Я не оступлюсь, пока ты веришь мне

Капля пота очертила контур лица и сорвалась вниз, так и оставаясь не замеченной поглощённой работой Лексой. Девушка закрылась в комнате ещё около часа назад, предпринимая бесчётные попытки воплотить задуманное. План у неё вообще-то был, но весьма скудный и построенный по-принципу «по ходу разберёмся». Вдали всё ещё были слышны звуки битвы, эхо от которых с завидной периодичностью сотрясало землю. В такие моменты Лекса тихо ругалась и старалась спасти скляночки, раскиданные по столу. Каузу предпочёл отсиживаться в дальнем углу: за годы, проведённые с Рейнхардт, он уже давно успел извлечь, что в такие моменты к ней, без весомой на то причины, лучше не приближаться. Что он в общем-то и делал, иногда поправляя повязки у всё ещё лежащего в отключке Дейла и тихо вздыхая. Спустя какое-то время девушка, словно ужаленная, подскочила с места, радостно восклицая: — Я нашла способ! Одновременно с этим прокатилась очередная небольшая волна «землетрясений», и она тут же поспешила спасти свои ингредиенты. — Ты чего? — заметив, что напарник явно не разделяет её настроя, решила поинтересоваться она. — Да я вот думаю, — демон с усмешкой сощурился. — Ты сумасшедший учёный или всё-таки ведьма? Рейнхардт закатила глаза и принялась хлопотать над рабочим столом. — Лучше помог, а то мало ли, что случится… у меня этих штучек много, так что если не хочешь завтра проснуться в теле лягушки — советую поспешить. Дух хмыкнул, но с места поднялся, попутно выслушивая сбивчивые объяснения, чего от него, собственно, хотят. Тонкие девчачьи пальчики ловко перетирали в ступке травы, смешивали разноцветные жидкости и переодически обращались к раскрытой книге. Лекса всё ещё была перепачкана в грязи и крови — и непонятно, чьей там больше — растрёпанная, немного уставшая, но… по-своему прекрасная. Каузу неловко замер, бросая взгляд на то, с каким энтузиазмом и огнём в и без того красных, словно пылающий рассвет, глазах она перемещается по комнате. Ему всегда нравилось, с какой преданностью делу она бралась за всё, связанное с этими зельями и травами, видеть этот неподдельный восторг и радость, которая попросту не могла не передаться и… — Чё стоишь? Работай давай! Выстроенная в голове волшебная картинка треснула, являя глазам суровую реальность, и он даже мог поклясться, что слышал этот звук, но лишь покачал головой. — Умеешь же ты всё портить.

***

Безжизненное тело лежало ничком на деревянном полу, окружённое бесчётным количеством свечей и различных камешков. Лекса, конечно, пыталась его убедить в их чудодейственности, но он-то видел, как она наскребла их около таверны. В общем, ведьма из неё получается некудышная, но до учёного, сошедшего с ума, она ещё, по его мнению, не дотягивала — сходить было попросту не с чего. — Если бы мне понадобилось ещё одно бездействующее тело, я бы сходила на кладбище, так что будь добр, вернись с небес на землю и помоги мне уже! Каузу рассеянно моргнул, непонимающе уставившись на госпожу, заторможенно кивнул и, чтоб его совсем уж не посчитали отсталым, поспешил к столу, очевидно надеясь, что его попросили что-то принести. — Ой, горе ты луковое! Я говорю: голову ему преподними, голову! И шлем этот на грудь положи. Когда с последними приготволениями было покончено, он вновь завёл разговор: — А что ты вообще планируешь делать? Лекса довольно улыбнулась — очевидно, ожидала, когда он уже спросит — и пустилась в разъяснения. — Я ещё и сама не особо уверена, но… Этот шлем. Арлекин связывался со своими другом через него, значит, в нём остались какие-то остатки души… Этот шлем «притянул» их к себе. И я подумала: «А что, если душа так и осталась тут? Просто по кусочкам…» И оказалась права! Магнит для неё, безусловно, нужен по-мощнее, но неразлагающееся тело определённо нам только в плюс. Каузу понимающе кивнул. Ну, по крайней мере, сделал вид, что что-то понял, Рейнхардт эту наигранность заметила, по-доброму усмехнувшись, и решила упростить: — Зальём зелье в него, чтобы душа сама собралась и «впихнулась», и потом запечатаем, чтобы больше не выходила. — А как же? — В аниме слишком драматизировали невозможность воскрешения, — поспешила объяснить она. — Хотя, возможно, это не является для меня проблемой из-за куда больших знаний и недоступных для этого мира ингридиентов. Смею предположить, что будь у Мерлин время, она смогла бы сделать то же самое. Когда болотного цвета жидкость с каким-то ядрёным запахом начала вливаться в тело бедной феечки, ни сном ни духом не знающей о таких на него посягательств, Каузу готов был вывернуть свой желудок прямо там, но ограничился тихим сглатыванием и сочувствующим взглядом. — Это же настоящая некрофилия! — недовольно буркнул он. — Некрофилия, дорогой мой, это если б я с этим телом… — Надругательство! — перебил её он. — Добрый поступок во благо мира, — парировала Рейнхардт, незамечающая тихого кашля. Однако, стоило ей вернуться к неотложному делу, как в комнату, и так уже успевшую стать проходным двором для всех желающих, без стука вломились, едва ли не лишив дверь её законного места. — Какого?..