Образ и силуэт

В полупустой комнате горел слабый ночник, выполненный в форме рассыпанных тлеющих угольков по стене. Мягкий розовато-красный свет захватывал все участки помещения, все углы, и ничто не могло спрятаться от тёплых лучей. В комнате стояла небольшая кровать. И заправлена она была давно:покрывало нежного нюдового цвета лежало ровно, некогда взбитая подушка осела и сейчас лежала бесформенно идеально, непохожая на чью-то любимую, мягкую подушечку. У изголовья кровати стояла тумбочка с небольшим электронным будильником, время на котором уже давно замерло. А рядом стояло что-то, что должно быть скрыто от глаз. Небольшой плоский предмет был накинут белым платком и вышивкой «Э.С.». Это был единственный предмет, который регулярно подвергался тактильному контакту: вокруг платка пыль была местами сметена, что наводит на мысль о том, что платок снимают. Наверное, чтобы посмотреть на то, что скрывается под ним. Вся комната погружена во мрак. В ней не было ни одного живого существа, ни одной новой тени уже несколько месяцев. На малочисленной мебели скапливалась мелкая пыль, лишь потому, что существовал строгий запрет кому-либо или чему-либо касаться всего, что стояло в широкой спальне. Но этой ночью комната встречает гостя. Единственного, долгожданного. В самом дальнем, тёмном углу комнаты, на небольшом светло-сером диване, обтянутом дорогой замшей из некогда полюбившейся английской дубильни, сидел мужчина. Локтем он упирается в подлокотник из дорогой кожи, придерживая этой же рукой голову: подперев кулак под скулу, касаясь большим пальцем мочки уха. Другая рука расслабленно, или обессиленно, лежала на бедре. Ноги были чуть расставлены и немного вытянуты вперед, ступни развернуты внутрь. На мужчине была черная, очерчивающая силуэт футболка и растянутые серые трико с вкраплениями черных ниток. Его глаза. В его карих глазах есть только цвет. В них нет чувств. Но абсолютно точно, когда-то они выражали нечто большее, раньше они видели цель и смысл. Плечи мужчины устало опущены. Грудь медленно поднимается, наполняя лёгкие сухим воздухом, и опускается, выгоняя горячим размеренным дыханием обратно в комнату. Его ресницы опущены, как если бы он смотрел на свои ноги, если бы он был сейчас здесь, а не на чужой планете хер знает, сколько месяцев назад. С неё тогда он не вернулся. Он остался там, скорбя и ненавидя. Изредка моргая, он сидел неподвижно. На тыльной стороне ладони блестел широкий шрам, оставленный неудачной версией нового оружия. Он, кажется, изредка смотрел на свою руку. Или рядом с ней на диван. Или сквозь всё, что было в комнате, надеясь увидеть совсем не то, что осталось в мире. В его мире. Его взгляд поднялся и задержался на накрытом платком предмете. Он устало потер переносицу рукой, которой держал тяжёлую голову, и замер в этом положении. Из груди вырвался слабый хрип, заставляя мужчину разомкнуть губы, а брови свести. Зажмурившись и выпустив из себя хриплое дыхание, он снова закрыл рот, нахмурившись сильнее. Крылья носа начали быстро дергаться, а грудь немного выше вздыматься. Дыхание, редкое, но глубокое, выдавало его попытки сдерживать внутреннюю бурю. Он снова приоткрыл рот, и из него рванул горячий воздух, обдавая собственную ладонь. Глаза болезненно зажмурились, а брови, сведенные к переносице, приподнимались выше, будто домиком. Губы дрогнули и скривились, уголки рта растянулись, не выражая ни улыбку, ни печаль. Лицо мужчины охватила боль. Во внешних уголках глаз заблестели крупные слёзы, задерживающиеся на ресницах. Он сдерживается? Одна слеза прорывается сквозь густую преграду из ресниц, скатывается по острой скуле в отросшую щетину, оставляя за собой неприятную холодную влажную дорожку. В комнате раздался сдавленный тихий всхлип, по щеке скатилась ещё одна слеза, и мужчина наклонился вперёд, уперевшись локтями в колени и соединив пальцы перед лицом: указательный к указательному, средний к среднему... Мужчина напрягся. Он склонил голову к груди, соединяя руки на затылке в замок, и комнату заполнили шумные вздохи и редкие всхлипы. Из глаз по носу стекали горькие слёзы, собираясь на кончике, и бесшумно падали на мягкий ковёр под ногами. Мужчина тихо заплакал. Он не вытирал слёзы, чтобы отрицать свою боль. Но он старался сдерживать подступающие вскрики, задерживая дыхание и краснея, но после лишь сдавленно сопя и приоткрывая рот. Губы пересохли от горячего дыхания, и сердце норовило пропустить уже если не один, то два удара. В голове мужчины начало шуметь, перед глазами засветились мелкие звёздочки. Он поднял взгляд и посмотрел в сторону тумбочки. Резко встав, он неровными шагами подошёл к накрытому предмету. Стянув платок и коснувшись краем мокрой щёки, чтобы собрать ненавистные слезы, мужчина взял в руки... фоторамку. Он взял небольшую рамку и направился обратно к дивану, ни разу не взглянув на фото в ней. Он медленно, сбито дошел до уютного местечка и сел в прежнюю позу, только закрыв глаза и сложив руки на бедрах, дрожащими пальцами держал хрустальную рамочку. Наконец пересилив себя, он открыл глаза, и взгляд из полуопущенных век тяжёлым камнем упал на до боли в ребрах знакомое лицо. Такое милое, счастливое. Парень на фото улыбается. Он стоит рядом с мужчиной и приобнимает его. Его рука так невесомо касается крепкого мужского плеча. В парне столько любви. Он хотел отдать мужчине всё, что у него было, всё свое время, всю свою заботу, любовь и себя всего. У него не было больших богатств, которыми люди покупают людей. А мужчине это и не нужно было. У парня было то, что навсегда заставило полюбить каштановые кудряшки и задорные карие глаза. У мальчишки было открытое доброе сердце, которое невидимыми щупальцами проникало в грудную клетку мужчины и тонкой иголкой сшивало открытые раны. Всем своим существом парень вносил в жизнь мужчины причину дышать, жить, любить. Просто так, потому что мальчик будто был создан для этого: он открывал своё сердце, а чужие сердца как заворожённые открывались ему в ответ. Просто он излучал свет, который выводил из самых темных далеких глубин. Просто парень дарил тепло, которое не перебьет ни что на свете. Мужчина смотрел в застывшие глаза, закрыв ладонью рот, чтобы подавлять всхлипы. По щекам скатывались частые слёзы. Его карие глаза так покраснели. Под ними вырисовывались тёмные круги, то ли от недостатка сна, то ли от платонической усталости, выбивающей из смуглого тела все силы. Отложив фото на сиденье рядом с собой, мужчина поднял руку вверх, сжав её в кулак, но тут же разжав, указательным и средним пальцем указывая в сторону пустой стены напротив себя. Ночник, тлеющий над кроватью, перестал гореть, во всей комнате разрослось серое освещение с немногочисленными огнями неспокойного Нью-Йорка за окном. На стене, которую указал мужчина, спроецировался широкий экран. Выбрав на нем файл с многозначным названием «Р&ПП», он жестом включил его. На экране появилось видео. Кто-то держит камеру и идет вдоль длинного коридора. В кадр попадают голые ступни молодого парня, он тут же разворачивает камеру и смотрит в объектив сверху вниз, весело шепча: -Ура-а-а! Первое Рождество с мистером Старком! – сдерживая вопль, активно шептал парень. -Наверное, он ещё спит. Это же отлично! – парень торопливо куда-то шёл, иногда заглядывая в камеру, но в объективе чаще всего появлялся тонко очерченный подбородок и слегка подергивающийся кадык. -Приготовлю ему завтрак! Праздничный завтрак для Железного человека, кто бы мог поверить! – уже чуть громче восторгался юноша. Стены в кадре сменились, потолок стал выше. Подойдя к шкафам, видимо, кухонным, парень поставил камеру куда-то на уровне груди, встал напротив объектива, отошел на пару шагов и остановился. Парень был без футболки, в черных шортах с белыми вставками. Он потянулся вверх, вытягиваясь, как кот, завёл руки за голову и сцепил пальцы в замок на затылке. Несколько секунд он с счастливой улыбкой на лице стоял, закрыв глаза. Потом, резко распахнув их и заулыбавшись ещё сильнее, он подошел к столу, уперевшись ладонями в края. Смотря прямо в камеру, он весело заговорил: -Это будет лучшее Рождество, которое когда-либо праздновал мистер Старк! – потом, нахмурившись, добавил: - Ну, если он праздновал их… Мужчина со слезами на глазах смотрел на своего замечательного, такого заботливого мальчика. Он старался не моргать, чтобы не упустить ни один жест парнишки, ни один брошенный в объектив взгляд. Мужчина подался вперёд, вглядываясь в такое любимое лицо. Он смотрел видео, упираясь локтями в бедра, соединив руки в замок. Мальчишка, снова повеселев, подошел к холодильнику и начал выуживать из него продукты одной рукой, складывая на вторую. Когда места не хватило, и карамельный сироп пришлось держать подбородком, он толкнул ногой дверь холодильника и подошёл обратно к столу. -Я думаю, мистеру Старку понравятся оладьи с черникой и карамельной помадкой, - объяснял парень на камеру, - свежий кофе, из зёрен, которые он привёз с миссии в Эфиопии, - снова нахмурился, - вот мистер Старк, почему вы меня с собой тогда не взяли? – выискивающе посмотрел в объектив пацан. – Я бы там как никогда пригодился! Знаете же, что контрабандисты кипятком писаются от фразы «Это Человек-паук!», - засмеялся парень. За сменой его настроения не поспеешь! -А серьёзно, Тони… - парень потёр переносицу. – Я так переживал, тебя и Мстителей не было целых четыре дня! Четыре дня без связи! – воскликнул парень. – Первую ночь я вообще не спал, вторую провел за компьютером, надеясь не увидеть плохих новостей. Третью во всю хлестал кофе на базе, звонил тебе, Наташе, мистеру Роудсу, доставал Пятницу, в итоге она включила какую-то расслабляющую музыку, и по-любому она усыпила меня каким-то газом! – засмеялся парень звонко, прикладывая руку к животу, - Я вырубился часов на 20, пока не прибыли вы! Парень уже замешивал тесто для оладий, бубня себе под нос что-то про всю ту же миссию в Эфиопии. Он резво бегал по кухне, почти не создавая шума, лишь иногда посмеиваясь над легкими шутками в адрес своего любимого. Мужчина смотрел с диким обожанием запись. Наблюдал за тем, как парень легко справляется с незамысловатыми ингредиентами, как орудует ножом и быстро режет продукты. Мысленно же проклинал себя, что проснулся тогда поздно, и не запечатлел эту картину лично. Мужчина на минуту словно вырвался из плена боли и печали, заулыбавшись лишь уголками губ, как его тут же накрыли все прежние чувства в черт-знает-сколько раз сильнее. Губы снова задрожали, в крылья носа затряслись. Парень на видео уже допекал оладьи. -То, фто надо, - с набитым оладьями ртом весело произнес парень, - мифтер Фтарк, вам понрафится! Парень отставил тарелку с оладьями, напоследок откусив от одного почти половину, и поставил перед собой пустую глубокую тарелку. -А теперь карамельная помадка! – хлопнул в ладоши юноша, но не громко, а будто готовя зрителей к дальнейшему шоу. В его руках то и дело продукты менялись с кухонными приборами. Парень делал всё сам, не пользовался никакими устройствами, чтобы не разбудить спящего родного человека. Парень включил на мобильном телефоне музыку, тихо, но это не мешало ему подтанцовывать в такт, покачивая бедрами. Юноша, помешивая на плите коричневую вязкую субстанцию, отставил кастрюльку с теплой плиты, оказавшись вновь в центре кадра. Опустив один палец в посуду, он снял пробу с ещё не остывшего сладкого сиропа. -Класс! Сладко, но не приторно, как вы любите! – улыбнулся парень в объектив. Мужчина безотрывно смотрел на мальчика, задерживая дыхание, когда к горлу подходил очередной ком, норовя выдать его с потрохами. Выдать всю его боль, которую он чувствует до сих пор, выдать его слабость, что он так и не смог принять тот ужасный факт, что этот самый парень, самое светлое существо, которое появлялось в его жизни, беспощадно стёрто с лица Земли. В конце концов, выдать разорванное сердце, которое обливается сейчас чёрными слезами, горячей смолой и сгорает в сплошном огне. Парень в кадре замер и о чем-то думал. Вслед за ним мужчина зажмурился, из уголков глаз снова полились слёзы, изо рта все же вырвался предательский всхлип, нарушая тишину, в которой о чем-то так усердно думал юноша. -Лучше я разбужу Вас, и мы пойдем завтракать сюда. Я сейчас быстро накрою стол, но сначала поставлю вариться Ваш кофе. Пока буду сервировать стол к праздничному завтраку и разбужу Вас, он и приготовится. За одно сбегаю в комнату и достану подарок! – разложив всё по полочками, произнес парень на одном дыхании. Чуть переместив камеру, чтобы было видно стол, парень принёс откуда ни возьмись белую скатерть, красивые полотенца и набор изящной посуды. -Помните, мистер Старк, как мы выбирали эту посуду? Я же говорил, она будет как никогда к стати, как минимум на праздники, - довольный собой, произнес парень. -Прости меня, малыш. Парень быстро накрыл белоснежную скатерть на мраморный стол, разложил посуду, выставил в центр скромный, но такой важный, завтрак: оладьи на красивой мраморной посуде в цвет столу, соусницу с горячей карамельной помадкой, и крупную чилийскую чернику. Осмотрев стол, парень вернулся и быстро обжарил тосты на сливочном масле, что заняло у него от силы 3 минуты, и достал из холодильника сливочный плавленый сыр в брикете с французской надписью. Парень подошел к камере, взял её в руки, и замер: -Пятница, мистер Старк спит? -Да, Питер. Парень счастливо улыбнулся и пошел дальше в своем направлении: -Всё складывается отлично! Мистер Старк, Вы даже не проснулись на запах свежих оладий? – недоумевающе, но в шутку насупившись, сказал парень, обращаясь к камере. Он тут же повеселел, когда подошел к двери и заглянул внутрь. Повернув камеру туда, куда был направлен его взгляд, парень прошептал: -Смотрите, мистер Старк, как вы сладко спите. Я бы сейчас подошел к вам и поцеловал, но у меня план! Парень развернул камеру на себя и пошел дальше. Зайдя в свою комнату, он подошел к тумбочке у кровати, над которой висел ночник в виде рассыпанного костра. Он на секунду задержал на нем взгляд и произнес: -Он такой красивый, мистер Старк. Спасибо Вам, - лицо парня как-то помрачнело, и он присел на край кровати. -Знаете, спасибо Вам за всё. Вы самый лучший, правда, - говорил юноша куда-то мимо камеры, - я так рад, что мы с Вами встретились. Я вас очень люблю, вы же знаете? – взгляд карих глаз упал на камеру на последних словах он слегка покраснел и резко спохватился: -А праздник никто не отменял! И проспать его – уж точно ужас, а проспать праздничный завтрак!? Даже не знаю, что я с Вами сделаю, мистер Старк! Парень выдвинул один ящик и вытащил откуда-то из самой его глубины небольшой свёрток в рождественской бумаге. Он поспешил в ту комнату, куда заглянул в первую очередь. Парнишка медленно, на цыпочках подошел к кровати, на которой под простыней спал мужчина. Парень остановился в метре от кровати с высоким матрасом, поднимая камеру, в кадре которой сначала появились ноги мужчины, затем плавно, поднимаясь по телу, объектив направился на упругую задницу, силуэт которой четко проявлялся под тонкой шелковой простыней. -Вот это задница, мистер Старк… - хрипло произнес парень и подошел ближе, положив свободную ладонь на упругую половинку. Камера, вместе с рукой в кадре, поднималась выше по телу мужчины. Дойдя до края простыни, парень потянул её, оставляя прикрытыми лишь половину задницы и ноги. Сильная мужская спина заняла весь кадр, и послышался томный вздох из-за кадра. Парень положил руку на оголённую половинку и повел вверх. Дойдя до яркого изгиба на копчике, парень средним пальцем погладил ямочки, наслаждаясь упругостью загорелой кожи. Дальше проведя пальчиком по впадинке вдоль позвоночника, юноша начал шумно дышать, когда мускулистое тело под ним начало шевелиться, играя на солнце мышцами. Объектив камеры замер на сильных плечах, и парень тихо простонал, кладя ладонь на горячую кожу и несильно впиваясь в неё тонкими пальцами. Мужчина под ним в ответ на касания парня напрягся и глухо простонал в подушку. Рука мальчишки проскользнула по загорелой шее в густую шевелюру, зарываясь пальцами в небольшом беспорядке на голове спящего. Наконец, мужчина проснулся, приподнялся на локте и обратился к парню: -Питер-р-р… Мужчина схватил мальчика за запястье и потянул к себе, вовлекая в объятия юношу. Кадры начали меняться беспорядочно. Наконец, камера успокоилась и в объектив камеры смотрели две пары счастливых глаз. Мужчина обнимал парня, покрывая его лицо легкими невесомыми поцелуями, от чего тот млел и краснел. -Мистер Старк, улыбнитесь в камеру! Это наше с Вами первое рождественское утро! -Карапуз, убери её и поцелуй меня. Все-таки сегодня праздник, ты не хочешь меня поздравить? – промурлыкал мужчина парню в область шеи за ушком, от чего тот весело засмеялся. Парень повернул голову к мужчине, вовлекая того в горячий поцелуй. На секунду мужчина разорвал поцелуй, посмотрел в камеру, затем на мальчика и, прищурившись, спросил: -Малыш, это что, домашнее видео? Парень порозовел и укусил мужчину за губу. -Хочу оставить это утро для нас. Чтобы всегда можно было к нему вернуться. С Рождеством, мистер Старк. -С праздником, карапуз. Это по твоей вине запах, который доносится с кухни, одолевает мой желудок? Юноша широко улыбнулся и кивнул, и мужчина сгреб того в объятия. -А ещё у меня есть подарок для Вас, - парень посмотрел мужчине в глаза. -Потом, малыш. У меня для тебя тоже. Я люблю тебя, Паучок. -Я люблю Вас, мистер Старк. Вы замечательный, - парень положил голову на грудь мужчины, а рука второго зарылась в густую шевелюру парнишки. Мужчина рыком скомандовал остановить видео. Он закрыл лицо ладонями, сполз с дивана на колени и сидел неподвижно. Набрав в лёгкие обжигающего воздуха, мужчина закричал, хватаясь за воротник футболки. Нет сил. Нет больше сил жить без него. Снова набрав в лёгкие воздуха, мужчина повторно закричал, срывая голос. Из его глаз полились слёзы, а лицо охватила бывалая боль. Опустившись на пол, мужчина уткнулся лбом в ковер и зарыдал изо всех сил, не сдерживая ни одной эмоции, ударяя кулаком раз, два и три, пока боль не пронзала его вплоть до плеча. Упав на бок, он перекатился на спину, накрыл лицо ладонями. Его грудь быстро вздымалась, выхватывая воздух, живот втягивался и судорожно дергался. Подошедшая истерика накрыла мужчину с головой, перекрывая ему доступ к кислороду и мыслям. В голове всплывали образы, силуэты. Точнее, один и тот же образ и один и тот же силуэт. Родной, любимый, тёплый Питер Паркер. Он улыбается, он любит Тони Старка, он готов променять весь этот ужасный мир, лишь бы Железный человек был счастлив. Один образ. Счастливый парень, краснеющий от ласковых слов, но не скупящийся на них. Один силуэт. Кудрявые волосы и чуть вздернутый носик. Прямая спина и уверенная осанка. Очерченная талия и узкие бёдра. Тонкие пальцы и запястья. Одно чувство. Вина, подмешанная в отчаяние и тоску. Одна мысль. Вернуть своего мальчика. Увидеть его любой ценой.