Подражатель

      25 Декабря. 23:38. — Мама, когда ты приедешь домой? — посмотрев в окно в надежде на то, что машина мамы стоит как всегда на своем «законном» месте, девочка лет 7-8 опустила взгляд и зашторила окно. — Цветочек, мама задерживается на работе, прости. Постараюсь приехать как можно быстрее.       Не услышав никакого ответа от дочери, женщина тяжело вздохнула. — Папа уже дома?       Ответа не было. Девочка сильно устала и, уже засыпая, забыла, что разговаривает с мамой по телефону и поэтому кивнула на ее вопрос, не задумываясь, что она его не увидит. — Мелисса? — Да. Он злится, — зевнув, сказала девочка. — Наверное, встал не с той ноги, — сказала женщина — Ладно, маме пора. Тебе ничего не надо?       Промолчав несколько секунд, девочка попросила купить две пачки ее любимых хлопьев «Радужные шарики» и большой пакет конфет, на что мама усмехнулась, но согласилась на эту покупку.       Осло. 28 декабря.       Перевернувшись на другой бок и приоткрыв глаза, Осаму посмотрел на источник шума, который разбудил его. Иногда ему хотелось выбросить эту бесячую вещь, но тут же он понимал, что без будильника он не сможет встать, а значит опоздает на работу или вовсе не придет.       Хотя опоздание для него было обычным делом. Осаму частенько приходил на работу не вовремя и в небрежном виде, оправдываясь разными ситуациями. Многие, а точнее все работники его отдела и начальство, перестали слушать его отговорки и просто закрывали на это глаза. Закрывали, но не увольняли лишь по одной причине — ценный работник. Всему бывает предел — он понимал это. И все же приходил вовремя только тогда, когда было действительно интересное дело.       Расследование каких-нибудь дел, в основном убийств, для него было как наркотик, он наслаждался этим, многие считали его безумцем, но ему было все равно.       Поднявшись с постели, он взял белую рубашку, которая всю ночь провисела на стуле, и накинул на себя.       Покинув спальню, парень невольно вздрогнул от резкого холода. Он не закрыл окно на ночь. Пройдя к окну, которое располагалось в гостиной, Осаму закрыл его и сморщился. Ночью был сильный ветер с дождем, поэтому вода попала на подоконник и намочила его вместе с полом.       Пройдя к барной стойке, которая разделяла гостиную и кухню, он взял полотенце и, вернувшись к окну, кинул его на пол. — Мелисса, постой тут, я забыл ключи от машины, — оставив дочку возле машины, мужчина вернулся в дом и, подойдя к комоду в прихожей, стал рыскать в ящиках в поисках ключей.       Обычно эта машина, купленная лет семь назад, все время стояла у них во дворе, но после того, как его жена уехала на основной машине и не вернулась, ему пришлось ездить на этой.       Услышав резкий крик, донесшийся из-за двора, мужчина бросил поиски и выскочил из дома. К нему со всех ног бежала его маленькая дочь. Она прижалась к нему и, не сдерживая слезы, пыталась что-то сказать. — Осаму! — заметив мужчину, который только что зашел в криминалистический отдел, окликнула женщина. — Ты не опоздал. Что, где-то случилось какое-то загадочное убийство? — с усмешкой спросила женщина. — Если бы. — Сегодня собрание, не забудь, будем распределять пришедшие дела, — ускоряя шаг, чтобы соответствовать темпу Дазая, сказала женщина. Заправив свой черный локон за ухо, она посмотрела на него. — У нас новый сотрудник, тебе сообщили?       Открыв дверь и пропустив ее к себе в кабинет, он зашел следом и повесил свое бежевое пальто на вешалку. — Нет, а что за новенький, откуда он? — сев за стол, спросил он. — С Бергена. Точных подробностей не знаю, но зовут его Накахара Чуя. Перевелся с криминалистического отдела, — переведя взгляд с Осаму на окно, за которым снова полил дождь, а затем снова на него, сказала она. — Просто решил сменить место жительства. — Возможно, — скучающе смотря на стопку книг, которая лежала у него на столе, сказал он. — Ладно, встретимся на собрании, — встав со стула, женщина подошла к двери, но обернулась на оклик Дазая. — Шерли, собрание на обеде? — Да, — улыбнувшись, ответила она ему своим прелестным голосом и покинула кабинет.       Дазай прекрасно помнил во сколько собрание, так же, как и их прошлую ночь. Он прекрасно помнил, как трахал ее на комоде в прихожей и как она стонала своим прекрасным возбуждающим голосом.       От воспоминаний, у него появилась легкая улыбка, а кровь запульсировала в члене. Он был бы не против повторить эту ночь.       Несмотря на маленький размер груди женщины, ему нравилось блуждать руками по ее изгибам тела, нравилась ее стройность и упругая задница. Хотя ей не нужна была большая грудь, она и так была хороша.       Ее черные волосы, синие глаза и белоснежная кожа создавали впечатление холодной и неприступной женщины, но это всего лишь визуальный образ, который отражал ее внешний вид, но никак не внутренний.       При любой возможности она сразу могла раздвинуть перед ним ноги так же, как и перед своим мужем. Из-за этого Осаму не рассматривал ее больше, чем секс.       А чем Дазай лучше? Ничем. Он берет любую женщину, которая ему понравилась и которая сама не будет против этого. Поэтому он не ищет себе того, кто бы мог быть с ним в качестве его спутника.       Быстро перекусив бутербродом, который минутами ранее занесла Шейла, он направился в зал, где будут распределять пришедшие дела.       Подходя к залу, он заметил парня с рыжими волосами. Скорее всег, это и есть новенький. Тот тоже обратил на него внимание. — Извините, — немного вяло и сонно обратился он к нему. — Не подскажите, где мне найти Осаму Дазая? — Это я, — он оглядел его. Парень был одет в черные джинсы, серую рубашку с тремя расстегнутыми пуговицами и накинутую сверху промокшую куртку. Только пришел, ливень так и не прекратился. — Тогда, приятно познакомиться, — он протянул руку. — Я Накахара Чуя. — Меня ты уже знаешь, — пожав руку, ответил Дазай.       Пропустив одного из колег, который тоже пришел на собрание, он спросил Чую: — Собственно, для чего ты меня искал? — Мне сказали, что теперь я закреплен за вами. Буду вашим напарником.       Ничего не ответив, Дазай немного помедлил и открыл дверь, сказав: — Ладно. Пошли на собрание, потом поговорим.       Расстановка в зале была простой, без лишней мебели и декораций. Стулья, расставленные по всему помещению и направленные в центр, и интерактивная доска, на которой показывали нужную информацию.       Рассевшись, все стали ждать лишь одного человека, который и будет докладывать о пришедших делах.       Зайдя в зал, Шейла оглядела всех присутствующих и, встав в центр, открыла принесенную с собой папку. — Сегодня, к нам поступило пять дел, — быстро кинув взгляд на Осаму, сказала она. — Сначала я хотела бы закрепить дело, которое поступило к нам буквально пятнадцать минут назад. Это исчезновение.       Услышав это, Дазай театрально закатил глаза, понимая, что дело не несет в себе чего-нибудь особенного. Заметив это, Шейла прокашлялась и обратила на себя внимание Осаму. — Ален Скот, написавший заявление сегодня утром, заметил у себя во дворе коробку, в которой находилось письмо и матка. — Что за письмо? — закинув ногу на ногу, спросил Дазай. — Пока что неизвестно. Доносящий не смотрел, что там написано. Сразу после обнаружения он заявил нам. — Я беру это дело, — встав со стула, сказал Осаму. — Уолтер уже направился туда? — Да, его направили сразу же, — сказав это, женщина незаметно улыбнулась и посмотрела на Дазая. Он заинтересовался делом. — Отлично. Новенький, пошли, — уже покинув зал, сказал он.       Сев в машину и заведя ее, Осаму посмотрел на время. — Накахара Чуя. — Что? — переведя взгляд на него, спросил Дазай. — Я Накахара Чуя, не новенький, — пристегивая ремень безопасности, сказал он.       Усмехнувшись, он нажал на газ и направился к нужному адресу.       Дом находился в одном из прилежных районов Осло. Очень редко отсюда доносились какие-нибудь заявления, последнее было семь лет назад и то — о пропаже человека, который просто задержался в аэропорту другой страны. Двор был ухоженным, вдоль забора росли маленькие, подстриженные под прямоугольник, кусты. Заметив Уолтера, стоявшего на коленях и копошившегося возле тех самых кустиков, Осаму подошел к нему. — Эй, привет, — обратив на себя внимание, сказал Дазай. — Что тут? — О, все-таки ты взял это дело. Я так и знал, — довольно улыбнулся Уолтер. — Хоть отлипнешь от того бара и развеешься. — Бога ради, заткнись, хватит об этом, — потерев переносицу, сказал Осаму.       Услышав смех колеги, он закатил глаза и скрестил руки в ожидании ответа на его вопрос. — Ладно. Перейдем к делу, — вздохнул он, поднявшись. — Думаю, тебе уже сообщили, что тут. Иначе ты бы не приехал, — улыбаясь, сказал он. — Матка и письмо. Самое интересное, что матка вырезана с хирургической точностью.       Подойдя к коробке, Осаму заглянул в нее и приподнял бровь. — Почему нет крови? Я даже следов не вижу.       Из-за плеча Дазая выглянул Накахара, чтобы осмотреть улику. — Да, меня это тоже заинтересовало, — присев, он махнул Дазаю, чтобы тот тоже присел возле него. — Смотри, видишь? — он указал на края, где был сделан порез. — Тут ожог. Все сосуды прижгло. — Обычно, так делают при ампутации, — сказал Чуя, обратив на себя внимание. — Есть возможность, что раскалили скальпель или нож? — задал вопрос Дазай. — Без понятия, чем это резали. — Да, есть, но это уже будет говорить патологоанатом. Я просто собираю улики.       Тяжело вздохнув, Осаму перевел взгляд на письмо. — Ладно, что в письме?       Как только Уолтер хотел показать письмо, которое уже упаковал в мешочек для улик, все обернулись на только что пришедшего хозяина дома — Алена Скота.       Поднявшись, Дазай и Чуя представились. — Спасибо, что так быстро приехали.       Кивнув, Дазай сказал: — Мой коллега задаст вам несколько вопросов. Я присоединюсь к вам через несколько минут. Хочу осмотреть улики. — Да, хорошо, — ответил мужчина. Его лицо было усталым и почти безжизненным. Такое выражение лица Осаму часто видел, когда люди смирились с потерей и пытались жить так, как раньше, но что-то вызывало сомнение.       Притянув Накахару к себе. Дазай прошептал ему на ухо: — Внимательно осмотри дом.       На это Чуя лишь слабо кивнул и направился за Аленом.       Присев возле Уолтера, Осаму снова попросил показать ему письмо.       Присев за стол, Накахара стал внимательно рассматривать Скота, который подошел к своей дочке и что-то говорил.       Он был среднего телосложения. На черных волосах заметна седина, делающая его вид более потерянным, а серые глаза будто померкли и похолодели. Он одет в темные, свободные штаны, белую рубашку, которая была застегнута на все пуговицы и синий вязанный свитер. На пальце правой руки обручальное кольцо. Когда Скот сел напротив него, а дочь убежала на улицу, Чуя рассмотрел кольцо поближе. Оно было полностью исцарапанным — за ним он явно не следил.       Сам дом ничем таким не отличался. Гостиная, в которой находился диван, два кресла, два шкафчика с книгами и телевизор с вазами по бокам. Весь интерьер выполнен в светлых тонах, в основном в бежевом и белом. — Когда пропала ваша жена? — достав маленький блокнот, спросил Чуя. — Двадцать пятого. Она не вернулась с работы, — запустив свои пальцы в волосы, он тяжело вздохнул. — Дочери сказала, что задерживается на работе. Это было в двенадцатом часу. — Она вас не предупреждала, может, собиралась куда-то? — записывая что-то в блокнот и задавая следующий вопрос, Чуя быстро кинул взгляд на рамочку, стоявшую на столике возле дивана. Там была изображена семья, которая, весело улыбаясь, находилась на пикнике в каком-то парке. — Нет. Я позвонил ее подругам, но и они тоже ничего не знают, — переведя взгляд на Чую, сказал он. — У вас были какие-нибудь разногласия в последнее время?       Отведя взгляд и немного промолчав, мужчина отрицательно закивал. — Может, вы замечали в последнее время за ней что-нибудь странное? — Нет, ничего. Все было, как всегда, — тон голоса Скота стал какой-то холодный и отчужденный. — Вы уверенны, может... — Я же сказал, все было, как всегда! — сорвавшись, закричал мужчина. Закрыв руками лицо, он стал подрагивать. — Прошу прощения. — Ничего. Вы можете ответить на еще один вопрос? Я понимаю, что вам сложно, но нам надо знать все детали, чтобы найти вашу жену.       Немного помолчав, он кивнул. — Как вы обнаружили ту коробку? — Моя дочь. Я собирался отвести ее к сестре моей жены, но забыл ключи, вернулся домой, а через несколько минут услышал ее крик, — опустив голову, он продолжил. — Она заметила коробку и решила открыть и увидела это.       Убрав блокнот, Чуя встал из-за стола и спросил: — Могу ли я осмотреть дом?       На заданный вопрос он получил кивок.       Осматривая письмо, которое ему показал Уолтер, Дазай задумался, но от мыслей его оторвал хлопок двери. Обернувшись, он увидел, что маленькая девочка, одетая в бледно-розовые колготки, розовую юбку и фиолетовую куртку, забегает в какой-то сарай.       Поднявшись, Осаму проследовал за ней, постучал в дверь и вошел в помещение.       Это было что-то наподобие маленького домика, который, скорее всего, ей обустроили родители. Все было в светлых тонах. Миниатюрный диванчик, бежевый ковер, прикрывающий часть пола, большой сундук с игрушками и другие детские декорации, которые создавали уют в комнате. Но внимание Осаму привлек маленький домик принцессы, в котором спряталась девочка.       Подойдя к нему, он присел на корточки и легонько постучал в дверь. Ответа не последовало. — Какой красивый домик. Он достоин маленькой принцессы, — с улыбкой сказал Дазай. — Можно поинтересоваться, как зовут принцессу? — Мелисса, — немного неуверенно донеслось из домика. — Очень красивое имя, — немного промолчав, он добавил: — Наверное такое же красивое, как и сама принцесса.       Из-за дверцы выглянула девочка, с зелеными глазами и светло-русыми волосами. — Привет, — с теплой улыбкой, сказал Дазай. — Рад знакомству.       Он протянул девочке руку и она, неуверенно, пожала её. — Ты меня боишься? — Нет, — ответила девочка, открыла маленькую дверцу домика и выползла из него. — Ты добрый? — Конечно, я рыцарь, который пришел, чтобы помочь маленькой принцессе. Ты же хочешь найти маму?       Девочка кивнула и посмотрела своими большими глазами на Дазая с какой-то надеждой и просьбой. — Тогда давай искать ее вместе. Скажи, когда ты последний раз видела или разговаривала с мамой? — Осаму пытался говорить как можно мягче, чтобы не сказать ничего такого, что могло бы расстроить или напугать девочку. — Я говорила с ней по телефону, — девочка посмотрела в окно. — Она сказала, что задержится на работе, а еще, — девочка перевела взгляд на Дазая, потирая свою ручку, которую где-то ушибла, — я сказала ей, что папа снова злится. Я тогда сильно испугалась. — А папа часто злится? — Дазай перевел взгляд на мягкую игрушку, которая лежала возле него и, взяв ее в руки, осмотрел. Игрушка была новая. Шов, ее состояние были идеальны. — Красивый слоник.       Подойдя к нему, девочка взяла игрушку и, посмотрев на Дазая, сказала: — Папа стал злиться недавно, месяц назад. А мама всегда мне что-то покупает, когда задерживается на работе, — переведя взгляд на игрушку, она улыбнулась. — А эту она купила мне на прошлой недели. — Ладно. Мелисса, мне пора. Пока, — встав и улыбнувшись, сказал Дазай. — Найдите мою маму, — сказав это, девочка посмотрела на него со слезами на глазах.       Покинув дом, Чуя заметил Осаму и Уолтера, которые стояли и разговаривали, и еще несколько машин, подъехавших к этому времени.       Эксперты криминалисты приехали, чтобы лучше осмотреть всю территорию. Позади домов располагался лес и, видимо, Дазай не хотел упустить ни одной детали.       Чуя подумал, что у него есть мысли о том, что тело убитой находится где-то в лесу или убийца хотя бы оставил следы.       Подойдя к Дазаю и Уолтеру, он перевел взгляд на место, где недавно была коробка. — Осмотрел дом? — спросил Дазай. — Да. У меня есть кое-какая догадка. — Хорошо, обсудим все по пути в отдел.       Снова переключив внимание на Уолтера, он попросил его, чтобы при нахождении хоть какой-нибудь улики или зацепки, они сразу же позвонили ему и сообщили, на что Уолтер согласился.       Сидя в машине и направляясь в отдел, все молчали. Они сидели в полнейшей тишине. Без радио, музыки, без слов.       Каждый обдумывал и складывал картинку у себя в голове, хоть Дазай и сказал, что по пути они обсудят все происходящее, он сразу же забыл об этом, как только сел в машину.       Смотря в окно, Накахара пытался обдумать всю ситуацию, сложить два плюс два, но он не мог. Ему не хватало информации. У него было предположение, но он не был в нем уверен. — Извини, можно обращаться... — Да, — не дав договорить, сказал Осаму. — Скажи, что ты нашел в доме?— не отвлекаясь от дороги, спросил он.       Маленький дождь ему был как раз на руку. Дазаю было легче сконцентрироваться, когда был дождь или снег. — Вещи пропавшей, как утверждает муж, на месте, за исключением той, что была на ней. Это черная юбка карандаш, белая блузка и синее пальто с сапогами, — достав телефон, Чуя открыл галерею и, выбрав нужную фотографию, сказал: — Я рассмотрел календарь, который вела женщина. Меня кое-что насторожило, я, конечно, не хожу на такие процедуры, но не думаю, что их делают так часто в один месяц. Например, в сентябре она ходила три раза в какой-то салон, номер которого, был записан в их книжке. Я позвонил туда и мне сообщили, что Сара Скот посещает эти процедуры лишь раз в месяц. Так же... — Как ты думаешь, что все это значит? — посмотрев на Чую через стекло заднего вида, спросил Дазай. — Она изменяет ему. — Да и Ален знает об этом, — заворачивая, сказал Осаму.       Вернувшись в отделение, Дазай сразу направился в свой кабинет, а следом за ним Чуя. Сев за стол, он достал свой мобильный и начал что-то набирать. — Кстати, а что было в письме? — усевшись на стул, спросил Накахара.       Ничего не сказав, он протянул ему свой телефон и сделал домик из пальцев, внимательно наблюдая за ним.       Чуя прочитал письмо:

Привет, мистер. Тебе не было интересно, какая на вкус человеческая печень? Если да, то я поделюсь с тобой. Твой - Доктор.

      Он озадаченно посмотрел на Осаму. — Что это за бред? — Это не бред, а прямое послание, — встав из-за стола, сказал Осаму. — Твое мнение?       Повернувшись, Чуя стал наблюдать за Дазаем. Тот подошел к своему шкафу, в котором находились разные папки и стал что-то искать.       Переведя взгляд на телефон, на экране которого было фото того самого письма, он прочел его еще раз. — Это будет она или кто-то другой?       Вернувшись на свое место с какой-то папкой, Дазай посмотрел на Чую и спросил: — А ты думаешь, что она уже мертва? — Мертвее не бывает, — облокотившись на спинку стула, ответил Накахара. — Будет это она или нет, я не знаю, но знаю одно. Она будет не последняя.       Вернувшись домой, полностью промокшим из-за дождя, Дазай первым делом прошел на кухню и начал разбирать пакеты с продуктами, которые он успел прикупить по пути домой.       Распределив все по полкам, он достал последнюю покупку, которая была на дне пакета — сигареты. Кинув их на барную стойку, он прошел в комнату и, взяв полотенце, направился в душ.       Это дело сильно напоминало ему одно расследование, что они разбирали на курсах по подготовке. Он сравнивал его с этим расследованием и они подходили, будто кто-то взял основу тех действий, в старом расследовании и просто внес свои корректировки.       Но он не мог сказать наверняка, что кто-то подражает этому, он хотел убедиться еще кое в чем.       Тяжело вздохнув, он запустил пятерню в волосы и, включив воду, которая была предварительно настроена на нужную ему температуру, стал раздеваться.       На его теле было множество маленьких шрамов и несколько глубоких порезов. Его работа — это риск для его жизни. Практически всегда маньяк, убийца или просто как-то подозреваемый пытались сбежать или же обороняться и делали они это разными способами.       Кто-то пытался нанести ему удар ножом или острым, тупым предметом. Иногда они промахивались, а иногда и нет.       Вернувшись домой, ключи от которого он получил только вчера, Чуя включил свет и взвыл про себя. Море коробок. Смотря на них, складывалось впечатление, что его дом — это сплошная ниша, куда скидывали те вещи, которыми редко пользовались.       Подойдя к одной из коробок, Чуя раскрыл ее, там были книги. Он очень любил читать, иногда мог просидеть за книгой всю ночь, а на утро пытался соответствовать виду «нормального» человека. Синяки под глазами, еле связанная речь и помятый вид.       Книги стали для него вторым миром, Чуя очень любил расследования и весь экстрим, который проявлялся в погоде за преступником. Ему нравилось находиться в центре всего происходящего, любил наблюдать за всем. А затем, когда «картинка» почти собралась, сразу же бежал за последним пазлом — преступником.       Но в последнее время вся эта жизнь в Бергене стихла. Ничего не случалось, кроме каких-то пропаж людей, которые просто нажирались в баре, а потом ночевали в каких-то кустах. Перепуганные родственники сразу же звонили и докладывали им, не дожидаясь срока в три дня после пропажи.       Поэтому Чуя и задумался о переводе в отдел Осло. У него не было каких-то отношений или чего-то такого, что могло бы задержать его в Бергене.       Подойдя к окну, он посмотрел на ночную жизнь этого города. Гул машин, множество фонарей, все так же, ничего нового.       Достав телефон, Чуя залез в галерею и, просматривая фотографии, которые он успел сделать, находясь в доме у Скота, вспомнил о номере, который был записан на корочке какого-то романа в спальне супругов.       Набрав номер, он посмотрел на часы. Уже перевалило за девять, но все же он решил позвонить.       Приехав на работу в нужное время, Дазай сразу же направился в кабинет к Шерли. Подойдя к двери, он опустил ручку вниз, и дверь поддалась и открылась, впуская его в кабинет.       Шерли стояла возле шкафа и искала что-то, но как только она услышала скрип, который все время доносился от ее старой двери, она обернулась и, увидев Осаму, улыбнулась. — Привет, Шерли, — подойдя к ней, поприветствовал он. Его голос был спокойный, даже несмотря на то, что он сильно торопился. — Привет, — она поцеловала его в щеку. — Что-то случилось? Ты так рано. — Мне нужны документы по одному делу. Найти в архиве я сам не смогу, поможешь? Ты же у нас «живешь» там.       Сощурив глаза, она усмехнулась. — Ладно, но с тебя причитается, — убрав папку, которая была у нее в руках, она спросила: — И по какому делу тебе понадобились документы? — Джек потрошитель. — Что? — тихо, спросила она.       Быстро выбежав из такси, Чуя рванул в здание, где и находилось его место работы. По пути он включил телефон и быстро начал искать номер Дазая, но потом вспомнил, что его номер он так и не взял.       Забежав в здание и направившись в нужное ему крыло, он быстро отыскал кабинет мужчины. Без стука он толкнул дверь от себя, но та не открылась. Его нет на месте.       Тихо выругавшись, он направился к залу, где проводили собрание, но как только он завернул за угол, то заметил знакомое ему пальто. — Осаму! — окликнув его, он ускорил темп и в считанные секунды оказался возле него. — Опаздываем? — окинув его взглядом, спросил Дазай. — Что такой запыхавшийся?       Кивнув Шерли, девушка покинула их, а сам Осаму полностью перевел свое внимание на Чую. — Вчера я вспомнил про номер, который обнаружил на книге в их спальне, — немного отдышавшись, сказал он. — И? — Осаму приподнял бровь. — Это оказался номер ее сестры, с которой она разговаривала в тот вечер. Я договорился о встрече с ней у нее дома. — Почему сам не поехал? — направляясь к выходу, сказал Дазай. — Подумал, что ты тоже захочешь задать ей пару вопросов.       Осаму улыбнулся и, поправив воротник пальто, снова оглядел Чую. — А чего такой запыхавшийся?       Тяжело вздохнув, он посмотрел на наручные часы и быстро прибавил шаг, постепенно переходя на бег. Дазай последовал его примеру после того, как тот ответил на его вопрос. — Она улетает через час. Нам надо торопиться.       Приехав на нужный адрес, они вышли из машины и подошли к двухэтажному дому, который был огражден высоким забором под два метра.       Подойдя к нему, Дазай нажал на звонок. Через секунду они услышали звук звонка, который доносился из дома. Громкий.       Через несколько минут им открыла дверь женщина, лет 28, с блондинистыми волосами и голубыми глазами. Она была очень худой, на лице сильно выделялись скулы, а ее белая кожа придавала ей болезненный вид. Тонкие и худые пальцы лежали на дверной ручке. На безымянном пальце красовалось кольцо, которое красиво обрамляло ее палец. — Здравствуйте, — посмотрев на Осаму, сказала она. — Я Эрика, а вы, как я понимаю Накахара Чуя.       Дазай усмехнулся. — Нет, я Осаму Дазай. Рад знакомству, — отойдя в сторону и открывая вид на Чую, он сказал. — А это Накахара Чуя. — Здравствуйте, — сказал он и немного раздраженно посмотрел на Осаму. — Прошу прощения. Пройдемте? — отойдя и открыв им проход, сказала женщина.       Пройдя в дом, Дазай быстро оглядел первый этаж: гостиную, кухню и прихожую.       В гостиной не было ничего примечательного. Все было выполнено в строгих тонах. На столе находилась черная кожаная сумка, из которой выглядывала папка и пара файлов с какими-то документами. Рядом с ней находился глянцевый журнал и маленький записной блокнотик, резинка которого, прижимала к нему ручку. Кухня и прихожая тоже ничем не выделялись.       Пройдя на кухню и сев за стол, Дазай обратил внимание на красные глаза женщина. Такое чувство, что она не спала несколько дней. — Извините, могу ли я воспользоваться ванной комнатой? — спросил Осаму, смотря на женщину. — Конечно. Вон та дверь, — указав на нужную дверь, девушка перевела взгляд на Чую, а Дазай направился в ванную.       Пройдя в ванную, он закрыл дверь и подошел к зеркалу, под которым находилась полка с разными средствами. Его взгляд сразу же упал на прозрачную баночку, с какими-то таблетками. Взяв ее, он посмотрел на бумагу приклеенную к ней.

«Морфин. Выписан — Доктор Николас Эйбрамсон»

      Открыв баночку, Осаму взял одну таблетку и закинул ее себе в карман, сфотографировал надпись и поставил баночку на место. Осмотрев другие шкафчики, которые тут находились, он не нашел тут ничего такого и покинул ванну, возвращаясь к Чуи и Эрике.       Вернувшись назад, Дазай сел возле Чуи и стал слушать их разговор. — То есть, она часто стала уезжать к какому-то доктору?       После услышанного вопроса, Осаму стал внимательно следить за реакцией женщины. — Да. Несколько раз в месяц она ездила к нему. — А как вы об этом узнали? Вы знакомы с ним? Были у него на приеме? — Дазай задал свой вопрос.       Было заметно, что женщина удивилась, а потом напугалась, но она быстро скрыла эти эмоции и сразу же ответила, немного взволновавшись: — Нет, просто, — на секунды две она замолчала и, переведя взгляд на фотографию ее и сестры, продолжила: — В последнее время ее стало что-то беспокоить. Каждый вечер она звонила мне и рассказывала, что ей страшно. Она думала, что у нее началась паранойя. Она стала ездить к психологу несколько раз в месяц. — Ее муж это не знал, я правильно понимаю? — спросил Чуя и быстро кинул взгляд на Осаму. Тот смотрел не на женщину, а куда-то за нее. — Да, но она боялась об этом говорить, — опустив взгляд, ответила она. — А что ее стало беспокоить? — задал еще один вопрос Накахара. — Я не знаю, — она запустила пальцы в свои волосы. — Почему муж стал на нее кричать? -Осаму стал задавать вопросы. — Я не знаю. — Почему она стала отдаляться от него? — Я не знаю, — уже прикрикивая, ответила она. — Почему вы стали ему помогать?! — Я не знаю! — закричала она, а затем резко подняла взгляд на Дазая. В ее глазах был виден испуг и сожаление.       Осаму улыбнулся. — Извините, но вам придется поехать с нами.       Дазай и Чуя стояли перед окном во всю стену и наблюдали, как психолог ведет диалог с сестрой пропавшей. — Как ты понял? — переведя взгляд на него, спросил Чуя. — Ты видел ее глаза? — не отрывая взгляда от женщины, спросил он. — Они были красные, также были мешки под глазами. — Видимо, она не спала несколько дней, — немного промолчав, ответил Чуя. — Но нельзя же по этому определить, что она замешана во всем. — А я и не по этому определил, — Дазай перевел взгляд на него. — У нее в ванной стоит морфин. — И что? — Это обезболивающие. Сначала я подумал, зачем он ей, может, это вовсе не морфин? Поэтому, я взял одну из таблеток, что бы сдать ее в лабораторию и проверить, — он достал ее из кормана и показал Чуе. — Затем я вернулся к вам и по пути заметил, что одна из рамок для фотографий лежит вниз. Там была фотография ее сестры. — Она чувствовала вину. — Именно. А потом, когда я вернулся к вам, то стал смотреть в окно, которое находилось за ней. Через некоторое время, к ее гаражу подъехала машина, из нее вышел мужчина и, когда он открыл этот гараж, оттуда выбежала миссис Скот. — Интересно, за что она так с ней? — Чуя посмотрел на женщину, которую уводили из комнаты. — Где находится тот мужчина и кто он? — Некий Остин Бломфилд. Он уже не наша задача, с ним будут разбираться другие, — Дазай развернулся и подошел к двери. — У нас остается наше дело, увидимся после обеда.       Сказав это, он оставил Накахару одного.       Находясь у себя в кабинете, Дазай лежал на столе и смотрел в окно. Ему хотелось прогуляться и сходить куда-нибудь. Последний раз он был в кино год назад. Ему нравилась одна девушка, она была умная, веселая и красивая, с ней было здорово проводить время. Они провели несколько ночей вместе. Иногда она приходила к нему с ночевкой, они лежали и смотрели фильмы. Он был счастлив, ему нравились такие минуты, он уже хотел предложить ей переехать к нему после длительного общения, но в тот же вечер он застал ее в кабинете с другим мужиком. — Шлюха, — сказал в слух Дазай.       Услышав стук в дверь, он перевел взгляд. Ее открыл Чуя. — Можно? — выглянув, спросил он. — Да, заходи, — не отрывая взгляда от него, сказал Дазай. — Кстати, Чуя, можешь дать свой номер? — достав телефон, спросил он.       Ничего не ответив, он протянул ему свой телефон, Осаму набрал свой номер и нажал на вызов. Через считаные секунды заиграла мелодия его телефона. — Узнал, за что они с ней так? — Дазай рассматривал рыжие волосы, которые спадали ему на плечо. Его забавляли его кучеряшки. Он улыбнулся.       На возникшую улыбку Накахара изогнул бровь и попытался понять, что его так рассмешило. Но, не найдя причину, он на секунду закатил глаза и сказал: — У Эрике была зависть к своей сестре, у которой была идеальная жизнь, по ее мнению. Она стала ходить к психологу, так как ее начали посещать не очень хорошие мысли по отношению к сестре и стала проявляться сильная головная боль. Тогда она и познакомилась с тем доктором, который, как оказалось, и спит с ее сестрой. Но в последнее время она стала все реже и реже приезжать к нему. И как раз в ту ночь, в которую она пропала, женщина собиралась сказать ему, что так нельзя и она больше не может так относиться к своей семье. А дальше... — Он забавлялся с ней в гараже. Понятно, — посмотрев на часы, а потом на свой телефон, Дазай сказал: — Не хочешь сходить в кино?       Накахара удивленно на него посмотрел. — А как же наше дело? Что с той маткой? — Уолтер ничего нового не сказал, — встав, Дазай подошел к вешалке и, надев пальто, повернулся к Чуе. — Шерли еще ищет нужные мне документы, а от убийцы пока ничего нет. Остается ждать.       Тяжело вздохнув, Накахара встал со стула и, улыбнувшись, спросил: — Какие фильмы предпочитаешь?