Дружба, магия и... сиськи?

      ***Азазель***              «Эти молодые демоны такие забавные. Совершенно не скрывают ауру, каковая полностью передаёт все их эмоции. А уж лица такие… просто-таки открытая книга. В общем, не старшеклассники, а детишки. И чего только Найт с ними возится? И не скучно ему? Хотя наверно, в своей обычной манере говорить странные слова и делать странные дела, он желает от них чего-то странного», – подумал Азазель.              И был очень близок к истине. Найт желал, чтобы «эти так называемые «друзья» Иссея наконец сбросили свои фальшивые маски, и показали своё истинное лицо, и его младший брат наконец-то прозрел», и чтобы он, Найт, наконец-то мог приступить к истреблению фракций демонов и падших.              А затем под недоумевающим взглядом новоиспечённого сенсея Азазеля, сперва женская часть оккультного клуба, а затем и мужская бросилась на улицу.              «Мне, конечно же неинтересны забавы детишек, но я, так… ради интереса… гляну одним глазом», – решил Азазель.              ***Риас, Акено, Конеко***              [Синхронно] Найт… он… целовался с ней… да ещё и так откровенно!              ***Асия и Киба***              [Синхронно] Мне показалось… Ведь точно же… показалось?              ***Найт и все-все-все***              Взорам, ворвавшихся на аллею с торговыми прилавками, демонов и демонесс предстал идущий под ручку с молодой русоволосой женщиной лет двадцати пяти, Найт. И, как машинально отметили Риас и Акено, волосы у той женщины были уложены в кокетливую причёску, кожа гладкая и ухоженная, косметика неброская, а тени у глаз в тон фиолетовым глазам. Конеко же отметила, что мышцы спины у этой гарантированно хорошо развиты, чтобы удерживать прямую и строгую осанку с такими… вот… тут Конеко не смогла подобрать слов… тяжеленными штуками спереди.              И тут… демоны не поверили своим глазам… Найт откусил немного «сладкой ваты», которую он держал в правой руке… а левую надёжно «оккупировала» его спутница. Но не поедание Найтом «сладкой ваты» было самым шокирующим… а то, что следовало дальше… после каждого укуса. Его спутница практически обняла его… приблизила своё лицо вплотную к Найту… некоторое время постояла так… что они там делали в это время – неизвестно… но каждый нарисовал подходящую картину в меру своей испорченности. А затем женщина таки оторвалась от Найта… и с видом «я вот-вот превращусь в лужицу сахарного сиропа» со счастливым видом неторопливо двинулась дальше рядом с Найтом.              И так продолжалось несколько раз, пока Найт и его спутница приближались к Риас и её слугам.              – Организую-ка я отвращающий людей барьер, – отдала самой себе указание Акено, видя, что её «король» сейчас не состоянии связно мыслить.              Сказано – сделано. Несколько секунд и все люди в радиусе пятидесяти шагов вдруг срочно вспомнили о неотложных делах, которые надо сделать где угодно, но только не тут.              – Кто эта… – окончание вопроса Риас никто не расслышал, потому что Акено Химеджима зажала той рот, сообразив, что сейчас та наговорит лишнего, о чём потом сама же и будет жалеть.              – Риас просит тебя познакомить нас с твоей… спутницей, – нашла обтекаемое выражение Акено вместо тех, что вертелись у неё на языке, – и интересуется понравилось ли ей целоваться с тобой, Найт?              Это был уже вопрос лично от Акено. Хотя… Наверное, всё же не только от неё одной.              Женщина рядом с Найтом ехидно улыбнулась и уже открыла было рот, но… Рука Найта зажала рот незнакомке.              – Отвечаю не по порядку, – начал Найт, – Это не был поцелуй. Технически это можно назвать… Обмен Дыханием. Со стороны это выглядит как будто я легонько дунул в лицо собеседника. При этом передаются ощущения, эмоции и духовная энергия. Но… не забивайте голову лишней информацией. Для материальных сущностей такое недостижимо. А теперь, что касается вопроса номер один…              – Да, – сказал неожиданно для Риас и её компании, подошедший к ним сзади падший ангел Азазель, – Мне тоже интересна личность этой… женщины? Почему покойная Каттлея Левиафан ходит под ручку со вчерашними врагами… которых она сама же приказывала Вали убить… и почему её аура вообще не ощущается?              В течении своей речи Азазель достал свой кинжал, который на самом деле скрывал искусственный святой механизм – драконий доспех с заключённой внутри душой дракона Фафнира.              Найт уже хотел было что-то сказать, но перевёл взгляд на свою спутницу и кивнул, мол, говори.              – Двенадцать часов назад демон Каттлея Левиафан умерла. Её тело превратилось в пепел, а душа отправилась в Абсолютное Ничто. А я родилась четверть часа тому назад. В наследство от покойной мне достались её духовные образы. И знаете, что? Пересматривая их… для начала хотя бы основные… я нахожу, что Найт прав и вся эта суета с властью над Нижним миром изначально была бессмысленной, бесполезной и напрасной тратой времени. Хорошо, что смерть закрывает все долги…              Тут слово взял Найт.              – А если кто-то с этим не согласен, и на основании некоторого внешнего сходства будет строить планы уничтожения Леи, то он будет уничтожен мною. А если это будет делать некая организация… пусть даже целая фракция… то эта же участь постигнет их всех. Не взирая на пол, возраст и взгляды на жизнь.              Пара перстней на пальцах демонов вспыхнули, но заметил это только Найт. И совсем непонятно добавил.              – На тех же условиях непровоцирования, моей защиты и самозащиты.              И перстни тут же погасли.              Риас, как и остальные ничего не поняла. Разве что отчётливо поняла, что эту женщину прилюдно поклялись защищать от всего Мира, как… жену. А ей, Риас, такого не говорили… и «обменяться дыханием» не предлагали. И бедная девушка почувствовала себя… брошенной.              – Ну, не буду тебе мешать развлекаться с твоей новой девушкой, – капелька горечи всё же проскользнула в голосе девушки. Риас уже собиралась развернуться и уйти, как услышала голос… этой… Леи.              – А с чего ты решила, что я его девушка?              ***Ретроспектива. Четверть часа назад. Внутренний мир. Павильон для экспериментальных образцов***              – Видишь прозрачную стену за своей спиной? Она преграждает тебе дорогу к лёгкому пути. Там не будет проблем, боли и сложностей. А теперь переведи взгляд на меня. Если ты не докажешь мне своё право на существование, то будешь развеяна. Нападай на меня со всей ненавистью и со всем желанием убить. Как тогда во дворе академии, когда ты нападала на Азазеля! – шокировал Каттлею своим приказом Найт.              Горло Каттлеи почему-то перехватило судорогой. «Напасть? Со всей ненавистью и желанием убить? Но… я просто не могу… поднять руку на того, кого мечтала встретить всю жизнь… И это странное ощущение в груди, когда я стояла близко-близко к нему… а его руки изредка касались меня во время перевязки раны… и эти намёки в ходе нашего разговора…»              И Каттлея сделала несколько шагов назад, остановившись у самого стекла, преграждающего ей дорогу, на расстоянии вытянутой руки возле кнопки подписанной «EXIT».              – Эти слова насчёт «близких родственников»… – попыталась облечь в слова свои странные ощущения Каттлея, – и «духовные сущности должны»… и «я не развеюсь»… «будешь развеяна»… Это же ведь ты вернул меня с того света?              На лице Найта ничего не изменилось.              – Я бы растворилось в том Абсолютном Ничто, да? Но ты… – Каттлея замялась, подбирая слова.              – Дал второй шанс, – подсказал Найт.              – Вот, – обрадовалась Каттлея, – Так зачем всё это? Зачем мне нападать на того, кто меня спас?              – Понимание – это тоже часть испытания за право существовать, – сказал Найт, призывая даже на вид страшную когтистую перчатку.              – Послушай, я помню, как ты просил Азазеля не убивать меня…              Найт шагнул. Расстояние между ним и Каттлеей сократилось до трёх шагов.              – Тогда ты мне показался ужасным и страшным…              Ещё шаг.              – Но сейчас всё по-другому!              Последний шаг. Найт вышел на расстояние удара.              – Сейчас, сама мысль о том, чтобы ударить тебя вызывает во мне отвращение.              Найт поднял руку с перчаткой. Каттлея сглотнула.              – Может мне тебя ещё и обнять, да по голове погладить? – ехидно изогнул бровь Найт.              Каттлея сглотнула. А затем, сама удивляясь своему нахальству, кокетливо сказала:              – А почему бы и нет?              А затем перчатка с когтями исчезла с руки Найта и тот, как ни в чём ни бывало сказал:              – Ты прошла испытание.              Ещё миг и стеклянная преграда, отделяющая Каттлею от свободы пропала.              – Э, что? – только и смогла выдавить из себя молодая женщина.              – Только чёрную кнопку не нажимай. Развеешься, – предупредил её Найт, – А в остальном ни в чём себе не отказывай.              Каттлея непроизвольно отпрыгнула прочь от кнопки.              – Как… развеюсь? – ткнула она дрожащей рукой в направлении злополучной кнопки.              – Так, как развеиваются все духовные сущности с демоническим источником энергии. Клубом чёрного дыма. После чего их нет нигде. Потому что они, в отличие от людей и драконов, умирают окончательно. И даже Грааль не вернёт их обратно.              – Но… зачем… – не смогла сформулировать вопрос Каттлея, всё ещё показывая рукой на чёрную кнопку.              – Потому что выбирающим лёгкий путь… и желающим умереть… лучше умереть сразу.              – Я не такая! – вспыхнула Каттлея.              Найт только ехидно изогнул бровь.              – Выйти на бой против превосходящих сил в лобовую… Не принять змею Уроборос заранее и не отработать приёмы с учётом новых сил… Не подготовить пути отхода… Не иметь под рукой Слёз Феникса, обезболивающего и всяких разных допингов… Броситься в ближний бой без брони и оружия… И получив хоть и опасную, но не смертельную рану, тут же выбрать смерть… Покойная Каттлея всерьёз хотела умереть. А тебе нужно всерьёз пересмотреть доставшиеся от неё в наследство образы.              Из Каттлеи как будто выпустили весь воздух.              А затем она вспомнила, что она всё же женщина, и, сделав шаг к Найту, взяла того за руку и умильно заглянула в глаза.              – Но ты же позаботишься обо мне? – с милой улыбкой спросила она.              И независимо от воли Каттлеи её лицо само начало приближаться к лицу парня, а губы складываться ля поцелуя. Но…              Ее остановили, положив указательный палец на губы.              – Ты, наверно, сама не понимаешь, почему делаешь это… – издалека начал Найт, – Это потому что покойная Каттлея умудрилась подорвать саму себя путём детонации Ядра души. От оболочки души тоже ничего не осталось…              У Каттлеи не нашлось слов. Это то тут к чему?              – …и как следствие, мне пришлось, включив режим Форсажа и отключив все Защитные механизмы души, чтобы выиграть ещё несколько процентов мощности разума, делать не рутинную, давно уже мысленно отработанную процедуру, а создавать душу с нуля.              Слова у Каттлеи куда пропали. А что тут скажешь в ответ на такое?              – От Каттлеи туда пошли только её духовные образы. И даже те, переняли новую духовную энергию свежесозданной души. И как результат, ты полностью, от Демонического Псевдо-Ядра, до оболочки, образов, контейнера и духовной энергии, вся полностью состоишь из моей энергии. Именно поэтому тебя столь странным образом тянет ко мне. Всё просто.              – То есть ты как бы мой папочка, – ляпнула, не подумав Каттлея.              – Ты уверена в своём желании? – спросил Найт.              «О чём? Чтобы обо мне позаботились? Конечно, да!», – подумала Каттлея, кивая.              – Объявляю тебя моей дочерью! – сказал Найт обнимая Каттлею и положив ей руку на голову, и осторожно гладя её по затылку.              В первое мгновение Каттлея хотела сказать, что она не это имела в виду, и, что она хотела бы видеть его своим парнем. Но затем…              Слёзы неудержимым потоком полились из глаз Каттлеи. И она зарыдала, уткнувшись носом в плечо Найта. И если бы её кто-то спросил, когда же она в последний раз плакала, то Каттлея не смогла бы ответить на этот вопрос. Потому что это было в далёком-предалёком детстве, и она уже давным-давно забыла о том, каково это плакать. Но на плече у Найта вдруг оказалось так спокойно. И сейчас она просто выплакивала из себя всё напряжение, копившееся в ней даже не годами, а столетиями, и бросившее её в самоубийственную атаку, весь ужас растворения в Абсолютном Ничто, и шок от едва не закончившейся её новой жизни.              А ещё она чувствовала, что слова «Объявляю тебя моей дочерью!» не пустой звук. И о ней действительно позаботятся. И это давало ощущение покоя на сердце.              А в это время Найт с удивлением констатировал, что, оказывается, духовные сущности могут плакать. Сам же он ни намёка на такую потребность не испытывал. Ни сейчас. Ни когда либо раньше.              ***Десять минут спустя***              – Удлиняй руки! Пасти на конце рук делай побольше! И зубы поострее! И побольше! – советовал Найт, наблюдая, как на Каттлею набрасываются толпы монстров, а та, трансформировав конечности, перекусывает тех пополам.              ***Внутренний мир. Несколько минут спустя***              – Сейчас зашьём раны и продолжим, – сказал Найт, подходя в лежащему в центре арены изуродованному и окровавленному телу. В его руках возникла иголка с нитью для наложения хирургических швов, которую он тут же воткнул в лежащее перед ним тело.              – [Стон!] – издала невнятный звук Каттлея.              – Итак, в ходе этой лёгкой разминки…              – [Стон!]              – Ты узнала, что духовные сущности на инстинктивном уровне умеют трансформировать своё тело и наносить урон оболочке души противника. Для духовных сущностей это не проблема. Но в бою они такими глупостями не занимаются. Точнее против таких же духовных сущностей это применять бессмысленно. Потому что пока у противника есть энергия, тот может моментально восстановиться от самых «ужасных» ран. Против материальных сущностей такие атаки применимы. Но делать это имеет смысл, лишь пока духовная сущность – зелёный новичок вроде тебя, и не имеет в своём арсенале толковых навыков.              ***Внутренний мир. Несколько минут спустя***              – Папа… может не надо? – неуверенно спросила Каттлея, глядя на целящегося ей в лоб из револьвера экзорциста Найта.              – Надо, Лея, надо.              [Выстрел!]              – Ай! Больно! У меня дыра во лбу! И кровь идёт! И на затылке кровь!              – У духовных сущностей нет уязвимых точек. И даже потеря Ядра души не фатальна. Ну, минут пять духовная сущность может прожить и без него.              – А потом… развеется? – почему-то шёпотом спросила Каттлея.              – Потом можно сделать демоническое Псевдо-Ядро. Оно конечно только и может, что поглощать чужую демоническую энергию… и ещё куча негативных последствий, о которых тебе пока ещё рано… не поймёшь, потому что нет нужных знаний… но до победы протянуть можно.              И тут до Каттлеи дошло кое-что.              – То есть у меня не настоящее Ядро души? Я инвалид?              – Не навсегда. Каждый раз, когда разумное существо принимает важное решение, побеждает в тяжёлой ситуации или решает важную проблему, Ядро души укрепляется. Пересмотри образы Каттлеи, прими по ним решение, и новое Ядро души начнёт формироваться уже сегодня.               – Знаешь, па! Я вдруг почувствовала, что у меня всё получится! Стреляй!              [Выстрел!]              И между Найтом и Каттлеей застывает в воздухе пуля.              – Навык «Пауза», как видишь, осваивается духовными сущностями просто-таки инстинктивно. Против духовных сущностей непригоден абсолютно. А против материальных… разве что против самых слабых противников. Тут есть несколько тонкостей, связанных с вложением своей Воли в атаку, но это мы изучим на отдельной тренировке. В общем, пока что используй «Паузу» чтобы остановить физическую или магическую атаку.              ***Пару минут спустя***              – Всё поняла? – спросил Найт, создавая над ладонью шар из демонической энергии, – тогда… Давай! – скомандовал он.              – РАЗВЕЙСЯ! – скомандовала, вложив силу в голос Каттлея.              И сгусток энергии рассеялся чёрным дымом.              – Так можно развеять любую энергию, не только мою. Домашнее задание – довести навык развеивания до уровня мысленного усилия. Тренируйся на всём, что видишь…              – А…              – Всё что ты видишь вокруг – это мой Мир. Тут всё состоит из моей энергии. Развеивай всё что хочешь. Оно потом автоматически восстановится.              Каттлея кивнула.              – А сейчас…              Каттлея мысленно вздохнула. Тяжело вздохнула.              – …мы прогуляемся по материальному миру…              – Правда?! – подпрыгнула на месте Каттлея.              – Да, необходимый минимум для самообороны ты знаешь. И, я же вижу, что тебе хочется взглянуть на солнце. Зря… но ты сама сейчас всё увидишь. Начнём урок перемещения из Внутреннего мира в материальный.              – [Стон!]              – Это не больно. Смотри и запоминай…              ***Внутренний мир. Несколько минут спустя***              – Иссей, у тебя появилась племянница. Ей полчаса от роду… [Вздох] И зачем было падать наземь и оставлять материальную оболочку лежать на земле?              [Приближающий цокот копыт]              Нарушая все законы инерции перед Найтом и Каттлеей останавливается маленький розовый пони. Из глаз его текут слёзы счастья.              – Иссей, это Лея.              – Я…              – Забудь старое имя. Когда духовная сущность находит свою кьюти-марку она берёт новое имя. Я взял имя Ночной Кошмар не из-за его красоты, а потому что это – моя кьюти-марка. Ты же пока можешь называться этим бессмысленным именем.              – П-поняла.              – Дискорд, – обратился куда-то в сторону Найт.              – Я тут, папа! – возник из пустоты весело машущий Каттлее… или всё же Лее… Дискорд.              – Познакомь её с Драйгом и Чичи. А я пока что возьму управление телом на себя, а то Иссей ещё долго в себя приходить будет.              – Полчаса! Не меньше, па!              И с этими словами Найт пропал.              ***Десять минут спустя***              – У тебя замечательная семья, – сказала вынырнувшая из тени Найта, Лея.              Что сказать в ответ на такое, Найт не знал. Подобные «простые фразы» ставили его в тупик сильнее всего. И он просто промолчал.              – Сын у тебя просто замечательный! Такой милый малыш…              – Он старше тебя.              – Ну, ты понял…              Найт опять не понял. И опять решил промолчать.              – Брат у тебя тоже милашка. И… он всегда так много плачет?              – Да.              – А Чичирютей всегда так страшно ревёт?              – Всегда.              – Он мне показался дружелюбным, как домашний пёс.              Найт только мысленно вздохнул. По его плану Чичирютей должен был вырасти бдительным и чутко чувствующим фальшь хищником, в любой момент готовым нанести ответный удар. И передающий эти качества Иссею. Но не «дружелюбным, как домашний пёс».              – А Драйг мне показался вежливым и обходительным. Как друг семьи, который уже много лет гостит в одном доме с ними.              И снова Найт не знал, что на это сказать.              Но Лея не ждала ответа. Увидев лоток с сахарной ватой она летящей походкой направилась к нему. Затем замерла, и резко отпрыгнула обратно.              – Что это было?              – Как я предупреждал, тебе не понравилось. Это ощущение холода и разрежённого воздуха возникло вследствие работы Защитных механизмов твоей души. Они сообщают тебе что в окружающем тебя пространстве мало энергии… совсем мало… и твой запас энергии начинает уменьшаться. А когда ты подошла ко мне поближе, то приток энергии извне превысил расход оной.              Лея приложила палец к виску, подумала, а затем подошла поближе к Найту, обняла того за руку, и констатировала:              – Вот так вообще замечательно!              А затем попросила:              – Я хочу сладкого!              – Тебе не понравится, – предупредил Найт, покупая Лее «сладкой ваты».              – Тьфу… тьфу… тьфу… В чём дело? Нам продали бракованную вату! Ух я сейчас устрою этому жулику!              – Всё с ватой в порядке. Она вполне сладкая. Просто так устроен этот Мир, что если хочешь добиться успеха в чём-то, то лишнее надо отбросить. Поэтому духовные сущности не нуждаются во сне, еде и питье.              – Но мне хочется… И не надо на меня смотреть, как на диковинку… Я же чувствую, что ты сейчас читаешь моё сердце и пытаешься понять, где я поломалась. Но я в порядке!              – Не в моих правилах мешать разумным сущностям творить мелкие глупости, иначе они начнут делать крупные глупости. Поэтому слушай. Способ номер один. Одержимость. Захватываешь чужое тело и кушаешь «сладкую вату» пока не надоест. Удовольствие не гарантируется, но хоть что-то ты ощутишь.              – Все эти штуки с захватом чужих тел были известны тысячелетия, но мне они никогда не нравились. И… Я же чувствую, что есть и «способ номер два»…              – Способ неапробирован. Поэтому постарайся запомнить ощущения… Будешь объектом эксперимента.              И прежде чем Лея сумела окреститься от сомнительной чести быть «объектом эксперимента», Найт откусил сладкой ваты, прожевал её, и изобразил число символический лёгкий выдох в лицо Леи.              Ноги Леи подогнулись, а глаза закатились. Но вцепившись в руку Найта она таки смогла удержаться на ногах.              – Это было волшебно! – начала тараторить она.              – Я уже прочёл всё что нужно в твоём сердце, – попытался вставить свои пять копеек Найт, но его не слушали.              – Я снова почувствовала себя в живом теле… у которого бьётся сердце… и струится по жилам кровь… и ветер овевает кожу… вкус сладкой ваты на языке… и мне стало так спокойно на душе. Хочу ещё! – потребовала женщина.              А ещё пять минут спустя Найт засёк неподалёку фамиляров «так называемых друзей Иссея».              ***Время настоящее***              – А с чего ты решила, что я его девушка? – сказала Лея, обращаясь к Риас Гремори, – Я его дочь!              И жизнерадостно улыбнулась.              Это было попадание и накрытие. Женская часть в лице Риас, Акено, Конеко, Асии и Зеновии застыла в ступоре. Киба Юто за полгода хоть и привык ко всякому… поправка, думал, что привык… но тоже замер в шоке. Гаспер же смотрел на Найта с благоговейным трепетом. После осинового кола в грудь во время первого знакомства шокировать чем-либо Гаспера стало довольно сложно. Но и он сейчас был потрясён и восхищён.              Увидев, что разговор defacto закончен, Найт и Лея по дуге обошли демонов. Но был ещё Азазель, который всё это время молчал и внимательно слушал. И наконец задал свой вопрос.              – Лея? Я правильно понял, что это твоё новое имя? Что же сподвигло тебя… – тут Азазаель помахал в воздухе рукой, подбирая нужное слово, – измениться?              – Ну, – хитро улыбнулась Лея, – мы с Найтом поговорили о том, и о сём. В итоге я напросилась к нему в дочери, и он согласился. Как-то так…              Азазель вздохнул, потёр лоб и помассировал виски. На его лице было странное выражение вида «я это уже где-то слышал, но от многократного повторения оно понятнее не стало».              – Последний вопрос… Проясним сразу… Ты собираешься мстить за…              Но Лея не стала его дослушивать, вопрос ей стал понятен сразу после слова «мстить».              – Покойная Каттлея делала всё чтобы умереть. Но я не она. Я пересмотрела образы, побудившие её заявиться вчера на встречу трёх фракций, и я сказала…              Тут голос Леи пробрёл силу и глубину.              – БЕСПОЛЕЗНАЯ ЕРУНДА!              «Эффект как от голоса Найта», – отметил Азазель, приметив краем глаза испуганно вспорхнувшую стайку голубей.              – …и эти образы сразу же потускнели и перестали довлеть надо мной… Материальным сущностям не понять, – махнула она рукой.              – Ну, почему же, – улыбнулся Азазель, – не такие уж мы, материальные сущности, безнадёжные…              На этом разговор был закончен. И Найт направился в академию. За всеми этими визитами к Вали Люциферу, к Кокабиэлю и к Лее прошёл почти весь учебный день. Но, с точки зрения Найта, не было не единого уважительного основания для Иссея, чтобы ему можно было просто так прогулять последний урок последнего учебного дня перед летними каникулами.              ***Найт***              Что ж можно начать подводить некие промежуточные итоги. И сказать: «Это успех!». Впервые на моей памяти всё прошло практически идеально. И проект «Почему я такой, какой я есть?» сдвинулся с мёртвой точки и сделал несколько семимильных шагов.              Лея порадовала тем, что после перерождения мало напоминала демонессу Каттлею Левиафан. Или может это сразу начал сказываться эффект родственных энергий?              Потом Лея порадовала тем, что не побежала в страхе. И не нажала чёрную кнопку, ведущую к лёгкому пути – к смерти. И не отвела, и не закрыла глаз, когда я подошёл к ней с перчаткой Фредди. Ей не удалось полностью повторить мой путь, проведя небольшое сражение. Была у меня идея, что в схватке со мной, она определится со своей кьюти-маркой. Но… когда она сказала «да» на мой вопрос про обнимашки, я понял, что дальнейшее давление бессмысленно. Но это было лишь небольшое отклонение от плана.              А дальше был, как говорится, сокрушительный успех. Я видел, как в её сердце образы тускнели погружались на самое дно. И это были образы, где она вела себя, как типичная антропоморфная сущность. И в итоге Лея стала не демонессой Каттлеей Левиафан, невесть почему не умершей в самоубийственной технике, а духовной сущностью Леей. Теперь я понимаю, как и почему это происходило у меня.              А затем я удочерил её. Ещё в тот момент, когда она ответила «да», на мой вопрос про обнимашки и поглаживания по голове, я знал, что сделаю это. И кто бы мог подумать, что в этом будет виноват тот жизненный принцип, который я сформулировал для Уроборос? Мы в ответе за тех, кого приручили. В моём случае переродили. Для духовной сущности сформулировать жизненный принцип вслух, и потом предать его… В общем, никак не допустимо.              И тут Лея таки сформулировала просьбу, которая у неё вертелась на языке.              – Я хочу тело!              Найт мысленно вздохнул. Вроде бы и мелкая странность, но понять её он не мог. Как ни старался.              – Ничего не могу обещать, – начал он издалека, – поскольку это довольно далеко от области моей кьюти-марки, но есть одна сущность, с которой я планирую провести деловую встречу. По непроверенным слухам, эта сущность является обладателем нескольких эксклюзивных технологий. Возможно эта сущность согласится продать-обменять нужную технологию, но…              – Я знала! Я знала, что ты это можешь! – повисла на Найте его дочурка.              Найт мысленно вздохнул. Интуиция никогда не была его сильной стороной. Проще говоря, всякие иррациональные ощущения он сразу же отгонял прочь. Но сейчас у него появилось стойкое ощущение, что добром это не кончится.              ***Авторское примечание***              На этом заканчивается четвёртый том ранобэ и второй сезон аниме. Ну, а мы продолжаем дальше :-)              ***Конец авторского примечания***