Попробуем снова

Карин приподнялась на носочках и стала осматривать гостей. Среди кучи голов, нигде не виднелось нужной. Девушка раздраженно хмыкнула. Харуно будто сквозь землю провалилась. Красноволосая могла поклясться, что еще пять минут назад видела, как подруга болтается на танцполе, но сейчас, она просто исчезла. Маневрируя меж танцующих людей, Карин продвигалась в сторону кухни. Уже почти дойдя до двери, отделяющей гостиную от ее места назначения, в нее врезался мужчина. Узумаки выругалась и потерла ушибленный лоб. Подняв глаза она столкнулась взглядом с Наруто. Тот глупо улыбался и беспечно потирал затылок. — Карин-чан, я как раз тебя искал! — радостно изрек он. Красноволосая нахмурила брови. Тот факт, что ее искал блондин, явно не значил ничего хорошего. — Там.. Саске пришел. — Твою мать, — прошипела девушка. Мало ей было того, что у нее в доме сейчас веселится и пьянствует толпа народу, так теперь, судя по всему, от этого дома вообще ничего не останется. — А где Сакура-чан? — Узумаки стал озираться по сторонам, пытаясь глазами найти подругу. — Я и сама ее ищу. Но не вздумай ей говорить, что Саске тут, — рыкнула девушка, наклонившись к голубоглазому, от чего тот слегка отшатнулся от нее, — В последнее время она и так вся на нервах, если она узнает, что этот болван тут, то можно сразу писать завещание. — Ну подожди, — возразил Наруто, — Не могут же они все время друг друга избегать? В конце концов, сегодня такой прекрасный день, у всех хорошее настроение, не будут же они всем его портить, только из-за того, что снова встретились? — Ты когда-нибудь думал о жизни после смерти? — загадочно сказала девушка. — Нет, а что? — Узумаки непонимающе смотрел на куноичи, не догоняя, к чему она ведет. — А вот пора бы, потому что розоволосая смерть не пощадит никого, — ухмыльнулась Карин. — У меня есть идея, — блондин вдруг встрепенулся и, озираясь по сторонам, приблизился к подруге, — Нам нужно их свести! — торжественно прошептал он. У девушки нервно задергался глаз, а в голове стали хаотично всплывать все попытки друзей примирить этих двоих. Каждый раз все заканчивалось одним и тем же: Саске исчезал из деревни еще до того, как они успевали выловить его, а Сакура приходила в ярость и испытывала праведный гнев. А в тот единственный раз, когда они все-таки снова встретились, Харуно не выходила из дома несколько суток. В этом не было ничего удивительного, расставание далось розоволосой невероятно сложно. Весь ее оптимизм и запал медленно сходили на нет все время их отношений. Она никогда не жаловалась, всегда сама говорила, что знала на что идет. Но все же, она часто задавалась вопросом: неужели он навсегда останется таким холодным и безразличным к ней? В очередной раз, когда Саске вернулся после долгой миссии, Харуно не выдержала. — Надо просто их напоить! — голос блондина отвлек Узумаки от мыслей, — Сакэ всему голова! — поднимая указательный палец вверх, сказал Наруто. Карин тяжело вздохнула. Вечно в эту белобрысую голову приходят какие-то бредовые идеи. И эта, по сути, была одной из самых идиотских. — Ну, давай, попробуй напои Саске, — с вызовом сказала красноволосая, прекрасно зная, что Учиха не пьет, а даже если и пьет, то, неизвестно сколько нужно в него влить, чтобы он опьянел, — И вообще, с чего ты взял, что алкоголь на него положительно повлияет? Конечно, Карин хотелось бы, чтобы Сакура была счастлива. И видит Ками, что счастлива она будет только с Саске. С другой стороны, как она может быть счастлива с тем, кто игнорирует чье-либо существование в принципе? Она знала это не понаслышке, долгие путешествия вместе дали ей понять, что Учиха — настолько же далек от идеала возлюбленного, как север далек от юга. За его завораживающей внешностью жило столько демонов, что сам Люцифер позавидует. И поэтому она часто задумывалась, а нужно ли Сакуре такое счастье? Почему ей не отпустить эту бессердечную машину в его бесконечные странствия, как когда-то отпустила сама Узумаки. И другой мужчина, которого она так долго игнорировала и не замечала, показал, что на самом деле значит быть любимой. — А тебе и Сакуру спаивать не надо будет, она сама уже все сделала, — указывая за спину девушки, сказал Наруто. Карин оглянулась. Около стены, согнувшись пополам и прикрывая рукой рот, стояла Харуно. Розоволосая жмурилась и корила себя за то, что так много выпила. Знала же, что потом будет плохо. Наконец, когда очередной шторм в желудке улегся, она выпрямилась, слегка качнувшись. Голова тут же закружилась и она не сразу смогла сформировать взгляд на приближающемся человеке. Кто-то заботливо перекинул ее руку через свое плечо и куда-то повел. В голове была полнейшая неразбериха. Мысли шатались из стороны в сторону вместе с ее телом, не соединяясь ни во что единое. Душевное состояние колебалось от нездорового веселья, до плаксивых мыслей об одиночестве. C того момента, как они с Саске расстались, прошло два года. За все это время они виделись всего пару раз и те встречи вряд ли можно было назвать приятными. Каждый раз когда она смотрела ему в глаза, все внутри нее переворачивалось с ног на голову, заставляя вспоминать и чувствовать то, что она усиленно гнала от себя и пыталась забыть. В конце концов, то, что она стала инициатором их разрыва, вовсе не говорило о том, что она к нему ничего больше не чувствует. Харуно горько усмехнулась. Так уж видимо сложилось, что Учиха навсегда засел в ее душе и сердце и никак не хотел оттуда уходить. — Сакура! — резкий голос вывел девушку из мыслей, — Не спи, умывайся давай, — Узумаки недовольно смотрела на подругу, которая находилась в прострации. Наконец, розоволосая смогла понять, кто был ее спасителем. Наклонившись к раковине и открыв воду, Харуно стала жадно глотать живительную влагу. Капли воды стекали по ее подбородку и капали на холодный кафель с едва слышным, характерным звуком. Вдоволь напившись, девушка принялась умываться, растирая по лицу холодную воду, смывая с себя лишнее опьянение и противные воспоминания. Разогнувшись, она улыбнулась своему отражению в зеркале. На нее смотрели два затуманенных, озорных изумруда. — Лучше? — Карин стояла у двери, оперевшись о косяк и недовольно скрестив руки на груди. — Да, спасибо, — отозвалась Харуно и, уверенная в том, что она больше не пьяна, пошла к двери. Предательски мокрый и скользкий пол, а в довесок к нему нарушенное чувство устойчивости, сыграли с куноичи злую шутку. Покачнувшись и вскрикнув, она в попытке удержаться, схватилась за юбку подруги, потащив ее за собой. Девушки грациозно распластались на полу, повалив за собой все ванные принадлежности. Чертыхаясь и пытаясь встать, Карин резко отшатнулась назад, сбивая Сакуру, которая встала на четвереньки. В ванную, с нескрываемым интересом ворвался Наруто, распахивая дверь так, что у несчастной красноволосой девушки, шишка пройдет еще очень не скоро. — Наруто, — прорычала она, хватаясь за больной лоб и, буквально карабкаясь по одежде блондина, — Это все из-за тебя, — прорычала она ему прямо на ухо. — Саске сидит на втором этаже, — прошептал ей в ответ голубоглазый, так, чтобы Сакура не услышала, — Я думаю у меня все получится. Узумаки отпустила края рубашки друга и тяжело выдохнула, пытаясь успокоиться. Этот болван все-таки решил напоить Учиху, а значит и Карин нужно что-то сделать с Сакурой. В конце концов, в таком состоянии, она вряд ли сможет тут что-то разнести. — Ладно, — тихо ответила девушка, — Я займусь Сакурой, а ты иди и сделай так, чтобы Учиха стал лапочкой, — красноволосая буквально вытолкнула блондина за дверь. Наруто несколько секунд еще пялился в захлопнувшуюся перед ним дверь, а потом направился на кухню. Алкоголь бурлил в крови, начисто отключая здравый смысл. Но инстинкт самосохранения все еще присутствовал, потому, войдя на кухню и, увидев Шикамару, который увлеченно пытался вытащить из очередной бутылки пробку, совершенно не замечая друга, в дурной блондинистой голове тут же созрел новый, улучшенный план. Если вдруг что-то пойдет не так, с двумя то Учиха точно не справится, правда же? Узумаки подошел к Нара и попытался состроить самую убедительную и честную улыбку. — У тебя судорога что ли? — хмыкнув, спросил брюнет, подозрительно смотря на блондина и его перекошенное лицо. — Шикамару, ты же мне друг? — спросил Наруто. — Вот сейчас уже сомневаюсь, — наконец справившись с пробкой, он отставил бутылку и сложил руки на груди, — Чего тебе надо? Голубоглазый хитро усмехнулся.

***

— Налейте ему еще, — переглядываясь с Саем, сказал Наруто, косясь на Учиху, который никак не хотел пьянеть. Мужчины сидели на диване, обсуждая какие-то мелочи и поглощая уже третью бутылку сакэ. Узумаки уже начало казаться, что Саске обманывает их и не пьет вовсе. Нельзя же выпить полторы бутылки в одно лицо и при этом даже не охмелеть? Тем не менее, брюнет не особо сопротивлялся, когда друзья подавали ему одну рюмку за другой. — Давайте, — Шикамару на секунду задумался, — За наших дам! — косясь на Наруто, наконец сказал он. Блондин едва заметно кивнул, как бы одобряя действия Нары. — А что кстати с нашими дамами? — заметно отличным от привычного для Саске тона, спросил он. Мысленно джинчурики уже довольно потирал лапки. — Хорошо все с ними, — ухмыльнулся Нара, поглядывая назад, где на кухне сидели и болтали девушки. — У всех все хорошо? — опуская в себе очередную порцию алкоголя, спросил обладатель шарингана. «Ага, он сам это начал» — про себя усмехнулся Наруто. — Ну, Шикамару наконец отобрал у Гаары сестру, — разваливаясь на диване, пропел Узумаки, уже предвкушая успех, — А Ино охомутала нашего худохника, — он поймал недовольный взгляд Сая. — А Сакура? — Учиха сказал это быстрее, чем успел подумать о том, что этот вопрос был слишком опрометчивым. Друзья победно переглянулись. — А что Сакура? — наигранно безучастно спросил Шикамару, — Она ничего, работает, — пожал он плечами, — Цунаде ей кабинет выделила, ходит теперь такая важная, в халате, — усмехнулся брюнет. — Есть у нее кто? — прерывая поток Нары выпалил Учиха. — Ну, кажется кто-то был, — Шикамару тут же поймал удивленный взгляд джинчурики, — Сейчас не знаю, — он беспечно пожал плечами. Узумаки внимательно следил за реакцией брюнета, и он точно заметил, как Саске сжал кулаки и нахмурил брови, это было всего на секунду, но это было. Значит, ему не все равно.

***

— Ну нет же! — кричала Сакура, — Я не хочу спать! Ино и Карин буквально тащили подругу наверх, чтобы уложить ее в комнате. Та была уже совсем пьяна, но сил у нее все еще было предостаточно, потому что она то и дело цеплялась за встречающуюся на пути мебель, оставляя на ней длинные царапины. Буквально сбросив подругу на кровать, Яманако вытерла пот со лба. — Тебе бы железо тягать, подруга, — хрипло сказала блондинка, — "Сила сопротивления" у тебя что надо, — ухмыльнулась она. Харуно ничего не ответила, ей казалось, что она совершенно не хочет спать, но стоило ее голове коснуться мягкой постели, как тут же на ее губах расцвела умиротворенная улыбка. Удостоверившись, что розоволосая больше не буйствует, девушки ушли, осторожно прикрыв за собою дверь. Сакура лежала на спине и смотрела в потолок. С первого этажа слышались приглушенные разговоры и тихий смех. Ей вдруг вспомнилось, как несколько дней назад, когда она гостила у Хинаты, Наруто нежно гладил живот супруги, который только-только начинал расти. Он делал это с такой осторожностью и любовью, что у Харуно все внутри сжалось. В тот момент она почему-то подумала, что с ней такого никогда не случится. Единственный мужчина, с которым бы она хотела подобного — сейчас неизвестно где и с кем. И ведь отчасти она сама в этом виновата. Она же сама его бросила. Девушка тяжело вздохнула и отвернулась к стене, стараясь всеми силами предотвратить нарастающую внутри истерику. Все таки она очень по нему скучала. По его голосу, по его взгляду, пусть он даже был холодный, но зато такой родной. Никто больше не мог понравиться Сакуре так, как Учиха. Дело было не во внешности или силе, просто он был для нее особенным. И сейчас ей казалось, что она совершила ошибку, решив, что больше не любит его. Тогда она думала, что она сильная, что справится с душевной горечью. Но это ощущение одиночества и бессилия превратилось в хроническое. Она зажмурила свои малахитовые глаза, пытаясь сдержать слезы. Вдруг дверь скрипнула, а потом на кровать кто-то лег. — Ино? — тихо спросила Сакура. Ответа не последовало, но она была уверена, что это именно она. Кому еще приходить к ней в комнату? — Вот почему мне так не повезло? — начала Харуно, — Почему у всех отношения, а я одна, как идиотка? — в ее голосе начали проскакивать нотки раздражения, — Два года прошло! И что? Я все еще одна! — выпалила она и добавила чуть тише, — А он? Где он там? Что делает? Куноичи прикрыла глаза, восстанавливая в голове образ возлюбленного. — У него волосы всегда стоят торчком, но ты знаешь, — мечтательно прошептала она, — Они невероятно мягкие и пахнут вкусно, — она улыбнулась, — И руки у него такие большие и всегда теплые. На несколько минут в комнате воцарилась тишина. Было слышно лишь тихие голоса снизу и ветер за окном. — Я все думала, что он вернется, и больше не уйдет, — тихо сказала Харуно. В горле медленно, но верно нарастал ком, который вот-вот грозился вылиться слезами. — А он всегда уходил, — розоволосая развернулась и уткнулась в грудь подруги. Горячие слезы полились по ее щекам, оставляя соленые дорожки за собой. Сакура жмурилась и прижималась сильнее, пытаясь найти успокоение в теплых объятиях. Прежде, чем она немного успокоилась, в голове пронеслась мысль о том, что у Ино нет груди, а еще какие-то странно сильные и грубые руки, которые прижимали ее к себе. Харуно испуганно подняла глаза. Она моргнула несколько раз, пытаясь понять, начались ли у нее галлюцинации или она просто спит. — Ты? — прохрипела она, упираясь ладошками ему в грудь, — Нет, нет, — она отрицательно помотала головой, — Этого не может быть. — Тем не менее это я, — донесся до сознания девушки его бархатный голос. «Он все слышал! Он слышал!» — судорожно кричал ее мозг, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. — Я не о тебе говорила, — Харуно не придумала ничего лучше, чем просто пойти на попятную. Учиха лишь ухмыльнулся. Когда Шикамару сказал, что у Сакуры может кто-то быть, его всего передернуло, возможно, это было и из-за алкоголя, но если уж говорить совсем честно, то его действительно это задело. Как бы там ни складывались их отношения, но он всегда был уверен, что Харуно — только его и ничья больше. То ли алкоголь так на него действовал, то ли он просто потерял рассудок, сейчас ему хотелось лишь одного, чтобы она перестала плакать. Плакать из-за него. — Это все Наруто, — обреченно вздохнул Саске. Не то, чтобы он был сильно против. Но молча впихивать его в комнату Сакуры было уж слишком. Видя, как она плачет, он не знал, что делать. Ему хотелось успокоить ее и сказать, что все хорошо. Но разве это правда? Они лежат в одной постели, оба пьяны, расстались два года назад и сейчас причина ее слез — снова он. Может стоит просто уйти? В действительности Учихе казалось, что любое его решение будет неправильным, потому, он решил хотя бы раз попробовать ничего не испортить. Брюнет наклонился к девушке и осторожно убрал прядь волос с ее лица. Такое же прекрасное, как и всегда. Яркие, искрящиеся глаза с легкой пеленой опьянения, бледно-алые, пухлые губы, ее утонченные, мягкие черты лица. Все это манило к себе, немо умоляя прикоснуться. Саске коснулся губ Сакуры своими. Несмотря на привкус алкоголя, мужчина явственно чувствовал сладость от ее поцелуя. Она неумело отвечала ему, будто забыв, что они расстались два года назад. Кого это интересует, если сейчас кроме них двоих вокруг больше ничего нет? Только эта комната, он и она. — Ты мне снишься? — вдруг спросила Сакура, разрывая поцелуй. — Если хочешь, то так, — улыбнувшись уголками губ, брюнет опустился к ее шее, целуя ее и едва прикусывая, ему очень хотелось успокоить ее и отвлечь от грустных мыслей. — Если это не сон, то мне придется тебя ударить и сказать, какой ты дурак, — выдыхая и прикрывая глаза, прошептала девушка. Саске ничего не ответил, он был слишком увлечен нежной, бархатной шеей его красавицы. — А если сон, — она прикусила губу, ощущая горячее дыхание Саске над своим ушком, — То я не хотела бы просыпаться, — выдохнула она. Обладатель агатовых глаз поднялся на уровень ее лица и снова поцеловал. В этот раз поцелуй был куда глубже. Он обвил руками ее талию и крепко прижимал к себе. Он ловко игрался с ее язычком, полностью подчиняя себе Сакуру. Его язык прошелся по ее небу и зубкам, а потом он едва прикусил нижнюю губу. — Саске, — тихо простонала Харуно, ощущая, как по всему телу растекаются томными волнами желание, — Разве нам можно? — вдруг спросила она. Учиха внимательно всмотрелся в глаза. Странный вопрос. Но, действительно, можно ли? — А ты хочешь? — Да, но, — Харуно запнулась, до сих пор ей было непонятно, что происходит. Ей все это снится? Или он действительно здесь? Если да, то что будет завтра? Он снова уйдет, а она снова будет сходить с ума от злости и обиды? Нужно ли ей это? — Ты же все равно уйдешь? — выдохнув, спросила она. — Мне придется, но потом. Пока я буду здесь, — тихо ответил он, утыкаясь носом в ее щеку. До того, как они с Сакурой начали встречаться, ему не приходилось думать о том, что он хочет вернуться сюда. Но когда этот розовый ураган ворвался в его жизнь, все изменилось. Он знал, что не может дать ей того, что она хочет, но так же знал, что его нутро самовольно начало сдаваться в ее плен, обезоруживая и заставляя испытывать какие-то глупые, странные чувства. Он не знал любовь ли это, потому что давно забыл, что вообще это слово значит. Но она точно была для него кем-то особенным. И когда она ушла, он злился на себя и на нее и надеялся больше никогда сюда не возвращаться.Но так и не смог просто уйти. До сегодняшнего вечера ему почему-то и в голову не приходило просто помириться. Все их отношения, что начало, что конец, были слишком импульсивными, он не успевал осознать или понять что-либо. Потому выбирал привычный для него путь — молча уйти. И до сих пор ему казалось, что это — правильно. Сакура нежно прикоснулась ладонью к щеке мужчины. От легкой прохлады ее пальцев, он едва вздрогнул. Он совсем забыл, какие ее руки мягкие и бархатные. Ее глаза внимательно наблюдали за его, в попытках понять, о чем же он думает. Приятно ли ему? Скучал ли он? От ощущение тепла его тела, розоволосая буквально млела и таяла. Вся злость и обида испарились, стоило ей почувствовать его сильные руки на своей талии и желанные губы на своих устах. Как долго она ждала этого. Как долго. Саске переместил свою руку на голову Харуно, пропуская ее шелковые волосы сквозь пальцы. Все тот же запах, запах, который он узнал бы из тысячи. Не в силах себя сдерживать, обладатель шарингана подался вперед и поцеловал девушку. Этот поцелуй тотчас вскружил голову Сакуры, полностью избавляя ее от остатков сомнений в правильности того, что они делают. И почему вся ее обида и злость на него вдруг пропали? Она мечтала хорошенько навалять ему при случае, чтобы наконец образумился, а теперь лежит в его объятиях и млеет от его прикосновений. Мысленно, Харуно ругала себя на чем свет стоит, потому что снова, в очередной раз, попалась в сети Учихи. Ему даже делать ничего не надо, чтобы она откинула все свои принципы и как наивная овечка поскакала бы за ним в сторону запретного. Но от осознания, что это «запретное» свершится, разум пьянел сильнее, чем от алкоголя, а внутри распалялся нетушимый пожар. В конце концов, она пьяна и имеет право на маленькую шалость. Кто будет ее осуждать за то, что она поддалась на чары человека, которого любит всю жизнь? Харуно горько усмехнулась про себя, осуждать ее будет лишь она сама, когда поутру от возлюбленного останется лишь уже остывшая постель и новая, неизлечимая рана на сердце. Брюнет гладил спину Сакуры, ощущая подушечками пальцев каждый ее позвонок. Ее губы безвольно отвечали ему, отрываясь лишь на секунды, чтобы сделать очередной глоток воздуха. Ее нежный, одновременно очень знакомый и вновь неизвестный запах дурманил голову, заставляя вдыхать его с каждым разом все более и более жадно, пропуская его через все тело так, чтобы он остался там, где-то на подкорке сознания. Лоснящиеся, мягкие, розовые волосы то и дело щекотали его лицо, заставляя слегка жмуриться и убирать их свободной рукой, осторожно заправляя за ушко девушки. Саске всем телом ощущал, как доверчиво и нежно зеленоглазая жмется к нему грудью, желая сократить то мизерное расстояние между ними, которое осталось. Значит, ее больше не мучает вопрос: можно ли? Он подмял Сакуру под себя так, что теперь она находилась под ним, смотрела на него своими бездонными, детскими глазами снизу вверх. Ее грудь часто вздымалась, а припухшие, алые губы подрагивали. Эти бесконечные, долгие миссии и странствия никогда не давали ему толком насладиться этим прекрасным видом. Сползшие бретели платья оголили заостренные, аккуратные плечи, в темноте было отчетливо видно, как белеет ее матовая, бархатная кожа. Не удержавшись, Саске провел рукой по ее плечу, осторожно стягивая пальцами лямку легкого платья. Она поддалась, и бесшумно соскользнула с Сакуры, открывая мужчине вид на полуобнаженную грудь. Харуно наблюдала за действиями Учихи внимательно и с любопытством, даже когда они были в отношениях, ничего подобного не происходило. Сейчас ее вовсе не смущали внимательные, черные глаза, которые откровенно изучали ее. Сейчас ей хотелось, чтобы он смотрел так на нее всегда. Рука самовольно потянулась к его щеке. Сакура осторожно гладила ее, наблюдая за реакцией Саске. Он еле слышно выдохнул и прикрыл глаза. Сейчас не хотелось делать никаких резких движений. Все вокруг вдруг замедлилось и стало безропотно умиротворенным. Он попытался вспомнить, когда между ними было что-то подобное? Абсолютное спокойствие, без его раздражённости, без ее слез и истерик. На ум ничего не шло. Что же они делали не так? А Сакура будто выпала из всего этого, сейчас в голову не лезли никакие непрошеные мысли о прошлом. Только стойкое желание поменять будущее. Она приподнялась на локтях и притянула Саске за шею к себе, томно целуя его и опускаясь обратно на постель. Его губы быстро переняли инициативу и он, почти полностью облокотившись на девушку, принялся ласкать ее язык и уста. Она податливо открывала ротик и отвечала на все его действия, стараясь повторять все движения Саске. Руки обладателя шарингана бесстыдно опустились на девичью талию, а потом стали медленно спускаться вниз, к бедрам. Ощущение такой близости не на шутку распаляло желания Саске. Выпитый алкоголь никуда не делся и, лежащая под ним полуобнаженная девушка, не способствовала целомудрию. Ладонь брюнета скользнула под подол платья, принимаясь гладить оголившуюся ножку и бедро. На каждое его прикосновение, розоволосая реагировала тихими вздохами и едва ощутимыми вздрагиваниями. Прохладная, бархатная кожа ярко контрастировала с горячими, грубыми пальцами наследника великого клана. Саске уткнулся в шею розоволосой, опаляя ее горячим дыханием, невесомо коснулся кожи, едва дотронувшись языком, а потом чуть смелее прикусил ее, от чего с губ Харуно сорвался тихий вздох. Брюнет поцеловал выступающие ключицы, провел влажную дорожку между ними, слыша, как сердце Сакуры начинает биться чаще. Он отстранился от нее и выпрямился, уловив во взгляде девушки немой вопрос. Зацепив вторую бретель пальцем, он настойчиво стянул платье, опуская его на аккуратные бедра. Машинально куноичи прижала руки к груди и свела ноги, на что Саске лишь умилился. Он провел двумя руками по ее тонкой талии, очерчивая полукруг на ее плоском животике, а затем полностью лишил ее платья, оставляя в одних лишь трусиках. Даже в ночной темноте, он видел, как лицо девушки залилось пунцовой краской, а губы нервно поджались. Устроившись между ее ног, он нежно поцеловал ее в щеку, щекоча ее лицо причудливо торчащими волосами. И откуда в нем столько нежности? Пользуясь тем, что зеленоглазая немного расслабилась, Саске осторожно развел ее руки, ощущая как у него самого начинают пылать щеки. Взгляд черных глаз цеплялся за небольшие округлости с розовеющими, маленькими сосками. Они призывно топорщились и манили. Сглотнув, брюнет накрыл своей ладонью грудь Сакуры, на что та, едва слышно простонала. Пальцы, будто ведомые какими-то неизвестными ему ранее инстинктами, стали легко сжиматься и разжиматься. Облокотившись на одно колено, мужчина спустился ниже и прильнул губами к набухшему соску. От таких действий Саске, розоволосая рвано выдохнула и прикусила губу, пытаясь сдержать просящийся наружу стон. Свободная рука Учихи легла на вторую грудь, пропуская сосок между пальцев и приятно сдавливая ее. Прежде, чем он отчетливо услышал, как Харуно простонала, он почувствовал, как ему на затылок легла ее маленькая рука, путаясь пальцами в волосах, она прижимала его ближе, выгибаясь навстречу. В штанах становилось неимоверно тесно, внизу живота неминуемо назревал твердый узел, заставляя шиноби неопределенно жмуриться и сильнее покусывать Сакуру. — Саске, — прошептала она его имя, когда почувствовала, как его рука медленно прошлась по внутренней стороне ее бедра, задевая самое сокровенное место. Мужчина ничего не ответил, лишь поднялся к ее шее, одаривая ее поцелуями и укусами. Пальцы, будто невзначай задели ее между ног, от чего Харуно чуть дернулась, и, не в силах больше просто лежать и наслаждаться этими сладостными муками, притянула лицо брюнета к своему. Дрожащими пальцами, розоволосая принялась расстегивать его рубашку, пока Учиха дарил ее губам неимоверное блаженство единения. Как только с ненавистными пуговицами было покончено, куноичи распахнула глаза, скользя туманным взглядом по накаченному прессу Саске, машинально она протянула к нему руки, ощущая кончиками пальцев идеальность рельефа и шершавые ранки, полученные во время битв. От того, как девушка гладила его грудь, хотелось рычать, настолько приятными были эти ласки. Целуя ее снова и снова, он ощущал как нежность уступает место страсти, похабной, жесткой и жгучей. Скинув с плеч рубашку и встав на колени, шиноби притянул размякшую Сакуру к себе, придерживая и обнимая ее за талию. Ее ладошки упирались ему в грудь, а два изумруда, казалось, хотели заглянуть прямо в душу. Уткнувшись ей в плечо, он стал легко покусывать его, оставляя небольшие, красные метки. Одной рукой он все еще держал Сакуру на коленях, а вторая плотоядно скользнула на попу. Саске сжимал ее и поглаживал, заставляя Харуно буквально таять от такого напора ласк. Чуть отстранив от себя девушку, Учиха скользнул рукой между их тел, касаясь ее трусиков. Поглаживая ее пальцами, мужчина ощущал, какая Сакура влажная там, и от того, напряжение внизу живота накалялось все сильнее и сильнее и уже ощутимо упиралось в бедро девушки. Отодвинув легкую ткань трусиков, брюнет скользнул по ее складочкам, задевая самые чувствительные места, на что Сакура громко простонала. Все внутри нее напряглось, а тело неистово желало продолжения, но Саске, как нарочно, ничего не предпринимал. — Быстрее, — сбивчиво прошептала девушка, утыкаясь ему в грудь. Учиха, осторожно ввел в нее два пальца. Внутри было тепло и узко, и не менее тесно, чем у него в штанах. Нервно сглатывая каждый раз, как взгляд его падал на закатывающиеся глаза девушки и ее подрагивающие губы, с которых срывались один за другим стоны, он начал медленное движение, ощущая, как с каждым толчком, Сакура все больше подмахивает ему бедрами и прогибается в спине. Пелена возбуждения полностью застелила разум девушки. Сейчас она видела только Саске, который доставляет ей неимоверное, невозможное удовольствие. Кусая губы и рвано дыша ему в грудь, Харуно прикоснулась к тому, что так бесстыдно упиралось ей в ногу. Стоило ей слегка сжать его, как сверху, из губ Саске тут же послышался полурык. — Стой, — прошептала девушка, когда поняла, что пока он движется в ней, она не сможет расстегнуть его брюки. Не желая ждать, Учиха сам расстегнул штаны и откинул их в сторону. Розоволосая стянула с него трусы, цепляясь плотоядным взглядом за достоинство мужчины. Она осторожно провела по нему пальцами, размазывая по головке несколько капель смазки. От такого откровенного жеста брюнет глухо простонал и притянул девушку к себе, стягивая с нее трусики и возвращая пальцы в ее лоно. Время вокруг них остановилось, были лишь его пальцы в ней и ее ладонь, беспрестанно движущаяся по стволу его члена. Когда терпеть стало совсем невмоготу, обладатель шарингана нехотя отстранился от разгоряченной девушки, и встал с постели, подхватывая ее под бедра. Оказавшись навесу, розоволосая машинально обхватила его шею руками, и впилась в его губы жадным поцелуем. Разорвав поцелуй, брюнет внимательно всмотрелся в глаза Сакуры. Они были слегка прикрыты и неестественно блестели, они глядели на него так наивно и доверчиво, что на секунду Саске усомнился в правильности своих действий. — Я хочу, — прошептала она, поняв о чем думает последний из Учих. Найдя опору в виде стены, он прижал ее к ней и осторожно скользнул по влажным, манящим складочкам, смазывая член ее соком. Потянувшись к ней с поцелуем и ласково поддерживая ее за бедра, мужчина одним резким толчком вошел. Ногти Сакуры больно впились в его плечи, а из губы, которую она прикусила засочилась кровь. Припав к пульсирующей жилке на ее шее губами, он начал осторожное движение, скользя в ее лоне и ощущая, как оно сдавливает его. Харуно металась в руках мужчины, не зная куда себя деть, она цеплялась то за его плечи, то за волосы, с каждым толчком прижимаясь к нему все сильнее и сильнее. Ее припухлые, искусанные губы, часто ловили его, требуя поцелуя. Часто и рвано в комнате слышались вздохи и характерные шлепки. Когда Саске резко остановился и поставил ее на ноги, розоволосая чуть не упала, совершенно забыв как стоять. Но заботливые, сильные руки уверенно держали ее за талию. Сорвав с губ девушки еще один поцелуй, Учиха закинул ее ногу себе на бедро и резко вошел. От поменявшегося угла у Харуно перед глазами заплясали звезды. Он проникал в нее так глубоко и достигал таких запретных точек, что на каждое его движение, тело отзывалось все новыми и новыми вспышками в глазах и сознании. Напряжение внутри достигло своего пика, хотелось быстрее, глубже, жестче. Она подняла взгляд на Саске. С его лба стекали капельки пота, а руки пестрили напряженными венами, от того, как сильно он прижимал ее к себе. В его глазах не было и толики холода, только звериное желание и какая-то непонятная, неизведанная нежность. Едва сдерживаясь, чтобы не кончить прямо сейчас, Саске сбавил темп, томительно входя и выходя из девушки, заставляя ее в исступлении хватать ртом воздух и двигать бедрами навстречу. — Саске, — не в силах больше терпеть, простонала девушка, — Прошу, быстрее, — влажные пряди прилипли к ее лбу, которым она уперлась в грудь Учихи. Шиноби прекрасно ее понимал, он и сам был уже не в силах это терпеть. Подхватив девушку на руки, он осторожно уложил ее на постель и навис сверху, снова наслаждаясь прекрасным видом ее груди. Смущаясь и отводя взгляд, Сакура призывно раздвинула ножки, немо приглашая его войти. Рукой пристроив свое достоинство у ее лона, он медленно вошел, растягивая мучительно-томительные мгновения. Розоволосая обхватила его торс ногами, притягивая к себе и властно впиваясь губами в его шею. От всего напряжения, что мучительно собралось внизу живота, Саске буквально зарычал и резко сорвался на бешеный темп, подминая девушку под себя и вколачиваясь в нее до основания. Быстрый толчки доводили девушку до небывалого блаженства. Казалось, что все внутри нее напрягается все сильнее и сильнее, вытягиваясь в струну, пока особенно сильный толчок, подобно ножу, не разрезал эту нить, приводя Сакуру в крайнюю степень наслаждения. Стенки влагалища особенно сильно сжали Саске, а громкий стон Харуно разрезал спертый воздух. Не в силах больше сдерживаться, брюнет вошел до основания и, сделав еще пару движения по инерции, кончил. Оргазм накрыл его с головой, утаскивая в какие-то неизведанные дали. Он рухнул на Харуно, ощущая, как она едва не ломается под ним. Найдя в себе силы, он перекатился на другую сторону кровати. Притянув зеленоглазую девушку к себе, он облегченно выдохнул. Сакура смотрела на умиротворенное лицо брюнета и не хотела верить, что все кончилось, что скоро он снова станет прежним. Холодным и безразличным. Поддавшись мимолетному желанию, она коснулась ладонью его щеки, убирая темные пряди с его лица. Янтарные глаза открылись и смотрели на нее внимательно и изучающе. Что значил этот взгляд, она не знала. Да и не хотела знать.

***

Сакура несколько раз моргнула, привыкая к свету, а потом полностью открыла глаза. Повернувшись к окну, она никого не обнаружила. Разочарованно выдохнув, она отвернулась к стенке, утыкаясь в нее лбом и поджимая ноги под себя. Алкоголь выветрился из ее головы еще ночью, так что сейчас она ощущала разве что горечь от осознания того, что она сама проложила себе дорогу к новым страданиям. Успокоив набросившиеся на нее чувства отчаяния и безысходности, она встала и поплелась в ванную. На первом этаже уже слышались тихие голоса друзей. Когда она привела себя в порядок и спустилась, несколько пар глаз тут же устремились на нее, а довольная Ино, тут же подхватила ее под локоть и повела на кухню. — Как повеселились? — усмехнулась она, облокачиваясь на столешницу. — Ничего особенного, — отводя взгляд, пробурчала розоволосая. Только расспросов Яманако ей еще не хватало. — Тебе тут Саске передал, — протягивая небольшой клочок бумаги, пролепетала Ино и поспешила оставить ее один на один с письмом. Дрожащими руками Харуно раскрыла сложенный пополам листок.

«Хокагэ срочно вызвал на миссию. Когда я вернусь, я хочу, чтобы ты была дома. Вернусь через пару недель. Саске.»

На лице девушки расплылась глупая улыбка. Она прижала листок к груди, будто это что-то невероятно дорогое и хрупкое. Она жмурилась от счастья и ощущала, как внутри нее все оживает и трепещет. Они попробуют еще раз. Еще раз. Кто бы мог подумать, что нужно просто напиться?