Северный ветер

Всегда веселое и расслабленное лицо младшего принца было перекошено недовольством. Этот шум и беготня вокруг его конкретно раздражало. До него еще явно не дошло понимание всего ужаса, который свалился на его плечи. Паника волнами накатывала, а пальцы покалывало от страха, который готов был вырваться наружу. Он пытался держать себя в руках, сжимая и разжимая пальцы, но отчаянное желание закричать щекотало горло. Безумная суматоха вокруг не прекращалась ни на миг. Ощущение, что он сидел в проходном дворе, ведь народ постоянно приходил и уходил, что приводило к постоянному мельтешению перед глазами. Голова была как в тумане, а мысли разбегались с удвоенной скоростью и поймать хоть одну адекватную было невозможно. «Какого черта я сижу в кабинете отца, куда попадал лишь после громких скандалов в СМИ?» — проносится мысль в голове юноши. Обыкновенное дело для всего штата дворца был разбор проступков парня, когда поднимали огромное количество бумаг, которые потом приходилось подписывать. Попытки отца исправить поведение младшего сына угрозами работали в подростковом возрасте, а возможно и не работали вовсе, а все лишь так думали. Будто парень сделан из металла, что каждый раз, находясь под прицелом огромного количества людей, которые лишь мечтали окунуть его в грязь, буквально, он выбирался из нее абсолютно чистым. Благо финансов и связей хватало, чтобы замять из ряда вон выходящие поступки мальца. Они раздражали всех, кто бы это не был. Чон Лин Хо, Король этой страны, являясь еще и отцом, всегда отмахивался от этих действий младшего сына, словно он его и не интересовал вовсе. Для него он был лишь маленькой мошкой, которая постоянно летала около уха и не давала сосредоточиться на главных проблемах. Воспоминания о нем у него всегда связывались с дергающимся глазом. Постоянные попытки перевоспитать непослушного ребенка разными способами постоянно проваливались и, лишь когда Чонгуку стукнуло 18, его отец решил, что пора отдохнуть и принял решение сплавить своего ребенка подальше от себя. Принято было решение отправить его обучаться за границу. Вмиг выбранный Гарвардский университет и купленные билеты, и счастливый парень укатывает на другую часть планеты. Мудрое решение Лин Хо казалось мудрым лишь до тех пор, пока юноша не вернулся в первый раз оттуда на так называемые «каникулы». Полностью отбившийся от рук парень, который забыл, что он является принцем, привел в бешенство отца, который думал, что его дитя сможет в таком окружении стать чуточку умнее и спокойнее. Конечно, умнее он стал, ведь пренебрегать возможностью обучаться в лучшем университете штатов он не собирался, но вот окружение его было «отличным». Загруженность расписания и обучение никогда не мешали Чонгуку расслабляться. Возможность свободы, которую он получил, когда благополучно приземлился в Бостоне, не покидало его все 6 лет, которые он провел в штатах. Учиться рядом с людьми, пусть и не самыми обычными, но по крайне мере своими сверстниками — для Чонгука это было и вправду потрясающе. Но из воспоминания его выдернул резкий удар папки об стол. Встрепенувшись, он вернулся в реальность, где ничего не изменилось. «Как они все раздражают», — подумал про себя принц, с явным удручением потерев подбородок, где уже ощущалась прорезавшаяся щетина — Стоять всем! — резкий удар руки об стол заставил вздрогнуть как половину слуг, так и советника, стоявшего напротив него, — все на выход! — Но ваше Высоче… — пытался упрекнуть принца советник Ли До Хва, который был одним из самых приближенных людей к правящей верхушке, однако даже он не мог справиться с характером младшего отпрыска Короля. — Вон, — стараясь не закричать, прошептал принц, убирая назойливую челку со лба, которая порядком вспотела, ведь из-за большего количества народа воздуха в кабинета совсем не осталось, — прошу, оставьте меня наедине всего на 10 минут, умоляю. Советник уже собирался вновь возразить, но пройдясь взглядом по принцу, ему непроизвольно стало стыдно. Он совсем забыл, что перед ним сидит младший принц, на плечи которого неожиданно свалилось такое бремя. Усталый вид, мешки под глазами от бессонной ночи явно кричали о том, что ему нужен отдых. Принц был совсем не готов к такому моральному давлению, пусть и старался держаться сильным. Он никогда не испытывал настолько сильный стресс, а его максимум был экзамены после магистратуры. Но при нынешней ситуации, историю с экзаменами хотелось вспоминать с кривой усмешкой. Закусив губу, он указал всем слугам на дверь, и в ту же секунду кабинет опустел. Принц тут же откинулся на сиденье стула, развязывая тугой галстук на шее. До Хва поклонился и направился к двери, явно давая юноше передохнуть от суматохи. — Хён, — тихий шепот принца заставил его замереть. Тут же обернувшись, он устремил свой взгляд на парнишку. Наконец-то оказавшись наедине с мужчиной, принц мог не придерживаться этикета, — что мне делать? Дрогнувший голос выдавал его беспомощность, а вид был, как у потерянного ребенка. До Хва редко видел его таким и последний такой момент он помнил лишь в момент смерти матери младшего принца. После этого случая Чонгук полностью закрылся для этого мира, превращаясь в несносного мальчишку каждый раз, когда слышал упрек в свою сторону. Лишь советник понимал, что это был способ привлечь внимание своего отца, который за своим первенцем, который был в его глазах идеальным, не видел своего младшего сына. — Чонгук, — пытаясь подобрать слова, проговорил До Хва, медленно подходя к парню и кладя ему ладонь на опущенные плечи, — возьми себя в руки. Будет тяжело, но у тебя всегда есть я и Тэхён. Помни, ты можешь опереться на нас. Он не врал, когда говорил эти слова. Чонгук был для него как младший брат, который постоянно требовал опеки. Он всегда был готов оберегать его и поддержать. Большую часть своего детства парень может связать с До Хва и матерью, а также с бессчетным количеством постоянно сменяющих друг друга гувернанток, которые не играли в его жизни никакой роли, пусть и пытались привить ему какие-то качества. — Я не могу править, хён. Я никогда не готовился к этому… — истерично бормотал Чонгук, вертя в руках ручку, с выгравированными буквами, которые складывались в имя его брата . Единственная ценность, что осталось от него. Внутри него был целый тайфун эмоций. Он не может править, не может. Это всегда было обязанностью его брата, его готовили к этому, а не Чонгука. Для него трон был обузой, он никогда не хотел оказаться под таким бременем, и был безумно раз, когда старший брат не отказался от своих прав, ведь иначе он бы стал наследным принцем. Чонгук всегда любил свободу, любил делать то что хочет, а не то что приписывает этикет. Наверное именно поэтому он всегда держался вдали государственных дел. — Ты сможешь, Чонгук! Даже, если не сможешь, тебе придется научится, ведь у тебя нету выбора. Ты единственный прямой наследник с полными правами на трон и только ты можешь взойти на него. — Я не могу, не могу! — воскликнул парень. Не этого хотел он, совсем не этого. Эта чертова корона свалившаяся на его голову разрушила все его планы. Он мечтал вновь полететь в Америку к своим друзьям, вновь окунуться в это веселье и беззаботное состояние. А что вместо этого? Он сидит в кабинете короля, он является наследным принцем и у него нет выбора, как стать королем. «Как я до этого докатился?» — пронеслось в его голове Образовавшуюся тишину нарушил грохот двери, ударившейся об стену, да с такой силой, что даже Ли До Хва вздрогнул. Растрепанный парень, резко бросив чемодан, подлетел к Чонгуку, который лишь безмолвно встал. — Чонгук, — жалобно пробормотал парень, перед тем, как заключить принца в свои объятия. Чонгук отчаянно нуждался в них, ему не хватала поддержка друга. — Техён? Ты когда приехал? — удивленно спросил Ли До Хва, явно шокированный таким появлением парня. Обычно, он имел привычку оповещать о своем приезде чуть-ли не за две недели. «Это время вам, чтобы успеть приготовить шикарную вечеринку» — всегда отмахивался он. — Как только я узнал, то купил билеты и вылетел первым же рейсом. Знаете же, что до Америки новости о маленькой Корее доходят очень долго, поэтому я немного опоздал. — наконец-то отцепившись от Чонгука, проговорил он. Он впопыхах собрался и выехал в аеропорт и только, когда он уже летел в Корею, его американские друзья узнали, куда он направился. Наверное, по этикету, он должен был сперва заехать к своим родителям, но он помчался на всех парах к Чонгуку, ведь прекрасно знал, как ему сейчас плохо. — Как так случилось, что ты стал Королём? — Боже, заткнись. — прошипел Чонгук, закрывая уши и отворачиваясь от друга. Его тело начало знобить и его только-только пропавшая паника вновь вцепилась когтями в его сердце. Он не мог слышать эти слова, ведь это заставляло его вернуться в реальность. — Он пока не стал Королём и, будь добр, не произноси эти слова, они его нервирует. — кратко ответил советник сконфуженному парню. — Но он все равно станет Королем, почему он реагирует так остро? — не понимая всей ситуации отозвался парень. — А как бы ты отреагировала, если бы вмиг потерял своего брата и на твою голову свалилась чертова корона? Как ты бы отреагировал, если бы тебе сказали, что ты станешь Королем, быть которым ты не хотел?! — вскрикнул Чонгук, зарываясь пальцами в волосы и превращая их в хаус. Он просто рассыпался на глазах, боль поглощала его изнутри. Как взять себя в руки? Как заставить себя двигаться вперед? — Прости… Чонгук, прости меня… — виновато прошептал парень, понимая, насколько глубокую рану он задел. Черт подери, что он творит?! Разве он не приехал поддержать его? А вместо этого он просто втоптал его в самое дно чувств. Он мог долго копаться в себе, если бы его не прервал тихий шепот парня: — Оставьте меня одного, прошу…