пламя за кромкой радужки (Питер/Лидия)
22 января 2023 г., 10:46
ㅤ
любимица учителя, если я такая особенная, почему ты держишь меня в тайне?
Путь Лидии Мартин лепестками роз вымощен и ведёт (непременно) к лучшей жизни: впереди поступление в престижный университет, веселье студенческих вечеринок и светлое будущее золотой медалистки. Только вот никто не знает, что скрывается за невинной улыбкой первой красавицы школы. Всё, что хорошим девочкам и не снилась, она обращает явью, ведь понимает: нужно только пожелать, а мир уж сам как-нибудь упадёт к ногам, если знать рычаги давления. Всегда есть уловки, которые сработают, ими она пользуется безошибочно. Питер Хейл появляется на пороге школы, словно грёбаный Эдвард Рочестер — обаяние, острый ум и таинственная мрачность истинного джентльмена кружат головы легковерных девушек, но не Лидии. Она не верит ничуть. У неё на подкорке мысль простая заевшей пластинкой крутится: «доверие к мужчине — скользкая дорожка. Оступишься и провалишься в бездну», поэтому и начинает эту маленькую игру. Лидия Мартин сводит с ума без особых усилий. Она безупречна: имбирно-золотистые локоны рассыпаны по плечам, обрамляют кукольное личико, а улыбка — «только-для-тебя» — лучезарно-ангельская. Питер рядом с ней — настоящий грешник. Её зелёные глаза для Хейла остаются нечитаемыми спустя сто-тысячу-миллион внимательных вглядов. Она пылает в рассветных лучах, как ни впивайся губами. Растворяется на калифорнийском ветру, как ни пытайся удержать в объятиях. Питер и опомниться не успевает, как оказывается опутан собственной ложью и сетями Лидии, знающей о нём больше, чем это вообще возможно. Адское пламя плещется за кромкой радужки, заставляя глаза сиять лихорадочным блеском. Если поднести зажигалку слишком близко, щёлкнув колёсиком, всё взлетит на воздух и из маленькой искры разгорится страшный пожар. Жизнь Питера — бумажная, папирусная; тлеет на ветру, подобно сигарете. Лидия улыбается полубезумно, хищнически. Выпускает в весенний воздух кружевные клубы сигаретного дыма. Пепел ложится на на влажный асфальт серыми хлопьями. Она, пожалуй, по-настоящему счастлива. В Лидии ангельское с дьявольским в равных пропорциях смешано, но не взболтано. Наблюдать за крахом чужой жизни оказывается веселее, чем разыгрывать всё это представление. Добыча и охотник поменялись ролями в одно мгновение. ㅤ
