Демону свойственно искупление?

— Чарли, ты не настолько глупа, чтобы бросать всё и не испытав на себе несколько проблем.

— Но, а если не справлюсь? Что делать тогда?

— Не стоит отчаиваться, наоборот, утри всем рожи своей силой. Угрожай так, чтобы тебя уважали все в Аду. Боялись, как самого настоящего адского огня этого мира. Сожги всё дотла своей силой, Шарлотта Магне.

      Кто бы мог подумать, что шансы хоть и незначительные, но всё же есть? Пусть девушке и помог разговор с Аластором обрести малую долю уверенности, но всё же испытывала маленький страх.       С чего стоит начать, если никто и слышать тебя не хочет? Боялись и уважали одновременно — странный метод для решения проблем, так думала про себя Чарли, а с другой стороны это была вполне заманчивая мысль.       Она смотрела на своих друзей, коллег и думала о том, с чего бы ей действительно начать. Путь искупления — это добровольное решение самого демона и в какой-то степени Чарли не имела никакого права заставлять их.       Демонесса внимательно оглядывала с ног до головы Даста, изучая его вульгарное поведение и то, как он пытается флиртовать с Хаском. Это было крайне забавно, так как в свою сторону тот получал щедрую порцию оскорбления.       — Пидорас, уйди от меня! — зверел на глазах Хаск, а шерсть вставала дыбом от злости. — Не смей ко мне подходить!       — Сладкий, ты многое теряешь, — с ехидной улыбкой мурлыкал парень, складывая губки бантиком для поцелуя. — Пока не попробуешь, то ты и не узнаешь, как приятно проводить вечера с этим прекрасным телом, — он провёл руками по своему пуху, открыто демонстрируя всю свою женственную фигуру.       Магне прищурилась, не сразу замечая свою бывшую возлюбленную и её попытки вернуть в настоящее время:       — Чарли, — вначале несильно трясла за плечо девушки Вэгги. — Чарли, ты слышишь меня?!       — А? — не сразу, но всё же отреагировала светловолосая и растерянно похлопала глазами. — Вэгги, что-то случилось?       — Да, случилось, — она тяжело вздохнула. — Что с тобой происходит в последнее время? Ты избегаешь разговоры, не обращаешь внимания на стены отеля! Я хочу разобраться в этом, поговорить с тобой, а ты не можешь мне ничего сказать…       Шарлотта молча выслушивала слова близкой подруги, но затруднялась с ответом: она не знала или даже не хотела сейчас разговаривать с ней на подобные темы, так как были действительно важные вещи, которые нужно было выполнить до следующей чистки населения. Слишком много лишней крови пролилось, достаточно.       Она правда старается заботиться об отеле, но почему именно сейчас Вегги начала реагировать на временное бездействие и оценивает, как «странное поведение».       Это немного приносило дискомфорт демонессе, хотя очень терпеливо относилась к чрезмерной заботе девушки. Она только смотрела по сторонам, делая вид, что слышит её обеспокоенные слова и сосредотачивалась на главном — путь искупления.       Ведь на протяжении многих столетий человек, сама его сущность искала пути к свету или к тьме. С одной стороны, человек понимает, что должен быть наравне с Богом, с его чистой душой и быть безгрешным, чтобы попасть в божественные врата мира, в котором будет только процветать, как яблони в прекрасном саду. С другой стороны, есть осознания к своим внутренним склонностям, к манящим желаниям совершить грех и уповать в удовольствие от жарких объятий самого Ада. Живое существо, каким бы оно не было совершенным, всегда будет грешить и одновременно делать как можно скорее замолить свои грехи, скрыть всю свою правду перед лицом самого Бога.       Не каждый человек перед смертью в независимости от своего положения, не захочет попадать в Ад, но как только наступает время Великого Суда, то сама его душа, испачканная разными оттенками греха, попадёт в то место, в котором его уже давно ждут.       Душа покажет свою сторону в уже подготовленное место. Покажет то, с чем он жил столько времени и не факт, что под пеленой «счастья», будет думать о том, чтобы попытаться как-то исправить себя перед очередной смертью.       Шарлотта, будущая правительница Ада, задумчиво нахмурила брови и прониклась в свои воспоминания из детства, когда все её мысли считались пока что совсем безобидными, невинными и наивными…

      Маленькая девочка с мягкими, светлыми волосами, красными щёчками, большими чёрными глазами, с любопытством разглядывала большую книгу в твёрдом переплёте, которую изредка, но держала любимая мать. Она ещё не многое знала о мире и о том, какие опасности могут в себе таить, поэтому с нескрываемым любопытством спросила Лилит:

— Мамочка, а что ты читаешь? — маленькая принцесса заулыбалась, ручкой несильно дёргая за край платья уважаемой женщины.

Лилит опустила задумчивый взгляд на малышку, а от услышанного вопроса появилась хитрая улыбка. Она прекрасно понимала, что рано или поздно надо будет рассказать дочери о том, кто они, откуда пришли и от этого светлые глаза наполнились тенью грусти. Попробую ей объяснить по чуть-чуть, подумала про себя демонесса, протягивая маленькой Магне руку:

      — Пойдём, присядем и тебе расскажу, — спокойным и одновременно очень мягким голосом ответила Лилит. Когда девочка взяла послушно за руку матери, хватая сразу своими маленькими, но цепкими пальчиками, за аккуратные, длинные пальцы женщины. — Моя маленькая принцесса, сможешь сдержать для меня одно очень ответственное обещание?

Такой неожиданный вопрос смутил её, что не сразу смогла дать нужный ответ матери. Задумчиво насупив носик, девочка не сразу, но начала тихонько говорить:

— Думаю, — она тут же замотала головой, а голос начал звучать уже более уверенне. — То есть, да, конечно, смогу!

— Хорошо, — тихо посмеялась та. Усаживая поудобнее к себе на колени Шарлотту, взяв обратно в руки незнакомую для дочери книгу, то начала объяснять. — Эта книга — священная, но здесь она не имеет никакой ценности и лишь поможет тогда, когда сама душа будет готова принять в себя эти знания. Моя дорогая, когда ты немного подрастешь, то смогу более подробно рассказать, а сейчас расскажу только малую часть. Договорились, светлячок? — она аккуратно коснулась тёплыми губами макушки ребёнка.

— Да, договорились!

— Хорошо, — одобрительно ответила Лилит, поправляя мешающие пряди за ухо. — Эта книга священная тем, что там есть нужные советы. Они подсказывают, указывают нам тот путь, по которому мы должны следовать. Путь искупления, путь прощения и искренних желаний…

— Путь искупления, — повторила за матерью, но с восхищённым шёпотом, Чарли. — И с чего же этот путь должен начаться, мамуль?

— С добрых дел, конечно же, — матушка тихо хихикнула. — С этого всё и начинается, милая.

Всё так кажется простым и естественным, когда ты ещё совсем маленькая девочка, наивно верящая во все чудеса. Чарли с восхищением и искренним блеском в глазах, полная решимости и энтузиазма, вдруг сказала:

— А у меня всё получится, когда буду править нашим домом? Я буду творить добро всем нуждающимся, пока на их лицах не появиться счастливые улыбки!

      

… В черных омутах промелькнул блеск. Блеск надежды. Девушка ощутила, как от некого волнения и счастья, участилось сердцебиение.       Она была готова хоть сейчас танцевать, спеть любимые песни и ощутить ту самую приятную лёгкость, что была в детстве. Неожиданно хватаясь за плечи подруги, Магне с непривычным и даже немного безумным взглядом, посмотрела в глаз девушки:       — Я нашла ниточку! — она быстро и на одном выдохе заговорила, широко улыбаясь. — Вспомнила! Вспомнила то, с чего нужно начать!       — Но, дорогая, — вдруг хотела возразить девушка, а бант, вместе с её встревоженными эмоциями, начал заметно двигаться в такт движений хозяйки. — Услышишь ты меня или нет?!       — Вэгги, чуть-чуть позже поговорим! — на ходу отвечала Чарли, стремительно направляясь в сторону ни в чем не подозревающего Даста. — Энджел! Мне нужно с тобой поговорить!       Паук с неохотой поставил бутылку обратно на стол, с наигранной улыбкой отвечая:       — О чём же? Не забывай, любой вопрос будет стоить дорого, — он посмеялся, взял стопку с дешёвой выпивкой и выпил залпом. По всему худому телу пробежались мурашки, а пух на груди парня заметно распушился. — Ух, хорошо пошла! Сладкий, налей ещё!       Когтистая лапа шулера от неприязни и нескрываемой ненависти сжал стакан настолько сильно, что послышался звонкий звук разбитого стекла и тихое шипение. Чарли обеспокоенными глазами посмотрела на окровавленную лапу демона, а от испуга она прикрыла ладонью рот и пыталась не видеть, что её коллега пострадал:       — Хаск, — всё-таки демонесса не хотела отступать от своего пути, но для начала надо было помочь коллеге. — Давай помогу?       — Отъебись от меня, — зашипел Хаск, а хвост недовольно задёргался от боли и нежелания принимать помощь. — Сам прекрасно справлюсь. Только скажи, где здесь есть аптечка и всё.       Вэгги от услышанного начинала просто полыхать от злости, говоря чуть ли не на гневном испанском языке.       — Да как ты смеешь говорить таким борзым тоном на того, кто хочет тебе помочь?!       — И быть в долгу перед избалованной, из богатой семьи шлюхой? — тоже начал звереть на глазах Хаск, а в глазах так и метались молнии вперемешку с тенью ненависти.       Даст от всей этой картины довольно ухмылялся, в какой-то степени он находил во всём этом прекрасную комедию и не хотел ничего пропустить.       Чарли была в шоке и одновременно напугана такими резкими и быстрыми событиями, что складывалось впечатление, что голова вот-вот лопнет и от неё больше ничего не останется. Девушка не хотела, чтобы развивался конфликт ещё больше, поэтому как можно быстрее забрала оставшуюся выпивку у Даста:       — Верни! — возмутился тот, поправляя свой бело-розовый пушок на голове. — Что я буду пить, пока наслаждаюсь дракой?!       — Ничего, потерпишь немного без алкоголя в крови!       Вэгги уже была готова воспользоваться своим копьём Экзорциста, а Хаск стремительно направлялся в её сторону на разборки. У Чарли было всего несколько секунд на разбавления конфликта и исключение кровопролития, так что она успела опередить крылатого демона, вставая между ним и девушкой.       — Хватит! — начала говорить Чарли, недовольно нахмурив брови и крепко держа бутылку с виски. — Как же вы не понимаете, что до следующей зачистки нам всем уже не будет так везти! В прошлой повезло, так как и слабых демонов было намного больше, — она тяжело вздохнула, сдерживая свои слёзы. Она боялась, но понимала, что нужно что-то делать. — Насколько бы не были сильными, могущественными не были, нас всё равно могут убить в этом мире. Единственное, что хочу для вас всех сделать — это спасти и дать возможность жить новой жизнью. Намного лучше, чем здесь. Для этого я хранила мысль о пути Искупления. Ведь так сможете быть свободнее, чем сейчас.       Все вокруг затихли, даже не рискнули перебивать Чарли. Даст молча наблюдал за ней, а когда дослушал, то только недовольно фыркнул. Недопивая дешёвые виски, парень стремительно направился на выход и на прощание хлопнул дверью.       Демонесса посмотрела на уходящего порноактёра, а из-за его действия она ощущала, что теряет надежду. Нельзя отступать. Она хотела начать именно с него, а этот извращенный негодник, решает так легко убежать от возможности изменить свою жизнь к лучшему:       — Даст, подожди! — крикнула девушка, стремительно направляясь за ним. Она выбежала из отеля, следуя за уходящей фигурой. — Не уходи! Мне нужно с тобой поговорить!       — Отвали, сумасшедшая! — крикнул на неё Даст, хмуря брови и обнимая первой парой рук свои плечи. — Ты ничего не сможешь изменить! Абсолютно ничего!       — Да стой ты!       — Не собираюсь я останавливаться, не хочу!       — Чем больше ты отказываешься, сопротивляешься, тем сильнее ты себе хуже делаешь и не позволяешь хоть что-то для тебя сделать!       Даст замер. Он чувствовал, как начинает вскипать от злости и резко повернулся лицом к Шарлотте. Если бы демонесса была одного роста с ним, то давно бы столкнулась с его лицом. В его глазах была злость, неверие и похожее на отвращение:       — Послушай меня, — он пальцем ткнул её в лоб. — Ты хоть понимаешь, что вредишь моей репутации? Ты не сможешь изменить мою жизнь, как бы сильно этого не хотела. Ты не сможешь скрыть от всех мою сущность, мою натуру! Я не настолько идиот, чтобы не осознавать всего этого. Ты не знаешь, что мне пришлось пережить, чтобы иметь хоть какое-то место в аду! Ты не знаешь какого это — жить ради дури, чтобы хоть как-то быть счастливым и получать удовольствие от жалкого мира! Убийство, секс с мужчинами на камеру, грабёж, срубания денег ради наркоты!       Чарли молчала, слушая, как голос Даста постепенно дрожал, либо срывался на крик. Она видела, как глаза демона начали наполняться слезами и обнимать свои плечи крепче.       Он затих, тихо всхлипывая. Они были одни в Пентаграмм-сити, никому не было дела до них и эта была отличная возможность поговорить о личном. Демонесса внимательно смотрела на него, а сердце больно сжималось от печали за такого беззащитного парнишку.              — Ты с кем-нибудь из близких говорил об этом? — осторожно, еле слышно спросила Чарли. Пока Даст вытирал слёзы с разных глаз, то девушка стала незаметно приближаться к нему.       — Всем плевать, кроме моей сестры, — раздражённо вздохнул паук. — Даже Бомб об этом старался не говорить, только дружно выпивали или устраивали настоящий трэш в городе. Зачем ты всё это делаешь? Оставила бы всё как есть, — он отвернул голову на бок, немного сгорбившись.       Парень не услышал ничего в ответ, кроме как тёплых и крепких объятий. Он удивился такому поведению, отношению к себе. Единственное тёплое объятие, которое он мог получить — это от сестры, даже объятия матери не могли так поддержать или утешить, ведь она тогда многого не знала.       Слёзы продолжали стекать по мягким щекам, а Чарли продолжала крепко обнимать демона и не собиралась так легко отпускать.       — Да, я многого не знаю, не знаю, что тебе пришлось пережить тогда в человеческой жизни, — тихо шептала она, щекой прижимаясь к мягкому пуху Даста. — Но… Тебе ведь не нравится здесь. Ты первый, помимо Вэгги, попытался меня утешить в момент моих терзаний и я это очень ценю в тебе, Энджел. Я хочу тебе помочь и не хочу видеть после Зачистки твоё тело. Ты заслуживаешь второго шанса на более достойную жизнь, чем здесь. Не в наркотиках, не в беспорядочном сексе есть смысл, а в том, готов ли ты дать себе возможность исправить в себе всё это. Я помогу тебе, но без твоего согласия не имею права заставлять…       Энджел расплакался сильнее, вспоминая все свои болезненные воспоминания: с чего это началось и заканчивая своей смертью…       От такой душевной, терзающей боли хотелось завыть, забыться в алкоголе, в наркотиках, в мужчинах… Даст дрожащими руками обнял в ответ Шарлотту, хоть и был готов уже сейчас отпихнуть девушку подальше от себя, но не сделал этого. Не захотел. Всё путалось, все идеи и замыслы начали терять свой смысл. От этого становилось ещё больнее, ведь всё казалось таким простым и одновременно естественным.       Нужно было сказать своё решение, но одновременно нужно время на это. Он прикусил нижнюю губу, чувствуя, как объятия девушки не прекращались:       — У меня есть время на принятия решения? — тихо прошептал демон, шмыгая носом.       — Да, Энджел, — также в ответ тихо ответила девушка, заботливо поглаживая по спине актёра. — Я помогу тебе. Доверься мне и совместными усилиями мы справимся, ты будешь свободен…       — Моё имя не Энджел, — с ухмылкой и сквозь слезы пробормотал Даст. Он впервые ощутил, что может довериться кому-то ещё и положиться на неё также, как на сестру, по которой демон так сильно соскучился. — Моё настоящее имя — Энтони. Называй меня этим именем тогда, когда будем наедине…       — Хорошо, Энтони…       Чарли ликовала. Она чувствовала радость и отдачу, так как сможет доказать всем, что все смогут наконец-то жить счастливо и оказаться в том месте, в котором каждый сможет быть свободен.

Начались первые шаги.