not that kind of boy

Звенит звонок, но Джерард остаётся сидеть в классе. Ну, как сидеть, скорее лежать. Он пережил семь самых скучных уроков на свете, и теперь ему хотелось только спать. Что он, собственно, и делал. А вот Фрэнка это совсем не устраивало, потому что он тоже хотел спать, но кто-то из них должен был быть в сознании, чтобы им обоим не попало. В общем, ситуация вполне обычная. Только вот будить Уэя – не самое простое занятие, даже сложнее чем «гребаная физика», сказал бы вам Фрэнк Айеро. В голове у парня уже проскочила мысль о том, чтобы оставить его тут. Нет, ну а что, зато выспится. В конце концов, как бы Фрэнку эта мысль не нравилась, он решил всё-таки разбудить друга и наконец-то отправиться домой. — Джерард, Джера-а-ард, — попытался Фрэнк. Следующие попытки также успехом не увенчались, а на них тем временем уже стали странно поглядывать. С конца урока прошло уже минут пять, и в классе уже почти никого не было. Всем хотелось поскорее свалить, и Айеро, чёрт возьми, тоже, поэтому он решил не терять времени. – Грёбанный Уэй, просыпайся, чтоб тебя! — Фрэнк, отвали, иначе я тебя укушу, — сонно пробормотал Джерард. — Ага, конечно, для этого же встать надо, — закатывает глаза Фрэнк, потом продолжает уже без сарказма: — Джерард, серьёзно, пошли, я тоже спать хочу. — Ладно, пойдём домой, — всё ещё сонно соглашается Уэй, вставая из-за парты и начиная неторопливо собирать свои вещи. – Я хочу, чтобы ты спал в моей кровати. — Что? – удивляется Фрэнк. — Что? – точно также удивляется Джерард.

***

По дороге домой выясняется, что это было своеобразное предложение Уэя потусить у него дома, на которое Фрэнк соглашается. Несмотря на то, что на самом деле хотелось не просто спать, а СПАТЬ, дома ему бы вряд ли это позволили. Родители затеяли ремонт, и, оказывается, Айеро должен что-то делать. А у Джерарда дома хорошо, никаких обоев и банок с краской. Фрэнку всегда было очень комфортно находиться дома у Уэев, и он сам не мог объяснить почему, просто ему очень нравилось это место. Особенно ему нравилось быть в комнате Джерарда. Каждый раз, когда Фрэнк там находился, то чувствовал, что эта комната принадлежит именно Джерарду. Здесь всегда была атмосфера неуклюжести, бунтарства и невероятного уюта. Точно такая же энергия исходила и от самого Уэя. — Так, Фрэнк, постарайся не уснуть пока я сгоняю за чаем, — сказал Джерард, сразу же убегая на кухню и оставляя Айеро в своей комнате одного. И вроде и был он тут уже миллион раз, но что-то было не так. Но что именно, парень понять пока не может. Спустя пару минут оглядывания по сторонам Айеро обнаруживает почти идеальный порядок на столе: тетрадки аккуратно сложены в одну стопку, рядом с ними лежит пара учебников, посередине лежит несколько исписанных альбомных листков. – Чего завис? — Твою мать! – воскликнул от неожиданности Фрэнк, чуть не сбивая с ног Джерарда. — Она внизу сидит, позвать? – серьёзно спросил Уэй. Фрэнк непонятливо уставился на друга. А потом как понял. И заржал, а смех у него всегда был дебильный, поэтому Уэй заржал вместе с ним. — Ты задолбал пугать. Что будешь делать с моим трупом, когда я умру от сердечного приступа? — Ну твоему трупу можно найти много применений, — задумчиво протянул Джерард, прокручивая в голове варианты. – Например, я могу обнимать тебя по ночам вместо подушки. Хотя нет, ты будешь холодный и потом вонять начнёшь. Или я могу тебя использовать как манекен, знаешь, типа причёсочки делать, макияж. Ну, или на крайний случай, тебя можно будет сожрать. — Фигасе у тебя планов, Уэй, а ведь я даже не умер, — возмутился Фрэнк, забирая из рук друга огромную кружку чая. С этим добром он собирался присесть, точнее прилечь, на кровать, но тут его внимания привлекла гитара. «Стоп, гитара?» — удивился парень. – Откуда у тебя гитара? И зачем она тебе? — Тебя, блин, соблазнять, — закатил глаза Джерард, убирая гитару с кровати. – У тебя ж на них фетиш. Ничего, кроме гитар, не интересует, — попытался пошутить Джерард, однако досады в его голосе было не скрыть. Да и скрывать-то не хотелось. Хотелось подойти и сказать всё в лицо, но от одной только мысли об этом голова шла кругом. Как будто бы это так просто. «В чём проблемы, подошёл, взял за руку, уверенно сказал: «Айеро, пошли ебаться». О да, просто идеально» — проносились мысли в голове Уэя. На самом деле было немного не до шуток. Влюбиться в своего лучшего друга это так банально, но совсем не смешно. И гитару Джерард купил специально для Фрэнка, потому что хотел, чтобы у них было больше общих интересов. – - Фрэнк, я хочу научиться играть так же круто, как ты. — Ну, так же круто не научишься, конечно, но я могу тебе помочь, — предложил Айеро, немного удивляясь. Уэй никогда особо не интересовался музыкой, а уж тем более игрой на каких-либо музыкальных инструментах, а тут так неожиданно и внезапно оказывается, что гитара у Джерарда уже есть, и что он даже начал что-то на ней учить. Фрэнк ловит себя на мысли, что Уэй ведёт себя немного странно уже достаточно давно. Но они друзья, и Айеро просто мирится с изменениями в Джерарде и принимает его таким, какой он есть, хотя он даже и не догадывается, что стоило бы спросить, что случилось, и тогда их отношения могли бы быть уже совсем другими. Ну, а у нас классика жанра: один тупит, другой стесняется. — Так ладно, я совсем не понимаю, как ты это делаешь, — честно признался Уэй, после того как Фрэнк показал ему очередной невозможный аккорд. – Я вообще не понимаю, как это физически возможно. — Хорошо, я тебе помогу, — в конце концов сказал Фрэнк, наблюдая за мучениями друга. Джерард не совсем понял, как Айеро собирается ему помогать, пока тот не сел прямо за его спиной, пододвигаясь к нему почти вплотную. Фрэнк коснулся его руки, которая покоилась на грифе и помог пальцам правильно поставить аккорд. – Не так уж и сложно, да? – спрашивает он, но Джерард его, кажется, совсем не слышит. – Джерард? Ты в порядке? — А? – задумчиво протягивает парень, не совсем понимая, что вообще происходит. — Ты в порядке? – снова задаёт вопрос Фрэнк. – Просто ты не дышишь. — Что? – снова не понимает Уэй, а потом замечает, что и вправду задержал дыхание, боясь спугнуть этот момент. Всё было просто великолепно прямо сейчас. Джерард хотел, чтобы этот момент длился вечность. Вот так просто: они сидят вплотную к друг другу и молчат. Джерард любил Фрэнка, но Айеро становился в разы очаровательней, когда просто молчал, и сейчас, когда он так близко, Уэй просто превращался в сопливого подростка, хотя романтичным он не был никогда. – Нет, я не в порядке, Фрэнк. — Что-то случилось? – с волнением спрашивает Фрэнк, совершенно не догадываясь, что он может услышать в ответ. Джерард колебался, не знал, сказать ли сейчас, или лучше всё свести в шутку, как всегда, и Айеро, видя это, говорит: — Доверься мне. Это, кажется, становится последней каплей, и Джерард решается. — Фрэнк, то что я тебе сейчас скажу, является абсолютной правдой. Это не шутка, не розыгрыш, сейчас я серьёзен, — видя, что Айеро собирается что-то сказать, Джерард жестом его останавливает. – Нет-нет, не перебивай, иначе я никогда тебе этого не скажу. Так вот, недавно я начал замечать, что мне очень нравится проводить с тобой время. И не просто потому что мы друзья, а потому что мне нравилось просто быть рядом, даже если мы не заняты чем-то интересным или типа того. Я понял, что мне начал нравится твой голос, твои глаза, твой запах, а друзья, знаешь, такого обычно не подмечают. Я просто начал понимать, что ты не просто лучший друг, что ты тот человек, с которым я хочу находиться всегда, с которым я хочу быть ближе. Я понял, что ты тот, с кем я хотел бы иметь не просто дружбу, но я пойму если это не взаимно, потому что я не знаю, ни разу не видел, чтобы ты встречался с кем-нибудь или типа того, – протараторил Джерард, не веря, что всё же решился на это. Господи, он действительно сейчас всё это сказал? Действительно наконец-то признался? С души упал огромный камень, но это не значило, что всё будет хорошо, ведь Джерард, не решаясь взглянуть на друга, ещё не знал его реакции. А всё, что вам нужно знать о реакции Фрэнка: — Так ты типа гей? – со сложным лицом произносит Айеро, очень медленно переваривая всю полученную информацию. – Знаешь, тогда твои шутки про стул и «один раз не пидорас» становятся ещё смешнее. — Айеро, ты такой идиот… — Подожди, получается я тебе нравлюсь? – удивлённо восклицает Фрэнк. – Как парень? И ты замутил бы со мной? Типа, обнимашки-целовашки, пижамки с зайчиками? — Это слишком по-гейски, нет, — скривился Джерард, но всё-таки засмеялся, как только себе это всё представил. – Знаешь, смотреть ужастики под одним одеялом ночью, играть в видеоигры, прогуливать вместе школу и всё такое. — Ну-у-у, это звучит круто, — неуверенно произносит Фрэнк. И всё-таки, это было очень неожиданно. Но Фрэнк едва ли сам когда-нибудь задумывался о своей ориентации. Сейчас, кажется, самое время. Айеро пристально вглядывается в Джерарда и пытается разглядеть в нём не своего придурковатого лучшего друга, а парня. Ну, наверное, он мог назвать Уэя красивым. Ему нравились его длинные чёрные волосы и каре-зелёные глаза. А ещё Фрэнк раньше не замечал, какие у Джерарда длинные ресницы. «И вообще, — думает Фрэнк, — Он единственный, на ком эта дурацкая школьная форма выглядит хорошо». В конце концов, он приходит к выводу, что он вполне может быть геем. И, что если с кем и встречаться, то только с Джерардом. Ведь где ещё найти такого человека, который тебя так хорошо знает, и с которым у вас такое взаимопонимание? Кажется, будто они знакомы целую вечность. А разве это не главное в отношениях? – Так, я, вроде как, думаю, что ты мне тоже немного нравишься. Я гей? Или, не знаю, может можно как-то проверить?.. — Есть один способ, — задумчиво протягивает Джерард, а в его глазах вдруг загорается задорный огонёк. – Только мне, знаешь, надо тебя поцеловать. Фрэнк молчит, а Уэй решает, что молчание всё-таки знак согласия и медленно наклоняется к лицу парня. Неужели это происходит? То есть он вот так вот просто сейчас его поцелует и всё будет хорошо? Да, чёрт возьми, именно это Джерард сейчас и делает. Дыхание Айеро такое же тяжёлое, как и его собственное, но он не отстраняется и, кажется, вообще не против, так что Уэй просто наклоняется ещё ниже и просто касается губ Фрэнка своими, с выдохом прикрывая глаза. На несколько мгновений они просто были прижаты к друг другу и это было просто потрясающе. Когда Джерард начинает действовать, и это больше становится похоже на поцелуй, Фрэнк словно оживает. Он не совсем понимает, что чувствует, но однозначно ничего похожего на отвращение, так что он сам начинает неуверенно отвечать на поцелуй. И вскоре оба парня просто растворяются в моменте, не отстраняясь друг от друга. Джерард вдруг понимает, что их поцелуй абсолютно романтичный и прекрасный, но всё же немного детский, и ему хочется поцеловаться по-настоящему, по-взрослому. И, в принципе, парень не видит причин себе в этом отказывать. Так что он снова берёт инициативу в свои руки, а точнее губы, и делает это. И тогда уже они оба чувствуют, что им это нравится. Фрэнк понимает, что целоваться с Джерардом очень здорово и просто позволяет ему вести. Думать ни о чём не хотелось. Останавливаться тоже. Начинало становиться жарко, и парни вдруг начали понимать, к чему это всё идёт. — Если ты вдруг всё ещё не уверен, — тяжело дыша, произносит Джерард. – То есть ещё один способ. Стопроцентный. — Чёрт, — выдыхает Фрэнк. Не услышать намёк в голосе Уэя мог только самый глупый человек в мире, и Айеро, конечно же, понимает, какой «способ» имеет ввиду Джерард. Он думает, что это слишком рано, но не сопротивляется, когда Уэй вдруг оказывается слишком близко. Здравый смысл? Да кому он вообще нужен? Ещё час назад никто из них не думал, насколько далеко всё это зайдёт, а сейчас тела двух подростков были плотно прижаты друг к другу, а с их губ срывались нетерпеливые вздохи и тихие-тихие стоны. Никто не спешил избавляться от одежды, то, что происходило сейчас, было гораздо более интимнее и важнее, а когда Джерард совершенно случайно бедром коснулся ширинки Фрэнка, когда с его губ сорвался более громкий стон, остановить их было невозможно. Уэй просто продолжал двигаться, сам получая при этом удовольствие, потому что бедро Айеро также буквально упиралось ему в пах и это чувствовалось очень хорошо. Хотелось быть чуть громче, но оба подростка прекрасно понимали, что они в доме не одни, но это даже прибавляло ощущений, так что вместо этого они снова поцеловались и немного ускорились, понимая, что долго это не продлится. Ощущая невероятную жару, Джерард вдруг понял, что кончит прямо сейчас, и он вцепляется в руку Фрэнка, когда отчаянно пытается подавить все громкие звуки, которые так и хотят вырваться, и вдруг понимает, что Айеро делает то же самое, что ему сейчас также хорошо, как и ему. Они дрожат, всё ещё плотно прижатые друг другу и снова целуются, теперь уже гораздо спокойнее и медленнее. Около пяти минут они сидят так, периодически касаясь чужих губ, а потом просто ложатся рядом, тяжело дыша. —Да, я всё-таки гей, — произносит Фрэнк, слыша в ответ тихий смех Джерарда. — Могу я теперь предложить тебе встречаться? — Да, определённо, можешь. — Фрэнк, ты будешь моим парнем? — Конечно буду, — уверенно отвечает Айеро, после чего они обмениваются самыми счастливыми улыбками на свете, и продолжают болтать и целоваться до самого-самого вечера.