Подражатель

      Оказывается, снегопад просто решил немного передохнуть, потому что через час на весь Берген вновь посыпались крупные тяжелые хлопья.       Вся трасса была покрыта серой кашей снега, сильно разбрызгивающейся по сторонам и отлетающей в разные стороны, когда по ней проезжали зимние шины легковой машины Рига.       Не доезжая до поворота, Дазай резко поворачивает машину и пытается выровнить ее после несильного заноса в сторону. А Риг и Лорен лишь сидят и молча наблюдают за Осаму.       После того, как Риг сообщил Дазаю, что Чуя ушел, собираясь разобраться с чем-то, Осаму стал непонимающе смотреть на него.       — Он писал мне, что лишь отправится в отдел и сообщит о Джане, — ответил тогда Дазай, внимательно смотря на Рига, а затем, тихо сказал: — Он же должен был уже вернуться, ведь так?       — Я буквально десять минут назад звонил в отдел, его там не было. А на звонки он не отвечает, — стоя напротив него и держа в руках бумаги, что передал ему Накахара, ответил Риг.       — Что он сказал? — уже немного нервничая, спросил Осаму.       — Чтобы ты поговорил с той девушкой, — сказав это, он кивнул в сторону Лорен, что сидела на кресле и едва сдерживала слезы.       Осаму поговорил с ней. Но кроме подтверждения того, что Хансен замешен в этом деле, он ничего не получил.       И вот, когда он уже собирался ехать в отдел и поднимать патрули на поиски полицейского, он получил оповещение, на которое не обратил внимание. Но спустя пару минут ему позвонил неизвестный номер.       Дазай ответил и раздраженно рявкнул в трубку: «— Что?!», но получил лишь молчание. А через несколько секунд этот некто и вовсе отключился, сразу же прислав Осаму сообщение. Тогда-то он и обратил на него внимание, заметив в содержании текста имя — «Накахара Чуя».       Остановившись у огромного двухэтажного дома, адрес которого был в сообщении от неизвестного номера, Дазай вышел из машины.       Два из пяти патрульных автомобилей, которые затребовал Дазай, связавшись с управлением Бергена, уже стояли у дома, оккупировав его.       — Вы кого-нибудь нашли? — заметив только что вышедшего полицейского, крикнул Осаму и пошел к нему на встречу.       — Да, — он протянул ему листок, обернутый в пакет. — В доме лежал труп девушки с вскрытым брюхом, а рядом этот лист.       Услышав громкую ругань и крики полицейских с приказом заткнуться, Дазай посмотрел в сторону дома, где стоял Джан Хансен. Один полицейский заломал ему руку и застегнул на них наручники, другой помогал вести мужчину к машине. Джан сильно брыкался и по виду одного из полицейских можно было предположить, что Хансен даже сломал ему нос, так как лицо полицейского было сильно окровавлено.       — Что он тут делает? — направляясь к хирургу, спросил Осаму, а полицейский, быстро нагнав его, попытался спросить, что он собирается делать, но, ничего не получив в ответ, схватил его за руку и остановил.       — Что вы собираетесь делать?! — немного прикрикнув на него, спросил полицейский.       — Допросить, — не вырываясь и смотря тому прямо в глаза, ответил Дазай.       — Допрос проведут в отделении — это первое, и проводить его будет...       — Его допрошу я, — вырвав руку, сказал Осаму и бросил беглый взгляд на машину. Хирурга закрыли на задних сидениях, а полицейские отправились в дом. — Нам нельзя мешкать! У этого придурка, на которого он работает, может быть заложник!       — Откуда такие сведения? — не отступая, спросил он.       — Черт! — в этот момент Дазай проклял всех полицейских, даже того, кто без всякой подстраховки отправился к подражателю. — Один из наших работников пропал. По сведеньям, он направился как раз к тому самому маньяку, но не вернулся.       Полицейский поднял бровь:       — Знаете, это выглядит довольно...       — Мне срать как это выглядит! Мне нужно найти его! — рявкнув, Дазай направился к машине, в которую посадили этого хирурга, но буквально через секунду его схватили за руку и вновь остановили.       Тяжело вздохнув, Осаму резко развернулся и ударил кулаком в лицо полицейского, который удерживал его все это драгоценное время, и когда тот скрутился пополам, быстро выхватил его пистолет и побежал к машине, где сидел хирург.       Подбежав к ней, он открыл дверь и, практически залетев туда, повернул ключ и надавил на газ. Благо машина не успела остыть за такое короткое время.       Подъезжая к месту, откуда он приехал, Дазай закусил нижнюю губу и снова надавил на газ. Тот полицейский встал прямо перед ним и расставил руки, но Осаму не останавливался.       За считанные секунды, когда машина приблизилась практически вплотную, он успел отпрыгнуть, но боком задел машину. Скорее всего, у него будет ушиб.       А ошарашенные глаза Рига и Лорен просто провожали его. Дазай надеялся, что они помогут хоть как-то задержать патруль, который уже через несколько секунд отправится за этим автомобилем в погоню.       Если он не успеет оторваться и скрыться где-нибудь без автомобиля, его задержат и повезут в отдел Бергена, тем самым лишив жизни двух людей. Его и Чуи.       Немного расслабившись, но не сбавляя скорости, Дазай посмотрел через стекло заднего вида на хирурга, находившегося за пуленепробиваемой прозрачной стеной в машине. Джан смотрел ему прямо в глаза, но на нем была лишь одна эмоция — злость.       — Сами скажете, где он? — спросил Осаму.       — Знай бы, где она, я бы самолично ее удушил, — фыркнув, сказал мужчина.       — Подражатель — это женщина? — для уверенности в том, что ему не послышалось, спросил Дазай.       — Глухой? Сказал же… — цыкнув, ответил хирург. — Эта сука хорошо устроилась.       — Почему вы мне все выкладываете про нее?       — Эта сука подставила меня.       — В каком плане? — наблюдая за дорогой, спросил Дазай. Надо поторопиться, патруль может быстро нагнать.       — Этого я не буду говорить, — он немного помолчал и добавил: — Но чтобы и этой дряни перепало, я расскажу, кто она и где сейчас находится.       — Где она? — сразу же спросил Осаму. Пока он будет ехать в нужном направлении, он сможет рассказать ему все, что знает.       — Если отпустишь меня после этого, то вся информация, считай, уже твоя, — довольно хмыкнув, сказал хирург.       — Идет, — не раздумывая ответил он.       — Тогда остановись и сними с меня наручники.       — Чтобы ты сбежал? Нет.       — Твоя проблема, — показушно пожав плечами, сказал хирург.       — И твоя тоже, — развернувшись и перестроившись, сказал Дазай, — Сейчас за нами уже гонится патруль. Поймают меня и тебя впридачу. Только тебя сразу же посадят, все улики уже у нас. Если ты рассказываешь все сейчас, я добираюсь до подражателя и ты свободен.       Немного помолчав, Джан ответил:       — Ты работал с ней. Синие глаза, фарфоровая кожа и хрупкое телосложение.       — Шерли, — тихо сказал Дазай. Когда Чуя сказал про свои догадки и ему предоставили нужные бумаги, он задумывался, что это могла быть она.       — Так она себя назвала? — он усмехнулся. — Она прикинулась дохлой, а потом сразу же вступила в игру.       — Хорошо. Где она?       — В старой квартире Накахары.       Резко затормозив и повернув на главную улицу, он прибавил газ, объезжая каждого и чуть ли не вылетая на встречку. За это время он написал Ригу и попросил скинуть адрес Чуи. Тот быстро и без вопросов написал, за что Дазай мысленно поблагодарил его.       А до дома Накахары не так уж и далеко от их местонахождения. Осталось буквально пятнадцать метров и он будет на месте.       Но, сделав еще один поворот, Дазай быстро тормозит и ошарашенно смотрит на огромную пробку.       — Черт! Черт! — выругался он и треснул кулаком по приборной панели так, что она хруснула.       Через несколько секунд Осаму слышит ответ их полицейской рации: «Авария на шестом перекрестке главной улицы. Пострадавших нет. Эвакуатор уже едет. Нужны несколько свободных, чтобы успокоить народ.»       — Блять! — выскочив из машины, Дазай захлопнул дверь и, оставив запертого хирурга, побежал к своему дому.       Бежать немного. Минут через семь он уже будет там. Быстро осмотревшись, он заметил полицейские машины. Скорее всего, никакой аварии нет и они намеренно перекрыли дорогу, увидев по маячку, куда он направляется, а сейчас направляются к машине, в которой сидел хирург.       У Дазая мало времени.       Быстро забежав в подъезд и достав пистолет, он поднимается на свой этаж, пытаясь вслушиваться во все звуки.       Подойдя к двери и прислонившись к ней ухом, он прикрыл глаза. Были слышны едва уловимые голоса. И он знал их.       Положив руку на ручку и опустив ее, он потянул на себя. Дверь открылась с тихим щелчком, но после него голоса резко затихли и сменились лишь слабыми стонами.       Прижавшись спиной к стене и тихо передвигаясь по ней, Осаму пытался унять бешено стучащее сердце.       Услышав, как закрыли дверь в спальне, Осаму резко оторвался от стены и быстро прошел в гостиную, нацелив пистолет.       Никого.       Медленно подходя к двери спальни, Дазай набрал в грудь воздуха и остановился. Отойдя немного в бок, он дернул дверь на себя и та распахнулась… показывая совершенно пустую комнату.       Но, услышав тихие шаги, приближающиеся к нему, Дазай быстро разворачивается. Успев заметить лишь блеск металла, Осаму тут же чувствует острую боль, прислоняет руку к лицу и направляет пистолет на нападавшего. Кто-то резанул его по щеке ножом.       — Ты такой ублюдок, Осаму, — направляя на него пистолет, сказала девушка.       — Шерли, — Дазай выпрямился. Она не изменилась, всего лишь покрасила волосы в светло-русый. Этот цвет ей явно не шел.       — Знаешь, изначально я не хотела тебя трогать. Даже несмотря на то, что ты родился от такой потаскухи, как твоя мать, — девушка сморщила нос, будто увидела что-то ужасное. — Но после того, как я поняла, что ты влюблен в... человека того же пола, я решила отправить тебя к той шлюхе.       — Тогда что же ты легла со мной в постель? — не спуская прицел, спросил он.       — Мне нужна была информация. Ты же сам все понял, найдя мои прослушки.       — Хотел удостовериться, — кратко ответил он. — С чем тебе помогал Джан?       — Эта жадная сволочь хотела лишь денег, поэтому я предложила ему очень заманчивую сделку.       — Какую?       Девушка усмехнулась:       — Он предоставляет мне список женщин, родивших детей не от своего законного мужа, а список составлялся очень просто. Он "советовал" пройти тест ДНК, чтобы была возможно определить какие-то заболевания и так далее. Меня это не особо волновало. Меня волновало лишь его содержимое, как и его. Я отправляла ему их органы и он продавал все это.       С минуту промолчав, Дазай пытался рассмотреть в лице этой девушки хоть что-то, кроме жажды. Она не чувствовала ни жалости, ни сожаления, ничего.       — Зачем ты все это устроила? — Осаму задал самый главный вопрос.       — Зачем? — девушка усмехнулась. — Ты серьезно? Мы с тобой одного поля ягоды, Дазай!       Теперь она улыбалась. И улыбалась она простой, приятной улыбкой, но глаза выдавали некое безумие. И именно это держало Осаму в напряжении. Он знал, что Шерли может в любой момент сделать то, что он никак не ожидает.       — В каком плане? — с презрением спросил он.       — Мы боремся против этой болезни, из-за которой люди поступают неверно! Даже ты, — она оглядела его с ног до головы, как бы оценивая, — вылезший из утроба шлюхи, ты уже был заражен и это видно по твоей любви к тому рыжему.       Дазай сжал рукоять пистолета и поставил палец на курок.       — Давай же, пристрели меня! Я тоже была изуродована тобой, когда отдалась, — она опустила пистолет и сказала: — Но знай, что все произошедшее с этими шлюхами, повторится.       — Брось пистолет и подойди к стене, — холодно сказал Дазай.       — Нет, убей меня, — подняв пистолет и начав им махать, сказала Шерли.       — Я сказал, брось долбанную пушку и подойди к стене!       Громко усмехнувшись, девушка подставила пистолет к виску и что-то тихо прошептав, положила палец на курок.       Через секунду раздался громкий выстрел, после которого Дазай быстро подбежал к девушке, что упала на пол, держась за ухо двумя руками.       Опередив ее, Дазай выстрелил в пистолет, выбив его из рук. Быстро подбежав, он забрал ее пистолет и поднялся, осматривая квартиру.       Надо найти Чую.       — Осаму Дазай! — зайдя в квартиру и направив на него пистолет, сказал полицейский, которого Дазай недавно ударил. — На пол! Быстро!       Кинув пистолет на пол и подняв руки, Осаму медленно опустился на пол, сказав:       — В этой квартире один из полицейских, которому нужна помощь и подражатель.       — Мы проверим, — сказал только что вошедший мужчина с парой других полицейских.       Кивнув им, полицейский, приказавший Дазаю лечь на пол, нагнулся к нему и стал проверять его на наличие каких-либо вещей.       — Может прекратишь клоунаду? — шикнул Осаму, когда тот намеренно надавил коленом ему между лопаток.       — Лучше бы ты меня не трогал, а делал так, как говорят.       — Чтобы потерять, — Дазай затих на миг, — напарника из-за таких придурков, как ты?       — Заткни пасть, — вновь ударив его, сказал он и достал из кармана диктофон. — Что тут?       — Запись с разговором, — кратко ответил он и, уже собравшись что-то сказать, увидел двух мужчин, несущих Чую вниз.       Он был как кукла. Неподвижным и таким пустым. Его золотистые пряди свисали, голубые глаза цвета небесной синевы были прикрыты, а потрескавшиеся губ чуть приоткрыты. Единственное, что сильно бросалось в глаза, это бледная рука, с тоненькой струйкой крови, идущая из едва заметного следа иглы.       — Чуя… — тихо прошептав его имя, Дазай дернулся в попытке скинуть с себя полицейского и встать. — Чуя!       — Лежать! — крикнул полицейский, стараясь удержать брыкающегося Дазая. Он старался вырваться, но ничего не получалось. Он лишь смотрел в след ушедшим фигурам и кричал с надеждой, что Накахара его услышит.

***

      Аккуратно перебирая пряди каштановых волос, Чуя улыбался и смотрел на Дазая, который морщился время от времени.       Чуя скучал по нему с того дня, когда он решился поехать в Берген один и когда все пошло против них. За все то время, когда они были вынуждены оставить друг друга и работать на разных территориях. Чуя соскучился не только по Осаму, но и по обычным дням с ним. По их рассуждениям на какие-нибудь дурацкие темы или играм «Кто убийца», где они вытягивали карточки и пытались разгадать заданное убийство. Никто не выигрывал. Они лишь каждый раз обвиняли создателей, пока и вовсе не закинули эту игру в самую дальнюю коробку.       Он быстро проникся к нему и также быстро влюбился.       Даже готовясь защитить его, Чуя согласился на «игру» подражателя. Нужно было выбрать один из вариантов. Первый — добровольно лечь под капельницу и ждать передоза наркотиком, второй — крутануть рулетку и посмотреть, что выберет стрелка. А ее выбор означал будущее Дазая. Там были разные варианты, один хуже другого.       Но даже не думая, он быстро сделал свой выбор.       Они поймали подражателя, который уже находится под присмотром в тюрьме и ждет, когда его вызовут на допрос. Полиция собирается выбить что-то еще, хотя и так все понятно, что этот подражатель, был таким же убийцей, как и многие, у кого была повреждена психика.       Джан Хансен был также задержан и отправлен в тюрьму. Он лишился всего, вплоть до свободы.       А вот Дазай и Чуя, ее только обрели.       Уже неделю Осаму ходит к Накахаре в больницу и рассказывает о том, куда бы хотел переехать вместе с ним.       После того, как Чуя очнулся, Дазай долго стоял и смотрел на него пустыми глазами, а Накахара просто ждал. Ждал, когда он сделает шаг к нему. Чуя знал, о чем думал Дазай, как сомневался в себе и считал себя ненормальным. Ему многое рассказала Британи, находившаяся с Осаму все это время.       И он дождался.       Тогда Осаму просто молча сел на край кровати и коснулся ладошкой его щеки. Он огладил ее большим пальцем. Она была теплой. Чуя сидел прямо перед ним. Он уже не был похож на ту холодную и бездыханную куклу. Он был похож на себя. Такого теплого, домашнего и родного.       — Дазай? — позвав его, Чуя накрыл его ладонь своею и тихо спросил: — Все хорошо?       Но Осаму ничего не ответил, он лишь немного придвинулся и прошептал ему на ухо:       — Прости.       Тогда Чуя опешил. Он искренни не понимал, за что Дазай просит прощения. Почему у него такой вид и что он вообще испытывает.       В тот момент ему показалось, что это не тот Дазай. Это не его вечно мечущийся характер, который скачет от суперсерьезного, до суперпростого и детского.       В тот момент он был совсем другим. Немного холодным и отстраненным, но в тоже время казалось, будто он чего-то боялся.       И Чуя молчал. Он знал, что Осаму нужно время.       Они просидели так около трех минут, просто смотря друг на друга и иногда отводя взгляд. Но Накахара не был уверен, что тот отводил его. Он был под нервным напряжением. Дазай просто смотрел и немного пугал его этим, пока не приблизился к нему и не поцеловал.       Это не было каким-то страстным или дикими поцелуем. Он просто оставил легкую память об этом дне на его губах.       Об этом дне, когда начался их путь.