Чёрные, как сама ночь

Хрупкая темноволосая девушка замерла остановившись на темной лестничной клетке. Звук открывающегося замка кажется ей оглушительным во всеобщей тишине, тяжёлая дверь поддается не с первой попытки, нехотя впуская девушку в квартиру. Щелчок выключателя и просторная прихожая наполняется белым светом. Легкое пальто падает на пол, так и не достигнув крючка, все внимание девушки переключаться на фотографию стоящую рядом на тумбочке. Парень и девушка радостно улыбаться, глядя прямо в объектив камеры, они ещё совсем дети им едва исполнилось по шестнадцать. Одинокая слеза скатывается солёной дорожкой по щеке. Вздох Тёмное дерево с тихим треском разлетелось на кусочки, этот звук тонет в звоне разбившегося стекла. Осколки разлетаются по всей комнате, но Мел как-то все равно. Не разуваясь, сопровождаемая треском стекла, девушка проходит вглубь комнаты, подбирает фотографию. Тихий щелчок и на каменный пол отпадает лишь пепел. Черная зажигалка высказывает и ослабевшей руки. Мел легче, легче буквально на пару секунд. Но вместе с огнём тухнет и легкость. Резко смахнув рукой струящиеся по щекам слезы, девушка стремительно зашагала вперёд. Гостиная встретила её пустотой и темнотой холодного города, льющейся из огромного окна, которое девушка тут же распахнула. Осенний ветер мгновенно влетел в пустую комнату, но Мел не замечала этого у неё появилось занятие получше. Гостиная была полна фотографий, буквально усыпана ими. Их общими фотографиями. Ни одна не уцелела. «Пустые стены выглядят безжизненно. Но правильно!» — прозвенело у девушки в голове"Правильно» Сейчас правильным было-бы плакать, забиться в угол и рыдать навзрыд. Так бы поступило большинство девушек на её месте. Но не все Кто-то может написал бы песню, а то-то пошёл бы и напился. «Напиться, отличная идея Мел! " Наступив посильнее на разбитое стекло одной из рамок девушка залетела на кухню -Где же, где она? — резкими движениями одна раскрывала двери, выдвигала ящики, разбрасывая по кухне все что попадалось под руку. — Нашла! От меня не спрячешься! — воскликнула девушка усевшись прямо на пол около ящика, прижимая к своей груди бутылку виски. — Нам вдвоем будет одиноко! — с этими словами она выжила из ящика ещё одну такую же бутылку. Подхватив с барной стойки стакан девушка направилась в гостиную. Возможно, включать на полную громкость Рамштайн, это неправильно, напиваться с горя и крушить квартиру тоже и старая Мел не за что бы так не поступила. Но сейчас ей как-то все равно Будто кто-то взял все её моральные принципы, правила, запреты и перемешал, поменял местами, перетасовал как колоду карт. Будто компас, что всегда безошибочно указывал направление, сломался. Словно, она вступила в густой туман и бредет не замечая дороги. Словно, кто-то забрал что-то важное, что-то без чего нельзя больше быть собой. Словно кто-то отрезал ей крылья. И Мел даже знает кто. Дрожащими руками открыть бутылку оказалось непросто. Тонкие белые пальцы неохотно отвинтили крышку, дрожащей рукой девушка наполнила бокал, расплескав, кажется, больше чем попало в бокал. Горло резко обожгло, захотелось выплюнуть эту гадость на пол, но сморщившись Мел проглотила её всю. Второй стакан пошёл лучше за ним третий, четвёртый, пятый она сбилась со счета, но бутылка опустела слишком быстро. Она не помнит когда перебрались поближе к окну, но звуки с улицы вдруг стали заглушить музыку. Перед глазами плыло, слишком много для первого раза, слишком мало, чтобы заглушить боль. Девушка потянулась за бутылкой, что наполнить бокал, но её отвлек резкий звук. «КАР» Большой чёрный ворон осуждающе посмотрел на девушку. Но затем наклонил голову набок и в его глазах ей почудилась жалость, сочувствие. Ярость зеленым пламенем вспыхнула в глазах девушки. Замахнувшись, она швырнула в птицу тем, что было в руке. Широкий граненый стакан полетел точно в цель, но птица в последний момент увернулась. И опять села на подоконник. Ярость клокочущая внутри, доведенная до предела птицей, подгоняла Мел. Статуэтки, фигурки лежавшие на полках, остатки рамок, все летело в птицу, что раз за разом возвращалась на выбранное место. Замерев с очередным снарядом в руках, Мел вдруг всхлипнула. Фигурка все-же полетела, но не в птицу в стену. И вместе с тем девушка разразилась рыданиями. Закрыв рот ладонью, она медленно осела на пол прислонившись головой к столу Это он с ней сделал. Он предал её. Сломал. Разбил как дурацкую рамку для фотографий. Выбрал деньги и тепленькое местечко, растоптал её чувства, растоптал её. Он отрезал ей крылья. Стефан. -За что? Что я ему сидела? — бутылка отправляться вслед за фигуркой. А ведь все было так хорошо. Они были счастливы. Они были вместе. Стефан был рядом всегда, сколько Мел себя помнит. Начиная с детдома куда она попала в семь лет, заканчивая университетом который они выбрали вместе. А потом эта практика в разных компаниях, учеба, дипломная работа, вдруг изменившаяся компания Стефана. Мел думала что все будет хорошо, что все наладиться. Что тот поцелуй в шестнадцать, правда был «поцелуем истинной любви». О, как она ошибалась! Они не виделись почти два года, общались только по СМС, редко. Но когда он пришёл, пришёл к ней сам Мел решила что это что-то значит, что это все что-то значит. И из головы сразу же вылетело, что на вроде бы на него обижена, что это он отдалился, исчез с радаров. Мел забыла даже то, что Стефан работает в компании их конкурента. Она просто поверила ему и поплатилась за это. Он указал. Украл не просто бумаги, украл то что может больно ударить по репутации компании, но особенно по репутации Мел. Её не уволили нет. Её не могут уволить, но вряд ли ее ждет что-то хорошее. Воровство, ведь из-за этого его пристрастия они и встретились в первый раз, из-за него и случился последний. «Теперь навсегда» — решила для себя Мел. Он хочет денег, власти, хочет подняться на самую вершину. Из оборванца в короли, как в сказке. Чтож, оказывается, за все победы сказочных героев приходиться кому-то платить. Платить кровью, душой, рассудком. Сидя на полу в окружении битого стекла и древесных щепок, размазывая слезы по щекам, Мел вдруг поняла — если Стефан — герой в этой истории, то она, выходит, — злодей. -Злодей! Злодейка! — расхохоталась девушка, а слезы потекли ещё сильнее. Ворон недовольно наклонил голову, громко каркнул, привлекая к себе внимание и улетел куда-то вниз Нехотя поднялась с пола и подошла к распахнутому окну. Ругая себя за излишнюю веру во все «Сверхъестественное», девушка начала вглядываться в пустую улицу, где уже расцвело. В ещё блеклом свете солнца и утреннем тумане, девушка разглядела компанию из двух-трех людей, которые с особым пристрастие избивали что-то палками, коричневая дворняжка всеми силами пыталась им помочь. Разглядев в этом «что-то» человека, Мел резко развернулась, и прихватил валяющийся в верхнем ящике пистолет, выбежала на площадку, а потом на улицу. Тяжёлая дверь хлопнул за её спиной и это ничуть не насторожило занятую своим делом троицу. С утренней тишине девушка услышала обрывки фраз: -… чтобы больше не сорвался… -… журналюга… -…падальщик… Злобно усмехнувшись, Мел подняла руку с пистолетом в небо. Громкий выстрел огласил округу. Девушка несколько не удивиться, если узнает, что никто даже не заинтересовался этим звуком. Не тот район. Как-же она от него устала. «Бойцы» резко за озирались по сторонам, в поисках источника шума, но густая трава в человеческий рост, и утренний сумрак надёжно укрыли Мел от чужих глаз. Трио замерло в нерешимости, тогда хорошенько прицелившись девушка выстрелила им под ноги. Они бежали быстро, путаясь в ногах, один кажется хромал, Мел не была уверена в своей меткости, не теперь после полутора бутылок виски. Медленно, пошатываясь, девушка направилась в сторону спасенного ею парня. Вся торопливость с которой она выскочила из квартиры, прихватив только пистолет, куда-то улетучилась, впрочем как и большая часть хмеля. Парень вскочил, вскочил слишком проворно, для того кто, только что получал подобные удары. «Видимо не впервой» проскользнуло в голове у Мел, пока пострадавший пытался выпрямиться в полный рост, наконец её заметив. -Не стоило вам вмешиваться. — произнёс он тихо, но уверенно. А девушка медленно подошла к нему и начала обходить по кругу. Высокий, явно выше Мел, черные, жесткие на вид волосы испачканные в пыли и грязи, впрочем, как и остатки одежды, и лицо с птичьим носом и чёрными глазами, как у того ворона что сидел на окне, будто это он и есть. — Я Диаваль. Диваль Бирн — И это твоя благодарность, Диаваль? — получилось слишком хрипло с надрывом, рыдания и крики не проходят даром. -Полагаю, я обязан вам жизнью. — произнёс Диаваль смотря в глаза Мел, — Но мне нечего вам предложить, только лишь свою верность. Девушка опустила взгляд на объектив, явно отломанный от профессионального фотоаппарата. «…Журналюга…» услужливо отозвалась память. -Крылья. Ты будешь моими крыльями. Парень промолчал, видимо слету понимая значение брошенной фразы.

***

Солнце ярко освещало землю, достигая кажется каждого его обитателя даже бедную, хрупкую девушку с острыми скулами, облачен в черное, что прячется за тонированными окнами подрезавшего такси. Откинув голову на спинку сиденья Мел бросила взгляд на Диаваля, разместившегося рядом. На отмытом лице отчётливо оказались видны старые шрамы, чистая одежда, по счастливому стечению обстоятельств, нашлась в шкафу у Мел. Диваль воспринял все происходящее на удивление спокойно, и разруху в квартире, куда его привела Мел, и вскользь оброненное сравнение с вороном. Он лишь как-бы лениво поинтересовался: -Как же зовут мою госпожу? На что получил хлесткий взгляд и быстрое: -Мелания Риддл. И сейчас направляясь в главный офис компании, единственного, если не считать старый загородный дом, что осталось от родителей, Мел была спокойна и уверенна — она отомстит, она справиться, она больше не одна. Теперь у неё появились новые крылья, чёрные как сама ночь.