номер один

Джонни возвращается в квартиру уже ночью. его сосед сидит на диване с нечитаемым выражением лица, глядя то ли в стену, то ли в телевизор, где показывали какую-то дурацкую рекламу. Ёнхо даже не знает, что ему ожидать от их с Тэёном плана, ведь он мог не сложиться совсем или пойти не так, как они планировали. хотя глядя на Юно, Со точно не скажет, что всё в полном порядке. снимая обувь, он проходит в гостиную и садится рядом с младшим на диван. несколько минут они так и сидят, глядя кто куда, в полной тишине, но Джонни всё же не выдерживает и делает глубокий вдох, разрывая тишину. — что-то произошло? — интересуется он у друга, который переводит взгляд в сторону Со и щурится странно. молчание возобновляется, но на этот раз совсем ненадолго. — произошло, — вздох. пауза. — но сначала скажи, схуяли ты ушёл из дома, когда у тебя была назначена встреча с Доёном, так ещё и по поводу уроков? ты за учёбу взяться решил? — в этих вопросах Ёнхо ощущает излишнюю настойчивость и словно бы... злость? кажется, Джехён ревнует. — мы.. я... — план продумать то они продумали, а как выкручиваться будут – нет. теперь сидит один несчастный Джонни, мямлит что-то невнятное, лихорадочно пытаясь придумать хоть что-то относительно правдоподобное. — мы с Доёном договорились о встрече, но у меня как-то совсем из головы вылетело... пока я шёл в магазин, то мне написал Тэён и я.. ну в общем пошёл к нему... — Юно собирается уже снова открывать рот для очередного вопроса, но старший его опережает, видимо, вспомнив о куче пропущенных от Кима. — а что касается звонков, то у меня, оказывается, телефон разрядился... снова молчание. Чон смотрит с явным недоверием, хотя рассказ звучит примерно реалистично. максимально безответственно, но это, будем откровенными, совершенно в стиле оболтуса Ёнхо. — что ж, — снова тяжёлый вздох. — хорошо. — на самом деле, Юно бы хотел поделиться произошедшим с другом, но он чувствует пожирающий изнутри стыд и понимает, что в таких действиях его никто не поддержит и правильно сделает. они снова молчат, но на самом деле, Дже не сомневается в том, что сидящий рядом юноша точно начнёт расспрашивать, что же всё таки случилось. и действительно, спустя ещё несколько минут сидения в неловком молчании, Со начинает издалека выпытывать. — так.. Доён, я так понимаю, всё же пришёл? — потирая свои колени спрашивает старший, борясь с неловкостью, которая так и давила неприятным комом в груди. всё же он действительно поступил некрасиво в первую очередь перед искренне желающим помочь Донёном. и, видимо, всё прошло не совсем по задуманной изначально схеме, иначе на лице Чона было бы не смятение, а нечто иное и более приятное. — да, пришёл. — фраза звучит максимально неполноценно. очень явно ощущается, что Юно не договаривает и не особо собирается. — пришёл и что дальше? сразу же ушёл? — хоть и следует такой вопрос, Ёнхо и сам с уверенностью может сказать, что так не было. оглядывая соседа с ног до головы, он внезапно осознаёт, что на нём другая одежда. — нет, не ушёл. — Дже резко выпрямляется и затем откидывается на спинку дивана, слишком тяжело вздыхая. — я просто не дал этого сделать. — фраза звучит как-то болезненно и Юно кусает губы, несколько секунд собираясь с мыслями. новых вопросов Со не задаёт, лишь одним взглядом даёт понять, что он ждёт продолжения повествования. — он подождал тебя недолго и уже хотел уходить, но... — ладони закрывают лицо и новый укол совести заставляет сердце неприятно сжаться, вспоминая слабые попытки сопротивления на начале. — я.. я совершил отвратительный поступок, который не заслуживает оправданий. он.... блять. — рассказ давался и вправду тяжело, но где-то на подкорке сознания Джехён понимал, что ему нужно поделиться этим, иначе он натурально сойдёт с ума. Ёнхо же молча наблюдает, в глазах виднеется некое сочувствие, потому что кажется, он начинает о чём-то догадываться. друга, конечно же, не торопит, даёт собраться тому с мыслями. — Доён уже собирал вещи и хотел уйти, но я.. случилось какое-то помутнение и я просто налетел на него и... ну... — поскольку рук от лица Юно всё ещё не убрал, все слова звучали глухо, но Джонни слушал внимательно, стараясь ничего не упускать. — я так понимаю, поцелуем здесь не обошлось. — скорее констатирует факт, нежели спрашивает Со. в ответ лишь неуверенный кивок и снова молчание. но просто так этот разговор уже, естественно, ни один из них не оставит. — ты его просто облапал? или.. ну вы ведь не переспали, правда? — с надеждой уточняет Ёнхо и в него сразу же упирается тяжёлый взгляд, поскольку ладони от лица Чон всё же соизволил убрать. — если бы мы переспали, то я бы уже скорее всего в окно вышел. — удручённо заявляет младший, откидывая голову назад. — тебе настолько сильно не понравилось? — откровенно по-тупому спрашивает темноволосый, на что получает очередной убийственный взгляд. — дебил ты. конечно.. мне понравилось. просто это совершенно не то, я не так хотел заявить о своей.. симпатии? — и сам не до конца уверенный в определении своих чувств говорит парень, потирая переносицу указательным и большим пальцами. время близится к часу ночи и Джехён внезапно встаёт с места, делает глубокий вдох и выдаёт, кажется, лишь на одном дыхании. — у нас был петтинг, поначалу он сопротивлялся. он просил прекратить, но я не реагировал.... — Чон поджимает губы, но всё же решает продолжить. — постепенно, он начал отвечать на мои действия, но это не отменяет того, что я грёбаный насильник. спокойной ночи. — не давая другу и минутки на раздумья или комментарии, Дже ураганом вылетает из гостинной и закрывает дверь в свою комнату. Со ещё минуты две сидит на диване с полуоткрытым ртом, шокированный сказанным. отчасти, он ожидал чего-то подобного, но всё же услышать подтверждение этим ожиданием оказался не совсем готов. — пиздец. — всё же оставляет краткое, но чёткое впечатление о полученной информации Джонни и встаёт с дивана, тоже отправляясь в свою комнату. там он укладывается на кровать и пишет Ли о всём, что рассказал ему Джехён, хотя и не уверен, что это правильное решение. и всё же, даже если в переписке, они должны это обсудить вдвоём, как непрямые виновники. Тэён: я уже знаю об этом, мне Доён пожаловался. сказать, что я в ахуе – ничего не сказать. борюсь с желанием убить Джехёна или нас двоих, потому что отчасти мы тоже виноваты Джонни: и что Доён говорит? не сомневаюсь, что он тоже не против убить Джехёна, и меня за компанию Тэён: я сейчас сделаю снова не очень красиво по отношению к Доённи, но он ведь об этом не узнает, правда? → пересланные сообщения от Доённи Тэён это пиздец. у меня нет слов и одновременно их нескончаемый запас я хочу убиться либо убить Джехёна к хуям. пока не определился до конца сегодня пришёл помочь Джонни, но придурка этого дома не оказалось. я подождал немного и хотел уйти, НО НА МЕНЯ НАЛЕТЕЛА ЭТА МАХИНА И НАЧАЛА ПРИСТАВАТЬ что самое ужасное, я начал на эти приставания отвечать И МНЕ БЛЯТЬ ПОНРАВИЛОСЬ. собственно это причина моего желания убиться скажи, я нормальный или мне пора в больничку? Джонни: охох ебать. можно ли это расценивать как ± исполненный план? Тэён: Джонни. Джонни: понял, молчу. и всё же, как считаешь, что будет между этими двумя дальше? Тэён: без понятия. это уже зависит от Доёна. Джехён мне кажется уже считает произошедшее за признание, поэтому будет ждать только самого Доённи. а может они решат на этом больше никогда в жизни не пересекаться Джонни: ну это вряд ли, Дже у нас парень настойчивый Тэён: да я уже догадался переписка ребят продолжалась ещё долго, лишь иногда задевая произошедшее между их лучшими друзьями. Ёнхо даже не уверен во времени, в которое уснул, поэтому уже предвкушал, каким овощем проснётся на учёбу, а её, к огромному сожалению, никто не отменял.

***

утро настаёт незаметно. Юно тяжело разлепляет веки и смотрит некоторое время в потолок, не прекращая думать. кажется, он и не спал вовсе, потому что совершенно не помнит, когда вырубился. всю ночь он абсолютно так же тупо пялился в потолок, не прекращая размышлять о произошедшем. он не знает, будет ли Доён на занятиях после такого, не знает, сможет ли сам пойти. натурально боится, что его мало того, что возненавидит Ким, так ещё и, кто его знает, вдруг разболтает всему университету. он не вынесет ненависти одного лишь Донёна, а тем более если он эту ненависть передаст всем. в этих депрессивных мыслях, может быть, Джехён бы так и провёл весь оставшийся день, следующие дни, возможно, недели, но ему это сделать не позволит Ёнхо, который по привычке бесцеремонно ворвался к нему в комнату. — долго ещё бока отлёживать будешь? мы опоздаем, если ты сейчас же не начнёшь собираться. — строго заявляет Со и выходит из комнаты, чтобы закончить приготовления завтрака. тяжело вздыхая, Юно нехотя всё же поднимается с постели и шаркает тапочками к шкафу, принимая решение сегодня надеть просто джинсы и огромный свитер. вина пожирает с новой силой от осознания, что Донён может быть там, на занятиях, смотреть на него волком и осуждать каждое его движение. вполне заслуженно, но чувства вины это, естественно, никак не убирает. в рюкзак Чон забрасывает огромную тетрадь, в которой комбинирует сразу несколько предметов, когда ему лень таскать по триста тетрадей с собой. туда же летит самая необходимая канцелярия и нетяжёлый багаж закидывается на плечо, а сам парень выползает из комнаты. лицо его бледное от недосыпа и переживаний, а под глазами уже слишком видны синеватые круги. ох уж эта нежная кожа. — какая ты хозяюшка. — с трудом выдавливает из себя улыбку Дже, садясь за стол, на котором уже стоял свежесваренный кофе и бутерброды. — а ты как думал. я тут не просто так кручусь между прочим. — горделиво заявляет Со и падает на стул напротив, сразу же хватаясь за бутерброд. Джехён же прожигает взглядом тарелку, не решаясь взять завтрак. аппетита совсем нет, да и чувство такое, что от этого бутерброда его в ту же секунду стошнит. не то, чтобы он не доверяет кулинарным способностям соседа, он уже не раз ел его еду и всё было чудесно, но сейчас он точно не готов к завтраку. в руке оказывается кофе, который уже, благо, успел немного остыть и Юно без страха обжечься пьёт его, поглядывая на время, которое показывали настенные часы. — почему не ешь? — внезапно раздаётся вопрос со стороны Джонни, который уже успел наполовину засунуть в себя второй бутерброд. — аппетита нет. но ты не волнуйся, я не бедствую, если вдруг есть захочется, то куплю себе что-то. — с такой же вымученной улыбкой произносит Чон, допивая приготовленный другом напиток. — ну.. хорошо... — решая не настаивать, ведь результата это в любом случае не даст, Ёнхо тоже заканчивает с завтраком и встаёт из-за стола, убирая тарелку с бутербродами Джехёна в холодильник, а кружки оставляя в раковине ожидать их возвращения. хватая свою сумку, он рукой подзывает снова зависшего Юно, который на удивление довольно быстро выходит из своего мирка и следует с соседом в коридор, чтобы обуться. в университет они приходят вовремя, поэтому совсем не спешат в аудиторию. всю дорогу ребята болтали, хоть и менее активно, чем обычно, но, благо, Дже всё же немного отвлёкся от тяжких мыслей, хотя и чувствовал, как душа болит всё сильнее по мере приближения к нужному кабинету. заходя внутрь, за партой, где должен сидеть виновник угрызений, никого не оказывается. всё внутри болезненно падает, хотя Чон умело не показывает этого, присаживаясь на их с Джонни место. пока друг весело ему о чём-то рассказывает, сам Юно дежурно улыбается, мыслями же, уходя в себя. он думает, может это и к лучшему, хотя действительно не может разобраться, что страшнее: не видеть сейчас здесь Доёна или увидеть его, увидеть его реакцию на себя. в любом из случаев сердце сжимается тисками вины. возможность опоздания Кима даже не приходит в голову, потому что он невероятно ответственный и пунктуальный, а если его нет за 10 минут до начала, то вероятность того, что он не явится в принципе, равна 99%. так и случается: начинается пара, преподаватель заходит в кабинет, закрывает за собой дверь и тут же начинает постепенно рассказывать материал, параллельно говоря студентам открывать тетради и конспектировать. с одной стороны, отличная возможность отвлечься, да ещё и с пользой, а с другой... да чёрт бы с ним, он даже вслушаться в слова друга не может, что уж говорить о монотонной речи преподавателя. время слишком долго идёт, но вместе с тем, словно летит невероятно быстро, поскольку поглощённый мыслями Юно не обращает внимания ни на что. он понимает, что Доён не сможет прогуливать всё время и либо он переведётся, либо встречи не избежать. Чон искреннее надеялся на второй исход событий. написать или позвонить Джехён элементарно боится, потому что чувствует, что результата будет лишь три: его пошлют; ни на что не ответят; ну и есть вероятность, что он уже заблокирован у Кима во всех соцсетях и даже в контактах телефона. в таких нелёгких думах проходит вся пара и, на удивление, Чона не дёргал ни преподаватель, ни сидящий рядом Джонни, который, видимо, все полтора часа провёл в телефоне за перепиской, скорее всего, с Тэёном. потянувшись, Дже делает вид абсолютно спокойного, ни о чём не ломающего голову, человека. — с кем это ты так активно чатишься? — невозмутимо, словно между прочим, задаёт вопрос молодой человек. — с.. Тэёном. — запинка при ответе заставляет насторожиться, потому что в голову сразу же лезет предположение о том, что Ёнхо вполне может переписываться с Доёном, поскольку повод у него точно так же есть. он незаинтересованно мычит, пока сам ложится на парте ближе к стороне Со, чтобы, возможно, хотя бы краем глаза увидеть того, с кем мог бы вести переписку его дружок. но Джонни ведь тоже не дурак, и предугадав такие намерения младшего, быстро, но не заметно, выходит на главную страницу, где отображались абсолютно все его чаты с людьми. подозрений Чона это никак не убирает, но решая лишний раз не грузить своё и так болевшее сердце, он просто закрывает глаза и лежит так до конца перерыва. с ходом дня дурные мысли медленно, но верно покидают голову Дже, оставляя за собой лишь раздражающую мигрень. на занятиях он даже умудряется заставить себя посвятить время тому, за чем он и поступил в университет: учёба. иногда отпуская шутки, друзья направляются в свою любимую уютную квартиру, уже обсуждая планы на будущие выходные. выпить у них тогда так и не вышло из-за прохвоста Ёнхо, а теперь выпить ребята не просто хотели, а для одного из них, не трудно догадаться кого, это было просто таки жизненно необходимо. за такими непринуждёнными разговорами, они оказываются под подъездом своего дома и направляются внутрь. измученный мыслями и отсутствием нормального сна Джехён, говорит, что сейчас отправится в душ и ляжет спать. только после этой фразы к Со внезапно доходит, что его дорогой сосед за весь день так ничего из еды и не съел, питался только кофе на перерывах. приняв позу, полную недовольства, он прожигает взглядом уже идущего в ванную комнату Юно. тот, ощущая этот взгляд, останавливается и вопросительно смотрит на друга. — что? — из-за отсутствия объяснений всё же непонимающе спрашивает Чон, уже постепенно открывая дверь в нужное ему помещение. — что что, ты сегодня ничего не съел. я конечно не твоя мама и даже не твой старший брат, но всё таки я не хочу потом таскать тебя в медкабинет. — строго произносит Джонни и в ответ ему раздаётся тяжёлый выдох. Юно молча проходит в кухню, достаёт один не съеденный ещё с утра бутерброд и запихывает чуть ли не целиком в рот. хлеб уже успел затвердеть, да ещё и с холодильника вкус не ахти. старший всё ещё недовольно бурчит что-то себе под нос, но напирать не решается, замечая, что настроение Дже снова пошло по наклонной. — хоть что-то.. но завтра будешь есть нормально. — не спрашивает, утверждает, Ёнхо. — хорошо, не волнуйся. — парень слегка улыбается на беспокойство старшего, убирая вокруг рта оставшиеся крошки пальцами, и уходит в ванную, чтобы привести себя в порядок после морально тяжёлого дня. эту ночь, он очень надеется, уснуть всё же выйдет. иначе правда, как и сказал Со, придётся посещать медпункт.