Грандиозные и не очень похождения ДжЗарго

Аканни нравится магия. Сидя вдали от города на ало-золотом, расшитом лунами пледе посреди горячих песков, Аканни сосредоточилась. Хвост её напряжённо замер — лишь кончик слегка подрагивал. На тонких изящных пальцах сверкали в солнечных лучах кристаллики льда. — Не теряй концентрацию. Юркая многоножка скользнула по лодыжке. Дж`Зарго не заметил. Наблюдение за тем, как успешно любимая осваивала заклинание Обморожение дарило сердцу радость не меньшую, чем момент, когда Дж`Зарго выучил его сам. — Всё-таки это лучшее занятие для каджитки. — Аканни деактивировала заклинание и теперь потирала затёкшие кисти. — Знаешь, каджитка перепробовала много занятий: пение, рисование, игра на флейте, плетение корзин. Даже столярным ремеслом пыталась заниматься. Поначалу всё казалось интересным, но потом Аканни перегорала и не чувствовала ничего, кроме тоски. — А магия? — Дж`Зарго лёг на спину. Прикрывая ладонью глаза, он любовался Аканни, которой так шёл короткий лазурный топ и широкие белые штаны. — С магией совсем по-другому! — Аканни вновь прочитала заклинание Обморожение — уже гораздо быстрее, чем час назад. Расслабив руки, она мягко опустилась рядом с Дж`Зарго, и нос уловил нежный аромат цветочного масла. — Каджит занимается с Аканни всего три недели, но Аканни чувствует, что вот это точно её дело! — Все связанные с волшебством дисциплины требуют терпения. Усидчивости. Чтобы научиться большему, чем красивые снежинки, придётся много дней и ночей торчать в библиотеке, чихая от забившейся в нос пыли и разбирая выцветшие каракули древних учёных. Аканни точно уверена, что справится? — Дж`Зарго внимательно смотрел в радостное лицо любимой. Почувствовав её руку на темени, ощутив приятное поглаживание, он блаженно закрыл глаза. «Справится, конечно. Если у Аканни что-то не будет получаться, Дж`Зарго всегда придёт на помощь: подскажет, посоветует, научит. Каджиты станут великими магами и утрут нос этим высоким желтолобым выскочкам!» Следующие три месяца стали самыми счастливыми за все четырнадцать лет жизни. Ни происшествие с караваном отца, едва не стоившее Дж`Зарго жизни, ни даже такое неприятное событие как ломка голоса не убавили энтузиазм, что пылал в юной душе ярче Магнуса. Домой Дж’Зарго приходил разве что поспать, а то и не показывался вообще. Мама при его возвращении всплёскивала руками и громко причитала, отец говорил, что всё идёт так, как задумано Азурах: молодого каджита тянет под открытое небо и лунный свет. Братья растащили из комнаты всякую мелочёвку, вернуть которую теперь не представлялось возможным. Искры, Обморожение, Лечение, Молния — список изученных каджитами заклинаний увеличивался, а вместе с ним — и тревога Дж`Зарго. Чем сложнее были изучаемые дисциплины, тем скорее угасал интерес Аканни. Всё чаще оказывалась она занята домашними делами или помощью отцу, всё больше жаловалась на усталость. Временами Дж`Зарго хотелось плакать от отчаяния: равнодушие Аканни к делу его жизни ранило сильнее яда и обжигало холодом, что страшнее лютых морозов Скайрима. Истинным же кошмаром становилась пусть редкая, но всё же иногда мелькавшая ослепительной молнией мысль: а вдруг Дж`Зарго со временем надоест Аканни так, как сейчас ей постепенно надоедает магия?