Я не хочу называться Никкалз (рабочее название)

Утро медленно освещало мрачные коридоры Kong Studios, весёлыми солнечными зайчиками играя на вечно грязных стёклах окон. Кресты и надгробия, окружавшие старое здание, отбрасывали на жухлую траву долгие тени. Пение утренних птиц, раздававшееся вокруг, ощущалось настолько диким в этом мрачном месте, что, казалось, никаких живых птиц тут не было, а просто какой-то шибко оригинальный шутник поставил запись птичьего пения на переносной магнитоле. Хотя, вряд ли бы кто-то посторонний посмел шутить над обитателями некогда заброшенных апартаментов, находящихся посреди кладбища и, по слухам, населёнными призраками. Мёрдок открыл глаза и уставился в скрывающийся в полумраке потолок, по которому скользили тёмные силуэты. Всю ночь он не мог заснуть, а, когда дрёма всё-таки одолевала его, он сиюминутно просыпался в холодном полу от очередного кошмара, сюжета которого он не мог вспомнить. Так проходила уже далеко не первая ночь. Если бы он рассказал об этом Расселу, тот бы обязательно заметил, что всё это - наказание за сделку с Дьяволом и так он чувствует, как Тартар пожирает его душу. Но он не рассказывал. Никому. Даже 2-D, с которым, как ни странно, он в последнее время неплохо ладил. Мёрдок привстал на секунду - и тут же упал обратно, схватившись за голову, в которую будто возили острый кол. Видимо, так мозг мстил ему на бутылку виски, выпитую перед сном в надежде наконец-то сомкнуть глаза дольше, чем на мгновение. Собравшись с силами, Мёрдок одним движением встал с кровати, и, пошатываясь, направился к двери. За этот нелегкий путь он успел несколько раз обо что-то споткнуться, так что выход получился не очень грациозным. Порадовавшись, что сейчас его никто не видит, зеленомордый басист пошёл к ближайшей лестнице. К полнейшему шоку Никкалза, до его ноздрей дотронулся приятный аромат еды. Еще большим шоком для него стала обнаруженная в результате поисков источника запаха целёхонькая милая и ранее не виданная кухня, в которой что-то кашеварила Нудл, стоя рядом с плитой на небольшой колченогой табуретке. -С каких это пор у нас есть ещё одна кухня? -Нашла её, эм, вчера, когда искала, куда от Рассела спрятать, эм, бутылку из-под пива, - не поворачивая головы, ответила Нудл. -Моя девочка! - усмехнулся Никкалз и оседлал один из находящихся в комнате стульев. Нудл с видимым раздражением дёрнула плечом. -Вообще-то, я, эм, хотела попросить Рассела что-нибудь... Эм... Приготовить, но он опять впал в... турансу. - Нудл всё еще с трудом говорила на английском, периодически произнося некоторые слова с дичайшим японским акцентом, но все давно привыкли к этому. Мёрдок привстал и заглянул за плечо девочки. На чёрной сковородке скворчали ломтики хлеба с лежащими на них сосисками. -Поделишься? - спросил Мёдз. -Х-хрен тебе! - произнесла Нудл, и, повернув голову, показала язык. - Сам себе приготовишь! Брюнет деланно обиделся, но с кухни не ушёл и продолжил наблюдать за тыкающей в бутерброды вилкой Нудл. -Кстати, ТуДи всё так же дрыхнет? -Ага, мы вчера до полночи играли в, эм, приставку. Кстати, эм, нужно опять начать записывать пес-сни. -Да, да, я помню, - Мёрдок кивнул. Через несколько минут с готовкой было покончено, и Нудл приступила к еде. Но, сделав единый укус, она взвизгнула, выкрикнув что-то на японском (должно быть, какое-то непечатное ругательство), и выронила бутерброд. -Бл...лин, что такое? - немного испуганно спросил Мёрдок, вздрогнувший от её крика -Г-горячо! - раздалось в ответ. Нудл вскочила и подбежала к раковине, после чего набрала в рот холодной воды. В этот момент дверь со скрипом распахнулась, и на кухню вошёл заспанный, как всегда со встрёпанными волосами ТуДи, который, судя по всему, пришёл на крик. Но, убедившись, что все живы, он потянул руку к стоящим на столе бутербродам, за что тут же получил по рукам от вернувшийся Нудл. -Моё! - возмущённо воскликнула японка. -Не трогай! -Ладно, ладно! - Ди сел на стул между Нудл и Мёрдоком. Последний окинул его тяжёлым взглядом. Голубовласка выглядел, как и следует человеку выглядеть после крепкого, здорового сна - торчащие по все стороны волосы, красные полосы от складок простыни на коже, надетая задом наперед футболка, лёгкая улыбка на губах. В проданной душе басиста взыграла злоба и зависть. -Выспался? - процедил тот. ТуДи кивнул и сладко зевнул, почесав репу. "Конечно, выспался, - мрачно подумал Никкалз, - ты ведь не ворочался всю ночь от ночных кошмаров." -Выглядишь, как дерьмо. ТуДи недоумённо распахнул глаза и с обидой и непониманием уставился раздражённое лицо сидящего на против него человека. -Поч... -Мёрдок, хватит! Парни в один и тот же миг повернули головы и посмотрели на Нудл. Никкалз тут же как-то стушевался. -Ага, прости, - пробубнил он, обращаясь ни то к Нудл, ни то к ТуДи. Нудл встала из-за стола и пошла к выходу из кухни, но на полпути споткнулась о собственную ногу и шлёпнулась на кафельный пол. -Ты в порядке?! - одновременно раздались голоса Мёрдока и ТуДи. -Да. Нудл встала на ноги и вышла в коридор. Мёрдок тут же последовал за ней. -Ты рассеянная сегодня, - тихо произнёс он, - что случилось? -Не выспалась, - ответила девочка, махнув рукой. - Всю ночь кошмары снились. "Иронично, - подумал про себя Никкалз, но не подал виду." -Может, посидеть с тобой, пока ты будешь засыпать? -Не, ну тогда мне кошмары точно будут обеспечены! -Нудл, я серьёзно. Золотисто-зелёные глаза встретились с чёрными. -С чего это вдруг? Мёрдок замялся. -Ты... Ты часть группы. Гитаристка, вокалистка, авторка песен! Без тебя группы не будет! -А, ну да. Девочка заправила часть чёлки за ухо и пожала плечами. -Можешь приходить, если хочешь. Часам к десяти. После этих слов Нудл как сквозь землю провалилась, лишь по коридору эхом раздавался её глухой топоток. После этого разговора у Мёрдока будто остался дурной привкус во рту. Он сказал что-то не то? Или - он сказал недостаточно? Но он тут же попытался отогнать от себя навязчивое чувство тревоги. "Она сильная, больно её заботят мои слова. Пообижается и успокоится. Это же Нудл!"