Майкл знает

Я была наслышана о «сучках из Сентфора», более того, в Балтиморе тоже были свои сучки. Меня никогда не волновало и не касалось их далеко не мирное существование и я никогда не хотела быть на них похожей. Но, чёрт, сегодня я выглядела, как сучка. И мне это нравилось. Ярко-красная помада создавала неплохой тандем с моими голубыми глазами, густо подведенными чёрным карандашом. Раскрас на моём лице, вообще, был боевой, а ведьминская шляпа, добросердечно одолженная в лавке миссис Хилл, идеально дополняла платье Майкла. Я смотрела на своё отражение в зеркале и не могла поверить, что это действительно была я. Кажется, Тёрнер хочет полностью подстроить меня под себя. И почему только я не отпираюсь? — О Господи, Сара, — мама встречает меня в прихожей. Из её рук выпадает полотенце, и я улыбаюсь, довольная её реакцией. — Я похожа на ведьму? — Кэнди сказала, что ты будешь мумией. Закатываю глаза и хватаю пальто. Ровно восемь. Майкл, должно быть, уже подъезжает. — Где ты взяла это платье? Расставляю руки в стороны, несколько раз покрутившись перед мамой. Она оценивает мой прикид неоднозначным вздохом. Не могу понять: ей нравится или она в бешенстве? — Мой хороший друг подарил. — Тот мальчик, Дерек? — Нет, — улыбаюсь. — Майкл. Его зовут Майкл. — Вы встречаетесь? Кто-то несколько раз сигналит на улице. Вздрагиваю, и щеки мои заливаются краской. Целую маму в щеку, оставляя красный след от помады, и выбегаю на улицу, сотни раз пообещав ей, что вернусь трезвая и рано. Что-то из этого, определённо, ложь. Несмотря на то, что моросит дождь и на улице холодно, пальто надевать не спешу. Пусть Майкл увидит мой прикид, пусть оценит. Я как раз закрываю за собой дверь, когда он выходит из форда, замирая у приоткрытой двери машины. Футбольный бомбер на нём вызывает во мне, как минимум, миллион вопросов. То есть, я вырядилась ведьмой, а он, оригинальнейший из всех, решил быть... собой? — Вау. Сара, ты выглядишь... — он поднимает брови и приоткрывает рот. Я подхожу к парню и демонстрирую свой наряд, широко улыбаясь. Тёрнер не сводит с меня глаз, а затем присвистывает, заставляя мои щеки заалеть. Смущённо отвожу взгляд, когда он забирает пальто из моих рук и серьёзно на меня смотрит. — Ты самая очаровательная ведьма из всех, но мы же не хотим заболеть, да? — становясь позади меня, Майкл помогает мне надеть пальто. Сердце моё начинает бешено колотиться в груди, когда он становится слишком близко ко мне, перекладывает мои волосы на правое плечо и касается губами моей шеи. Резко вздрагиваю, поворачивая голову в его сторону. — Фиалка и нарцисс. Идеальное сочетание, не находишь? Фиалка и нарцисс. Я и он? Идеальное сочетание? В каком-то непонятном мне самой наслаждении прикрываю глаза. Ощущение его губ на моей шее — нечто неописуемое, вызывающее и жар, и мурашки одновременно. Он чувствует это и едва слышно усмехается, отстраняясь. — Не будем опаздывать на вечеринку, правда? Майкл обходит машину и открывает для меня дверь. Прохладный воздух позволяет быстро прийти в себя, но этот бомбер на Тёрнере не даёт мне покоя. Подхожу к двери и вопросительно поднимаю брови. — Где твой костюм, Майкл? Нахальная улыбка украшает его и без того красивое лицо. Он ухмыляется и говорит: — В случае, если ты очаровательный красавчик, капитан футбольной сборной и всеобщий любимчик... костюм не нужен. Ничего удивительного, как всегда. Закатываю глаза и сажусь в машину. Когда он занимает свое место и заводит мотор, буря волнения вмиг овладевает моей душой. Майкл спокоен, как удав, в своих лучших традициях, словно всё, что нас окружает, находится под его контролем. Ловлю себя на мысли, что, возможно, так и есть. И не перестаю глазеть на этого паренька в бомбере школьной сборной. — Слушай, Сара, — он не смотрит на меня, когда начинает говорить, и я благодарю всех на свете богов за то, что теперь полноправно могу разглядывать его, и это не будет считаться странным или невежливым. — Я понимаю, что я безумно красив и обаятелен, но когда ты любуешься мной, я не могу сосредоточиться на дороге. Хочется любоваться в ответ. Обескураженно открываю рот и резко отворачиваюсь к окну. — Я лишь хотела убедиться, что ты хорошо водишь, — бормочу едва слышно. — Я всё делаю хорошо. Глаза мои наливаются кровью, в горле першит, а на щеках уже можно жарить тосты от такого его тона. — Давай вернёмся к вечеринке и ещё раз обсудим, как я должна себя вести. С его губ слетает раздраженный вздох. — Будь собой. Этого хватит. — Но неделю назад ты дал мне целый список указаний! Я по памяти переписывала их в блокнот полвечера, — в суматохе открываю сумочку, доставая оттуда записную книжку. Открываю первую страницу и зачитываю правило номер четыре, не обращая внимания на его взгляд, кричащий мне о том, что я последняя идиотка из всех. — Не заговаривай первой с, цитата, этим смазливым тихоней. Почему я не должна говорить с ним первой? — У него и так психика нестабильная, ещё напугаешь бедолагу своей смелостью. Закроется в кладовке и просидит там всю ночь. Тебе это надо? Пусть сам начинает разговор. — Ты невыносим. — Ещё бы ты не сходила по мне с ума. — Я не схожу по тебе с ума. — Разумеется. — Что ты о себе возомнил? — Лишь то, что заслуживаю, — рыжий дьявол подмигивает мне, улыбаясь уголком губ. — Твоя любовь к себе тебя погубит. — Не парься об этом. Твоя любовь ко мне меня воскресит. — В твоих мечтах. Он ничего не отвечает, а вскоре виднеется и дом Стива, где проводится вечеринка. Из-за дождя народ не толпится на улице, и мы в гордом одиночестве следуем к двери. Её нам открывает пьяная мумия. Боже, я ещё никогда так не радовалась мумии. — Привет! — радостно верещу я, на что Тёрнер закатывает глаза. Я пихаю его в бок и не перестаю хохотать. — Так я выглядела бы, послушав Кэнди. — Вижу, ты очень сожалеешь. Мы смеёмся и заходим внутрь. Кажется, мы здесь лишние, ведь ещё немного — и дом просто лопнет от такого количества народа и громкой музыки. Пчёлы, призраки и прочая живность танцуют под Аэросмит, пьют коктейли и целуются, пока Майкл, держа ладонь на моей спине, ведёт меня в самую глубь этой вакханалии. Все здороваются с Майклом, пожимают ему руку и отправляют мне многозначительные взгляды, заставляя меня чувствовать себя обнажённой. Демонстрирую свою деревянную палочку ведьмы на каждый гадкий комментарий в мою сторону, предупреждая, насколько глубоко она может войти. Тёрнер целует меня в макушку и называет умницей. Взгляд мой ищет Люка среди этой разноцветной толпы. — Привет, парни! — Майкл пожимает руки своим приятелям из команды, усевшимся на диване вокруг журнального столика, до отвалу заставленного напитками. Обвожу взглядом кучку парней в таких же бомберах, как и у Майкла. На их коленях и рядом сидят разодетые в черлидерш девушки, попивая коктейли из красных стаканчиков и беззаботно смеясь. Не могу перестать оглядываться по сторонам в поисках Люка. — Знакомьтесь, это Сара — моя девушка. Нервно сглатываю от такого заявления, а затем вспоминаю наш уговор сегодня утром. Нервы на пределе, но эти парни не выглядят угрожающе, а одна из черлидерш даже вызывается меня обнять. Мы садимся на самый край дивана, рядом с футболистом, чьи мускулы больше самооценки Майкла, и они начинают возбужденно обсуждать сегодняшнюю тренировку. Это позволяет мне узнать, что выряжены они так, потому что допоздна репетировали и тренировались к завтрашней первой игре в сезоне, а потому не успели переодеться — ни футболисты, ни черлидерши. Я совершенно не понимаю, о чем они говорят, а потому наклоняюсь к уху Тёрнера: — Я пойду за напитками. Заодно поищу Люка. Улыбка мгновенно сходит с его лица, которое мгновенно становится задумчивым. Он поджимает губы и поправляет свои рыжие волосы, заставляя меня уставиться на него в немом вопросе. — Сара, слушай, я должен сказать тебе кое-что, — он впервые выглядит сомневающимся. Начинаю серьёзно волноваться, но затем он тяжело вздыхает и отводит взгляд. — Хорошо. Я присоединюсь к тебе через минуту. Пожимаю плечами и встаю, пробираясь через толпу к столу с напитками. Принципиально отказываюсь пить ту дрянь, которую могли намешать эти футболисты там, в гостиной. К счастью, я даже нахожу пунш. Пританцовываю, пока наливаю себе розоватую жидкость в стаканчик и всё думаю, как же произойдёт наша встреча с Люком. Интересно, какой костюм он выбрал? — Так вот та ведьмочка, о которой все говорят, — надменный женский голосок звучит откуда-то справа. Поворачиваю голову, чтобы увидеть девушку с огненно-рыжими волосами в костюме кошки в компании двух девушек, разодетых так же. Она оглядывает меня с ног до головы и хмыкает. Вопросительно поднимаю брови. — Значит, это ты трёшься с Майклом Тёрнером? Наслышана, наслышана, — продолжает незнакомка. Тон красноволосой начинает меня раздражать, как и этот взгляд, словно она королева мира. Я могу выдержать подобное только от одного рыжего дьявола, считающего себя королём не просто мира, а целой солнечной системы. — А я о тебе не наслышана, — отвечаю с раздраженным вздохом, придумывая план побега от рыжей бестии. — Кто ты? Она прыскает смехом, переглядываясь со своими подругами. Подобная сучья сущность кого-то напоминает мне, кого-то, кого мы с Кэнди обсуждали пару дней назад. Твою мать. — Адель Моринг? — удивлённо спрашиваю я, приоткрыв рот. Девушка самодовольно усмехается и гордо вздергивает подбородок. — Собственной персоной. — Так ты сестра Люка? — восторженно восклицаю я, сжимая свой красный стаканчик. В глазах её мелькает непонимание, но затем она снова возвращает на свое личико гримасу всемирной суки и хмурит брови. — Я пришла выяснять отношения по поводу Майкла, причём здесь мой брат? — Причём здесь Майкл? — в непонимании качаю головой. — Ты недалёкая или что? — тон её становится выше, она буквально пищит от своих нарастающих психов. — Вся школа знает, что вы встречаетесь! О Господи. Как быстро в этой школе распространяются слухи? И как глубоко в меня вонзит нож эта рыжая, если узнает, что я позарилась на её брата? При всём этом я ещё и не должна отрицать свои несуществующие отношения с Майклом! Эх, Тёрнер, какую же ты кашу заварил... — И что теперь? — хлопаю ресницами, изображая наивную идиотку. — Убьёшь меня за то, что я встречаюсь с твоим бывшим? Кишка тонка. Лучше скажи: где твой брат? Поверженная в шок Адель не сразу обретает дар речи, как и её кошачья свита. А затем она выгибает одну бровь, сладким голоском пролепетав: — Зачем он тебе? — Надо переговорить с глазу на глаз. — К твоему сведению, ведьмочка, — Моринг подходит ко мне почти вплотную и берёт прядь моих волос в руку. Ошарашенная, я внимательно слежу за её действиями, всё гадаю, успею ли я выплеснуть пунш ей в лицо до того, как она бросится выдирать мне волосы. — Люк на подобные мероприятия никогда не ходил и не ходит. Решила на два фронта поработать? Похвально. Ничего не понимаю. Нервно сглатываю и в недоумении смотрю на Адель, которая уже делает шаг назад и с невозмутимым видом наливает себе пунш. — То есть, его здесь нет? Он не собирался приходить? — Господи, что ты ко мне пристала? Отвали. Он даже не знает, кто такой Стив и где он живёт. Идёмте, кошечки. Здесь плохая аура. Адель забирает свой пунш и уходит, оставляя меня наедине с моим недоумением. Всё вдруг становится как в замедленной съёмке, кажется, даже музыка звучит словно в вакууме, пока мысли со скоростью света мечутся по моей черепной коробке. Сопоставляю факты, пытаюсь понять, что к чему, а затем вдруг меня осеняет. Замираю в оцепенении, осознавая, кто на самом деле является виновником всей этой неразберихи. — Тёрнер...