усмехается. Перед ним человек, который не раз спасал его от смерти и не давал голодать, обеспечивал крышу над головой, в самые холодные времена - согревал. В груди сердце резко начинает колотиться. Опасность бьет в виски. Он стоит и не шевелится. Перед ним человек, который простит все, кроме предательства.. Внезапно сзади появляется еще один и прислонившись губами к уху, шепчет: - Спи сладко, сладкий мальчик, - целует в мочку уха, и Юнги ощущает какую-то жидкость внутри, боковым зрением замечая шприц. Он закрывает глаза и падает на руки альфы, что несет его в машину неподалеку. Спи сладко, сладкий мальчик.

***

В окно дует холодный ветер, раскачивая занавески, солнце, что до сих пор находится в плену у облаков дает надежду на тепло, которое греется меж двух тел сидящих рядом слишком близко вплотную. Тэхен сидит в ногах Чонгука, кушая зеленые виноградинки, чередуя их с фиолетовыми, он кладет голову на плече альфы, мимолетно ловя его взгляд, и улыбаясь отворачивается. А Чонгук заметив это ликует, но Тэхену не признается, тоже берет виноградинку, но поднося ту ко рту - ее крадет Тэхен. - Ей, это мое, - не успев опомниться говорит Чонгук. На что, Тэхен смеется. - Ты что, жадный? - Тэхен встав на колени между ног Чонгука, смотря с вызовом в глазах, ведет свою игру. Тэхен не успевает понять, как оказывается в замкнутом кольце рук на его талии, и потеряв равновесие падает на Чонгука, который сам упал на спину. Они смотрят, изучая лица друг друга, наверное, вечность, а на деле полминуты, сдерживаясь от желания поцеловать в родные и такие близкие губы. А в близи Тэхен кажется еще красивее, самое настоящее искусство, самый превосходный алмаз, и Чонгуку с ним повезло. Он в мире один такой. Во всей вселенной. Во всех возможных галактиках. Тэхен - маленький бриллиант, скрытый от чужих глаз. Тэхен не терпит поражения, продолжая свою игру, он дует на лицо Чонгука так, что челка спадает назад, открывая его лоб, тот жмуриться и закрывает глаза, отчего Тэхен только смеется. - Я выиграл, - смотрит он на Чонгука с искорками, с победой в, до безумия, красивых глазах. - В чем же? - спрашивает Чонгук, получая в открытый лоб короткий поцелуй от Тэхена. - Ты мой, - смотрит Тэхен в глаза, которые подхватили и заразились те самыми искорками. Тэхен кладет голову ему на грудь, и услышав учащенное сердцебиение, с облегченностью вздыхает. Чонгук жив. Все это реально. И из губ вырывается необдуманный и спонтанный, даже для самого Тэхена, вопрос. - Если бы у тебя был выбор, - Тэхен сглатывает вязкую слюну, а Чонгук смотрит, ожидая продолжения. - Убить себя или убить ме.. - Себя, - говорит Чонгук спокойно, словно ответил, что будет есть на завтрак, сбивая с толку Тэхена. Хоть ответ и был очевиден - они за друг друга собой готовы пожертвовать, отдавая жизнь смерти, не жалея при этом, но Тэхен все равно расстривается, и маленькая кристально-чистая слезка скатывается с необыкновенно красивого лица. И Чонгук это замечает, он пальцем, боясь задеть и поломать этот хрупкий бриллиант, убирает слезу. - Не плачь, чего ты плачешь? - спрашивает Чонгук, а у самого из-за Тэхена в сердце колит, вот-вот не выдержит плачущего Тэхена. И даже, находясь так близко, кажется, не сможет защитить его. - Я не достоин тебя, - всхлипывает и шмыгая носом, он утыкается в крепкую как стена грудь Чонгука. Ведь он знает, она не рухнет, будет защищать до последнего. - Но, перед смертью я бы загадал одно желание, - Тэхен поднимает на него голову. - - Полакомиться тобой. - Серьезно, Чон Чонгук? - обиженно смотрит Тэхен и закусывая губу, встает с кровати. - Тогда, я забираю виноград и ухожу от тебя, - Тэхен садится на кровать, начиная собирать виноград в пакетик. - Далеко собрался? - смеется тот и обхватывает обиженку со спины, заключая в объятия. - Хочешь знать второе желание? - Тэхен поворачивает голову назад, останавливаясь в нескольких несчастных сантиметров от лица Чонгука. - Прожить вечность с Ким Тэхеном. - Звучит нечестно. - Имеешь что-то против? - говорит Чонгук и дышит в желанные губы, опуская на них взгляд. - Я всегда за, - облизывает губы Тэхен и валит Чонгука на кровать. Банально. Глупо. Бессмысленно. Главное, важно.

***

Прошли пять часов после исчезновения Юнги. Никто знать не знает куда он подевался.. Теперь не только Джин на взводе, но и Хосок, он сидит на кухне, стуча пальцами по столу, везде темнота, полный мрак, в котором только непроглядная темень. В отличии от Джина, Хосок не плачет, не истерит, он принимает все тихо и спокойно, но, напряжение возрастает все сильнее, внутренне волнение и беспокойство.. Он позвонил всем, кто был сегодня в школе, спросил всех, но никто не видел, словно и не существовал никогда этот Мин Юнги. Хосок то курит, то сразу тушит. То ему тошно, то жутко хочется, до покалывания в пальцах. Сначала пьет, потом медленно осознает тот факт, что стакан летит в стену, превращаясь в осколки, ему плевать, он, он убирает, не замечая как царапает руки, как стекло оказывается в его ладонях, застревает меж пальцев, как теплая кровь капает на стол и на пол. Сидит и смотрит в темноту. Внезапно дверь открывается и кто-то проходит и застывает возле входа в кухню. - Осторожно, - впервые за несколько часов он произносит первое слово. - Где-то лежит стекло, - предупреждает Хосок, шумно вздыхая. - Что-то случилось? - обеспокоенно спрашивает Джин, хоть и думал, что все эмоции растерял, он включает свет, смотря на всю ситуацию трезво, со стороны это кажется странныйм и немного безумным. - Что-то очень серьезное, потому, что на тебе лица нет. - На тебе тоже, - замечает Хосок, морщась от яркого света. - Рассказывай, - говорит Джин, достав аптечку и ставит ее на стол перед руками Хосока, смотря на них, словно это кровавое мессиво. - Мой омега, он.. - Хосок останавливается прежде чем сказать, снова прокручивая в голове всю ситуацию. "Я не заслуживаю такого отношения. Ко мне всегда относились как к шлюхе, вору, а ты.. я не понимаю тебя" - Черт, - он ударяет кулаком об стол. - Он достоин самого лучшего, - говорит Хосок, а Джин сглатывает, от тона этого альфы становится жутко и страшно. "Знаешь, нет, не знаешь. Я давно хотел тебе сказать, что ты мне нравишься. Но я не должен быть твоим омегой. Я найду тебе получше, обещаю" "Лучше тебя не придумаешь" "Я создаю столько проблем" - Мой омега исчез, - наконец выдает Хосок. - Ну, ты про мою ситуацию знаешь, - Джин берет щипцы и начинает вытягивать осколки из ладони. - Соболезную, - морщась от боли говорит Хосок. Джин кивает и продолжая выбирать стеклышка из ладони. - Если бы ты еще не стучал по столу, стекло бы не входило так глубоко и сейчас не было бы так больно, - говорит Джин, качая головой. "Никогда не спавши с тобой, я понимаю, что ты тот самый человек, с которым я хочу прожить свою жизнь" - Больнее, чем сейчас уже не будет, - опустив голову Хосок прикрывает уставшие веки. - А тебя из больницы выгнали? - Сказали, что будет операция, не очень хочу говорить об этом, но, кажется, все плохо, - тяжело вздыхая говорит Джин. - Все будет хорошо, не сейчас, но скоро, - пытается поддержать Хосок. Джин лишь понимающе кивает. Потом будет проще. Телефон, что Хосок уронил на пол, начинает вибрировать, Джин поднимает его с пола и протягивает Чону, тот принимает звонок незнакомого номера, и поднося к уху, слышит знакомый голос, внезапно поднимается с дивана и, словно ожив, бежит из кухни, пока Джин сидит с округленными глазами, он кладет руки на стол, скидывая открытую аптечку на пол и кладет голову на сложенные вместе руки, прикрывает глаза и прячет лицо в согнутый локоть. Потом будет проще.

***

С тех пор как Намджун попал в больницу в тяжелом состоянии, Хосок, который места себе больше не находит. После тайного исчезновения омеги прошло немного времени, и Чонгук единственный на удивление не страдает, но в последнее время вся работа легла на него, выходя ему в частые встречи с Чимином. Сейчас младший плетется за ним и покорно подчиняется, потому, что иначе не может. Нужно заменять одновременно двух - Намджуна и Хосока. Нелегко отрывать лицо от мягкой подушки и от губ самого любимого омеги. Теперь полностью погружен в работе, ведь пора выйти на новый уровень работы. Чимин обещал показать кое-что особенное, но Чонгук не по наслышке знает о чем тот говорит, сам видел своими глазами, в воздухе до сих пор витает запах смерти и крови, от того веет холодом и мучительными смертями просящих освобождения невинных душ, но они лишь жалко скулят и плачут, снова молят о пощаде, Чимин же не слышит, зато слушает, наслаждаясь этим, самый любимый звук в мире, такой искренний крик идет из глотки, что в скором времени он беспощадно перерезает самыми разными способами и предметами. Паку нравится. Чимину вечности не хватит, чтобы руки отмыть и криков наслушаться. Настоящее блаженство. - Сначала ты убьешь один раз, а потом тебя потянет еще, - внезапно начинает Чимин, на что Чонгук лишь поджимает губы и шумно вздыхает, Пак этого не замечает. - Тебе понравится, - он поворачивает голову в сторону Чона и на его лице расцветает его фирменная ухмылка подобна оскалу. Чонгук мелко дрожит, но бежать слишком поздно, он сглатывает и закусывает щеку, идет за Чимином, что не замедляет шаг ни на секунду. Когда Чон поднимает голову, он узнает старое и разрушенное здание. С каждым разом он узнает его все больше, по холодным и сырым стенам, по разрушенному асфальту, разбитым окнам, и естественно по размеру всего здания целиком, на карте его найти не составит труда. Чимин идет в свое любимое место. Место, что пахнет смертью, болью и последними каплями крови, и, наверное, по ночам оттуда доносятся крики умерших, просящие о помощи бедные люди, молящие о свободе, ищущие вечное спокойствие и умиротворение, спокойногниющие в сырой и холодной земле, их души живы и этим Чимин наслаждается. Он открывает скрипящую дверь, Чонгук, от неприятного звука и запаха, морщит нос, они заходят и Чимин закрывает дверь. - Как дома, - говорит Чимин и сразу идет к Лухану, что стоит облокотившись об стену и потирающий нос, из которого струйкой идет кровь. Чимин достает платок из кармана и протягивает его Лухану, и тот благодарно кивает, прислоняя ткань к носу. Чонгука ослепляет яркий свет от единственной лампы, что включил Чимин. После темноты, что здесь была, глаза начинает щипать несколько секунд и после, протерев их, Чонгук открывает рот от удивления и остается в немом состоянии. Перед ним, в нескольких метрах на полу, связанный альфа, он стоит на протертых коленях, его руки крепко связаны за спиной, а из разбитой брови идет кровь, капли скатываются на глаза, продолжая свой путь возле рта к шее, дальше вниз по течению. Чонгук растерянно смотрит на Чимина, что спокойно курит сигарету, переводя взгляд на Лухана, и обратно. - На вкус кровь, словно кофе, такой наркотик, без которого ломка, - говорит Чимин, подходя к связанному альфе и подзывая к себе Чонгука. Чонгук сглатывает и неуверенно плетется в середину помещения, Чимин выжидающе смотрит, держа сигарету меж зубов. Когда Чонгук останавливается в нескольких сантиметров от них, Чимин хватает его за руку и тащит к альфе. Чонгук чувствует, как горячая алая жидкость касается кончиков пальцев, но Чимин все еще не убирает руку. Он стоит так пару секунд, а может минут, часов, Чонгук не знает. Руку убрать боится. Время, словно его никогда не существовало, - превратилось в песок, что утекает сквозь пальцы. Бесконечность. - Ты чувствуешь это? - спрашивает Чимин, что давно отпустил его руку, он треплет его волосы и выпускает сизый дым вверх. Чонгук ничего не отвечает, он, словно заморожен, не в состоянии оторвать руку, может, она него и вовсе, он ее не контролирует, прикрывая глаза, он и не замечает, как идет в сторону Лухана, скатывается вниз по стене и садится на пол. - Мне нравится, как они кричат перед смертью, как ломается их голос, когда я провожу ножом по коже, как они начинают задыхаться, когда нож оказывается в их сердце, как глаза наполняются кровью, как рот превращается в фонтан из крови, - Чимин облизывается, и резким движением бросает альфу лицом в пол, от чего тот хрипит, и тихо матерится, когда тот ногой давит на спину. - Знаешь, звук ломающегося позвоночника не надоедает, он напоминает.. Чонгук уже не слышит. Он застрял у самого себя в голове и не может проснуться. Его глаза медленно закрываются.