Цвета и запахи

Карандаш шуршит по бумаге. Штрих. Линия. Ещё штрих. Яркий рыжий цвет. Красивая. За окном — солнце, но на лист падает капля. Билл ошеломлённо моргает и вытирает щеку. Ну да. Конечно. Слёзы. — Да сколько можно! Ричи влетает в комнату — с тех пор, как мама умерла*, он часто ночует у Билла. — Что? Билл прикрывает рисунок рукой. — Выпускной на днях, — Ричи резким жестом взъерошивает волосы и кружит по комнате, — а Эдс… Билл горько усмехается. — С-сказал, что не п-пойдет на выпускной, п-потому что это сб… Сборище не соблюдающих гигиену ид-идиотов? Ричи останавливается. Его ухмылка — кривой излом. — И что всё равно не собирается искать соулмейта путем случайных связей. Билл кивает — это похоже на Эдди. Их мир слишком сумасшедший — нет прямого способа понять, кто твой соулмейт. Но если ты переспишь с кем-то другим, то ты забудешь человека, который им является. И лишь влюбившись в него, вернёшь себе память. — А т-ты? Ричи подходит к Биллу и встаёт на колени, утыкается лбом в его бедро. Билл ласково почёсывает его за ухом, как кота — все Неудачники очень тактильные, и все ищут друг у друга поддержки. Хотя чаще у него. — А я запутался, — бормочет Ричи, цепляясь пальцами за шлёвку джинсов Билла, — я уверен, что мой соулмейт — Эдс, но доказать это не могу никак. Что мне делать, Большой Билл? Пальцы Ричи забираются Биллу за пояс. Он косится на свой рисунок. Беверли не смотрит на него, даже нарисованная им. "Жар твоих волос — угли в январском костре…" Художник проиграл поэту. Билл проиграл Бену. Всё было честно, но, может, он докажет, что Бев — его соулмейт, по-другому? Есть один способ — только один. Когда забываешь соулмейта, то не можешь лгать. На любой вопрос отвечаешь правду, пока не влюбишься. Хрен знает, как это работает — говорят, нейровирус в середине века изобрели взбешенные Второй Мировой японцы, чтобы люди прекратили убивать друг друга. Люди не прекратили. Но войн действительно стало меньше. Билл задумчиво гладит кончиками пальцев шею Ричи. План рождается в его голове — простой, лёгкий и прекрасный. — Ричи, х-хочешь, проверим т-твою теорию? Ричи поднимает лицо. Его глаза выглядят влажными, но он не плачет. — Что? Билл делает глубокий вдох и отвечает на выдохе: — Д-дрочка тоже считается, т-ты же знаешь. Ричи вспыхивает. Билл тоже. Но он видит, что Ричи задумался. Щёки отчаянно горят, но Билл начинает дышать чуть чаще. Если он забудет Беверли, это будет честно. Тогда Бен отступит сам — ведь Беверли не сможет лгать, если будет спать не со своим соулмейтом, а ложь слишком часто спасает людям жизнь. И бережёт их чувства. — Билл? — М-м? — Я согласен. Ричи смотрит на него со страхом и предвкушением. Билл снимает с него очки — он не фея-крестная, чтобы на него так смотрели. У него в этом деле своя выгода. Без очков Ричи выглядит одновременно и более порочным, и более юным. Билл улыбается — совсем скоро они всем Клубом Неудачников поедут в Нью-Йорк, в колледж, и до сих пор не верится, что они уже взрослые… Билл наклоняется, нежно скользит пальцами по ключице Ричи и целует — в щёку. Ричи нервно дёргает плечом. — Мы не в детском саду, большой Билл. Билл касается губами скулы Ричи, дрогнувшего века. — Из-извини. Ты м-мне не чужой, н-не хочу просто исп… Исп… Ричи ладонью беспокойно гладит его по голени — его бешеная энергия требует выхода. — Рожай уже, Билл, — тепло улыбается он, — использовать? Билл кивает и прихватывает губами нижнюю губу Ричи. Втягивает её в рот, чуть наклоняет голову и запускает язык в рот Ричи. Это слишком откровенно для дружбы — но для вируса в его голове будет достаточно. И Ричи заслуживает того, чтобы Билл показал все свои умения на практике. Ричи другой на вкус — не фруктово-сахарная Беверли. Он мятно-пряный, трепещущий от его поцелуя. С ужасом и восторгом Билл понимает — это его первый. Ричи нравятся мальчишки — а в Дерри не особенно нацелуешься в таком случае. Пальцы крепко впиваются в голень Билла, Ричи коротко стонет и ныряет ладонью ему под рубашку. Горячая, влажная от волнения кожа к его покрытой нежным пушком спине. Мурашки разлетаются по телу в один момент — Билл наощупь отстёгивает пряжку ремня джинсов, сплетаясь с Ричи языками. Ричи ничего не умеет, но он учится — как всегда, быстрый и ловкий, несмотря на внешность вечного ботаника. Ладонь забирается в трусы, палец ныряет между ягодиц… — Кровать, — выдыхает Билл, разрывая поцелуй. Одурманенный Ричи кивает и вскакивает, раздеваясь на ходу. Билл путается пальцами в пуговицах, стягивает рубашку, потом практически выпрыгивает из джинсов. Ярко-рыжая Беверли остаётся на листе. И к чёрту. Ричи падает на кровать и замирает, подслеповато щурясь, приподнявшись на локтях. Его рот приоткрыт, и Билл прижимается к нему, целует, не в силах смотреть на беззащитно-открытое выражение лица Ричи. Все Неудачники в него немного влюблены. И он в них — просто в Беверли сильнее. Билл гладит ладонью внутреннюю сторону бедра Ричи, ложится между раздвинутых коленей и с силой втирается пахом в его пах. Влажные от смазки, горячие члены скользят вдоль друг друга, и Ричи сладко выдыхает Биллу в рот. — Д-думай об Эдди, ес… Если хочешь. Билл упирается одной рукой в постель, другой подхватывает Ричи под задницу и двигается длинными, плавными толчками. Ричи запрокидывает голову, подставляя ему шею под поцелуи. — Спасибо, большой Билл, но я лучше с тобой. Билл не может сдержать улыбку. Он трётся носом о шею Ричи, оставляет на его плечах мокрые поцелуи. Финал наступает слишком быстро и ярко, и Билл изо всех сил пытается не думать о Беверли, но думает, думает, думает, даже когда оборачивает ладонь вокруг члена Ричи, помогая ему тоже кончить. А потом пытается отдышаться. Ричи откидывается на подушку, слепо глядя в потолок. Его грудь поднимается и опускается быстро-быстро. — Беверли, Бен, Майк, — начинает перечислять он, — Ты, я… — Эдди? — спрашивает Билл, но Ричи поднимает бровь: — Да нет, вообще-то Стэн… И всё. Билл хмурится. Он отлично помнит Беверли (к сожалению), но это имя ему не знакомо. — Разве у нас в компании есть такой парень? Ричи округляет глаза, а потом начинает хихикать.

***

Они приходят на Пустошь позже всех, встрёпанные, пахнущие сексом и излучающие удовольствие. Эдди, настороженный и внимательный, понимает всё первым. — РИЧАРД ТОЗИЕР! — орёт он, заметив засос на ключице Ричи, — ТЫ ЧТО, ПРОЕБАЛ СВОЕГО СОУЛМЕЙТА? Ричи обалдело пялится на него. Билл усмехается. — Да нет, — комментирует он, — п-похоже, он его только что н-нашёл. Эдди захлопывает рот так, что слышно, как клацнули зубы. Ричи молчит, но видно, что воспоминания вновь просыпаются в нём. — Ты же Эдди Каспбрак, да? — говорит Ричи. Эдди краснеет и вскакивает. — Да! — выкрикивает он, толкая Ричи в грудь так, что тот делает шаг назад, — а ты мудак, Ричи! Переспать с Биллом, мать твою? Охуел? — Охуел, — кивает Ричи и сгребает в охапку вырывающегося Эдди, — вообще охуел. От любви к тебе и страха, что ты меня оттолкнёшь. Эдди пару раз врезает ему по рёбрам так, что Ричи морщится, но Билл видит — сопротивляется он больше для вида. Испугался и обиделся. Ричи прижимается щекой к макушке Эдди и подмигивает Биллу. — А кого ты забыл? — с любопытством спрашивает Майк. Билл оглядывает свою компанию: Майка, Бена и Беверли, Ричи и Эдди… — Н-никого, — отвечает он, и неожиданно слышит за спиной звук тормозящих по грунту шин велосипеда. Билл оборачивается. — Извините, — запыхавшийся кудрявый парень бросает на него горячий, отчаянный взгляд и тут же отводит глаза, — опоздал. Что я пропустил? Неудачники за спиной Билла затихают. — П-привет, — говорит он, — я же т-тебя знаю, да? Парень как раз пытается поставить велосипед на подножку и едва не промахивается. — Не шути так, Билл, — ворчит он, — не смешно. — Я н-не шучу, — Билл делает шаг вперёд, — из нашей к-компании я помню всех, к-кроме тебя. Парень замирает, не убрав руки с руля велосипеда, и испуганно смотрит на Билла, а потом на других Неудачников. В свете клонящегося к закату солнца его глаза кажутся янтарными, и Билл любуется тем, как красиво падают отросшие кудри на его лицо. — Мы с Билли решили узнать, кто наши соулмейты, Стэн-мэн, — говорит Ричи, — я забыл Эдса и тут же в него влюбился. А большой Билл, походу, совершенно забыл, кто ты такой. Делай выводы. — Стэн, — пробует Билл произнести такое знакомое имя, и в голове начинают мелькать картинки его прошлого, — С-стэн Урис, не т-так ли? Стэн пятится назад с таким испуганным видом, что Биллу становится не по себе. — Да ну нахер, — шепчет Стэн, разворачивается и даёт дёру. Билл срывается за ним. Вслед ему свистят другие Неудачники. — Удачи, большой Билл! — вопит Ричи. Билл бежит. Стэн быстрее, чем он, но Билл вспоминает, что он выносливее. Главное — не потерять из виду. Стэн сворачивает к реке, проносится по камням через обмелевшее русло, вспрыгивает на берег… Подошва его кед слишком скользкая, и Стэн с приглушённым ругательством поскальзывается. Билл успевает его подхватить только чудом, и Стэн упирается ладонями в его грудь, вырываясь совсем как Эдди. — Ст… Стэн, — зовёт Билл, пытаясь заглянуть ему в глаза, — Стэн, п-посмотри на меня. Стэн прячется от него за кудрями, и его ресницы похожи… Похожи… На крылья птиц. Билл вспоминает свой альбом, в котором все страницы изрисованы птицами и наблюдающим за ними кудрявым парнем. Этот альбом тоньше, чем папка с портретами Беверли, но он есть. — Т-ты и сам, как п-птица, — говорит Билл, — худой, т-тонкий, высокий. К-красивый. Стэн прекращает вырываться, но упорно отводит взгляд. Билл не сдаётся: — Я т-тебя рисовал… — Ты много кого рисовал, Билл, — бормочет Стэн, — пусти. Мне плевать, что там у тебя в голове творится, ты всё равно вечно про Беверли говоришь. Билл утыкается носом в его кудри — они жёстче, чем кажутся, но на ощупь приятные. И пахнут так… Мятой, ветром и лесом. — Т-ты ходил смотреть на п-птиц? От т-тебя лесом тянет. — А от тебя — Ричи, — Стэн выворачивается, но Билл ловит его за руку и тянет на себя. Они падают, Билл больно ударяется задницей. Зато Стэн теперь распростёрт на нем, и Билл обнимает его, не давая сбежать. — Ты ж с Ричи трахнулся, чтобы с Беверли быть! — рычит Стэн, отталкиваясь руками от земли. Держать его неудобно. Билл вздыхает и переворачивается, навалившись на Стэна. В его кудри тут же запутывается мелкий лесной сор. — Д-да, — честно отвечает Билл, — но я з-забыл не её. Значит, б-был идиотом. Стэн от неожиданности перестаёт сопротивляться, и Билл целует его в приоткрытый от удивления рот. Стэн зажмуривается и вдруг отвечает на поцелуй, вжавшись пальцами в спину Билла. Они сталкиваются зубами, Стэн неловкий в том, что касается языка, хуже, чем Ричи — но Билл, разгорячённый погоней и вознёй, балдеет от ощущения чуть шершавых от постоянного покусывания губ Стэна. От него пахнет мятной зубной пастой — наверняка педантично принял душ перед тем, как идти гулять… Едва Билл отстраняется, чтобы вдохнуть, момент уходит. — Я тебя убью, — шипит Стэн, сталкивая его с себя, вскакивает и начинает вытряхивать из кудряшек сор. Билл улыбается, садясь на мягком мху, и хлопает себя по коленям. — Экст… Экстренные м-меры, Стэнни. Иди, п-помогу. Стэн смотрит на его колени с долей презрения, но садится. Билл начинает перебирать его волосы, доставая веточки и листочки. Стэн прикрывает глаза. Билл мужественно держится, пока не выпутывает последнюю соринку, а потом всей пятернёй проскальзывает в длинные кудри, к корням волос, крепко хватается и чуть наклоняет голову Стэна, целуя его в шею. Тот пытается отстраниться, но Билл второй рукой забирается ему под футболку и гладит живот. — Ты п-прекрасный, — говорит он, мажет губами по коже, — а я идиот, меня з-зовут Билл. Т-ты знаешь меня кучу лет. Он ведёт носом вверх, за ухо, и Стэн ёрзает у него на коленях. — Только не в грёбаном лесу, Билл, — просит он, накрывая своей ладонью ладонь Билла сквозь футболку, — давай по-нормальному, а? Билл кивает, дурея от запаха — Стэн пахнет лимонником у самой кожи. — Т-ты как л-лесной эльф, — шепчет он Стэну на ухо, заставляя того задрожать, — я т-тебя так нарисую. — Да хоть книжку про меня напиши, — огрызается Стэн, ёрзая сильнее, — но отпусти! — Сходим з-за великами, с-скажем "пока" и д-домой. К-ко мне. Билл прихватывает губами мочку уха Стэна и гладит кончиками пальцев подрагивающий живот у самого ремня джинсов. Стэн, забывшись, выдыхает, льнёт к его рукам, но потом очухивается. — Хорошо. Дай встать. Билл убирает руки. Стэн поднимается и протягивает ему ладонь, а потом разворачивает к себе спиной и отряхивает. Билл глупо улыбается — любовь Стэна к чистоте очаровательная. — Т-твоё ОКР — эт… Это что-то с чем-то, — говорит Билл, переплетая свои пальцы с его. Стэн смотрит в сторону. — Ты изменишь своё мнение, если поживёшь со мной. Билл обнимает его за пояс, прижимая к себе и утыкается лбом в его лоб. — Это вряд ли. Стэн фыркает и робко трётся носом о его щёку. Билл целует его снова, и в этот раз Стэн не пытается ему помешать. А с проблемами они как-нибудь справятся.