Поучительные истории для юных чародеев

Роммату послышался сдавленный всхлип. Словно унылые «Преобразования, 5 курс» кого-то вогнали не только в тоску, но и в отчаяние и слезы. Он оторвался от учебника и оглядел друзей. Диэль за столом прорешивал вчерашнюю контрольную, задачи из другого варианта. Задумчиво грыз карандаш, но рыдать не собирался: еще бы, вчера за нее высший балл получил, ни одной ошибки. Тони обнялся с учебником на стуле. Щурился на мелкий шрифт, сердито пыхтел. Слишком сложные для него слова, слишком длинные, закрученные фразы. Вызубрит, не понимая сути, а практику сдаст за счет магической силы, смекалки и того, что успел записать в конспект. А пишет-то он медленно. Роммат сделал себе мысленную пометку как-нибудь, до экзамена, перевести для Тони ключевые главы на более понятный язык. Волд валялся на животе на диэлевой кровати, согнув колени и задрав обутые ноги к потолку. С интересом читал книгу, судя по толщине и цвету обложки — учебник, а не что-то постороннее. Хотя как можно читать «Преобразования» с интересом? Просто мечта старосты: все сидят молча и готовятся! Кап с конспектом устроилась на подоконнике. Смотрела, правда, не в него, а в распахнутое окно — на цветущие яблони. Прекрасная и юная, как сама весна. — Кап, — тихо позвал Роммат. — Ты всё выучила по преобразованиям? — Да-а, — выдохнула она, улыбаясь своим мыслям. Наверно, такой же мечтательной и отрешенной Кап будет выглядеть, когда у нее под сердцем завяжется бутон новой жизни, их будущее дитя. Роммат почувствовал, как лицо расплывается в глупой улыбке, и заставил себя сосредоточиться на деле. Так быстро выучила, раньше, чем он? Подозрительно. Наверняка только пробежалась по заголовкам. — Давай конспект, я позадаю тебе вопросы, — Роммат выжидающе протянул руку, чтобы Кап не вздумала отлынивать. Кап с видимой неохотой оторвалась от грез и сползла с подоконника, но подала тетрадь с уверенным, королевским выражением лица. Роммат сразу узнал почерк: ровный, с завитушками, но очень понятный и разборчивый. Диэлев конспект. Роммат стрельнул злым взглядом в сторону друга. Решил проявить благородство, помочь даме, а заодно выставить себя бескорыстным спасителем? Но с другой стороны, преобразования у Диэля списывала вся команда. При таком-то почерке, педантичности и скорости письма — вообще учебник не нужен. Весь курс бы списывал, если бы им позволили! — Четыре закона Тайной магии, — смирив ревность, прочитал Роммат заголовок на первой странице. — Первый: магия всесильна! — уверенно объявила Кап. — Второй: магия… эээ… извращает. — Что извращает? — не понял Роммат. — Ну… — Кап взмахнула ресницами, — всё. Всё извращает. Мы на всё можем воздействовать магией, можем всё менять, значит, всё можем извращать. Она нарисовала руками круг, показывая это извращенное «всё». Волд заржал — то ли над Кап, то ли над своими мыслями. — Я-то думал, мы чародеи, — зашептал он Диэлю. — А мы оказывается… — Каааап! — простонал Роммат и вручил ей конспект. — Мы эти несчастные законы еще на первом курсе на «Введении» талдычили. Иди учи. Кап вздохнула и поплелась к подоконнику. — А может, — с надеждой обернулась она, — Волд придумает такую штуку, чтобы ты читал ответы, а она мне твоим голосом в ухо нашептывала? — Ну, теоретически… — Волд поскреб переносицу. — Кап! — взвыл Роммат. — Наставники за тысячу лет повидали все возможные ухищрения. Учи! Кап уткнулась в конспект и объявила, спустя всего минуту: — Выучила! Всесильна, развращает, вызывает привыкание и привлекает! В смысле, демонов привлекает, а не то, что вы подумали. — Принцип работы заклинания «Замедленное падение», — объявил следующий вопрос Диэль, не отрывая взгляда от своих расчетов. — Сейчас, — Кап зашелестела страницами. — Кап! — взвыли хором Роммат, Диэль и Волд. Волд помахал Тони: мол, давай, поддержи нас. Тот засмущался и промолчал. — Да я помню, просто не знаю, как выразить и с чего начать, — оправдывалась подруга. Роммат хотел подсказать ей начало, но увидел предостерегающий взгляд Диэля и осекся. Да, такого рода подсказки — это дурная помощь. — Кап, учи, — с нажимом произнес он вместо этого. — Звезды говорят, что мне попадется либо третий билет, либо пятнадцатый. Их-то я уже выучила, зачем мне все остальное?! — возмутилась Кап. — Врешь. И вообще ты должна знать все билеты. Хочешь впечататься в скалу на экзамене по телепортации на старших курсах? Иди учи, — припечатал Роммат. Кап надулась. Вернулась на подоконник, склонилась над тетрадью и завесила лицо волосами. Не поймешь, в конспект смотрит или подремать собралась. Роммат вздохнул. Сколько же сил уходит просто заставить ее заниматься! А ведь это только теория, еще не задачи. Нужно что-то придумать, заинтересовать Кап какой-то наградой. Но ничего не приходило в голову. Мозги уже не работали от этих несчастных Преобразований. Зачем бедным студентам изучать телепортацию на пятом курсе, если разрешат ее практиковать только на девятом? А Превращения? Зачет по практике сдала вся группа, причем с первой попытки. Заклинание простейшее, так зачем к нему зубрить столько авторских рассуждений? Убедившись, что Кап все-таки читает конспект — по крайней мере, переворачивает страницы, — Роммат снова уткнулся в учебник. «Обратимость действия заклинания Превращения детерменирована высочайшей энергоемкостью трансмутационной группы арканных заклинаний, а также нестабильностью потока энергии в кульминационном…» Нудный монотонный слог усыплял, буквы расплывались, глаза закрывались сами собой. Тихий, придушенный всхлип вырвал Роммата из дремоты. Он вскинул голову. Опять показалось? Может, это за окном? Кто-то в саду рыдает над оценкой или наоборот, пытается не смеяться? Он встретился взглядом с Диэлем: тот тоже искал источник звуков. Роммат пожал плечами: не понял, откуда. Диэль указал подбородком на шкаф с одеждой. А точно же! Мал. Так тихо сидела, что он о ней позабыл. Роммат и Диэль, стараясь ступать неслышно, подошли к шкафу. В щель не было видно вспышек Света, значит, не отвлекут. Роммат осторожно, чтобы не напугать Мал, потянул дверцу на себя. Так и есть. Скрючилась в комочек, лицо все красное и мокрое. Мал снова всхлипнула и вытерла нос скомканной синей тканью, в которой Роммат узнал свою шелковую рубашку. Определенно, ему в комнату нужен еще один шкаф: один для одежды, другой, с платочками и ковриком — для Мал. Роммат наклонился, осторожно взял подругу за плечи и помог ей подняться. — Что случилось, Мал? Она всхлипнула еще горестнее и спрятала лицо у него на груди. Роммат почувствовал, как от слез намокает и эта рубашка. — Ой, Мал, ты плачешь! — спохватилась Кап. — Плохую оценку получила? Друзья столпились вокруг них. — Тебя кто-то обидел? — Ты влюбилась? — Что-то болит? — Дома все хорошо? Мал не ответила, только громче зарыдала в Роммата. Тот бросил умоляющий взгляд на Диэля. Помоги, ты же знаешь, как с детьми обращаться! А плачущая девушка — это как ребенок, только еще хуже, потому что не отвлечешь конфетой. Тот переступил с ноги на ногу и беспомощно пожал плечами. Похоже, от его Чудовища чаще рыдали другие, а не оно само. Кап погладила Мал по волосам, помассировала подушечками пальцев кожу на голове. Волосы у Мал шикарные: пышные, светлые без желтизны, до талии длиной. Мал, как правило, собирает их в скромную аккуратную косу, но по вечерам подолгу расчесывает сама или доверяет задачу Кап. Обычно такое поглаживание по голове и почесон успокаивают, расслабляют, но сейчас не помогло. — Ты расскажи нам, и мы все проблемы решим, — заверил Волд. — Да что вы понимаете! — выкрикнула Мал, не отрываясь от ромматовой рубашки. — Ничего не понимаем. Ты же ничего не рассказываешь, — Диэль ухитрился произнести это одновременно и строго, и ласково. — Я… — Мал высморкалась в другую, синюю, рубашку Роммата, и повернулась к друзьям. — Я падаю во Тьму. На нее уставились пять непонимающих пар глаз. — Я слышу голоса теней. Они шепчут и… зовут. Друзья переглянулись и наперебой принялись «помогать»: — Скажи им, чтобы отвалили! Скажи, что ты приличная леди и никуда с ними не пойдешь. — Не надо вообще со всякими тенями разговаривать! Просто не обращай внимания. — А ты им как поддай Светом, чтобы не лезли! — Я читал про них, они реагируют на твой страх. Ты, главное, будь увереннее, говори твердо. — Ты зови нас, мы разберемся. И наставникам своим расскажи. — Кхм! — выразительно кашлянул Роммат. Налетели с бесполезными советами и кудахчут в четыре голоса: по двое в каждое ухо. От такого галдежа уже ему хочется рыдать и прятаться в шкафу! Нет бы, дельное что придумать. — Мал, - мягко, успокаивающе произнес он. — Скажи честно, сколько часов в сутки ты спишь? У тебя уже круги под глазами. Перед экзаменами бывает, что… — Да вы что, издеваетесь?! — взвизгнула Мал. — Вы думаете, я все это не пробовала?! Они приходят и во сне тоже! Они не слушают отказ! Я не могу призвать Свет, когда слышу их! И меня выгонят из храма, если узнают, что я поддалась Тьме! — Мал, не злись, мы помочь хотим, — примиряющее проговорил Диэль. — Не нужна мне ваша помощь! Отстаньте от меня вообще! Вы ничего не знаете о Тьме и Свете! — Мал зло вытерла слезы. — От вас Свет отвернется, а вы и не заметите! Вы вообще темные и примитивные, у вас таких проблем не было и не может быть! Вы мне не поможете, вы ни на что не способны! Она вывернулась из-под руки Роммата, отпихнула Диэля, пробежалась по ногам Тони, швырнула в Волда мокрой ромматовой рубашкой и выскочила из комнаты. — Поняли, темные, примитивные и неспособные? — фыркнул Волд, метнув рубашку во владельца. — В Даларан, видать, вместо ладана кровопийку завезли. Вот наша Мал и ку-ку. — Вооолд! — пихнула его Кап. — Ты бесчувственный, как Ледяная глыба! Мал переживает, у жрецов же правда есть опасность пасть во Тьму. — И чем сильнее жрец, тем выше риск, я читал, — добавил Диэль. — Свет раньше всегда отзывался Мал. — К пятикурснице эти риски не относятся, — фыркнул Волд. — Она паникует, вот и не может призвать Свет. Я тоже, когда сильно волнуюсь, в плетениях путаюсь. Мал просто надо меньше верещать и накручивать себя. — Нельзя быть таким черствым, Волд, — упрекнул Роммат. — Тем более, если сам не понаслышке знаешь о такой проблеме. Диэль, Кап и Тони кивнули, соглашаясь с ним. Волд только отмахнулся и плюхнулся обратно на кровать. О какой подготовке к экзамену может идти речь, когда у Мал такие проблемы? Кап отложила конспект и принялась перечислять все странности, замеченные за подругой в последние дни. — Почти не ест, говорит, что не хочется. В храме до ночи пропадает, молится все время и там, и в комнате. По ночам молитвы бубнит тихонько. Она всегда такая перед годовыми экзаменами, там же сколько этих священных текстов надо наизусть вызубрить. Обычно сдаст и успокоится. Я и не думала, что в этот раз все так серьезно! Нужно спасать Мал, а я совсем не знаю, что делать! Роммат успокаивающе погладил ее по руке. — Сейчас что-нибудь придумаем, — заверил он. — Можно в библиотеке поискать книги об этих шепчущих тенях, изучить их подробнее, — неуверенно предложил Диэль. — Мал, конечно, и сама об этом догадалась, но мы немного с другой точки зрения будем смотреть. Менее эмоциональной, более научной. — А у нас в деревне жрец говорил, что от душевных терзаний помогает труд. Лучше тяжелый и на свежем воздухе, — подал голос Тони. Он в их компании больше отмалчивался: и стеснялся, и с трудом понимал талассийский. Но поблажку в виде разговоров на всеобщем Роммат ему не делал, пусть привыкает и зубрит словарь. Почти пять лет в Даларане живет, пора выучить хотя бы азы. — Чай с мироцветом ей надо заваривать, — назидательно проговорил Волд. Подумал и добавил: — Или давайте сходим к травнику в лавку, попросим чего покрепче. Помните, нам в том году иллюзионичка говорила, что на экзамене будет зверствовать? Мол, обморочных студентов не пощадит, пейте настойку сталецвета заранее. Мы тогда у Мал спрашивали, она из сталецвета зелья еще не проходила. Роммат прокашлялся и объявил: — Все предложения дельные. Действуем по такому плану. Сейчас мы с Кап идем в лавку за травами и настойками. Волд, Тони и Диэль читают о тенях. Вечером выманиваем Мал на прогулку к озеру. — С пикником, — добавила Кап. — С пикником, — кивнул Роммат, — с мироцветовым чаем. По валунам погуляем, вот вам и физический труд. Берем за правило выгуливать Мал каждый вечер. Если не поможет, через три дня придется инсценировать нападение теней. — Что? — вытаращились на него друзья. — Инсценировать нападение теней, — повторил Роммат. Идея осенила его внезапно, и собственный план он без ложной скромности считал гениальным. — Парни вычитают, как выглядят тени. Мы все сотворим иллюзии, возьмем дымное зелье, нападем. Мал сможет призвать Свет, ведь мы не настоящие тени. Она окутает себя щитом, мы покружим и улетим. Тогда при реальных тенях она будет больше верить в свою способность их победить. — А если она и перед нами не призовет Свет, будет слишком волноваться? — уточил Волд. Роммат хмыкнул: все продумано! — Тогда мы все равно покружим, прошепчем, что она слишком праведная жрица, и мы тут бессильны. И улетим. Он победно оглядел друзей. — Отлично! — тут же поддержала его Кап. — А если Свет сорвет иллюзии? — сощурился Диэль. — Не беда. Скажем, что это все время были мы, — не растерялся Роммат. — Ну, вот такие мы дураки, и шутки у нас дурацкие. Тогда Мал перестанет бояться теней. Против тех, кто не боится и вообще не верит в них, тени бессильны, я такое слышал. Но, конечно, это надо уточнить по книгам. — Мне не нравится этот план, — объявил Диэль. — Мал обидится, что мы смеемся над ней и ее верой в Свет. — Вот именно, — неожиданно поддержал его Волд. — Я, значит, у вас бесчувственный и черствый, а сами что затеяли! Мы потом замучаемся перед Мал извиняться, а я не любитель этого дела. Она скажет, что друзья так не поступают, и будет права. Тони растеряно переводил взгляд между эльфами и ничего не говорил. Но Роммату почему-то казалось, что тот тоже осуждает его идею. Да что с ними такое? Откуда такая нерешительность? — Это же на крайний случай, если другие меры не помогут. Мы же не можем бросить Мал в беде только из чистоплюйства! — возмутился Роммат. Когда убеждали Кап набраться смелости и вылечить зуб, парням тоже не нравился его план с ковром-самолетом. Так же зудели: обидится, некрасиво, не по-дружески. Но сработало же! Немного не так, как запланировано, однако Кап сама, добровольно, пошла к врачу и решила проблему. Мал тоже на самом деле смелая: разве трусиха избрала бы столь сложный путь жречества? Ей только нужно больше верить — даже не в Свет, а в себя. — Кап, ты же лучше знаешь Мал, — обратился Роммат за поддержкой. — Скажи им, что ей надо помочь и что она простит. Кап виднее, что лучше для ее подруги. Как-никак, пять лет в одной комнате. Это Кап притащила в компанию свою соседку — не спрашивая ни друзей, ни ее саму. Роммат тогда подумал, что когда-нибудь целитель будет полезен в команде: вдруг ввяжутся во что-то рискованное. Ну и служитель Света — это всегда влияние на умы, нужно только уметь им распоряжаться. Роммат согласился принять будущую жрицу в команду, хотя его, лидера и основателя, тоже не спрашивали. Мелкая и невзрачная, Мал выгодно оттеняла яркую подругу и почти всегда соглашалась с мнением большинства. Иногда, конечно, ершилась, но никто не идеален. Кап так редко спрашивала мнение Мал, что Роммат был уверен, это от полноты взаимопонимания. Кап знает, чувствует подругу, и поэтому сразу учитывает ее мнение. Это, наверно, нормально для девчонок. Девчонки в губы целуются при встрече после каникул и в туалет ходят парочками. Может, и понимают друг друга без слов — как матери младенцев. — Мал никогда не отказала бы в помощи никому из нас, — с видом знатока заявила Кап и строго оглядела друзей. — Мы должны ее спасти, даже если ради этого придется пасть во Тьму вместо нее! — Я готов, — кивнул Тони, побледнев. Наверно, не понял, что про падение во Тьму Кап говорила в переносном смысле. Но решился, не испугался — не то, что некоторые! Эту готовность помогать другим Роммат в нем давно подметил. И даже сумел удачно ее использовать. Когда Тони уперся, не желая вступать в его команду, Роммат вместо долгих уговоров и реверансов послал к нему девчонок. Естественно, даже невоспитанный деревенщина не стал бы держать дам за дверью. Как потом рассказали девчонки, стоило Кап пожаловаться на козни злого, мстительного Зеревора, а Мал вздохнуть, что команде нужна помощь, Тони растаял и согласился на все. Почти бескорыстно. Выдвинул единственное условие: чтобы Мал в тот день сходила с ним в столовку. Странное место для свидания, да. Кто-то из студентов странную пару заметил, поддел, спросил, надо ли это понимать как объявление. А Тони вдруг сделал печальную мину и заявил, что Мал не отвечает на его чувства. Роммат сам не видел этой сцены, успел поужинать раньше, но ему рассказывали несколько сокурсников. Тони они сочувствовали, но так, снисходительно: а каким местом он вообще думал, влюбляясь в эльфийскую девушку? — Зачем тебе понадобилось выставлять себя на посмешище? — недоумевал Роммат, когда друзья рассказали ему о результате переговоров и ужина. Тони с Мал был едва знаком, неужто это любовь с первого бинтования? Тони замялся, не ответил. Выручила Мал: — Тони сделал вид, что ему нравлюсь я, чтобы никто не подумал, будто ему нравится кто-то другой. Роммат помрачнел. Да, он уже заметил, что Тони всегда предупредителен с Кап. И с зубом ей помочь пытался, и от Зеревора защитить готов. Вообще-то, это объясняло, почему Тони упрямился, не желая вступать в его команду. Боялся его ревности и мести или не хотел страдать, постоянно видя недоступный объект своих чувств. — Значит, Тони нравится кто-то другой? — сощурился Роммат. Такие вещи лучше выяснить сразу. — Нет! — выкрикнул Тони, отшатываясь от него. Точно боится его ревности. Не стало бы это проблемой потом, в самый ответственный момент. В команде не должно быть недоброжелателей. С Диэлем-то они все решили цивилизованно, он эльф благородный — не по происхождению, так по складу характера. А как Тони себя поведет — не понятно. — А если честно? — Абсолютно честно, вообще никто не нравится в этом смысле, ни капельки! Меня интересует только магия! — горячо оправдывался Тони. Выглядел достаточно искренним, и Роммат рискнул поверить. — Хорошо, — кивнул он. — Но смотри. Я против тебя на тренировках только честные приемы применял. Если позволишь себе лишнего, могу так отделать, что наставник родной не узнает! На самом деле запрещенных магических приемов он не знал — только то, что они существуют. Но Тони об этом рассказывать не обязательно. — Не надо! — непонятно чему обрадовался Тони. Заулыбался, словно ему сказали, что контрольная отменяется. Странный парень. В общем, помогать Тони любил, а Мал уже поддержала его в загадочной затее с ужином. Неудивительно, что тот готов потрудиться ради нее. И вот, парни направились в библиотеку чахнуть над фолиантами. А Роммата и Кап ждала приятная прогулка по магазинам. Какой полезный талант — правильно распределять задачи!