Вселенная действительно бесконечна

      Пена лениво лопалась, пока Кацуки лежал в ванне, почитывая какой-то детектив. У раковины копошилась Момо, расставляя перед собой всю необходимую косметику, доставая ее из своей косметички. Уютную тишину перебивала тихая джазовая музыка, доносящаяся из колонки на стиральной машине. Было самое обычное утро этой парочки, которое не могло похвастаться неординарностью. Она решила перебить молчание, заплетая себе незамысловатую косу, и тихо начала говорить:        — Я вчера вечером книгу дочитала…        — Так вот, почему мне пришлось тебя сегодня сбрасывать с кровати — всю ночь угробила. Ну ясно, — хмыкнул тот, перебивая слова своей девушки, и отложил книгу в сторону, все внимание уделяя ей.        — Кацуки, в следующий раз ты будешь на завтрак употреблять свою рубашку, которую я полночи зашивала! Книгу я дочитала в семь вечера, чтобы ты знал, — обидчиво ответила она, нахмурив брови, и метнула крайне недовольный взгляд на него, прежде чем отвернуться в другую сторону.        — Да-да, ты мне много всего делаешь, следующий отпуск весь на мне и всю неделю выгуливаю Креати. Чего хоть читала?        — Роман про девушку, которая перемещалась по параллельным мирам. Но сюжет тут не причем, просто эта книга заставила задуматься кое о чем. Что, если наш мир — один из бесконечного множества параллельных миров? Что, если эти параллельные миры — не какая-то другая вселенная, они существуют прямо сейчас, материальны, просто на другом конце огромной вселенной?        — Вселенная бесконечна, вроде как. Все может быть.        — Получается, что где-то на задворках созвездий есть такие версии нашего мира, где мы с тобой либо уже не вместе, либо изначально прошли друг друга мимо. И мы там может быть даже счастливы, то есть опять же не мы, а они, к счастью, — философствовала Яойорозу, выливая увлажняющий крем в свои руки.        — Дура, оставь мой крем и купи уже себе личный, — возмутился тот, приняв положение сидя, и брызнул на нее пеной.        — Не будь таким жадным, все равно ты им не пользуешься. Все ладони шершавые.        — Предназначено для рук — мажешь им лицо. Хвостатая, где логика?        — Смею оповестить: разницы нет. Ты узнал секрет Вселенной. Храни его с достоинством.        — Ясно, все в сиськи ушло.        — Не говори такие грубые слова, я же тебе сто раз говорила, — фыркнула, чуть надув щеки, и стала пудрить лицо.        — Боюсь представить мир, где я обхожусь без грубых слов. А ты что думаешь? Есть такой?        — Что бы ты не придумал, мне кажется, есть такой. И даже где мы не вместе. Вообще любой.        — И чего заводишь разговор об этом, если мину такую корчишь?        — Идиот, я ресницы крашу! Ох, Господи, просто… не хочу думать об этом, но само получается. Не могу из головы выкинуть. Решила поделиться с тобой.        — А, чтобы и я из головы не мог выкинуть? Хрена выдумала.        — Может быть, — улыбнулась Момо, взглянув на него.        — Короче, так по мне — хуйня полная. Не думай об этом. Ведь есть и миры совсем без нас, и где я тебе — дедушка, и у нас инцест…        — Ну обязательно такой грязный пример приводить, Кацуки-сан?!        — Твой мозг с другими примерами не успокоится, я тебя знаю как облупленную уже. Но, хм, так уж и быть: мир, где мы потрахаемся позже, чем узнаем имена друг друга.        — Грубые слова… Мне придется поставить копилку, в которую ты будешь кидать по пять йен каждый раз, как ругаешься при мне. Может, так наконец открою собственную пекарню!        — Тогда я обнищаю совсем скоро и придется тебе платить за квартиру, а не мне.       Момо сосредоточилась на выведении стрелок, одновременно пытаясь не позволить вылететь из головы интересному примеру параллельного мира, идея которого ей пришла в голову. Совсем недавно они устроили марафон фильмов по DC комиксам, и привести в пример такой пример ей показалось очень кстати. Наконец, закончив со стрелками, стала объяснять свою мысль:       — Значит, есть мир со сверхспособностями и героями. Мы в одном классе и учимся в геройской школе, а еще ты определенно кого-то пытаешься задирать. Какого-нибудь милого паренька с веснушками. Наверняка ни с кем не ладишь, только если не найдется настырный оптимист, подбивающийся к тебе в компанию.        — И ты определенно запала на какого-нибудь холодного красавчика с трагедией в детстве, — намекнул он на ее бурно-восторженную реакцию при каждом появлении Бэтмена на экране.        — Странно представить, что мы не можем быть вместе.        — Очень…        — А, ох?! — вскрикнула Момо, наблюдая за тем, как он спокойно вылезает из ванны. — Кацуки, прикройся полотенцем!        — А ты не щеголяй с голым задом, — промурлыкал тот, обнимая девушку сзади за талию и целуя легонько в шею.

***

      Яойорозу обвела класс глазами и тяжко вздохнула, проходя к своей парте. Соседнее место пустовало, хоть обеденный перерыв и подходил к концу, а она так и не смогла поговорить со своим парнем. У него сейчас не самый легкий период в жизни — думает, что недостаточно старается для героя, еще и мать переезжает обратно в дом, что, конечно, хорошо, но также приносит не мало переживаний с собой. Громкий крик вспыльчивого одноклассника вывел ее из транса, и она взглянула на Бакуго, который опять что-то орал Каминари, который, видимо, опять как-то пошутил над ним. Но вот он остался один, а Момо вспомнила, что тот уходил обедать как раз с Шото.        — Бакуго-сан, вы не видели Тодороки-сана? — полюбопытствовала она, подойдя к его парте. Смирив тяжелым взглядом, тот сначала чертыхнулся, но начал говорить:        — Ни черта не знаю, он быстро съел свою собу и ушел в неизвестном направлении.        — Но… Как так! В совсем неизвестном? Куда же он направился? И слова не сказал? Он выглядел подавленным? Боже, мне не надо было говорить тогда ту фразу вчера вечером…        — Хвостатая, успокойся уже, ты своим бормотанием мне мешаешь! — рявкнул Бакуго, стукнув по столу, отчего та вздрогнула.        — Вы мне так на мои вопросы не ответили!        — Лучше спрашивай с Деку, это они лобызаются вечно. Я его не разглядываю, чтобы понять, каким он был.        — Ч-что они делают? Как же так, они же, но… я уже ничего не понимаю, — растерялась Момо, услышав слова того, как ее парень и ее друг оказывается «лобызаются вечно». Она хоть и старалась не запоминать подобные словечки, но слово уже было запомнено когда-то, и теперь она то бледнела, то заливалась краской, то зеленела, не зная, как на это отреагировать. Очень громкий смех Бакуго заставил ее еще больше смутиться, и она даже закрыла щеки ладонями, чтобы хоть как-то скрыть ее румянец.        — Черт возьми, хвостатая, ты подумала в таком ключе? Вот ведь говорят, что в тихом омуте черти водятся!        — Но, Бакуго-сан, это Вы неправильно подобрали слово! Я уверена, что это слово употребляется только с таким смыслом!        — Ну уж нет, это у тебя скорее ограниченные познания, — хмыкнул Кацуки, задрав нос, и положил ноги на стол. Момо удивленно приподняла брови, впервые услышав такое в ее сторону, а потом протяжно захохотала:        — Ограниченные познания — у меня? Бакуго-сан, в чем я в этой жизни уверена, так это в своих знаниях и учебе. Может, ты говорил про какую-нибудь Яойорозу-сан из параллельного мира? Потому что по другому просто и быть не может.        — Ну да, и та Яойорозу не встречается с потенциальным геем, поэтому она уже априори умнее тебя.        — Бакуго-сан, Вы уже заходите за границу, — резко вставила она уже без улыбки на лице.        — И что с того? Вообще не понимаю, что ты нашла в Шото, кроме лица.        — Ох, так Вы считаете Тодороки-сана привлекательным? Пожалуй, передам ему. Приятно было поговорить, Бакуго-сан, — поклонилась рассерженная Момо и тут же направилась к появившемуся в дверях Тодороки.       Он нежно взял ее за руку, укрыв этот жест от других одноклассников, и кивнул в знак приветствия, приподнимая уголки рта. Та прикрыла глаза, уставше выдохнув, и расплылась в ласковой улыбке. «Все обязательно будет хорошо, Шото-сан, ты справишься», — одними губами произносит она, отгоняя мысли о бесконечной вселенной. Сколько бы ни было копий ее в разных уголках Вселенной, как бы по разному ее судьба не различалась, главное — то, что она видит и чувствует.

Если обдумать подробнее эту гипотезу, По-серьезнее впариться в ситуацию, То по мимо миров повторенных полностью Есть и такие, что могут чем-то отличаться.

***

      Парочка целовалась под сакурой, скрытая в тени этого дерева. Кацуки положил руки на талию Момо, углубляя поцелуй, используя язык, отчего та испуганно отпрянула, оперевшись ладонями о его плечи, и смущенно хихикнула от своей трусости. Он слегка боднул ее, касаясь лбом ее головы, и ухмыльнулся. Они встречались уже месяц, но она продолжала стесняться, как только дело заходило дальше банальных чмоков, и это забавляло Кацуки, но он никогда не чувствовал раздражения от этого и тем более не попрекал, хоть большего хотелось. Даже большего, чем поцелуи с языком, но парень не настаивал, лишь иногда шутя на эту тему.        — Не могу поверить, что ты взяла его в ученики, — прервал тишину тот, уткнувшись в плечо своей девушки.        — Не могу поверить, что ты до сих пор об этом думаешь. Хэй, он просто ученик, — приободряюще сказала она, растормошив его волосы одной рукой.        — Я тоже был просто учеником.        — Закрыли на этом тему, ты не поймешь. Ты другой был изначально, и я ответила на твои ухаживания уже после твоего выпуска из школы. И вообще с чего решил, что он мне должен нравится? Ты иногда выдумываешь такое — у меня волосы дыбом встают.        — А у меня после твоих костюмов на наших занятиях не только волосы дыбом вставали, но и кое-что другое. Да и лицо у него смазливое, сразу видно, что девчонки визжат, как видят его.        — По твоему, я какая-то девчонка? Кацуки, я в тебя влюбилась не из-за милого личика. И, пожалуйста, хватит об этом, я не стану выкидывать свои блузки из гардероба или отказываться преподавать мальчика.        — Я не против твоих блузок, даже всеми конечностями за, и не тупой, знаю, что не можешь так просто отказаться уже. Просто хотел поныть, а то достало нахрен все уже.        — Ха-ха, ты бываешь иногда таким милым, — промурлыкала Момо, целуя парня в макушку.        — Иди нахрен, — буркнул тот и поднял голову, вглядываясь в лицо девушки. Она с любопытством наклонила голову вбок, удивленная таким пристальным вниманием со стороны Кацуки. Он, простояв так секунд десять, неожиданно закатил глаза и поднял голову к дереву.        — И все равно Тодороки потенциальный гей, — подытожил.        — Кацуки-сан, не говори так о моем ученике! И ты не можешь делать выводы об ориентации человека по его внешнему виду, и гей — это не оскорбление, неправильно так говорить, ты не должен пытаться оскорбить кого-то таким способом… — начала лепетать она, вспылив от таких слов, что даже начала жестикулировать.        — Да не оскорблял я его, успокойся, либеральная. По твоим словам ему как-то плевать было на тебя, но ты была в том платье. Даже девушки иногда заглядываются на тебя, а он — нет, получается, не любит сиськи, значит, либо гей, либо нравится другой типаж. Потенциальный, тут пятьдесят на пятьдесят.        — Ах, Боже, твои заключения все никак не могут найти логику в моей голове…        — За два года репетиторства должна была привыкнуть.        — Я так думала, но ты все находишь новые и новые способы меня удивить. Потенциальный гей…        — Если все же гей — скажи мне, буду более спокоен.        — Черт возьми, Кацуки, он сможет понравиться только копии меня с параллельного мира, точно не мне!        — Да я понял уже, правда, такое ощущение, что копия меня с того параллельного мира все равно любит тебя.        — А настоящая я люблю тебя, настоящий ты любишь настоящую меня. Хм, как же это называется… Ох, хэппи энд!        — Я, смотрю, тебе уже все мозги отбил своей нервностью, что ты не сразу вспомнила, как будет «счастливый конец» на английском, наш обожаемый репетитор по английскому языку.        — Да, Кацуки-сан, именно так, ты разгадал мой секрет. Мои мозги выбиты тобой, — подтвердила та и взглянула на часы на руке парня, подхватывая его ладонь.        — Это прозвучало так горячо, что я возбудился, — признался он с каменным выражением лица, сжимая крепче ее руку.        — Как некстати уже три часа дня и мне надо бежать на встречу с матерью. — Она отпустила его руку, и максимально драматическим голосом произнесла: — Прощай, любовь моя с этого мира!        — Прощай, любовь моя со всех миров, что ли?        — Да-да, именно так, ты на правильном пути. На следующем занятии мы поучимся, как правильно прощаться с копией меня из параллельного мира. Позвоню тебе, как отобедаю с мамой, — со смехом произнесла Момо, касаясь губ Кацуки.

Эти варианты могут быть самыми разными, Но о них не хочу даже думать сейчас я.