Буря страсти

1939 год 22 августа

      За окном машины проскакивали разные пейзажи. Солнце медленно, но верно опускалось ниже к горизонту. На заднем сиденье сидел Союз в, немного слетевшей с головы, шапке-ушанке и положив голову на окно, смотрел в него. Путь он держал в Германию в Берлин. Рейх просил приехать, кое-что обсудить. Прикрыв глаза, Совок решил поразмышлять о том, что именно хотел обсудить Рейх. Правда уже через 5 минут он заснул.       Когда они приехали, СССР разбудили и сказали, что они на месте. Союз потёр глаза, вышел и осмотрелся. Перед взором предстал рейхстаг и Союз пошёл в его сторону. Войдя в здание, он ужаснулся от того, что здание не маленькое, а ему ещё и Рейха искать. Мог бы и встретить ради приличия, а то заблудится и зайдёт не пойми куда. Союзу однако повезло с тем, что пройдя до лестницы он встретил работника, который торопился к Венику кое-что передать. Поэтому Союз просто последовал за ним.       После того, как работник вышел, Союз постучался, на что получил «Войдите!».        — Здравия желаю, Рейх! Надеюсь не сильно помешал? — сказал коммунист, проходя в кабинет.        — О, Союз! Ты приехал! Похоже дорога была длинная, да? — Рейх встал с кресла и подошёл к Союзу. Затем он указал на диван рядом. — Присаживайся. — Союз кивнул.        — Про дорогу ещё как сказать, так как я половину точно проспал.        — Ну понятно, — Рейх посмотрел в окно и предложил: — Чай будешь? Ты же наверное устал с дороги.        — Буду благодарен, — согласился Союз, осматривая кабинет. Около тёмного шкафа с чайным сервизом, что доставал Рейх, было само рабочее место фюрера, а за ним большое окно. На чёрном полу был красный ковёр. Весь кабинет был в красно-тёмных тонах, изредка мелькали и более светлые оттенки. Похоже Рейху нравится, когда в комнате такие тона. Взор Союза пал на книжный шкаф напротив дивана. Рейх заметил интерес СССР и окликнул его:        — Удивлён моей коллекцией книг?        — Точнее тем, что в ней есть русские книги, — сказал Союз, вставая с дивана. Он подошёл к шкафу и взял книгу Толстого «Война и мир». Он показал её Рейху.        — Прочитал? — поинтересовался Совок, осматривая обложку. На вид не слишком новая.        — Пока в процессе. Кстати, забыл сказать, что чай готов. Заодно и тему твоего визита обсудим.       Союз кивнул и положил книгу на место. Он подошёл к столу Рейха и присев на стул, взял свою чашку. Рейх сел напротив и аккуратно сделав глоток чая, убрал его в сторону.        — Ну, а теперь выкладывай, зачем я тащился в такую даль.        — Что ты думаешь о том, чтобы слегка, — Рейх показал жест «чуть-чуть». — увеличить территории? — Союз отпил немного чая и отложил его в сторону. Он положил руки на стол и сложил их в замок. — Вижу заинтересовал! Понимаешь, я думаю ты заметил, что поляки слишком много о себе возомнили. Не желаешь ли проверить, так ли они сильны на самом деле? Западная часть мне, восточная тебе, что думаешь?        — Думаю, что действительно надо проверить. На такое я согласен, — сказал Союз и злобно улыбнулся. Мечты о присоединении Польши, хоть и только часть, осуществляются.        — Gut! — Рейх достал из ящика какой-то документ. — Просмотри и подпиши вот тут, если полностью согласен, — немец указал пальцем на конец бумаги и отдал её Союзу. Тот быстро просмотрел всё и начал искать ручку, что так любезно протягивал Рейх. Совок взял её и подписал договор.        — На этом всё? — спросил Союз, кладя ручку и договор на стол. Рейх кивнул. — Значит можно уезжать.        — Уверен? За окном уже стемнело. Может у меня переночуешь? У нас тут красиво, если захочешь, то могу утром показать тут что да как, — предложил Рейх и Союз замялся с ответом. С одной стороны он хотел домой, к детям. Но с другой стороны он очень устал с дороги. Но дети в надёжных руках, а лишний часок сна на удобной кроватке или диване никому не помешают.        — Ну, если я тебе не помешаю, — всё же согласился русский. Что может случится, если он устроит небольшой отдых?        — Нисколечки! Буду только рад! — сказал Веник, беря чашку чая. — Всем ведь нужно хоть раз переночевать в чужой стране.        — Если, конечно, тебя не ждут дома дети, а ты до невозможности устал, — сказал Союз делая глоток. — Кстати, чай очень вкусный. Не подскажешь откуда?        — Я уже и не помню. Все чайные пакетики лежат в одной коробке, которая вообще не от них, — ответил Рейх и выпил всё содержимое чая. — Да, раз ты упомянул детей, то значит на личном фронте у тебя всё хорошо, не так ли?        — Не совсем так. Моя жена умерла пару лет назад и пока симпатию я питаю только к одной стране, но не думаю, что у нас всё с ней сложится, — рассказывая об этом, Союз заметно погрустнел. Рейх сразу понял, что завёл не самую приятную для Союза тему. Руки Совка на мгновение сжались в кулаки, а затем расслабились. — У тебя как?        — Почти так же, как и у тебя. Только от меня жена ушла, а так, тоже самое.        — Сожалею, надеюсь у тебя с той страной всё получится, — сказал Союза и положил руку на плечо Рейху и похлопал по нему. — Чисто ради интереса, я её знаю? — он убрал руку и положил на стол к другой. Рейх ненадолго задумался, стоит ли отвечать на этот вопрос.        — Даже слишком, — ответил немец, вертя в руке ручку.       В кабинете настала напрягающая тишина. Казалось, что сейчас что-то начнётся. Они хотели нарушить уже эту тишину, но стоило кому-то открыть рот, как тут же закрывал. Рейх посмотрел в окно за собой. На улице уже стемнело и поднималась луна. Ночь — время, когда все уже спят, а не сидят с кем-то, как он.        — Слушай, меня всё интересовало кое-что, да не мог никак спросить у тебя, — начал Рейх, откладывая ручку в сторону. Союз оторвался от стены и повернул голову к немцу. — Каким образом у тебя появилось 15 детей? Неужели так часто занимались «любовью», что забывал предохраняться?        — Хах, вообще, мы с женой хотели только троих, ну четверых максимум. Но так уж вышло, что у нас несколько раз были двойняшки, а то и тройняшки. А во-2, чтоб ты знал, мы — русские, просто так «любовью» не занимаемся, — ответил СССР, прикрыв глаза. Союз вспомнил о самом младшем своём сыне и незаметно для себя улыбнулся. Но стоило Союзу открыть глаза, то увидел каким странным взглядом на него смотрит Рейх. От этого ему стало не по себе.        — Может потому что вы не находите нужную вам страну в «этом»? — спросил немец и поиграл бровями. На щеках Союза появился румянец. Разговор явно шёл не совсем в то русло. — С нужной страной можно позволить себе это для удовольствия.~        — К чему ты клонишь? — Союз начинал чувствовать себя всё более неуютно с немцем. Это так его совратить на «это» пытаются или что? Вместо ответа Рейх встал, обошёл стол и склонился прямо над ухом коммуниста.        — Не хочешь проверить мою теорию, mein liebe? — Рейх опустился к шее, опаляя её горячим дыханием. — Уверяю, тебе понравится.~       Союз сгорал от стыда. Чтобы русский вождь так реагировал на простое дыхание на шее и проглаживание. М-да, возможно Рейх и прав. Ведь во время первой его ночи с девушкой он так не реагировал. А сейчас постепенно он начинал возбуждаться, особенно когда Рейх начал целовать его шею, а рука сползла куда ниже. С чего вдруг он так реагирует на прикосновения парня?!        — Рейх, э-это неправильно, прекрати, — Союз пытался не сдавать своё смущение. Правда Веник на это лишь фыркнул и взяв Союза на руки положил его на стол, из-за чего последний смутился сильней.        — Союз, мне плевать, правильно это или нет. Если никто не видит, можно и позволить себе такую слабость, — ответил Рейх, явно недовольный от слов Союза. Он же не на главной площади «этим» заняться хочет, так с чего такие возражения? Союз хотел что-то ответить, но промолчал. Никто же не узнает об этом верно? Тем более, что Совок всегда задавался вопросом, какого это, быть снизу. Даже если ему не понравится, то он зато узнает ответ на свой вопрос. Поэтому, когда Рейх полез под его рубашку он не сопротивлялся, что только порадовало Рейха. В который раз он убеждается в том, какая у русских приятная на ощупь кожа бывает. Так приятно касаться её. Вызывать мурашки из-за прикосновения холодной, как лёд руки со столь тёплым телом.       Когда Рейх расстегнул рубашку, он остановился и посмотрел в глаза Совку. Будто, чего-то от него ожидал. Союз сперва даже подумал, что тот отстал, но ошибся. Увидев, что Союз не понял, что тот от него ожидает, Рейх немного поправил воротник уже своей рубашки. Когда до СССР дошло, то он протянул руки к чужому верху и начал его снимать. Почему он так смущается? Этим вопросом он задавался всё это время. Хотя, по лицу Рейха видно, что тот тоже краснее обычного.        — Хочешь сам или со смазкой? — неожиданно выдал нацист, чем вывел Союза из мыслей. Когда он понял, о чём имел ввиду Рейх, то он чуть ли не выкрикнул, что ничего сам делать не будет. Венику даже пришлось его рот прикрыть, чтобы никто не услышал и попросил быть тише. Союз кивнул и отвернулся. С его ног стянули штаны и трусы, а к аналу приставили два пальца в смазке. Союз уже даже не следил и не помнил, когда Рейх успел их смазать. Когда они вошли, то Союзу было некомфортно из-за ощущения чужих пальцев в себе. Они начали двигаться, от чего Союз тихо постанывал. Рейх прижался к Совку, шепча что-то грязное тому на ухо.       Сам Союз окончательно запутался в ощущениях, когда пальцы заменил член Рейха. Когда он вошёл, Совок издал полукрик-полустон. Вот и всё, убежала девственность Союза махая белым платочком на прощание. От боли коммунист весь сжался, из-за чего Венику тоже стало неприятно.        — Расслабься, так будет легче, — попросил Рейх и поцеловал Союза в уголок губы. Союз положил руки на плечи немца и прижался к нему сильнее. Когда СССР более-менее расслабился, Рейх начал движение.       Спустя несколько минут, Союз сам начал двигать бёдрами, насаживаясь на Рейха. Последнего это удивило, ведь совсем недавно он утверждал, что это неправильно и т. д., а сейчас в открытую стонет и отвечает. Но он лишь улыбнулся и начал потихоньку ускоряться. По комнате стало слышнее раздаваться хлюпанье двух тел друг об друга. Становилось жарче, чем было в начале лета. Из-за новых ощущений Союз стонал намного громче Рейха. Похоже, что кто-нибудь уже услышал, чем они тут занимаются. Что ж, пусть думают что хотят, а если спросят, то Рейх их пристрелит или ещё чего похуже.       Вот ещё один толчок, оба на пределе и Союз выгибается обильно кончая на Рейха. Под самый конец Рейх нашёл ту самую точку, от которой Союз сходит с ума. А также начинает сильно сжимать из-за чего Веник не успевает полностью выйти и половина его спермы попала внутрь Союза. Наконец спустив, оба диктатора начали восстанавливать дыхание. Да, эта встреча запомнится им надолго.        — Всё ещё считаешь, что секс нужен только для размножения или бывают исключения? — спросил Рейх застёгивая на себе рубашку. Союз натянул на себя весь свой низ.        — Если очень-очень тихо, чтобы никто не слышал и не видел, то наверное, — ответил Союз пытаясь встать нормально, а не слегка покачиваясь. Рейх лишь прижал того к себе и уткнулся в чужую шею. — Но это не значит, что я буду давать, когда тебе вздумается! — Союз резко отпрянул от нациста, от чего чуть не упал, но успел облокотиться на стол.        — Хорошо, я понял, — ответил Рейх беря со стола ключи. — Знаешь, я предлагаю закругляться и идти уже ко мне. Нам обоим следует сходить в душ и спать. — Веник подошёл к двери и приподнял руку, намереваясь выключить свет. Как только свет выключили и дверь в кабинет закрыли, они с русским пошли к нему домой.