Выбор не вытеснен в граните

      Мидория вдыхает запах крепкого кофе, лениво пролистывая новости на телефоне. Конечно, отвлекаться во время работы нельзя, но пока никто не заходил к нему и не собирается, то почему бы это и не сделать. В любом случае бумажной работы не так много и осталось. Основная его задача — искать злодеев и стараться предотвратить кражи, если он на таковые наткнулся, пока шел по следу преступника. Да, бывает всякое, и Изуку этого не отрицает. Ему приходится справляться с тем, с чем можно и с тем, чем нельзя. Но это его работа, не зря же он стал вторым детективом полиции, занял место Тсукаучи, а того повысили по должности. Мидория на это только смеется.       Отложив гаджет в сторону, парень обратно подкладывает к себе бумаги. Осталось совсем немного дописать в закрытии дела и можно будет передохнуть. Мидория переворачивает лист и снова что-то пишет. Наконец-то, поставив точку, он облегченно вздыхает, а после откидывается назад, задевая рукавом кружку кофе, что мгновенно упала на пол. — Черт! — чуть ли не вскрикивает детектив перед тем, как недовольно фыркнуть и достать тряпку из-под стола. Всё таки такое случалось нередко, и уборщицы решили оставить её у него. Деку встает с места и направляется к выходу из комнаты, откуда после выходит и направляется к ближайшему чайнику, чтобы заварить новый кофе. — Отлично начался день, — бурчит тот, нагнетая на остальных свое недовольство.       Вернувшись обратно к себе в кабинет, Изуку отпивает кофе и ставит его на стол с глухим стуком. Ему хорошо было бы отдохнуть и слечь куда-нибудь на дно, чтобы абстрагироваться от всего, забыть обо всех его проблемах и заботах. Но это все только мечты, а он находится в суровой реальности. От осознания этого детектив вздыхает и после нервно хихикает. Нет, он так скоро точно с катушек полетит.       Его отвлекает вибрация телефона, и Изуку, оторвавшись от собственных размышлений, смотрит на дисплей. А ведь только недавно убрал… На экране высветилось сообщение от неопределенного номера, и, удивленно изогнув бровь, парень берет в руки смартфон. «Тащи свою жопу в кафе напротив моего агентства. Если тебя не будет максимум через полчаса, подорву к чертям.»       Мидория хмыкает. Как всегда в стиле Кацчана. Положив устройство обратно, он берет в руки чашку и слегка ее покачивает, после чего отпивает кофе. — Интересно, с чего это он. — задумался Изуку и направил свой взгляд в окно, подперев кулак под щеку. В принципе, ему можно было уйти куда угодно пока что… так почему бы и не воспользоваться этим? Парень снова поднимает телефон и пишет: «Хорошо. Но чем тебе так не угодила моя жопа?»

***

— Ну где же ты там?! — кричит Кацуки, опираясь об стену. Тодороки уже как минут десять шагом плетется за ним, хотя тот все время его подгоняет. — Из-за тебя мы можем опоздать! — Мы вышли за час до встречи, а ты только сейчас написал о ней Мидории, — говорит тот и подбегает к парню. — Если ты серьезно думаешь, что мы опоздаем, то можем пойти через парк. Так мы сократим путь в разы. — Да что ты говоришь! — на его лице вновь появляется недобрая улыбка, а после он поворачивается в другую сторону, продолжая легким бегом направляться к месту назначения.       Но Шото так и плетется сзади, просверливая дырку в затылке Бакуго. Обычное дело, не правда ли? Их отношения нормально не завязались еще в старшей школе. Они даже успели достаточно сильно поссориться на третьем курсе, когда блондин сопровождал Мидорию в общежитии, ибо того отправили на небольшую практику в «U.A». Хотя, как удалось узнать Тодороки, те раньше не ладили и Кацуки ужасно относился к Изуку в детстве. Что произошло после — огласке неизвестно. Возможно, что Граунд Зиро стало стыдно за то, что он делал раньше, и они как-то помирились, а может быть он угрожал тому.       Тодороки вздыхает, ускоряя шаг и потихоньку догоняя блондина. На улице было как-то обеспокоенно и шумно, будто где-то неподалеку случился инцидент. Какие-то неряшливые репортеры кучкой бежали за «ценной» информацией в ту же сторону, что и парни. Неужели там какая-то заморочка или же злодей? Надо бы добраться до места происшествия и во всем разобраться; время до встречи ещё есть. — Давай, поторапливайся, — бросает половинчатый и тут же обгоняет Кацуки. — О, не уж то соизволил тоже ускориться? — Да ты совсем не видишь что-ли? — шипит тот, а после рукой показывает на будто взъерошенных людей. — Там точно что-то случилось. Давай быстрее.       Злобно рыкнув, Бакуго все же соглашается с героем и уже с некой спешкой погнал в общественный парк, огибая людей на пути, которые нередко его узнавали. Ох уж эта популярность. Тодороки тоже не оставался в сторонке и с холодным отношением уходил от фанатов. Сейчас это было не главное.       И как только те зашли на территорию парка, то на них хлынула та зловещая, паническая атмосфера, что охватила данную территорию. Будто случилось что-то достаточно ужасное, что могло пошатнуть Японию... и только в этом небольшом парке.       Герои направились в самую гущу событий, стараясь не использовать свои причуды, но как только их стали выпинывать отовсюду, Бакуго просто подорвался и, благодаря нескольким своим взрывам, облетел огромную толпу, что стояла и фотографировала. — Ч-что?! — в голосе, что был такой громкий, была слышна взволнованность. Кацуки не понимал. Он не понимал, как такое может произойти. Кто вообще посмел такое сотворить? Невообразимо. — Вот же… Черт! — парень опускается вновь на землю, подзывая к себе Тодороки, который, кажется, следил за каждой эмоцией, что появилась на лице блондина за эти несколько мгновений. — Что такое, Бакуго? — серьезным тоном спрашивает Шото перед тем, как перевести взгляд с Бакуго, на тело сзади. С языка непроизвольно срывается крепкая брань.

***

      Изуку расслабленно подходит к двери кафешки, о которой говорил его друг детства. Только вот удивительно: никого здесь не было. Абсолютная тишина во всем районе. Хотя, для агентства Бакуго это нормально, ведь тот такой взрывной, что может агрессивно отреагировать даже на неположенный шорох. Деку на это только смеется и достает телефон, тут же проверяя время. — Серьезно? — с некой улыбкой спрашивает Изуку, удивленно хлопая глазами. — Я опоздал на 15 минут, а его всё ещё нет? Ну и почему я не пришел позже… я же мог допить свой кофе.       На глаза вдруг попадаются пропущенные звонки от неопределенного номера. Да уж, Мидория забыл выключить беззвучный режим, что не заметил, как ему звонили. А позвонить мог кто угодно, поэтому веснушчатый без раздумий набирает не занесенного в список контактов абонента, а после прижимает мобилу к уху, слушая равномерные гудки.       Детектив морщится, но как только надоедливый звук прекращается и кто-то берет трубку, он отвечает: — Да? — «Мидория, ты срочно нужен в парке *********, который недалеко от офиса Граунд Зиро», — голос был довольно знакомый, что Изуку сразу подметил. — Тодороки, что случилось? — «Нет времени объяснять, поспеши. Полицию и скорую мы уже вызвали.»       «Мы?» — подумал парень, но сбросил, запихивая телефон обратно в пальто. Кажется, дело серьезное.

***

— Бакуго, стой! — рявкает Тодороки, пока из его рук вырывался блондин, который был явно недоволен тем, что Деку, придя на место происшествия, совсем не обратил на них внимания и принялся за свое дело. Хотя, если подумать логически, то тот правильно сделал; нечего ему отвлекаться на кого-то постороннего.       Мидория достал жёлтую ленту и вместе с остальными полицейскими, которые вот только что приехали, заблокировал проход к окровавленному телу, что не подавало признаков жизни. Всем осталось дожидаться скорой, а Изуку нужно было, пока не убрали мертвеца, осмотреть того: убийство совершил явно не обычный человек, а злодеев нужно запихнуть за решетку, тем самым уберечь людей от опасных преступников. Парень натягивает на руки одноразовые перчатки и неспешно подходит к трупу, настороженно оглядывая одежду того и тело. Но всё бестолку. Ни одного материальной и полезной улики Изуку не находит и, разобравшись со всем остальным и объяснив ситуацию полиции, отходит к Кацуки и Шото. — Ну и что там? — спрашивает Тодороки, чуть хмурясь, и сжимает руку на плечо блондина. Мидория только неопределенно пожимает плечами и стягивает перчатки. — Ничего понятного, — наконец отвечает он и оборачивается назад, вновь окидывая взглядом труп. Тело уже накрывали пленкой, чтобы никто больше не мог видеть мертвого. — У него сломаны оба крыла и его, похоже, задушили, также несколько открытых переломов. Яс… он знал, что рядом убийца, и явно хотел улететь, но ему этого не дали, — парень оглядывается, смотря на бесстрашных прохожих, что подходили вплотную к ленте и смотрели за происходящим. — Да?! Мы могли помочь тебе, а ты даже на нас вни-, — половинчатый зажимает рот Кацуки, уже понимая, что хочет тот сказать. Впрочем, это было бы слишком грубо, да и неправильно. — Спасибо за работу, Мидория, — он кивнул, отпуская Бакуго.       Детектив поворачивается обратно к героям, кивая в ответ, а после вздыхая.       Ужасно. Второго в топе героя убили. Злодей достаточно смелый и сильный раз смог это сделать, но и слишком смышленый; смог убрать все улики с тела и окрестности. Но только вот… — Пойдемте. Здесь есть камеры, может быть сможем найти запись, — говорит Мидория, перелезая через ограду. Парни кивают, направляясь за веснушчатым, что идет к будке охранника парка.       Граунд Зиро несколько раз пытался завести разговор, но всё бестолку — Изуку либо просто кивал, либо молчал; он явно был не в настроении, но хорошо это скрывал под маской серьезности. Кацуки недовольно фыркает, сверля в затылке Деку дырку. Он прекрасно понимает, что с настроением детектива, но как же его это бесит. Ему так и хочется спросить: «Когда ты в последний раз пил таблетки?» или же «Ты к врачу ходил вообще?». Его уже давно беспокоит психическое состояние парня, а тот почти что не реагирует, и рассказал он об этом только другу детства.       Дальше они дошли спокойно. — Откройте, это Мидория Изуку из полиции, — однотонно говорит парень, стучась в дверь. Там хоть кто-то должен да находиться. Но только им не открывают. — Может быть там никого нет? — поинтересовался Шото, прислушиваясь. — Там должен быть хоть кто-нибудь на посту, — Мидория дёргает ручку двери, но та оказывается заперта. Настроение все ухудшается, что тот намеревается отойти, но Бакуго его опережает, отталкивая назад, а после, не ручаясь за себя, выбивает дверь. Сзади просто стоит Деку и утыкается лицом в руки, сглатывая ком в горле. — Ещё один труп, — шепчет Кацуки, оборачиваясь к веснушчатому. Заметив его состояние, тот бросает ему: — Деку, купи себе воды. Неважно выглядишь, полицейский, — будто с издевкой говорит он и вновь отворачивается.       Мидория кивает, полностью соглашаясь с героем. Он не должен так выглядеть на людях. Просто не должен. В этот раз он не смог сдержать себя в период депрессии*. — Может быть тебя сопроводить, Мидория? — Нет, спасибо, я и сам могу, — тот нервно хихикает и направляется к выходу из парка. Сейчас бы освежиться и спокойно выдохнуть…       Герои как-то обеспокоенно смотрят на того, но после оба заходят в помещение. Внутри ужасно душно, да и в нос бьёт ядрёный запах крови. На полу валяется труп охранника в небольшой луже крови, а монитор с видео на камерах отключён. Тодороки осторожно переступает человека, стараясь включить компьютер, но все попытки безысходны — кажется, он сломлен. Парень продолжает делать какие-то манипуляции с техникой, пока Граунд Зиро стоит сзади и поглядывает на улицу; сейчас он ничем не может помочь.       Вспомнив про полицию и скорую, он не задерживается на месте и убегает, перед этим сказав: — Я позову остальных.       На улице уже слышны взрывы Кацуки; он точно спешит. Шото хмыкает и выходит из будки, закрывая за собой дверь и смотря по сторонам. Сейчас его задача — дождаться подмогу и Мидорию, который отлучился. Причин на это тот не знал, но понимал, что тому стало плохо. Но разве так должно быть? На пост полицейского же не принимают слабых духом людей, а что тогда показал Изуку… Возможно, тот не выдержал давления атмосферы и маска потрескалась, выдавая реальное настроение детектива.

***

      Мидория заходит за угол и проходит внутрь переулка, полуслепо протягивая руку к холоду бетона — подойдя к стене, он облокачивается на нее и громко выдыхает. Так некстати его подвела болезнь, что он даже злится на себя, но у него нет на это ни времени, ни сил. Приподняв руку, он уже надеется увидеть там бутылку с водой, но взглядом встречает лишь пустоту и обреченно-печально гудит. — Господи, я даже забыл в магазин зайти, — накрыв лицо руками, Изуку надавливает на глаза, вызывая мигающие круги перед ними, а после, фыркнув, сует руки в карманы и плетется к ближайшему автомату за бутылкой воды.

***

      Мидория вытаскивает воду и, открыв её, пьет медленными глотками. Он хмурится и прогуливается в сторону парка, размышляя об инциденте. Если на камерах ничего не будет, то придется искать свидетелей. Может быть, кто-нибудь зацепился взглядом за внешность того. Будь так, он бы смог построить фоторобот и потом порыскать в старых делах. Может хоть так Деку сможет найти хоть какую-то информацию для поиска и поимки преступника. А что если там целая банда? Например, как Лига Злодеев или Восемь заветов смерти? Они давно уже не появлялись…       Встряхнув головой, Изуку поднимает взгляд на небо, а после выбрасывает пластик в ближайшую урну. Он вновь о чем-то задумался, уже смотря себе под ноги, а когда уже приподнял голову — не узнал местность. Похоже, свернул не туда. Детектив вздыхает и смотрит по сторонам.       Безлюдность на улице нагнетает, пронизывает нитями одиночества ребра и щекочет льдинками лёгкие. Мидория не выносит такой атмосферы, доставая из кармана телефон и заходит в карты. Это помогает отвлечься, как впрочем и от столба, в который чуть было парень не врезался. Вовремя чертыхнулся, проиграв первую партию. За ней последовала вторая, и третья, и четвёртая. Игра в какой-то мере успокаивала от тяжёлых мыслей, несмотря на редкие недовольные бурчания после очередного проигрыша.       Но видать успокаивала она слишком хорошо, не дав вовремя понять, что зашёл Изуку в более криминальный район, чем тот, в котором он находился пару минут назад… Обычно здесь геройствовали Спасительницы, так что можно было не беспокоиться о своей сохранности; злодеев те подавляли одним своим присутствием. В большинстве случаев…       Изуку ежится и снова осматривается в опаске, как маленький встревоженный зверёк в логове хищника. — Здесь довольно жутко, — подмечает парень и трет плечи.       Его передергивает от одного только мерзкого запаха, и, остановившись, он разворачивается обратно, бурча себе под «Зачем сюда я поперся». Не пройдя и метра, Мидория дергается, когда слышит женский вскрик. Пронзительный, жалобный, тот самый, когда смерть уже рвёт твою глотку. Он срывается с места и бежит в ту сторону, ощущая дрожь в ногах. Да и не только ноги дрожали от паники. У детектива уже начинает нервно дёргаться глаз — ощупав внутренние карманы пальто, он не смог найти пистолет; подумал, что тот не пригодится и оставил дома. «Потрясающая дедукция, детектив» —издевается над собой парень, чуть замедляя шаги прямо у поворота. Сглотнув, Изуку хмурится, но все равно заходит в переулок.       Ужасно страшно. — Ни с места! — громко и уверенно говорит полицейский, надеясь, что голос сильно не дрожал. Рука остается в пальто, выпирая указательным пальцем под тканью кармана, чтобы хоть вид был, что есть пистолет.       В темноте плохо видно, однако он все равно различает высокую и широкую фигуру злодея. Тот держал за шею уже хрипящую девушку, которая истратила все силы только на тот самый крик, надеясь позвать на помощь. Тело уже давно не сопротивлялось крепкой хватке. Нападающий смотрел на Мидорию недолго, но за это время парень успел пожалеть, что родился. Мужчина ничего не отвечает на приказ прибывшего, и схватив несчастную за лицо, точным ударом раздавливает голову своей жертвы. Последнее, что видел детектив в глазах героини — мольба о помощи. Но он не успевает среагировать и, когда преступник скрывается одним прыжком, Изуку подходит ближе к трупу, падая на колени. Всё тело пробило холодным ознобом, не давая нормально попадать пальцами по клавиатуре телефона. Номер участка. Он еле сдерживает рвотные позывы, видя на стене окровавленное пятно вперемешку с мозгами и остатками, разлетевшихся по переулку, от черепной коробки. Удивительно, что даже с такими увечьями, какие-то секунды грудь все ещё вздымалась, а после и вовсе замерла в предсмертном хрипе. На глазах слезы, но не у этой девушки. У неё их нет.       Отвернувшись от этого месива, он смотрит только на ноги погибшей, и по костюму узнает в ней Уравити.