Ты не кому не нужен, Стайлз!

Стайлз устал. Он буквально задыхается в порыве эмоций и тихо смеётся, пытаясь не заплакать. Натянутая улыбка уже мешает. Мешает настоящим чувствам вырваться наружу. Но стоп, это же просто гиперактивный 16-ти летний подросток с СДВГ, да! Конечно, правильно, ему не может быть больно. Он не может чувствовать себя ненужным, не может осознавать что его используют, да. Правда в том, что после ночных кошмаров он не бежит к отцу говоря что ему плохо. Потому что отец занят, ему не до Стайлза. Правда в том, что Стайлз каждую ночь захлёбывается в слезах, разрывая глотку, крича в подушку. Правда в том, что Скотт, обращающийся к Стайлзу за помощью, не удосужился спросить как тот. Он не спросил всё ли хорошо, отчётливо улавливая исходящую от друга нервозность, обиду и злость. Он не сказал, что всё наладится. Потому что так и не будет. Так явно не будет. Нет. 3 часа ночи. Стайлз просыпается в холодном поту, немо смеясь, пытаясь не кричать. Тяжело дышит, закрывая уши, потому что точно всё ещё слышит их. Он слышит их разговоры, ощущает их дыхание за спиной и точно знает, что они существуют. Что они есть, что они идут. Что они, чёрт возьми, знают всё. Всё о Стайлзе, его отце, друзьях, знакомых. Обо всех. И осознавая что он слетает с катушек, он снова смеётся. Стайлз ломается. Ещё чуть-чуть и его осколки будут собирать все, ругаясь матом и шепча что-то себе под нос. А, или нет, не будут. Стайлз сам соберётся и будет смеяться, когда Скотт придёт с просьбой помочь в полнолуние, а Малия неловко теребив рукав попросит у Стайлза аконит. Потому что Дитон уехал, потому что Малии нужно спокойствие. Потому что нужна помощь. Ох, да, полнолуние. Стайлз забыл, что нужен всем только тогда. После всех просьб, утомлённый и безжизненный Стайлз придёт домой, зайдёт в комнату и упадёт на кровать, так, не раздеваясь. Закричит в подушку, оповещая ту о том, что ему надоело. Что ему больно и противно. Крича, что ему до тошноты хочется обнять кого нибудь, а ещё что хочется, чтобы его услышали. Хочется разодрать себе лицо, обматерить весь свет, ударится об дверь и упасть, не вставая. Что ему хочется взять таблетки от СДВГ, взять снотворное и ещё кучу таблеток с неизвестными названиями и выпить их все, заснуть больше не просыпаясь. Ему сложно. Правда в том, что в стае Стайлз единственный оставался человеком, при том, что остальные не были монстрами. Скотту 16 и у него проблемы в любви. Эллисон сказала, что они должны расстаться. Лидии 16, и угадайте, что? Она поругалась с Джексоном. Теперь она злится на всех. Шериф, по совместительству отец, занят, крутя роман с какой-то женщиной, о которой даже не сказал собственному сыну. А позже он ругается с ней, забывая про своего ребенка. Один Стайлз без проблем, одному Стайлзу хорошо, да? Один Стайлз рад и счастлив, спокоен и у него НЕТ ПРОБЛЕМ. Пф, ну да. Так и есть. Идите к черту, потому что если вы не видите, что человеку плохо, если он об этом не говорит, то это не значит, что ему не нужна помощь. Это не значит, что всё хорошо. Это не значит что "-Да не парься, хмуроволк, всё норм, я приеду и помогу" правда. В смысле та часть про всё норм, потому что Стайлз лжёт. И Стайлзу же плохо. Никто и не пытался узнать, правда ли всё хорошо. И Стайлз будет молчать, утопая в кошмарах, каждый раз задыхаясь и медленно, но верно умирая морально, убивая себя и физически. Никто не заметил пропажи ножа, никто не узнает, что Стайлз собирается делать это ещё долго. Пока однажды не заденет вены и не умрёт с улыбкой на лице. Никто не узнает, что Стайлз уже мертв. Всем не до этого. И Стайлз тихо нашёптывает самому себе всего пять слов, от которых ещё больнее. – Ты никому не нужен, Стайлз. Никому.